Глава 7. Учиться, учиться и ещё раз учиться

— Княжна, вы просили доверять вам, — начал разговор граф, но Анха видела, что ни о каком доверии речи не было и нет. Она слишком мала, чтобы серьёзно относились к её словам. Ей всего лишь временно уступили, но лимит терпения закончился слишком быстро.

Прошла неделя с того памятного дня, когда графская чета объявила о служении своей правнучке. И это действительно было служение, целью которого являлось подготовка и выпуск в свет достойного члена общества.

Граф и графиня Федоровские целиком посвятили себя делам, обучению и защите наследницы Лунного клана.

Первое, что они сделали, это выбили денежную компенсацию за незаконную раздачу клановых земель соседям. К сожалению, деревни и города уже не вернуть. Их раздали из благих побуждений, ведь как же городам развиваться без крепкой хозяйской руки? А теперь новыми владельцами вложены средства в их развитие, заключены договоры на переустройство улиц и прочая чепуха. Поди докажи, что это не так!

Нет, можно было встать в позу и пойти со всеми на конфликт, но как говорится, «безумству храбрых поём мы песню», а жить продолжат более осмотрительные.

Итак, денежный вопрос более не стоял перед маленькой княжной. С этого момента можно было не смотреть оценивающим взглядом на вазы и картины, а нанимать лучших учителей, но! Анха внимательно просмотрела поданные графом списки и почти всех преподавателей магов вычеркнула. Не из жадности, а исходя из целесообразности, хотя Анхе не чужда экономия, и она переживала, что доставшиеся ей шальные деньги — это всего лишь разовая акция.

Дед впервые не сумел скрыть раздражения на этот демарш и не знал, что делать, так как сам поставил себя в подчинённое положение внучке. И он сам взял за привычку ежевечерне вместо сказки подавать ребёнку отчёты о тратах и терпеливо дожидался, когда правнучка всё прочитает с умным видом и одобрит, ставя свою подпись.

Анха сначала была потрясена этим поступком, а потом испытала благодарность. Эти отчёты помогали ей ориентироваться в хозяйственных мелочах.

Граф же сначала был приятно удивлён той внимательности, которую проявила девочка к списку трат на продукты, на составление меню, на жалование нанятым людям, на покупку саженцев для обновления старого сада, а после обескуражен её тягой рисовать таблицы и заполнять их полученными данными. Но на этом она не остановилась, и вскоре появились графики, в которых следовало отмечать прогнозируемые траты и реальные. Ну не зря же она два года училась аудиту? Пусть в теории, но всё же нахваталась там полезного.

В результате, старому опытному магу и успешному совладельцу доходных предприятий пришлось учиться, как малому дитю! Но чтобы не ссориться с правнучкой, он пошёл на это и даже увлёкся.

Но чего он не мог понять, так это отказа девочки от учителей, да не абы каких, а именитых. Граф с огромным трудом нашёл магов со схожей Лунным энергией, которые согласились дать основы владения магией, а неразумный ребёнок отклонил все предложения!

Старик едва сдержался, проявляя недюжинное терпение, выслушивая доводы пигалицы. И сам себя потом проклинал за то, что поддался и отступил.

Маленькая зануда заявила, что глупо кидаться за чужими знаниями, когда в доме собрана уникальная библиотека и есть рабочие дневники всех членов Лунного рода. Кстати, на тот момент Анха даже не представляла, насколько это редкое явление, чтобы каждый член клана вёл настоящий рабочий дневник.

Граф выслушал её и вроде бы согласился с доводами внучки, вот только он не мог поверить, что у соплячки хватит терпения читать скучные книги, изучать чужие записи и вообще самостоятельно учиться.

И он был бы прав, если бы Анха уже не проходила в своей жизни тот этап, когда бежишь в школу не за знаниями, а чтобы пообщаться с друзьями. Она переросла детское отношение к обучению, так что граф напрасно сомневался.

Более того, Анха находилась на пике своих способностей поглощать новые знания, и вряд ли кто-то из магов этого мира мог соперничать с нею по умению принимать и обрабатывать в мозгу огромное количество информации.

