Глава 19

– Дорогая, я предупреждаю тебя, чтобы ты под любым предлогом не общалась с этим – хм, – Андрей кашлянул, – господином Ковалёвым. – У него дурная репутация в обществе: он слывёт дамским угодником и дуэлянтом. И, вообще, мало скандалов, в которых он оказался бы замешанным, – сказал Андрей, повернувшись к Алисе, которая устроилась в экипаже, как можно дальше от него.

Ничего себе тело выбрал Николаша, – подумала Алиса. Но как же чертовски хорош. Хотя, слова мужа о дамском угоднике её вовсе не порадовали.

– Милый друг, – Алиса положила пальчики на локоть мужа, глядя вперёд. – Дело в том, что, князь Ковалёв, как раз при мне был вызван на дуэль, и я смогла её предотвратить.

– Какая дуэль? Зачем тебе вмешиваться в это? И как давно, вообще, ты знакома с этим прохвостом?

– На какой их этих вопросов мне ответить сначала? – Алиса улыбнулась, глядя на суровый профиль мужа.

– Ты очень изменилась, Мари. Но не об этом речь. Где ты познакомилась с Ковалёвым?

– У княгини Трубецкой. Наверно, ты знаешь, что князь её друг с детских лет. Мы познакомились в особняке Лавалей, где он временно остановился.

– Но почему ты позволила себе вмешаться в мужское дело? Он разорвал помолвку, нанеся оскорбление семье невесты. Ещё не хватало, чтобы нашу семью упоминали в связи с этой историей. С твоей красотой нужно быть вдвойне, нет втройне, осмотрительнее.

И тут Алиса вспомнила похожую историю, которую читала в интернете, когда увлеклась историей декабристов. Тогда она была просто шокирована.

– Помнишь, когда в сентябре на дуэли, где был секундантом Кондратий Рылеев, погибли оба дуэлянта? – Князь Андрей посмотрел на Алису с удивлением, но она быстро продолжила. – Это была точно такая же история. Один господин передумал жениться под влиянием матери: невеста недостаточно знатного рода, а брат невесты посчитал семью опозоренной и вызвал его на дуэль. И чего добились? Оба умерли. А могли бы жить.

– Удивлён, что знаешь об этом. Рылеев тогда целую демонстрацию организовал, когда погиб его друг. Но ты тогда была в нашем имении.

– До меня дошли слухи, – из Википедии, подумала Алиса. – Дуэли глупейшая ошибка, – добавила она вслух.

– В дворянском обществе есть свои правила. Если не хочешь казаться, трусом, изволь им следовать, – твёрдо сказал Андрей. – Вот поэтому, как твой муж, я должен тебя предостеречь, чтобы ты не стала жертвой слухов. Я заметил, как на тебя смотрели, когда этот ловелас подошёл к тебе.

Сдуреть можно, подумала Алиса. Как тут можно любовь закрутить, если даже поговорить-посмотреть нельзя?

– Я буду осторожнее, – Алиса зевнула. – Наверно, мне нужно сегодня лечь пораньше. Ты не обидишься, если я не составлю тебе компанию за ужином.

– К сожалению, мы не успели ещё кое-что обсудить с Кондратием. Так что мне придётся вернуться.

Алиса кивнула, радуясь, что сегодня интимное посещение её комнат отменяется. Она ляжет в постель, возьмёт роман и будет мечтать о Николаше.

На следующий день, когда Алиса играла на фортепьяно, вошла Дуняша с таинственным видом.

– Вам письмо от княгини Трубецкой. Приказано отдать в личные руки.

Катрин изящным почерком с завитушками благодарила Мари, что ей удалось спасти её друга от дуэли, и приглашала на чай. Сердце у Алисы забилось. Наверняка, там будет Николаша. Скорее всего, это письмо организовал он. Но как ему удалось?

