Глава 25. Сдержанность и благородство – наше все

Это было совершенно возмутительно!

И я опять опростоволосилась.

Забыла потерять сознание.

Где-то все-таки Мерзкая Лиззи не уследила за моим воспитанием.

Вместо того чтобы, как любая порядочная леди, лишиться чувств в подобной ситуации, я думала о том, как настойчивы губы Бладсворда, как мне горячо от этого поцелуя. Меня неумолимо накрывала лихорадка. Внизу живота тяжелело, одежда невыносимо мешала, и хотелось чего-то неизвестного все сильнее.

И когда владетель наконец остановил это безумство, я уже не была уверена, что довольна этим.

– Проклятье! – пробормотал Бладсворд. – Большего нельзя.

Он прижал меня к себе сильнее и, намереваясь дать мне выпить жидкость из флакончика, приподнял двумя пальцами мое лицо за подбородок.

А я задумалась. Большего? Уж не того ли, что сейчас мне так требовалось? Почему меня этого лишали?

Заметив мой немного разочарованный взгляд, владетель усмехнулся:

– Ты мне, конечно, дашь пощечину, но я ни о чем не жалею.

Несколько горьких, как хина, капель упали мне на язык, и меня будто в прорубь уронили. Тело мгновенно облило холодом, и на секунду мне показалось, что я не могу дышать, но уже через несколько мгновений в голове прояснилось, жар и непонятный голод, терзавший меня, схлынули, и наступило жестокое отрезвление, принесшее понимание, что Бладсворд нагло и без тени стыда себе позволил!

Оказалось, что и силы ко мне вернулись.

Пусть всего лишь частично, но их хватило на замах для пощечины.

Увы, владетель оказался и проворнее, и сильнее.

Он перехватил мою руку и поцеловал мои пальцы.

– Вы… вы… – булькала я, надеясь, что прямо сейчас сгорю от стыда, но ничегошеньки у меня не выходило.

– Теперь можно на «ты», – сверкнул белозубой улыбкой Бладсворд. – Назови меня «Райан», Энни.

– Да как вы… – я все никак не могла подобрать слов, потому что на такой случай меня ничему не учили, а использовать то, что я как-то раз слышала на конюшне, я не решалась.

– Полно, Энни. Ничего такого. Будем считать, что это была плата за помощь в библиотеке.

Что? Поцелуй за книжку? Три раза? Даже четыре…

– Это уж слишком! – нашлась наконец я.

– Ты даже не представляешь, какие чудеса сдержанности я проявляю прямо сейчас. И если ты не перестанешь ерзать…

В этот раз меня словно кипятком окатило, потому что после слов Бладсворда я остро ощутила, как неприлично он меня обнимает. А еще, что у него там… Ну… Как у того коня на конюшне…

В панике я подскочила на ноги, но, увы, капли, которые мне дал владетель, справились еще не до конца. Их действие медленно распространялось сверху вниз, и ноги пока меня плохо слушались. Запутавшись в юбках, я буквально рухнула обратно в объятья Бладсворда.

Поймав, меня снова притиснули к стальному телу.

Так оно, конечно, было надежнее, но…

– Вы бесчестный человек, – пролепетала я.

– Энни, чтоб ты знала, я поражаюсь собственному благородству. У нас в землях все еще действует закон, по которому спаситель девицы имеет право на намного более смелые вещи…

Какой кошмар!

Ужасное место!

– Так, Энни, – владетель строго посмотрел мне в лицо, – а теперь скажи благородному мне, где ты взяла любицвет.

– А что это такое? – спросила я.

– Это такое... кхм… полезное растение. Его отвар раньше принимали девицы перед первой брачной ночью.

– Зачем?

Бладсворд тяжело вздохнул.

– Давай отложим ботанику на потом, хорошо? У нас с тобой в любом случае предстоит долгий разговор, но сейчас мне нужно понять, как ты оказалась в таком состоянии.

Что-то владетель не договаривал, но, и впрямь, это сейчас не самый важный вопрос. Немного сбивчиво я пересказала ему, как все происходило.

– И как он выглядел?

– Как вы, – пожала я плечами, и мой ответ Бладсворду не понравился. – Маска была в точности как у вас. Именно она и сбила меня с толку.

– Маска – это плохо, – нахмурился владетель. – От маски легко избавиться. Дело дрянь. Ты сможешь его узнать?

– Не уверена, – честно ответила я.

– Ты что-то знаешь, но упорно молчишь, – пытливый взгляд Бладсворда, заставлял меня кусать губы. – Это глупо, Энн Чествик. Моя помощь в твоих интересах.

– Не уверена, – пробормотала я. – Тут за книжку берут четыре поцелуя. Расценки в ваших землях – просто ужас.

Владетель расхохотался:

– Какая ты бережливая.

Я насупилась. Как-то это прозвучало не очень.

– Не смешно.

– Не скажи. Но ладно, – снова посерьезнел Бладсворд. – Собаки здесь есть. Я сейчас организую поиски, а пока тебя отдадим на поруки твоей горничной. Кажется, я ее видел, когда искал тебя. Это такая блондинка с серыми глазами?

– Нет, она черноволосая и кареглазая.

– Ну точно. Видел. Она показалась мне вполне разумной.

И снова это прозвучало, будто владетель сомневается в моей разумности.

– Торни хорошая.

– Просто замечательно, что в кои-то веки у тебя нет возражений. Только вот на ночь ты свою Торни отпусти.

– Зачем? – я подозревала, что ответ мне не понравится.

– Потому что к тебе приду я.

– Я против!

– Ты передумаешь, – пообещал мне Бладсворд.