А стоило ещё добавить, что Анха была запредельно мотивирована! Магия ворвалась в её жизнь и навсегда влюбила в себя.

Земное образование дало фундамент для понимания тех конструкций, которые маги использовали в качестве проводника для перехода энергии из свободного состояния в практическое, а полное содействие источника помогло Анхе управлять потоком собственной энергии и не увязнуть на долгие годы в медитациях. Более того, источник взял на себя проблему формирования каналов своей подопечной, восполняя то, чего лишили её в Лазурном клане.

Старому графу можно было объяснить про источник, так как многие источники служили своеобразными няньками, тренерами, кураторами, проводниками для детей родного клана, но не про земное всеобъемлющее обучение и информационный век.

К сожалению, Анха пока не могла показать деду результат своего самостоятельного обучения. Прошло слишком мало времени, и она едва завершила этап поверхностного ознакомления с имеющимся материалом. Разве что можно было предъявить активированное ею по глупости зеркало, но не хотелось позориться.

Во-первых, особой заслуги в этом не было, так как она действовала строго по инструкции и под надзором источника. Во-вторых, зеркальная девчонка оказалась на диво неприятной особой, и Анха не собиралась больше подпитывать этот артефакт.

Всю неделю девочка с жадностью читала дневники своих родичей. Благодаря их записям она поняла, каким трудом даётся в этом мире обучение и чем вообще занимались лунные маги.

С удивлением она прочитала о том, что маги этого мира шаг за шагом терпеливо заучивали материал, собранный предками своего рода. Представляете, заучивали! А ещё здесь мало кто занимался другими науками и, в частности, математику не изучали глубже сложения и вычитания, а значит, большинство не развило привычку к систематизации знаний.

Глава Лунных писал, что во всех кланах с каждым новым поколением после проведённых реформ всё меньше и меньше остаётся магов, которые пытались бы разобраться и понять принцип работы собственных заклинаний. Современные кланы сосредоточены на элементарном заучивании, без понимания сути.

Казалось, что при таком подходе невозможны открытия, но находились индивиды, которым вопреки всему всё-таки удавалось кое-что сделать, и Анха восхищалась ими. Но ещё больше она восхищалась членами Лунного клана! Её родичи объединили усилия, чтобы понять, как устроена магия и как создавать новые заклинания, а не тасовать кусочки известных, надеясь получить что-то свеженькое.

Во многом Лунные оказались теоретиками магии, и поэтому взяли себе за правило вести дневники, потом сравнивать записи и продвигаться дальше. Потрясающее упорство, интуиция и целеустремлённость — вот те качества коими они обладали все до единого! Но это же их и сгубило.

Анха ведь поверила, что все погибли из-за варварской страсти князя Гераба Лазорева к юной Фаяне, а оказалось, что истоки драмы начались с воровства Лунными родовых книг Лазурных!

Лунным необходимы были знания других кланов, чтобы создать базу и на ней начать творить новые заклинания. Что-то они покупали, что-то получали взамен за услуги, но этого было мало, и они стали преступать закон. В конце концов у князей есть много прав и Лунные решили, что можно злоупотребить во имя магии. И всё сходило им с рук до поры до времени.

Однажды, благодаря симпатии Гераба к юной Фаяне Лунные сумели попасть в библиотеку князя Лазурных и скопировать все его родовые книги.

А это означало, что ценнейшие знания по целительству перестали быть достоянием одного клана. Более того, энергия Лунных была созвучна энергии Лазурных и, возможно, в будущем позволила бы конкурировать с ними, сообрази они адаптировать свою силу под чужие заклинания.

Лунные ведь тоже лечили, исправляя энергетические потоки в теле человека, хотя особым даром считалась их способность воздействовать на магическое ядро, находящееся в голове. Даже самый слабый член клана Луннных мог избавить любое живое существо от большинства нарушений в работе организма, если проблема (первопричина) крылась в голове.

Им не обязательно было разбираться, что именно болит и почему. Лунные видели неправильность в работе магического ядра, расположенного в голове, напитывали своей энергией, а дальше эта энергия бежала по контурам, вливалась в другие магические ядра и приносило общее оздоровление.