Упражняться на рояле Алиса больше не смогла. Ноты сливались в одну фразу: я люблю тебя, а сердце выбивало ту же самую мелодию и без клавиш. Алиса захлопнула крышку, послонялась по особняку, постояла у окна, глядя на серый денёк и кружащихся в воздухе белых мух. Приближалась зима. Скоро выпадет настоящий снег. Какое платье надеть, чтобы Николаша влюбился в неё окончательно и бесповоротно?

Алиса позвонила в колокольчик. Прибежала Дуняша.

– Мне нужно подготовить платье. Совершенно не знаю, что надеть. Последнее время, я выгляжу такой бледной.

Кажется, Дуняша уже привыкла к её причудам. Может, Мари и не советовалась с ней по таким вопросам, но Алисе без её помощи точно не обойтись. Нужно сразить Николашу сразу и наповал. И чтобы больше никаких женщин. Только она. Хотя, что она беспокоится: слухи тянутся с тех пор, как Николаша был князем Ковалёвым. И всё же даже за Стасом в теле Николаше нужно приглядывать. Эх, если бы не муж…

Дуняша склонила голову набок, бросив взгляд на Алису, а потом даже подпрыгнула на месте. Знаете, есть одно платье, оно может подойти. Сейчас принесу.

Платье оказалось бледно-сиреневого цвета с высоким воротником. Застёгивалось на пуговицы спереди. Строгость придавала чёрная отделка тесьмой, располагающаяся ниже талии и на рукавах, из-за чего платье, казалось, состояло из жакета и юбки.

Алиса приложила платье к лицу. Оно идеально подходило к её светлым волосам.

– К нему есть ещё шляпка такого же цвета, – заметила Дуняша. – Видите, как вам хорошо?

– Вижу, – Алиса улыбнулась, поворачиваясь перед зеркалом и любуясь собой. Спасибо хорошему вкусу Мари, в который раз подумала она.

– Благодарю, милая, я бы без тебя не справилась, – сказала Алиса довольной Дуняше.

Ах, только бы там оказался Николаша. Если бы им удалось остаться хотя бы ненадолго вдвоём. Поговорить, как Стас себя ощущает в этой обстановке? Нравится ли ему в этом веке? И лучше не думать, что ей хотелось бы намного больше, чем поговорить? При одной только мысли об этом Алиса почувствовала, как щекам стало горячо, а внутри всё сжалось от волнения. Ах, как же давно хочется любви и вот, кажется, она пришла.

Когда Дуняша помогла одеться и причесала её, Алиса подошла к зеркалу и еле удержалась, чтобы не ахнуть от восторга. Тут как раз подошла бы популярная шутка: чуть не упала в обморок от собственной красоты. Волосы Дуняша расчесала ей на прямой пробор, слегка подвила и уложила низко, почти прикрыв уши, закрутив в воздушный пучок, из которого свисали несколько локонов. Платье идеально облегало фигуру, сиреневый цвет подходил к волосам, подчёркивая свежесть лица и оттеняя необычный фиалковый цвет глаз. Отделка чёрным кружевом делала Алису выше и стройнее.

– Вот видите, Мария Алексеевна, этот цвет вас совсем бледнит. Вы такая свеженькая, – суетилась рядом Дуняша, оправляя складки.

Алиса пришла в себя от её слов и улыбнулась. Сегодня ей не хотелось даже напоминать себе, что это вовсе не она такая красавица, а Мари. Сегодня ей казалось, что она всегда была красивой и жила в этом веке, среди влюблённых в неё мужчин, красивых особняков и визитов. Не стоило думать, что в это время, она обычно сидела за компьютером и беспрерывно отвечала по телефону, способствуя обогащению босса, которого видела лишь один раз.

