Глава 13. (продолжение)

– Хватит, – холодно заключил Дмитрий, буквально замораживая сопротивление Мари.

– Что ты здесь забыла?! – возмутилась я.

– Вы её знаете?

– Да, я её вчера уволила за…

– Любовь!

Девушка позволила себе пару секунд на раздумье, пока мы переговаривались, а после уверенно вступила в диалог, гордо вскидывая голову.

– У неё связь с мужем моей золовки… Повторюсь: что ты здесь забыла? Почему кралась, словно вор? Ты что-то украла?

Не только я, но и Дмитрий устремил на неё пристальный взгляд. И ей не помог даже протяжный вздох, благодаря которому удачно распахнулся плащ на пышной груди.

Девушка молчала, а Дмитрий не стал мелочиться, начиная обыскивать. Его руки не церемонясь проходили по изгибам её фигуры, никак на них не реагируя, при этом умело находя потайные карманы в одежде.

– Что вы делаете?!

– Вы не отвечаете. Вот я и помогаю вам скорее во всём сознаться… Откуда это?

Он ловко вытащил мешочек из внутреннего кармана её платья.

– Хамло! – припечатала девушка, пробуя выхватить находку. – Никакого уважения к женщине!

Мои брови взлетали всё выше, недоумевая: чем могла заниматься в моём доме эта девица?

– Я сама! – меж тем вывернулась она из его рук. – Эти деньги мне дал мужчина, чтобы я смогла продержаться на плаву. Девушке так трудно начинать всё с начала в новом доме… – вздохнула она, пуская слезу.

– Чтобы начать с начала в роли горничной? – насмешливо протянул Дмитрий, взвешивая на ладони мешочек. – Тяжёлый. Интересно… золото или серебро?

Он медленно распустил завязки и вместе с ней сунул туда свой любопытный нос. Я и сама сделала шаг ближе, улавливая разочарование Мари.

В мешочке тихо пересыпались монеты. Тусклый холодный блеск серебра… По мне, так слишком много для «начала новой жизни», но по тому, что я чувствовала от Мари… слишком мало.

– И кто же вас осчастливил? – поинтересовался Дмитрий, успев бросить на меня предостерегающий взгляд, чтобы я молчала.

– О таком не принято говорить, – жеманно произнесла она.

– Кто?! – неожиданно рявкнул он, отчего и я, и девушка вздрогнули.

– Илья Терентьевич, – не стала она больше скрывать, ведь страх скользкой змеёй ползал не только в её душе, но и жадно двинулся ко мне, вынуждая отступать.

– Сколько же у вас было любовников в моём доме?! – ужаснулась я.

– Вы хотите знать? – её глаза самодовольно блеснули, а я затрясла головой.

– Не настолько…

– Почему господин Гордеев решил вам заплатить? – меж тем Дмитрий не брезговал и продолжал вести допрос. – Как вы на него повлияли?

– Илья – добрый и сострадательный мужчина… Он не бросил меня на произвол судьбы, в отличие от господина Черкасского, – выплюнула она зло. – Видите ли, ему самому нужно спасать свой зад! – спародировала она Аркашу, задыхаясь от злости, а вместе с ней и я.

Сколько же в ней было недовольства, что я, даже не открывшись до конца, буквально погрязала в удушливой волне.

– Меня от вас тошнит, Мари! Убирайтесь с моей земли! Ещё раз поймаю, – отдам приставам! – заявила я, сгибаясь пополам. Ещё немного, и меня вырвет. Хватаясь рукой за живот, я думала только о ребёнке и о том, что ему может быть так же плохо, как и мне.

Мари выхватила кошель из рук недовольного Дмитрия. По тому, как он свёл брови, я точно поняла, что мужчина не разделял моего скоропалительного решения, но мне было всё равно, я желала вдохнуть полной грудью.

– Я искренне надеюсь, что вам действительно плохо, ведь вы только что отпустили профессиональную врунью, которой ничего не стоило соврать в очередной раз, – подхватив меня на руки, он уверенно двинулся к дому, бросив вслед девушке всего один мрачный взгляд.

Мари неслась прочь, петляя между деревьями и не оглядываясь.

Я могла бы возмутиться, но как только она начала удаляться, мне стало легче. И дышать я стала спокойнее и глубже, окутанная вполне человеческим ароматом без капли эмоций.

Запах свежего белья и кожи с лёгкой ноткой можжевельника, – вот и всё, чем он пах… Но до чего же было хорошо вдыхать его. Никаких навязчивых горьких чувств… только уверенность и покой. Я буквально млела от этой тишины.

– Что-то случилось? – доктор Брагин, словно шарик, скатился с лестницы, кидаясь нам навстречу. – Я увидел в окно…

– Ей стало плохо в пролеске.

– Скорее наверх! Несите-несите! – велел он, торопя мужчину.

Я хотела успокоить его, что это из-за эмоций Мари, но Дмитрий с силой сжал пальцы на моих плечах. Оглядевшись, поняла, что прислуга видела моё «триумфальное» возвращение, и жернова сплетен уже запущены… А то, что я эмпат, предпочитала пока оставить при себе. Видно, так же считал и Дмитрий.

И только в тишине своей комнаты я смогла открыться Фёдору Алексеевичу и получить Красавицу на свою голову.

– Странно это, – заключил он, отмеряя в ложку успокаивающую настойку, – обычно чувства других хоть и задевают вас, но имеют накопительный эффект. А тут – прямой удар… – взглянув взволнованно на меня, он решил увеличить дозу.