Родовым даром Лазурных было влияние на кровь. Они могли одним своим присутствием менять «плохую» кровь на «хорошую», а при помощи родовых заклинаний воздействовали на органы.

Были ещё кланы, связанные с целительской деятельностью, но они не мешали Лазурным. Наоборот, сотрудничество между ними поощрялось. Клан Видящих сквозь тела, как рентген, не мог зарабатывать без Лазурных или Мраморного клана, лечащего все проблемы, связанные со скелетом.

И вот, Лунные нарушили древний договор и заполучили себе знания Лазурного клана! Хрупкое равновесие, связанных с целительством кланов оказалось нарушено.

Глава Лунного клана в своём стремлении собрать воедино родовые знания и совершить прорыв в использовании магии, поставил клан Лазурных, а вместе с ним другие узкоспециализированные кланы на грань выживания… и возмездие не замедлило обрушиться на его голову!

Анха не сказала графу о том, что узнала из дневников. Скорее всего, он проклял бы своего зятя за глупость, за неуёмное стремление к знаниям и дурацкие идеи: клановое общество держалось за родовые секреты, и не будь их, то, наверное, перемены были бы сродни революции.

Девочка спрятала дневники родичей и не стала открывать родственнику из другого клана потаённую часть библиотеки.

Вот такая большая тайна свалилась на голову Анхи, которую пришлось принять хотя бы потому, что девочка оказалась близкой по духу именно родичам Лунного клана, а не дедовскому клану алхимиков. Она не одобряла того, как Лунные повели себя, но что сделано, то сделано. За ошибку они дорого заплатили. Оба клана дорого заплатили.

Анха собиралась не только изучить весь тот материал, что собрали Лунные, но и систематизировать его, а там видно будет. Но на это потребуется время, а граф хочет видеть её усердие по изучению заклинаний уже сейчас, и поэтому затеял неприятный разговор.

— Княжна, вы просили доверять вам…

Анха не дала продолжить старику, понимая его недоверие и сомнение. Учить обширные тексты заклинаний надо начинать с младых лет, чтобы к юному возрасту от зубов отскакивало и тогда появится надежда перейти на новый уровень запуска заклинания. И именно этот уровень ей надо будет продемонстрировать на балу через шесть лет.

Дело в том, что заклинание можно активировать силой и простым проговариванием текста, но поскольку оно объёмно, то это занимает время. Иногда несколько минут, а бывает час-два-три или целый день, если заклинание размером с книжицу. Поэтому все стремятся настолько заучить формулу, сжиться с произносимым текстом, чтобы суметь визуализировать всю конструкцию одномоментно.

К примеру, если попросить кого-то представить стол, то у любого человека в голове мгновенно возникнет картинка столешницы и четырёх ножек. Более опытный представит размер, цвет и объем стола. Такая визуализация возникает без усилий, так и текст заклинания (а это может быть как полстранички, так и десятки страниц) должен появляться в голове. Буквально по щелчку пальцев! Но это высший пилотаж.

— Да, просила и настаиваю на этом, — деловито ответила она на вопрос о доверии.

Девочке приходилось подражать поведению графини, чтобы её воспринимали, как взрослую. Никаких лишних эмоций, свободы в позе или эмоций в речи. Каждое слово должно звучать весомо и внятно. Это сбивало прадеда с толку и заставляло прислушиваться к ней.

— Но, княжна, время летит быстро, а вы целыми днями пропадаете возле источника и… — Анха видела, что дед хотел сказать, что не видит результата, но неожиданно сказал другое:

— …совсем не выходите гулять. Татия жалуется, что вы бледны и можете заболеть.

Анха выдохнула, но, как оказалось, рано. Старик всё же не удержался:

— Я бы понял, если бы вы учили заклинания, но вы сказали, что ещё не приступали даже к простейшим. Признаться, после того как вы продемонстрировали управление защитным куполом, я ожидал от вас большего.