Алиса, несмотря на волнение, вновь поразилась красоте парадной лестницы особняка Лавашей, выполненной в форме ротонды, купол которой украшали звёзды. Пройдя через анфиладу светлых, украшенных картинами комнат, она оказалась в уютной гостиной, где увидела, сидящих в креслах Екатерину и Николашу. Оба встали, когда дворецкий представил её. Катрин обняла и поцеловала её в щёку, Николаша поцеловал руку. От прикосновения его губ, Алиса почувствовала, как замерло сердце. Да что там сердце? Алисе показалось, что замер мир и вокруг одни лишь декорации, включая княгиню Трубецкую. Выпрямившись, он так и держал её за руку. Забыв обо всём, они смотрели друг на друга. Алиса не знала, сколько прошло времени. Секунды или минуты, пока они оба не услышали, как деликатно кашлянула Катрин. Первым опомнился Николаша.

– Катрин любезно разрешила мне встретиться с вами, чтобы выразить свою благодарность за то, что спасли меня ещё от одного сумасбродного поступка, – он прижал руку к груди и поклонился.

Алисе снова захотелось запустить руку в его непокорные светлые кудри, но она только крепче сжала пальцы в кулачки.

– Не стоит благодарности, князь Ковалёв. Однажды я дала себе слово: бороться против дуэлей, поскольку ценю жизнь и считаю, что всегда можно договориться.

– Прекрасно сказано, Мари, – заметила Катрин. – Давайте сядем, выпьем чаю и поговорим.

Все трое сели опустились в мягкие кресла, и Катрин разлила чай из голубого фарфорового чайника.

– Как я уже говорила, Мари, мы с Николашей друзья с детства, и я очень переживаю за его неуравновешенный характер. У него доброе сердце, но талант влипать в неприятности.

– Это не только у Николая, – Алиса впервые назвала его так и от звука этого имени, она чуть не потеряла мысль. – Вообще, у современных мужчин это присутствует. Наверно, пора пересмотреть кодекс чести, – она смущённо улыбнулась и бросила беглый взгляд на Николашу. – Хотя, возможно, я бегу впереди паровоза.

– Мне кажется: я давно знаю Мари, – сказал Николаша, еле заметно улыбаясь. – Знаю её душу.

Алиса кивнула, взяла в руку чашечку с чаем и сделала глоточек. Катрин вела себя, как настоящая хозяйка: предложила пирожные к чаю, подлила Николаше сливок. Выбрала корзиночку и с аппетитом надкусила. Алиса чувствовала, что не сможет ничего проглотить, чувствуя присутствие Николаше каждой клеточкой своего тела.

Допив чай, Катрин взглянула на Мари.

– У меня нет секретов от Николаше. До твоего прихода мы обсуждали планы по изменению России, и как мы в этом поучаствовать.

– А что, вы тоже состоите в обществе? – спросила Алиса у Николаше.

– С моей репутацией ни один порядочный человек за меня не поручится. А для того, чтобы стать членом, нужен поручитель. А уж теперь-то после того, как пойдут сплетни, что я разорвал помолвку и отказался от дуэли, – князь развёл руками, изо всех сил стараясь выглядеть огорчённым, но глаза его светились лукавством, – мне и вовсе никто руки не подаст.

Алиса выдохнула. Мысль о том, что Николашу закуют в кандалы и сошлют в Сибирь казалась невыносимой. Другая мысль, которая явилась следом: а вот за ним я бы поехала, бросив всё. Теория о детях рассыпалась в прах. Да что же такое творится-то?!

– Николенька, не преувеличивай. Со временем всё забудется. Я постараюсь об этом.

– Благодарю, Катыша.

Алиса посмотрела на княгиню Трубецкую. Сегодня она была в желтоватом платье с синими цветами, которое ей шло. Красивой её не назовёшь, но соблазнительной можно. Она казалась очень женственной и мягкой. Но за этой мягкостью спрятался железный характер, что было видно по её губам: с одной стороны: пленительных и пухлых, а с другой стороны, упрямо сжатых. И всё же, несмотря на любовь к мужу, Алиса поняла, что какие-то чувства, отголосок которых остался, у неё к Николаше присутствовали. Вот она его и опекала, хотя ей, скорее всего, это было непросто.

