Глава 37

Мне стало всё понятно: папа выглядел уставшим вовсе не из-за работы с опасными артефактами, которые ему пришлось обезвреживать. Женившись на Хильде и удочерив её девочек, он был уверен, что снова обрёл любовь и семью, а оказалось, что его чувства подогревались приворотным зельем. Больно разочаровываться в восемнадцать лет, а каково в сорок? Ещё тяжелее, наверное.

В глубине души я всегда чувствовала, что папа не выбрал бы такую женщину, как Хильда — высокомерную, холодную и жадную. Моя мама была совсем другой: всегда дарила нам тепло и заботу, старалась каждый день сделать радостным. Мачеху, казалось, не заботили даже собственные дочери. Она разговаривала с Кларой и Дианой в приказном тоне и постоянно делала им замечания, так что мне порой становилось их жаль. Я вздохнула, нарушив тишину.

— Что же ты собираешься делать, папа? — спросила я тихо.

— Понятия не имею, — грустно усмехнулся папа. — Похоже, мы с тобой оба запутались. Там, на границе, я много размышлял о Хильде и иногда думал, что лучше было бы и вовсе никогда не узнать правды. Сейчас я понял, что был не прав. Пусть горькая, но правда.

— У тебя есть я. И будущий внук. Знаешь, ты приходи к нам с Бусей в лавку — вместе придумаем что-нибудь. Заодно поищем вход в подвал — он замаскирован магией и давно не показывался.

— Договорились. — Папа отхлебнул чай, который уже успел остыть. — А ты ходила к доктору?

Я вспомнила свой единственный визит в столичную клинику, где мне выдали зелье, чтобы избавиться от ребёнка, и внутренне поёжилась. Рассказывать об этом папе не стоило.

— Нет, я хорошо себя чувствую, зачем?

— Чтобы узнать, как развивается малыш, а чуть позже можно будет посмотреть, мальчик будет или девочка. Иногда врачи назначают беременным витаминные эликсиры и тому подобное.

— Возможно, чуть позже, — пожала плечами я. — Сейчас разобраться бы с волшебной лавкой.

«И с Адрианом Тейлором, который в скором времени купит её», — добавила я про себя.

И тут, словно по мановению волшебной палочки, дверь папиного кабинета распахнулась и на пороге нарисовался мой франтоватый магистр собственной персоной. Он был достаточно высок, поэтому его темноволосая макушка едва ли не касалась верхней притолоки дверного проёма.

От неожиданности я едва не выронила из рук чашку. Папа вовремя заметил, как дрогнула моя рука, и успел отобрать у меня хрупкую посудину. Адриан, ну надо же, вежливо склонил голову, заметив моего отца, а затем перевёл сияющий синевой взгляд на меня.

— Добрый день! Прошу прощения за вторжение, но мне сказали, что здесь я найду Эвелину.

— Нет здесь никакой Эвелины, — пробурчала я, поднялась со стула и демонстративно отошла к окну.

— Вы, должно быть, Адриан Тейлор? Я отец Эвелины, меня зовут Гарет Крисс. — Папа поднялся навстречу гостю.

Они пожали друг другу руки. Я отвернулась. Не желаю его видеть, вот и всё!

— Наслышан о работе Службы безопасности, — отозвался Риан. — Рад познакомиться с вами.

Ишь ты, он рад, сердито думала я. На безупречном аристократическом лице магистра не было и следов печали. Мы тут, понимаете ли, сидим плачем, а он радостный катается по городу и в ус не дует. Я отодвинула лёгкую шторину и прильнула к окну: оно располагалось так близко к тротуару, что были видны только ноги спешащих по своим делам прохожих.

Стайка воробьёв сражалась за брошенную кем-то корочку хлеба. Я старалась не слушать, о чём беседуют Риан и папа, но, сама того не желая, сильно разволновалась. Он искал меня, он пришёл! Означает ли это, что он соскучился по мне, или появилось какое-нибудь скучное бумажное дело, связанное с волшебной лавкой? Может, объявили дату аукциона?

— Вы позволите пригласить Эвелину на прогулку и ужин? — донеслось до моих ушей.

— Конечно, мы уже поговорили. Думаю, она будет не против, — ответил папа. Я не обернулась.

