Глава 21

Первым делом, едва я успела переступить порог дома, велела добавить дров в котельную и приказала приготовить сытный ужин, благо тана Руфо знала мои предпочтения и мне не нужно было перечислять что приготовить и как. Главное, чтобы было сытно, вкусно и не занимало много времени в готовке.

К тому же теперь я хозяйка Шорхата, а значит подобные бытовые вопросы должна решать только я. Матушка делегировала мне свои полномочия, не заботясь о том, справлюсь я или нет. В принципе, ее действия были правильными, теперь ее жизнь в стенах замка приравнивалась к статусу приживалки. Как по мне, так подобное определение к родителям было в корне не правильным. Я не считала зазорным заботится о тех, кто вырастил меня и дал возможность стать самостоятельной.

Замок гудел, повсюду были слышны голоса и приглушенный смех. Люди радовались нашему возвращению и тому, что хозяйкой над ними осталась именно я, а неизвестная им тана. Оно и понятно, каждый живущий на территории Шорхата боялся, что жизнь в имении кардинально поменяется с приходом новой власти, ведь каждая метла метет по-новому и пока к ней приноровишься, пройдет немало времени.

Матушку я нашла в господском крыле замка.

— Надэя! — окликнула она меня, увидев в дверном проеме. — Помоги мне вынести вещи из спальни. Теперь она принадлежит тебе и Николь. Я же поселюсь в твоей бывшей комнате, чтобы не докучать вам, молодым, своим существованием.

— Матушка! — укоризненно покачала головой.

— Не спорь со мной, Надэя! Я знаю, что говорю. Потом сама мне скажешь спасибо.

Я хотела было возразить, но поняла, что матушка права. Теперь эта спальня по праву принадлежит Николь и его жене. Как и то, что буду чувствовать себя в родительской комнате по началу некомфортно, но со временем привыкну к ней так же, как и к своей.

Вместе со служанками мы сложили все матушкины вещи в сундуки и перенесли их в дальнюю комнату. Она не такая большая, как господская, но такая же светлая и уютная. Затем мы дружно перестелили постели и принялись разбирать мой гардероб. То, что следовало освежить и постирать велела отнести в подвал, в прачечную, а то, что было чистым и выглаженным — повесть в шкафу.

Двое рыцарей из отряда Николь втащили в комнату большой сундук, окованный железом. Приоткрыв крышку, я увидела в нем вещи своего супруга. Три кафтана, пять рубашек, несколько пар зауженных брюк, сшитых по вилонийской моде, и одну пару сапог, сшитых из облегченной кожи. В отдельном тканевом свертке нашелся мундир и военный плащ, дополняющий полный комплект официально установленного военного обмундирования.

— Н-да, тебе нужно будет заняться гардеробом своего мужа, — прокомментировала увиденное матушка. — И как можно скорее. Не гоже хозяину имения выглядеть так, словно у него нет золота, чтобы пошить себе одежду.

— Пренепременно, матушка! У моего мужа будет все, если он того пожелает!

За приятными домашними хлопотами я не заметила, как наступил вечер. Одна из служанок, присланной таной Руфой, оповестила, что в столовой накрыт ужин.

«Блин! Не успела освежиться и переодеться!» — с досадой мысленно укорила себя за медлительность.

Могла бы, конечно, встать в позу и пойти купаться, но благоразумие взяло вверх, и я не стала этого делать. Во-первых, без хозяев за стол никто не сядет. Все будут терпеливо ждать моего прихода, даже Николь. Во-вторых, даже если я сейчас решу принять по-быстрому душ, то волосы так быстро я точно не высушу. Они длинные и густые, и мне приходится подолгу их сушить, несмотря на активную помощь в этом деле ветерка.

Порой я жалела, что попала в этот полумагический мир и только из-за того, что в нем отсутствовали привычная мне техника. Могла бы, конечно, придумать что-то этакое, что значительно упростило мою жизнь, тот же самый фен с кристаллом внутри, но отсутствие знаний в артефакторике останавливало меня еще в начале пути. Да и не выгодно это будет, слишком дорого и энергозатратно для местного населения.

Ну, а в-третьих, мне не хотелось прослыть неблагодарной эгоисткой, ставящей свои интересы превыше интересов других. Все устали, не только я. А если учесть, что я весь путь проделала в кареты, где были относительно комфортные условия для дальнего путешествия, а не верхом, как это делали сопровождающие нас мужчины, то мне грех жаловаться на утомление и изнеможденность.

Тана Руфо постаралась на славу. Жаркое из говядины с картофелем получилось просто замечательным на вкус. Готовить это блюдо я научила ее, еще будучи десятилетней девочкой. В нем нет ничего сложного, но получается оно просто восхитительным, особенно если не жалеть соли и специй.

Тушеное мясо с овощами было одним из самым популярным домашним блюдом, которое я готовила, еще будучи в своем мире. После такого приготовления, сперва с луком, а затем с картошкой и остальными овощами, говядина становится нежнейшей, пропитывается вкусом и ароматом овощей, а овощи получаются мягкими, насыщенными мясными соками. Это блюдо одинаково сильно любили и муж, и сын.

Ужин прошел в молчании. Да и как говорить, если рот был занят! Увы, но все мы устали питаться сухомяткой, дабы не терять драгоценного времени, и теперь просто хотелось насладиться пищей, что было приготовлено не на костре, а в печи.

По случаю возвращения домой я приказала подать на стол вина. Ну а что, заслужили ведь! Да и не могла я по-другому! Я не только отстояла право на свое наследство, но и успешно осуществила одно из своих желаний — стала не только хозяйкой имения, но и замужней таной, добившись согласия короля на брак с любимым мужчиной.

