Глава 17

Эрика

Я проснулась от крика соседей на лестничной площадке, опять ругаются. И вот что людям неймётся? Нельзя ли как-то перенести утренний скандал на попозже? Еще и голос у соседки сегодня сел, охрипла совсем, что в общем-то не удивительно. Ладно, раз спать не дадут, значит пора открывать глаза. Тем более, что у меня клиент в фирме "жирненький" появился. Кольцов! Нет, сам-то он в хорошей спортивной форме, как человек. А вот заказ у него "жирный". Если я как следует постараюсь, и статистика подтвердит результаты моих усилий, то мне и на отпуск хватит, и на новый диван. Мягкий такой. Этот что-то совсем весь скуксился пружинами наружу.

Я мечтательно потянулась, уперлась спиной о что-то жёсткое, а потом и ногами. Так? Не поняла? Моя квартира что, уменьшилась в габаритах? Похудела? Села на диету? Чтоб влезть в новые обои? Или это шкаф на меня упал?

Я распахнула глаза и прямо перед собой увидела дом дяди. Что это вообще такое? От ужаса я подскочила, треснулась головой о потолок, вдобавок зацепилась рукавом блузки о какую-то детальку машины. Подставка для зонтиков? Крепление для очков? Для оружия? Раньше машина служила военным в какой-то далекой азиатской стране, отсюда и ее весьма нетипичная юркость на дороге и миниатюрные габариты.

Я попыталась моргнуть. Нет, дом никуда не исчез, все так же таращится на меня своими окнами. Как я вообще здесь очутилась? Что было вчера?

Перед глазами живо встали картинки — Мартин, Алан, лесной родничок, Адольф! Пленка воспоминаний словно прокручивается задом наперед в моей голове. Больница! Сильвера больше не существует! Нет больше никакой опасности, никто никогда не станет меня искать, не выдаст замуж, все в прошлом! А еще есть чудесный Шохир.

Я счастливо улыбнулась, кое-как перебралась на водительское сидение, достала свой телефон. На работе мне неплохо было бы очутиться в восемь, ехать мне часа два, ну это если впритык по времени. Сейчас только пять утра. А это значит, что я даже успею позавтракать и взглянуть на рабов, если они вообще существуют! Весь вчерашний день кажется настолько нереальным, что я сама себе невольно перестаю верить.

Сунула ноги в туфли. Придирчиво оглядела костюмную юбку. Выглядит она так, будто меня хорошо пожевали, а потом выплюнули. С блузкой дела еще хуже, рукав порван от локтя вниз. Я спросонья зацепилась декоративной петелькой за какой-то выступ в машине. Вот и как теперь быть? Ладно юбка, её хоть можно отгладить. А с блузой как?

Еще и пиджака теперь у меня нет. Даже если предположить, что весь вчерашний день реален, то пиджачку точно хорошо досталось. Невольник, когда им прикрывался, был весь в грязи и потеках собственной крови. И я очень сомневаюсь в том, что мой пиджак кто-нибудь постирал, отгладил, да хотя бы, что он просто успел высохнуть. Да, похоже, с пиджаком на этом месте просто придется расстаться.

Я рискнула опустить зеркальце вниз, посмотрела на свою сонную ммм мордочку? Да, определенно, мордочка, как у белочки, которая всю ночь провисела головой вниз под дождем.

Обычно свои немного вьющиеся волосы до плеч я стригу в парикмахерской так, чтоб они особо не мешали и легко укладывались в причёску. Видимо давно там не была, заработалась, упустила. Иначе я никак не могу объяснить, почему они теперь такой сумасшедшей длины и дружно встали дыбом. Интересно, как мне удастся их уложить ну хоть во что-то приличное? И есть ли в машине заколка? Любая! Пожалуй, заколка тут не поможет, волос стало слишком много. Как я не заметила, что они отрасли? Нужно спать побольше и регулярно, говорят это здорово помогает контролировать мысли и действия.

Боюсь, в офисе не оценят, если я появлюсь в таком виде. Прямо представляю лицо начальника! И его фразу: "А это нечто в уголке — начальник отдела рекламы. Вы не думайте, мы ее не из жалости на помойке подобрали, честное слово. Нет, что вы, это человек. И диплом у нее не из той же помойки". Жуть! И у меня есть всего час, чтобы собраться!

Я завела машину, вжала педаль газа чуть не в пол, машина лихо подпрыгнула на какой-то кочке. Через тридцать секунд я уже была на парковке ближайшего магазина. Если тетя Тамара не выйдет, я не знаю, что сделаю. Она живет, точнее, жила в доме прямо за магазином.

Я освежила природные запасы наглости и нажала на гудок. В первую секунду ничего не происходило. Так, а если еще чуть погудеть? Дверь в домик открылась, тетя Тамара появилась на пороге, уперев руки в бока. Злая, как… Лучше не думать. Меня увидела, чуть подобрела. Совсем чуть-чуть. То есть демонстративно вынула из-за спины метлу и прислонила ее к дому.

— Чего? Думаешь, тебе что, теперича все можно стало?

— Мне бы шампунь.