Анха с интересом принялась рассматривать потолок. Подумать только, какое достижение — управлять защитным куполом! Да каждый дурак способен скороговоркой произнести набор записанных на бумажке слов и выдавить из себя каплю магии для опознания!

— Поймите, чем раньше вы начнёте учить, тем больше выучите! — всё сильнее расходился граф.

Анхе захотелось сорваться с места и, размахивая руками, начать доказывать, что граф рассуждает в корне неверно и что результат при её подходе будет кардинально лучший, но пусть старикан для начала хотя бы освоит таблицы с графиками.

— Ваше сиятельство, я понимаю ваше беспокойство, — миролюбиво заметила Анха и на миг замолчала. Она думала убедить родственника, что надо подождать и всё будет, но решила иначе:

— Скажите, какие подтверждения вы хотите увидеть, что я не теряю зря время, самостоятельно изучая владение магией возле источника.

Граф сразу отреагировал и быстро начал что-то шептать, одновременно складывая разные фигуры из пальцев. Стоящая на столе тарелка с фруктами заблестела и всё как будто оказалось покрыто тонкой сверкающей субстанцией.

— Княжна, опишите мне, что вы видите. Какие энергии я совместил?

— Э-э, какие энергии? Я вижу немного золотой и насыщено-жёлтой...

Граф нахмурился.

— … а ещё чувствую медовый запах. Мне кажется, что вы покрыли фрукты тонким слоем воска!

— Хм, в принципе верно, но то, что вы не познакомились ещё с названиями разных энергий, это плохо.

— Но я не видела в учебнике никакой классификации!

— Что за чушь! Какая классификация! Вы первым делом должны были выучить названия первой сотни кланов и их цвета. Я сейчас использовал энергию природников. Их цвета — все тёплые оттенки жёлтого и зелёного!

— О, ясно, — Анхе хотелось стукнуть себя по лбу и застонать. Всё здесь как-то не так!

— Вы должны выучить названия основных энергий кланов и близкие им. Природникам доступна в некоторой степени целительская энергия, а Огненным — трансформация предметов посредством их нагрева.

— Ух, не ожидала, — стройный подход к магии при помощи заполнения таблицы рушился и запутывался. Впору было петь похоронный марш. Впрочем, всего-то придётся попотеть над новой таблицей кланов и их дополнительных умений. А цветовая градация ей в помощь!

— Мне доступно малое воздействие на многие энергии, — продолжал дед. — Я слегка меняю их и добавляю или убираю разные субстанции, получая то, чего не было раньше. Это дар нашего клана.

— Очень интересный дар, — вновь поддакнула Анха.

— Очень сложный дар, — нахмурился граф, чувствуя подвох в покладистости внучки. — Мы всю жизнь находимся в поисках удачных рецептов, которые принесли бы пользу клану. Ваш дар тоже не однозначен: лечить скорбных на голову людей никогда не было чей-то мечтой. Ваши предки расширили свои способности и научились исправлять неправильные потоки энергии внутри живых существ, поскольку очень хорошо видят эти потоки, но на этом тоже не особо заработаешь. Не всем докажешь, что болезнь уже повредила энергетическое тело и требует вмешательства, если человек всё ещё чувствует себя хорошо. А те, кто способен хоть что-то видеть, то не нуждается в подобной помощи.

Анха подумала о том, что лунным не хватило грамотного маркетолога, потому что в её мире экстрасенсы как раз зарабатывают на лечении невидимых и неощутимых болезнях, а вот гарантию здоровья не дают.

Граф перевел дух и с энтузиазмом продолжил:

— Однако во время войн клан Лунных был востребован. Только ваш род мог уничтожать скверну в людях, исправлять последствия проклятий тьмы.

Анха согласно кивала, хотя её буквально распирало от знания того, что Лунные могут уничтожать скверну не только в людях, а повсеместно и нет ни одного проклятия, с которым бы не справились её погибшие родственники. Вот только они помалкивали о своих возможностях, так как не хотели становиться боевым кланом и приобретать врагов в лице клана проклинателей.