Хотя сама я лишь поддержала одним глотком тост, прозвучавший из уст матушки. Не по тому, что боялась повторения недавнего состояния, а из-за опасения, что в эту ночь я могу понести долгожданное дитя. Вряд ли Николь захочет тянуть с брачной ночью, ведь может статься так, что недруги как его величества, так и самого супруга захотят признать наш брак недействительным.

Ужин прошел в атмосфере веселья и доброжелательности. За эти месяцы мы все не только смогли узнать друг друга поближе, но и подружиться. Люди Николь оказались приветливыми войнами, которым не чужда обычная мирская радость. Нет-нет, да и оглашались стены замка здоровым мужским хохотом, которому вторил чуть сдержанный женский. К тому же они изъявили желание остаться в Шорхате и стать его защитниками. Однако во мне крепнет предположение, что здесь дело не в верности своему господину, а в молоденьких служанках, что крутились рядом.

Я видела, что чувства у них взаимны и глубоки, поэтому не стала вмешиваться в их отношения. Да и зачем? Ведь все девушки, служащие в замке, уже перешли рубеж совершеннолетия. Не буду же я носиться с ними как клуша за неразумными цыплятами и читать нотации о моральном и благочестивом поведении.

Наконец праздничный ужин подошел к концу. Отдав последние распоряжения относительно завтрашнего дня, я поспешила в нашу с Николем опочивальню. Хотелось уже принять не только душ, но и ванну, чтобы смыть с себя не только накопившуюся грязь и расслабить уставшее тело к первой совместной ночи.

О том, что должно произойти, я прекрасно была осведомлена и не боялась близости. Единственное, о чем переживала, это о той боли, которую мне предстоит пережить. Увы, но в памяти еще сохранились воспоминания о том, каким бесчувственным оказался мой бывший муж, принеся своим вторжением мне ощутимый дискомфорт.

За окном уже успело стемнеть и значительно похолодать. С угольно-черных небес медленно падал снег, укрывая дремлющую землю мягким одеялом. На холме над долиной завыл одинокий волк, которому спустя мгновение ответил другой, охотившийся неподалеку. В эту ночь им предстояло остаться ни ч сем: все лесные жители надежно укрылись от непогоды.

Я успела искупаться и понежиться в горячей воде, пока супруг решал какие-то свои вопросы. Хотя предполагаю, что он специально дал мне время, чтобы я могла морально подготовиться.

Борясь с сонливостью, принялась расчесывать волосы. В Юракеше, да и по всему миру, жила такая традиция: супруга в первую совместную ночь должна была искупать своего господина. Эта традиция давала молодым девушкам рассмотреть тело будущего мужа и убедиться в отсутствии болезней, передающихся половым путем. А то мало ли, какие болячки он мог подцепить за время походов или разгульной жизни холостяка.

По мне так эта традиция казалась слишком кощунственной по отношению к юной и неопытной деве, которая знать не знает, как выглядит здоровый и сильный мужчина. Ведь может статься так, что она сильно испугается увиденного и в последующем будет бояться своего мужа, как черт боится ладана.

В спальне царил полумрак, разгоняемый лишь светом догорающих в камине дров. Я специально не стала зажигать магические светлячки, заменявшие здесь настенные светильники. Хотелось создать незабываемую романтическую атмосферу, которая превратит мечты и фантазии в реальность.

Но увы и ах, я не выдержала ожидания. Сперва просто присела на кресло, чтобы в ожидании прихода супруга дать себе возможность полюбоваться на отблески живого огня, а потом и вовсе не заметила, как незаметно для себя уснула.

Проснулась я от ощущения полета и гулко бьющегося под ухом сердца. Сонно протерла глаза, не понимая спросонья происходящего. А потом до меня дошло! Я уснула, так и не дождавшись Николь.

— Прости, я, кажется, уснула, — хрипло произнесла я, уткнувшись ему в шею.

Его тело, как и волосы, были влажными, а исходивший от него аромат хвойного мыла, что по моему рецепту варили девушки для своих мужчин, только подтвердил мою догадку — я проспала свои первые обязанности как супруги.

— Ты устала, моя маленькая ведьмочка, — с нежностью произнес он, укладывая на постель. — Спи. Так уж и быть — сегодня я дам тебе возможность выспаться. Утром я возьму свое.

Я с благодарностью посмотрела на мужа и прикрыла глаза. Он прав, сейчас от меня никакого толку.

Спала я как убитая. Впервые за долгое время. То ли усталость вкупе с сытным ужином сделали свое дело, то ли ощущение безопасности, которым окутал меня Николь, но спала я вплоть до самых первых лучей солнца. И если бы не горячие влажные поцелуи мужа, заставившие меня скинуть с себя сонные оковы, то вряд ли бы осознала происходящее.

Мое тело пылало под уверенными ласками мужчины. Я извивалась, стонала, когда он бесстыдно касался самых чувствительных точек моего тела. Он умело распалил и затуманил желанием мой мозг до такой степени, что я практически не почувствовала боль от его вторжения с свою девственную плоть. Лишь небольшой дискомфорт и чувство наполненности.

А дальше… а дальше было все подобно сказочному волшебству. Я взлетала и падала, чтобы вновь взлететь до самых небес.

«Я умерла, — подумала я, когда дыхание немного восстановилось. — Я умерла от блаженства! Уже ради одних таких минут стоило попасть в этот мир!»