— Совсем заболела? Какой шампунь? Времени пять утра!

— Две тысячи за флакон дам.

— У нас таких цен нет и не было никогда!

— А теперь будут. В плату за беспокойство. Мне голову очень нужно помыть. Тетя Тамара, дайте мне шампунь и бальзам для волос, умоляю. Только вы можете спасти мой рабочий день. Плачу две тысячи. Они же стоят у вас раз в десять дешевле, а?

— Ох и принесла же тебя нелегкая! — продавщица всплеснула руками, — Так уж и быть, сейчас свой вынесу. Ты не думай, все новое. Брала для козы, списали, потому что срок годности вышел. Ну, немного. И денег мне твоих не надо.

Значит, возьмет чем-то другим — поняла я. Вопрос только чем именно? Если попросит как-нибудь до города довезти — это не сложно. И все же я бы предпочла рассчитаться деньгами. Так всегда получается проще.

Тетя Тамара вышла из дома через минуту, бодро засеменила к калитке, тут она впихнула мне в руки несколько баночек недорогой косметики для волос. Я помню, в моем детстве точно такая же стояла на полках. Надеюсь, эти баночки остались не с тех времен.

— На вот, держи. Прости, что накричала. Спросонья была. Мне к козе еще только через часик идти, — продавщица даже выдавила из себя улыбку.

— Спасибо большое, я вам очень признательна.

— Ну, иди, чисти пёрышки, потом сосчитаемся.

Тут из окна высунулась небритая голова теть Тамариного мужа. Так просто на улице я бы его и не узнала. Седой, лохматый, на какого-то вурдалака сказочного похож. Мне вдруг стало интересно, а вурдалаки бывают в Шохире?

— Кого там нелегкая принесла? Гони эту взашей! Чтоб и дороги… — выкрикнул он.

— Скройся! — крикнула тетя Тамара и повернулась ко мне, — Ты внимания на моего мужа не обращай. Он у меня ну такой ревнивый! Не нашёл рядом, испугался, вот и рассердился. Это он не на тебя, дорогая.

— Спасибо, вы извините, я опаздываю ужасно.

— Беги, дорогая. Тебе так идут длинные волосы. Вчера-то ты их пособрала, я уж думала, неужели обстригла? Дядя-то все тебе косы плел.

— Я сама плела. Извините ещё раз.

* * *

Алан

К ночи я почувствовал себя значительно лучше, может быть, сказалось то, что смог умыться, а может быть, ужин. В любом случае я решил немного пройтись по дому, изучить, что здесь есть. Попытаться угадать что меня ждёт дальше. Как я понял из разговора, дом этот повернут фасадами на два мира сразу. С одной стороны — привычный в целом Шохир, с другой — неизведанный и пугающий с названием Земля. Что ж, было бы любопытно выглянуть и туда, пусть даже через окно, чтобы сложить хоть какое-то представление об этом мире.

Я с некоторым трудом встал, задумался о том, что я могу надеть. В общем-то ничего. Даже не во что сунуть ноги, а в доме колдуна и на полу может ждать масса неприятных сюрпризов, начиная от булавок, воткнутых в особые половицы или же выпавших из оконных рам и заканчивая змеями, свернувшимися в клубок С другой стороны, Мартин ходит босым. Но он-то точно знает, чего опасаться.

Глупые наветы раба на новую хозяйку так и не идут из моей головы, но я стараюсь не верить им. Девушка милосердна, даже добра. По крайней мере меня она пока что не тронула. Быть может, с ней даже удастся договориться. Выкуп я за себя в любом случае предложу. Только как добраться до границы с Ферниром? Да и согласится ли ведьма снять ошейник с раба? Вот это уж точно вряд ли.

Я заслышал шаги за дверью, выждал немного и наконец выбрался в коридор. Дом богато обставлен, всюду роскошные дубовые панели, медные канделябры, пахнет травами и чуть-чуть золой.

Внезапно меня обожгла глупая мысль, что, если Эрика отвергла меня только потому, что предпочла другого? Я ранен, в то время как Мартин здоров и тоже красив. Широкоплечий, высокий, сложен прекрасно, держится как подобает невольнику. Наверняка он с большой охотой выполнит любую прихоть своей хозяйки.

Эта мысль меня задела. Я словно бы захотел убедиться в том, что Эрика — та ещё дрянь, как и некоторые другие из женщин Шохира. Я же слышал, для каких надобностей они выманивают к себе мужчин, делают их невольниками собственных желаний, а потом, наигравшись, продают. Да еще куда!

Страх за себя, омерзение, странная ревность — все смешалось во мне, когда я толкнул дверь другой спальни. Мартин лежал по центру громадной постели. Одеяло сползло вниз с роскошного торса, мышцами туго облеплено его тело. Женщины таких любят. Я хотел извиниться, уйти, подумать, как мне быть дальше, на что вообще можно надеяться в этом доме.

Напрасно. Парень сказал, будто он спит один, а хозяйка забралась в желудок неизвестной букашки. Решил пошутить? Отвлечь? Еще и о ковре каком-то сказал. Летающих ковров не бывает. Давно исчезли те волшебники, которые их чаровали, да и сам ковер должен быть соткан ровно из десяти тысяч узелков шерсти альпаки, иначе ничего не выйдет.

