Глава 28

Лицо госпожи исказила ненависть:

– Дамианос, ты вечно суёшь нос не в своё дело, – прошипела женщина.

Мужчина снисходительно улыбнулся:

– Гекуба, я знаю, что ты думаешь обо мне. Только я не враг тебе и твоему дому и никогда им не был.

– Ты постоянно лез со своими советами к Димитрису. Из-за тебя он не продал рощу после смерти Меланты. И я осталась прозябать в этой глуши, одинокая и всеми покинутая.

– Не будем спорить при посторонних, – мягко остановил её Дамианос, – мне нужно огласить волю покойного.

Поверенный выразительно глянул на Хоруса, сидевшего в углу и с любопытством слушающего перепалку.

– Конечно, – надменно кивнула Гекуба, – только сейчас спроважу рабыню к её бывшему хозяину.

– Нет, завещание касается и Мелиссы. Я ведь не ошибся? – Обернулся мужчина ко мне, – вы Мелисса?

Молча кивнула, всё так же стоя на пороге.

– Какое решение может касаться рабыни? – Злые глаза Гекубы потемнели от ярости, – или она не только влезла в его постель, но и в наши деньги?

Дамианос, сложив руки на груди, спокойно слушал бредни вдовы. Я же хотела только одного, уйти подальше от этих лживых речей. Было ощущение, словно меня полили грязью, и она застыла на коже. Я чувствовала её буквально физически, хотелось помыться.

Дождавшись, когда Гекуба выплеснет весь яд, Дамианос прошёл к столу:

– Я не жду от тебя гостеприимства, понимая твоё горе. Моё дело только огласить завещание.

Пристыженная вдова осеклась и замолкла:

– Прости, Дамианос, будь моим гостем.

Делия принесла вина и угощений, мужчина слегка пригубил из кубка. Про Хоруса все забыли.

– Итак, – гость развернул внушительный свиток, который всё время держал в руке, – разреши приступить?

Гекуба молча кивнула, вперив взгляд в бумаги.

– Мой дом и моё состояние оставляю своей жене, Гекубе, – начал зачитывать завещание Дамианос.

Вдова удовлетворённо улыбнулась.

– Оливковую рощу, со всеми землями, строениями и рабами оставляю Мелиссе, бывшей рабыне, а ныне свободному человеку. Также вверяю ей гладиатора по имени Атрей.

Глаза Гекубы метали молнии, казалось, её взгляд испепелит меня:

– Вот как, – она вцепилась в подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев, – вот куда залезла ты, змея.

Хорус уронил челюсть, переводя взгляд с меня на хозяйку.

– Это исключено, – взяв себя в руки, – сказала Гекуба, – Мелисса должна быть отдана Солону, бывшему хозяину. Она владеет магией, и торговец из Фив не имел права продавать её. Он был введён в заблуждение обманными действиями рабыни.

– Не сегодня, – спокойно улыбнулся Дамианос, он развернул ещё один свиток и зачитал: «рабыня Мелисса, при двух свободных гражданах Элевсина, Дамианосе и Алексисе, и жрице храма Деметры признаётся свободным магом». Как видишь, в Телестерионе знают о даре девушки, а потому она не может быть возвращена бывшему хозяину и никому другому. Отныне она свободный человек и полноправная хозяйка оливковой рощи.

Мужчина обернулся ко мне:

– Осталась одна формальность, – Дамианос поднялся и подошёл ближе, – я должен осмотреть тебя. Убедиться, что на теле нет никакой отметины. Ты нездешняя, а варвары часто клеймят своих рабов. Димитрис не смог подтвердить этого.

– Что мне надо сделать? – В принципе, догадалась. И всё равно, пусть хоть всем скопом меня осматривают. Отныне я свободна! Остальное, мелочи.

– Хм, я должен убедиться лично, но предпочту действовать по-другому.

И тут рядом с Дамианосом объявился лар, забавный, пятнистой расцветки, но с очень важной мордашкой.

– Позволь, – продолжил мужчина, – тебя осмотрит мой дух, тогда обнажаться при посторонних тебе не придётся.

– Конечно, – кивнула я, – он у вас симпатичный.

Дамианос вскинул брови:

– Ты его видишь?

Лар аж подпрыгнул на месте и засеменил ко мне, застыв в паре шагов от моих ног.

– Да, господин, вижу.

– Оставь всех господ в прошлом, – мягко сказал мужчина, – ты свободна, господа остались в прошлом.

– Да, Дамианос, – кивнула ему.

– А у неё четыре лара, – наябедничал дух поверенного, причём с самой ехидной рожицей. Я показала ему язык, отвернувшись от чужих глаз.

– Даже так? Интересно. Что же приступим, давайте закончим быстрее с формальностями, мне нужно торопиться.

Пушистик степенно приблизился, подлетел на уровень моих глаз, сделал пару пассов и начал медленно опускаться, ведя руками вдоль тела.