А ещё родичи девочки собрали (законно и бесчестно) достаточно материала, чтобы разобраться с построением элементарных заклинаний дружественных направлений магии. Если бы об этом узнали кланы природников и разнонаправленные целительные, то они камня на камне не оставили бы от имения, а самих лунных удавили бы раньше Гераба Лазорева!

В общем, Лунные стояли на пороге того, чтобы создавать новые формулы, как для своей энергии, так и для энергии близких им кланов! Это позволило бы занять нишу высших целителей, у которых не было границ в лечении. Или войти в сферу действий кланов природников, или… В общем, многие не боевые направления становились доступными для Лунных. Пусть с большими вложениями силы магии, с более усложнённой конструкцией заклинания, но доступно!

А если бы у родственников Анхи было собрано и обработано их пытливыми умами больше материала касательно сильно отличающихся от них направлений магии, то все от этого только выиграли бы.

Но даже сейчас, основываясь на выведенном общем алгоритме для целительских энергий, Анха могла создать мелкие точечные заклинания, которые с небольшими энергозатратами помогли бы унять головную боль от утомления или повысить-понизить давление. Правда, это как раз область воздействия для лунной энергии, так что особо гордиться нечем, но сам факт разработки собственных мини конструкций говорил о её понимании процесса.

Это как понявший основы чтения малыш, который теперь самостоятельно может из букв одного слова составлять новые. Он понял принцип, а то, что составленные им слова просты, так это только начало.

Плюс ко всему надо ещё учиться диагностике (и вот вопрос, учить анатомию или учиться распознаванию того, что видишь магическим зрением), но это вторично.

Главное, что никак не объяснить деду, так это то, что Лунные рассмотрели словесные конструкции заклинаний в виде программных строчек и расшифровали многие основные коды. А старик требует от неё заучивания старых громоздких формул без их понимания!

— Княжна, вам надо учиться, — словно в подтверждении её мыслям, посетовал граф.

— Я стараюсь, правда. Мне надо время. Вот увидите, я не подведу вас.

Он опять сверлил её взглядом, пытаясь понять, не дурачит ли она его, но Анха твёрдо смотрела в ответ. Её не надо подгонять, ей интересно то, чем она занимается, и она понимает то, к чему идёт.

Граф отошёл к окну и молча наблюдал за работой садовника. В старом саду пришлось спилить многие деревья, и он стал выглядеть более неопрятным чем когда был заброшенным.

Анха помялась, не зная уходить ей или остаться.

— Ваши родители пользовались артефактами для работы, а вы выбрали себе что-нибудь? — наконец граф вновь вернул своё внимание к внучке, когда она уже на цыпочках подошла к двери.

— Артефакт? — не поняла Анха. — Ах, да! То есть нет.

— Алексис, — обратилась подошедшая графиня к супругу, — может, мы с княжной съездим в город? Пусть девочка посмотрит на людей и себя покажет.

— Как только выберет себе артефакт, так можете ехать, — упёрся граф.

Татия с сочувствием посмотрела на напряженную внучку, но ничего не сказала. Её долг — относиться к Анхе, как к взрослой. Малышка уже сейчас имеет право казнить и миловать, судить и одаривать тех, кто признаёт её власть.

Федоровские первыми склонились перед маленькой княжной и вручили свои судьбы правнучке. Теперь как бы ни было жаль девочку, они обязаны идти вместе с ней по выбранному ею пути и учить.

Анха едва заметно коснулась руки графини, поглаживая её. Эта пожилая дама вызывала у неё восхищение: не каждая женщина умеет красиво стареть и нести себя с достоинством. И Анхе не хотелось, чтобы графиня корила себя за те требования, что ей с мужем приходится ей выдвигать.

— Ваше сиятельство, о каких артефактах идёт речь? — спросила маленькая княжна.

Она уже была в тех помещениях, где хранилось множество всяких светящихся в энергетическом плане штучек и не рискнула ничего трогать. Слишком много было непонятных предметов! Поди догадайся, какой эффект окажет взятое в руки магическое украшение или сложенный кусок полотна, чаша, дудочка, ложечка, палочка, сушёные порошки…

— О тех, что хранятся внизу. Думаю, что вы уже побывали там.