– Ну раз уж у вас нет секретов друг от друга, – сказала Алиса, – я расскажу, что узнала от госпожи Кирхгоф.

– Ты была там? – Катрин прижала руки к груди.

Алиса почувствовала, что ей удалось завладеть всеобщим вниманием, и принялась вдохновенно рассказывать о том, что узнала, добавляя новые подробности, которые выдумала. Иногда она слышала вздох Катрин, иногда видела удивлённо недоумённый взгляд Николаши. Когда дошла до «тьмы и железа», Катрин не выдержала:

– Бедный Серж, он этого не вынесет.

– У нас есть два варианта развития событий.

– Какие? – в голубых глазах Катрин зажглась искорка надежды.

– Помешать или помочь, – Алиса выпрямилась, почувствовав неожиданный прилив сил. Ей впервые показалось, что она может перевернуть историю. Вот ведь что сделали глаза, сидящего напротив влюблённого мужчины. И тогда в школьных учебниках не будет декабрьского восстания и, вообще, не будет эпохи декабристов. Зато все эти прекрасные люди будут танцевать на балах и любить друг друга.

Николаша продолжал молчать, только изредка покачивая головой, словно не веря происходящему. Катрин вся подалась вперёд.

– Но что можем сделать мы, женщины? Мы ведь даже не состоим в обществе.

– На женщинах держится полнеба, – высокопарно заметила Алиса. – К тому же среди собравшихся есть один мужчина, – она лукаво взглянула на Николашу.

– Нет, Мари. Это наши мужья замешаны в этом деле, нам и решать, как им помочь.

– Знаете что, дорогие дамы, – возмутился князь Ковалёв. – А это ничего, что вы меня обсуждаете, когда я рядом сижу? – Алиса прыснула в кулачок, услышав популярную в их времена фразу, но тут же опомнилась и сделала строгое выражение лица, как и подобает княгине. К счастью, удручённая Катрин вовсе не заметила их промахов, смотрела куда-то вперёд, словно видела своё будущее. Алиса вспомнила: именно о ней напишет первую часть Николай Некрасов. – Я вас одних не оставлю, – вернул их в обоих в действительность уверенный голос Николаши. – Я тоже слышал из разных источников, что государю уже всё известно, и все дека…. участники общества под пристальным надзором.

– Так давайте действовать! – воскликнула Катрин. – Мари, какие у тебя мысли?

– Я веду переговоры с Андреем, чтобы он уехал за границу. Велика вероятность, когда умрёт император Александр, участники общества начнут переворот. Не так ли? – Алиса посмотрела на Николашу.

– Княгиня Репнина мыслит абсолютно по-мужски, – Николаша сдержал улыбку. – Судя по истории, время перехода власти, самый лучший момент. Им грех не воспользоваться.

– Но какова вероятность, что император умрёт так скоро? – спросила Катрин.

– Это госпожа Кирхгоф сказала. Вошла в транс и проговорилась, – снова соврала Алиса, от души надеясь, что Катрин не придёт в голову мысль пойти к госпоже Кирхгоф, чтобы проверить. – И я дала слово, что никому не скажу.

– Неужели? – осведомился Николаша.

Алисе захотелось показать ему кулак. Но это было совершенно против этикета.

– Но мне пришлось рассказать вам. И, вообще, сегодня я предлагаю, – Алиса чувствовала, что её уже несёт, но она не могла остановиться, – создать своё маленькое общество в противовес северу и югу. И в знак этого я предлагаю скрепить наш союз, – она положила руку на стол ладонью вниз, сверху положил ладонь Николаша. Катрин, помедлив, положила, унизанную кольцами, ручку сверху. Алиса не знала, что чувствовал Николаша, чья рука оказалась зажатой между двумя женскими ручками, но, чувствуя его прикосновение, поняла, что пропала.