Я не поверил ни единому слову невольника, вышел за дверь, неплотно прикрыл ее за собой и принялся слушать. Наверняка наша хозяйка сейчас появится в комнате за моей спиной, в их с Мартином спальне, заберется в постель и…

Не хочу думать, достоинство не дает продолжить мысли. Я прошел по коридору вперед, с силой ударил ногой по ковру. Рабам нельзя верить, все они лживы. Вот и с летающим ковром ничего не произошло, Мартин лжет. Я сделал еще один шаг.

Ковер дернулся под ногами назад, я упал на спину, чуть не взвыл. Потолок приближается, ковёр стремительно летит вверх вместе со мной, обсыпая все вокруг залежами своей волшебной пыльцы. Только не врезаться! Бах! Ковер ткнул меня носом в потолок, точно щенка и тут же опал на пол коридора. Я слегка приложился спиной, сдавленно охнул. Скорее от удивления, чем от боли. С ума сойти, я лежу на одном из древнейших артефактов, каких больше просто нет в мире.

Мартин не солгал! Но разве можно в такое поверить? Раб и тут предложил мне свою помощь. Конечно, я отказался. Меня и так уже видели слабым, больным, достаточно ронять свою честь. С другой стороны, будь в спальне красавица ведьма, хозяйка невольника, он бы никогда не согласился выйти оттуда и уж, тем более, не предложил бы мне помочь. Почему-то от осознания этого стало легче. Я не ошибся в ней, в этой хорошенькой ведьме.

— Ты восхитителен.

Я не сдержался, провел пальцем по рунам ковра, очертил узор одного из магических элементов. Даже простым людям свойственна тяга касаться узора. Это так естественно — хотеть почувствовать под пальцами настоящее волшебство. Жаль, больше не осталось магов, способных вдохнуть жизнь в узоры, подобные этому.

Кое-как я поднялся с ковра, осторожно ступая, прошел по раздетому полу. Такой ковер и ногами-то пачкать не дело. По нему можно ходить разве что в мягких тапочках, чтобы не нанести вреда. А еще лучше повесить ковёр на стену и покрепче приколотить, чтоб не вылетел в окно, да и в доме не натворил бед.

Я вышел в просторную комнату. Кажется, в ней я уже был. Пол все так же украшен меловым узором пентаграммы. Огромные окна прикрыты тяжелыми шторами. Неужели там другой мир? В несколько шагов я одолел путь до окна, чуть тронул рукой занавеси, с величайшей осторожностью, затаив дыхание, почти как в детстве, выглянул наружу, ахнул от изумления.

Высоченные сосны взяли городок в кольцо из стволов. Богатые дома всюду, их по-настоящему много. Черепичные крыши, огромные окна, заборы, у каждого дома есть свой участок.

Я опустил взгляд чуть ниже и увидел то, о чем говорил Мартин. Странного вида букашка таращится на забор пустыми глазницами. Внутри, под завесой прозрачных крыльев лежит ведьма. Спит? Умерла? Мне, как любому нормальному мужчине, захотелось броситься ей на помощь, но вместо этого я затаился. Нужна ли та помощь девушке, если она забралась в букашку сама?

Круглый бесенок решил иначе. Он выбрался из-под крыльца, отряхнул с тела колючку, почесался, мерзенько хмыкнул. Я увидел, как он нырнул под пузо букашки, вскоре оттуда послышались голоса. Будто бы кто-то из людей начал спорить. Ведьма вздрогнула, тряхнула волосами, наконец села. Нет, такой помощь моя точно не нужна, уж больно уверенно она себя ведет.

В лапах беса тем временем мелькнуло лезвие ножа. Кажется, он собрался ранить им загадочную букашку. Уже и прицелился. Ведьмочка его будто услышала, уж почуяла точно. Вот она тряхнула волосами, улыбнулась… И машина резко сорвалась с места. Хлоп! Колесо покатилось по нечисти, подлетело немного. Я вытаращил глаза. Во так запросто прокатиться по бесу? Он же мстить станет. Неужели Эрика его не боится? Впрочем, она уехала, значит, нет. Ну не могла же она не заметить беса? Машина-то подскочила?

— Ма-ши-на, — протянул я по слогам. Безусловно странное название для живого существа.

На том месте, где стоял бес, взвилась вверх темная струя дыма. Сам он неспешно поднялся из травы, еще немного приплюснутый, чем-то напоминающий по форме монетку. Один рог погнулся… Я вздрогнул и поплотней зашторил окно.

Пожалуй, пора будить Мартина. Он должен успеть приготовить завтрак хозяйке, если уж уверен, что хозяйка вернется домой. Добрая примета не советует злить ведьм, в особенности по утрам. Говорят, этот обычай позволяет продлить долголетие и здоровье.

— Мартин, Эрика уехала. Бес шатает крыльцо от злости и грызет перила. Ведьма задавила его колесом.

— Ты еще домового не видел. Он ножи подточил, не к добру это, — взлохмаченный после сна невольник вышел в комнату.