— Я видела склад… — Анха замялась, — но, быть может, вы имели в виду какую-то скрытую сокровищницу? Признаться, я ещё не обследовала весь дом.

— Сокровищницу? Склад? — старик рассмеялся. — Источник только вам открыл доступ к артефактам, и я очень рад, что их так много, что вы сравнили место их хранения со складом.

— Вот как, — нахмурилась Анха, пытаясь вспомнить, видела ли она там шкатулки с драгоценностями. Ей казалось, что артефакты — это непременно украшения!

— Княжна, в вашем роду работали при помощи предметов, издающих особый звук. Чаще всего это были чаши, но когда уровень мастерства рос, то я видел, как при работе с энергиями применялись свиристели, флейты, дудки.

Анха приоткрыла рот. Только сейчас до неё дошло, что увиденные ею музыкальные инструменты лежат в хранилище вовсе не ради развлечения! А ещё она понять не могла, что там делают тяжеленные кованые и литые чаши, кубки, стаканы! Тогда и палочки, похожие на пестики, лежат там не для того, чтобы ими толкли что-то или дубасили кого-то, а для извлечения определенного звука!

А граф продолжал:

— Мне сложно судить, каково ваше взаимодействие с источником на сегодняшний день. Вы не изволили показать мне ни одного выученного заклинания, — уколол он. — Хочу напомнить вам, что источник помогает вам управлять потоками силы и распределять их до тех пор, пока вы не станете взрослой.

Граф подошел к столу и делая зарисовки, продолжил излагать поучения:

— Источник растит и формирует внутри вас магические каналы, которые потом сложатся в замкнутую и независимую от него систему. Он всего лишь приучает ваше детское тело к определенным действиям и торит путь для объёмных потоков энергии, которые вам придётся пропускать через себя, как главе клана.

Показав на рисунке, как выглядит сформированная внутри мага магическая система, старик строго посмотрел на внучку и подытожил:

— Ваша задача, как можно скорее запомнить и научиться осознанно работать со своей силой. Поэтому я думаю, что на этом этапе вам следует выбрать артефакт, издающий однообразный звук, а не мелодию. Вы меня понимаете?

— Кажется, да, — закивала Анха и, позабыв обо всем, ринулась в хранилище.

Всё встало на свои места! Она видела, что в дневниках рядом с заклинаниями стоят пометки, похожие на ноты. Анха пыталась воссоздать их при помощи голоса и ради этого даже занялась разработкой своих голосовых связок. Но она никак не могла сообразить, как совместить более чем странный требуемый звук и словесные заклинания.

Как возможно монотонно мычать «ом-м-м-м» и проговаривать целые связки слов? Как?! А ведь это важно! При помощи «ом-м-м» можно значительно сократить конструкцию заклинания и при этом вложить меньше энергии.

Перескакивая через ступеньку, она мчалась в хранилище, испытывая азарт. А ещё приятно было вдруг узнать, что хоть что-то, имеющее отношение к музыке, вновь входит в её жизнь!

Анха ворвалась в небольшое помещение, где хранились чаши и музыкальные инструменты, и с новым интересом, граничащим с жадностью, осматривала полки. Теперь хотелось коснуться каждого предмета, но надо было взять себя в руки.

Закрыв глаза, девочка встала по середине комнаты. Вскоре ей удалось успокоиться и перейти на магическое зрение. В этот раз источник ей не помогал. Наверное, она была слишком возбуждена и даже не поняла, что сама управилась с переключением зрения с обычного на магическое.

И вот она видит, как сияют артефакты, а что делать дальше — не понимает, потому что все предметы кажутся родными.

Княжна обвела взглядом комнату и затянула дурацкое «ом-м-м-м». Она старалась сосредоточиться на простеньком заклинании, помогающим концентрации внимания и дающим свежий взгляд.