– Ну что ж, дело сделано, – Катрин убрала руку, то же самое сделали с небольшой паузой Николаша и Алиса.

И тут дверь открылась, глубокий мужской голос назвал княгиню Трубецкую по имени, она извинилась и вышла.

Алиса почувствовала, как ухнуло в груди сердце, она опустила глаза.

– Каждый раз, когда я вижу вас, княгиня Репнина, – сказал Стас. – Вы меня удивляете. Если бы я не был влюблён в вас с первого взгляда, влюбился бы сейчас. В тот раз вы осмелились играть музыку ещё не появившегося на свет композитора, в этот раз собираетесь изменить ход истории.

Алиса нервно хихикнула.

– Князь Ковалёв, давайте оставим условности. Нам нужно многое обсудить.

– Безусловно. У меня есть только один маленький вопрос. Госпожа Кирхгоф на самом деле существует?

– Да, я у неё была, и всё, что я рассказала – ну кроме смерти императора – правда.

– Это меняет дело, дорогая Алиса.

– Неужели ты на самом деле прыгнул за мной? Ведь это же ты подвозил меня к работе? И тебя в той жизни звали Стас. У тебя была невеста.

– Да, Алисочка. Всё именно так и обстояло. Когда ты не оставила номер телефона, я остался ждать тебя, поскольку не хотел тебя потерять. Но из-за моего бестолкового работника, мне пришлось покинуть наблюдательный пост. Когда понял, что ты успела ускользнуть: поднялся наверх и нашёл твою контору. Вырвал у спеца по душам признание, что ты там была. И он заявил мне, что мы больше в этой жизни не встретимся. Я поехал к твоему дому, – Стас остановился.

– И что? Ты меня видел?

– Нет, я опоздал.

– Откуда ты узнал, что опоздал? Там что, на заборе было написано: Алиса попала под машину.

Стас привстал и схватил её за руку:

– Скажи мне, что ты этого не делала? Ты не могла так поступить из-за этого козла.

– Что не делала? – не сразу сообразила Алиса.

– Скажи, что ты не бросилась под машину нарочно?

- Да как ты мог подумать?! Я из-за этого козла – никогда.

– Значит, опять каблуки?

– Похоже, что да. Я как раз звонила в ту контору, чтобы они отправили меня сюда. После того, как я увидела… – теперь Алиса замолчала.

– Что ты увидела?

– Не важно. После этого оставаться в том мире мне уже не хотелось.

– Да знаю я. Застукала своего муженька в постели с этой шлюшкой.

Алиса покраснела и вдруг как-то почувствовала себя больше не великолепной Мари, а той брошенной женой, которую даже в кружевных чулках муж не хотел. Совершенно неожиданно для себя, она всхлипнула. Стас рванулся к ней. Алиса встала, собираясь убежать, но только попала к нему в объятия.

– Алисочка, ну что ты, милая. Не плачь, ведь я же тебя люблю. С первого взгляда, когда ты в шубке выскочила из подъезда на этих дурацких каблуках. Помню снежинки в твоих волосах. – Стас нашёл её губы и прижался к ним.

Это было удивительное ощущение, по щекам ещё текли слёзы прошлых обид, а душа уже хотела снова любить. Когда поцелуй закончился, высохли слёзы и Алиса твёрдо сказала:

– Я не хочу об этом вспоминать.

– И не будем, – легко согласился Стас. – Дел-то в этой жизни полно. Кстати, Мари, наверно, будет лучше, если я так буду тебя называть, в той жизни я тоже разорвал помолвку.

– Зачем?

– Я хочу быть с тобой.

– А вот я опять замужем, – нервно хихикнула Алиса.

– Это не твой муж. Мы всё решим, – Николаша поцеловал ей руку и помог сесть за стол. – Главное, что я нашёл тебя.