— Благодарю вас. Передайте ей, пожалуйста, что я буду ждать снаружи.

Дверь осторожно закрылась, и я топнула ногой.

— Никуда я с ним не пойду, папа! Он мне не пара, неужели не понятно?

— Решай сама, Линочка, ты уже взрослая. Мне показалось, что он неплохой парень, хотя и сын графа, — сказал отец и тут же досадливо махнул рукой, смутившись последних слов.

— Что это значит?

— У графа Эрлинга тяжёлый характер, мне доводилось сталкиваться с ним по службе. Адриан же выглядит открытым и честным, а потом, никто не заставляет тебя с ним сближаться. Можно просто дружить, почему нет?

— Ну не знаю, — фыркнула я. — Мы вроде бы дружили, но что-то пошло не так.

— Нет ничего страшного в ссорах, так вы узнаёте друг друга с разных сторон. Главное, потом, когда оба остынете, поговорить начистоту и не держать в душе обиду.

Признаться, я действительно обижалась и на Риана, и на себя. На него — за то, что не стал меня слушать, сделал скоропалительные выводы и ушёл. На себя — за те гадкие сомнения, которые закрались мне в голову, когда я сжимала в пальцах флакончик с приворотным снадобьем. Буся оказался совершенно прав: чёрная магия всё равно сработала разрушительно.

— Я выйду к нему, — решила я и заглянула в маленькое зеркальце, что было закреплено на стене возле крючков для одежды. — Мне любопытно, что он хочет сказать.

— Ты заглянешь ко мне завтра? Или, если хочешь, я сам заеду к тебе в архив в обеденный перерыв.

— Да, папочка, я зайду. — Я на миг обняла отца и прижалась щекой к его чуть колючей щеке.

Послушаю, что выдаст мне Риан, и отправлюсь домой к Бусе. Пожалуй, хватит с меня сегодня переживаний! Я выскочила на улицу и увидела уже знакомый экипаж. Похоже, Адриан чередовал поездки на мобиле с традиционным видом транспорта. А может, был не в настроении вести мобиль — ведь нужно было следить за дорогой, в то время как экипажем управлял кучер.

Дверца была приветливо приоткрыта, и я влезла внутрь. И увидела большой букет роз.

— Что это такое? — спросила я, в недоумении уставившись на цветы. — У нас что, свидание?

— Нет, конечно, нет, — улыбнулся Риан. — Это в качестве извинения. Просто так. Ты любишь такие цветы?

Розы были великолепные — нежно-кремового цвета с пышными, как юбочки балерины, цветками.

— Люблю, — сухо сказала я. — Но не стоило их покупать.

— Прости меня, пожалуйста, — тихо сказал Адриан Тейлор. — Я думаю, ты и правда не собиралась подливать мне то зелье. Это на тебя не похоже, ведь ты всегда стараешься быть самостоятельной. Стала бы ты использовать приворот? Вряд ли. Но когда я увидел облако золотистого дурмана, то очень рассердился.

— Я сама виновата, — признала я. — Надо было сразу всё рассказать тебе.

— Встречаться с Гисленом Лемаром в одиночку было очень опасно!

— Знаю. Он пригрозил, что у тебя будут неприятности, поэтому я пошла одна.

— Ты очень смелая, — похвалил меня Риан. — Прошу, больше так не рискуй.

И он осторожно вложил в мои ладони букет, похожий на ароматное зефирное облачко. Что мне было делать? Я не смогла бросить цветы и убежать. Охваченная бурей захлестнувших меня чувств, я спрятала лицо в нежных лепестках. Экипаж осторожно тронулся, мы покатились по улице.

— Куда мы едем?

— Надо где-нибудь поужинать, а потом отвезу тебя домой. Ты не против?

— Я больше не хочу в дорогой ресторан, — сказала я, вспомнив прошлый раз, когда мы столкнулись с мачехой Хильдой и отступником.

У меня не было никакого настроения созерцать напыщенные лица городских аристократов и выбирать нужную вилку из десятка разложенных на скатерти приборов.

— Отвезу тебя в одно милое и тихое местечко. Обещаю, что тебе там понравится. Согласна?

Я подняла глаза от цветов — Адриан нежно разглядывал меня синими глазами и ждал ответа.

— Хорошо, — тихо ответила я и улыбнулась.