– Чисто, – отрапортовал он хозяину, едва коснувшись земли.

– Формальности улажены, – Дамианос вручил мне вольную и бумаги на рощу, – владей, Мелисса и сделай так, чтобы Димитрис никогда не пожалел о своём последнем решении.

– Спасибо, – я слегка склонила голову.

– Стойте, – вмешался Хорус, – тогда, госпожа, заплатите сумму, за которую была выкуплена рабыня.

– Что?! – Гнев вдовы обернулся против надсмотрщика, – ты смеешь диктовать мне условия? Кем совершена сделка?

Проблеял Хорус растерянно:

– Димитрисом, госпожа.

– К нему и идите за деньгами. Могу подсказать дорогу, – глаза Гекубы сузились, превратившись в щёлки, – Пеон!

Смотритель появился почти сразу, готова поспорить, он слышал весь разговор.

– Выкини этого за ворота. Придёт ещё, всыпь ему плетей.

Пеон сделал знак кому-то снаружи, в кабинет вошли двое рабов, подхватили подмышки поникшего Хоруса и вынесли во двор.

– Дело улажено, – заметил Дамианос, – прощай, Гекуба. Мелисса, разреши переговорить с тобой с глазу на глаз.

Мы вышли на улицу, укрывшись от солнца в тени портика.

– Ты необычная девушка, – начал он без всяких предисловий, – и одарённый маг. Димитрис оставил внушительное пожертвование в Телестерионе, чтобы жрецы приняли твою сторону и согласились подписать документ. Не забывай об этом и посылай дары, не скупись. В трудную минуту за твоей спиной будет один из крупнейших храмов Эллады. Ты можешь также обучаться там, если захочешь. И я тоже помогу тебе, когда в том будет нужда. Сегодня у тебя появился ещё один друг, – Дамианос светло улыбнулся и протянул мне руку.

– Почему? – Растерялась невольно. Кто я для этого чужого мужчины?

– Димитрис рассказал о том, как ты спасла сад. И моему лару понравилась, – шкодно подмигнул мужчина, выражение лица стало совершенно мальчишеским, – а заносчивый Кастор редко к кому относится с благоволением. И заставь своих ларов как следует обучать тебя, они много знают, но ужасно ленивы.

– Это точно, – рассмеялась в ответ, – спасибо за совет и за дружбу.

– Не прощаюсь с тобой, – улыбнулся Дамианос, – позволь навестить тебя в роще.

– В любое время.

– И будь осторожна. Димитрис разворошил большой гадючник.

Мужчина развернулся, пружинящим шагом дошёл до колесницы и скоро скрылся в клубах пыли.

Из-за колонны выглянули четыре счастливых мордашки. Элисса промакивала лапкой глаза.

– Не радуйся прежде времени, – раздалось позади шипение разъярённой Гекубы, – я пойду к Байону. Эти бумаги лично сожгу на твоих глазах. Царь не допустит, чтобы какая-то шаромыжка владела рощей.

– Твоё право, – я обернулась, выпрямив спину, – прощай, Гекуба.

Лицо вдовы помрачнело:

– Ты, нищенка, сними всё, что мы тебе дали, и убирайся.

– Как скажешь, – ответила, не оборачиваясь.

Я ушла в свою спальню, достала старую эксомиду, превратившуюся в лохмотья:

– Придётся идти в таком виде, – вздохнула, показывая ларам свои пожитки.

– Не огорчайся, – Элисса брезгливо сморщив носик, приподняла край короткого платья, – ты покинешь дом как королева. Переодевайся.

Я натянула старую одежонку, скинула сандалии. Моя кошечка покрутилась вокруг, выделывая пассы руками:

– Готово, – она развернула магическое зеркало.

Я глянула ахнув. Эксомида стала не просто целой, она приобрела глубокий синий оттенок, причёсанные волосы лежали шёлком по плечам. В таком виде не стыдно покинуть негостеприимный отныне дом.

В комнату заглянула Делия:

– Мелисса? – Она оглядела наряд, – откуда такая красота?

– Осталась от прежней жизни, – ухмыльнулась я.

Служанка растерянно протянула мне простое, длинное платье:

– Думала, тебе оно пригодится. А теперь и не знаю.

– Очень пригодится. Ни для кого не секрет здесь, что я маг?

– У нас тайны не сохранишь, – улыбнулась Делия.

– Элисса, покажи настоящий вид эксомиды.

Моё платье на мгновенье приняло свой затрапезный облик, и женщина понимающе улыбнулась:

– Отлично, Мелисса. Гекубу давно пора поставить на место.

Мы вышли во двор, Пеон позвал Атрея, которому уже рассказали все новости. Я в сопровождении Делии и Айолы, не побоявшихся гнева хозяйки, так и застывшей в дверях кабинета, гордо подняв голову, прошла к воротам, попрощалась со слугами и вышла на дорогу. У бывшей госпожи свело челюсти при виде моего платья. Рядом со мной следовал довольный Атрей.