— Ом-м-м-м, — тянула она все сильнее напрягая детские связки, чтобы извлекать более низкие звуки, а потом вдруг всё пространство в комнате словно бы зазвенело, заволновалось. Некоторые чаши стали источать больше энергии, а одна чаша задрожала и засияла сильнее всех, а исходящая из неё энергия дотянулась до Анхи и переплелась с вибрацией тех звуков что она издавала.

Анха взяла эту чашу в руки и, лизнув палец, начала водить им по краю. Так заставляют петь хрустальные бокалы, но чаша не откликнулась. Тогда девочка взяла толстую палочку (называется стик) и слегка коснулась чаши. Раздался глубокий колокольный звон. Звук был точно такой, как тот, что она с натугой издала горлом.

Тогда Анха поставила небольшую чашу на ладонь и начала водить палочкой по краю ободка. Окружающая энергия начала концентрироваться возле чаши, но её было мало. Источник помог помог Анхе зачерпнуть и выпустить силу из собственного резерва и она начала произносить вслух заклинание упорядочивания мыслей и достижения внутренней гармонии.

Слова стали связывать энергию Анхи и чаши воедино, закручиваясь в спираль и приобретая нежно-сиреневые тона, а потом объединённая сила вернулась в девочку. И как говорили многие люди на Земле: выпила чашечку кофе — раскрылись глаза, и всё стало ясным.

Она ещё не так много прочитала дневников, да и книга по магии Лунных была просто пролистана без заучивания родовых заклинаний, но уже можно было сделать выводы. Большинство заклинаний Лунных упрощено, но требовало звуковой поддержки.

Не успела девочка подняться наверх, как столкнулась с графом.

— Я почувствовал колебания магии, — тревожно оглядев внучку, он едва заметно выдохнул.

— Да. У меня получилось активировать одно полезное заклинание.

— Ну что же, порадуйте старика, покажите его!

— Э, да, конечно! Я сейчас!

Анха вновь побежала вниз, чтобы взять ту чашу, но когда она вернулась к графу и прикрыв глаза начала водить стиком по чаше, то поняла, что собственная энергия старика, плюс словесная конструкция заклинания и звук чаши немного режут слух. Они вроде как сочетаются, и как будто это допустимое сочетание, но Анхе хотелось более правильного звука.

— Подождите-ка, — попросила она и осмотрела графа магическим зрением.

Если её рабочая энергия состояла из различных оттенков сиреневого, фиолетового и голубого, то старик был более ярок и даже пёстр, как лоскутное одеяло. В нём преобладали розовые, малиновые, лиловые цвета, но были и золотистые, вроде меди, латуни, а так же можно было разглядеть зелень и синеву.

— Подождите меня, — ещё раз попросила она и опять понеслась в хранилище. Там она внимательно осмотрела все предметы, но они ровно светились, каждый своим цветом. Тогда она начала своё «ом-м-м», но при этом интуитивно пытаясь подобрать подходящую именно графу тональность. Несколько чаш откликнулись на призыв, и одна засветилась так же пёстро и ярко, как энергия графа.

Анха поставила её на ладонь и ударила стиком. Чаша издала светлый, свободный звук. Он оказался таким легким, что долго не затихал. Девочка побежала обратно и застала своих родственников в гостиной.

— Я нашла! — торжественно объявила она и, больше не теряя времени, начала произносить заклинание. По раскрывшимся в удивлении глазам графа она поняла, что он испытал такой же эффект, как она недавно: просветление ума и невероятная ясность.

— Спасибо, не ожидал! — радостно воскликнул он. Подскочил и бросился к выходу, на ходу крикнув: — Пойду-ка я поработаю!

— Алексис, — ахнула Татия, — а как же наша прогулка?

— Защитные артефакты на столе, охрана ждёт вас во дворе, — послышалось из глубины коридора. Вот вам и чинный граф! Носится, как мальчишка!

— Но я думала, мы все вместе… — растерянно хлопая глазами, пробормотала Татия.

Анха тронула графиню за локоть. Ей хотелось посмотреть город, а без графа даже лучше.

— Ох, ну раз вдвоём, так вдвоём, — вздохнула Татия и направилась к выходу. — Княжна, не забудьте головной убор, вы же знатная особа, а не горожанка!