19

После его слов, Эвелин совсем расклеилась и пыталась не расплакаться у всех на глазах. Хотя это нашли бы милым, учитывая обстоятельства.

Груз вины давил еще сильнее после его слов, и она понимала, что не имеет права скрывать от него такие серьезные вещи, как дети. Причем чужие. Она пообещала себе, что как только они останутся наедине, она расскажет ему обо всем.

Гостей было немного, но и этого хватило, чтобы она услышала, что о ней думают.

— Как думаете, ей хватит ума скрывать свои похождения? — спросила одна женщина у другой.

— Разве этот брак не по любви?

— По любви? Не смешите меня Маргарет. Алекс Кинкейд с такой поспешностью не женился бы на ней, если бы в этом не было необходимости.

— На что вы намекаете?

— Скоро узнаем, — ядовито улыбнулась незнакомка и в груди Эвелин разжигается такой пожар, что она невольно сжимает руки в кулаки.

— Добрый день. Нас не представили, я Эвелин Кинкейд.

Эвелин мило улыбнулась, надеясь, что у них хватит смелости спросить открыто, но видимо они настолько двуличны, что расплываются в приветственных речах, заставляя ее сожалеть о своей наивности.

— Я не беременна, если вам так интересны причины нашего скоротечного брака, — она улыбается и уходит, оставляя после себя затишье.

— Леди Эвелин, вам досаждают? — спросил Стенли, явно следивший за ней.

— Нет, Стенли. Все прекрасно.

— Лорд Кристофер Кинкейд искал вас для срочного разговора, — сказал он и указав направление пошел за ней следом, чтобы проследить что больше никто не посмеет ее обидеть.

Как только он привел ее к Кристоферу, тут же отошел чтобы перекинуться парой слов со своим боссом. Когда Эвелин заметила грозный взгляд Алекса, она поняла, что Стенли все рассказал ему и улыбнулась, считая, что не стоит сейчас ругаться с кем-то, кто не имеет никакого отношения к их празднику.

Люди всегда будут говорить что-то, что вам не понравится. Главное в этот момент не принимать все близко к сердцу, ведь это только их слова и мысли, не ваши.

Эвелин слушала, что говорил Коул, пытаясь развеселить ее и улыбалась, ища глазами мужа. Алекс приближался к ним с двумя бокалами шампанского.

— Прошу минутку внимания, — постучав вилкой по бокалу, сказал Стенли, стоя рядом с Алексом.

— Вы все наверняка думаете, что же за причина такого скорого брака? — улыбается Алекс и Эвелин сжимается, чувствуя тревогу. — Я влюбился в Эвелин уже давно. Я лишь ждал, когда мой предыдущий брак будет расторгнут, чтобы вновь жениться на любимой женщине. Если кто-нибудь решит задеть честь моей супруги необоснованными предположениями о вымышленной беременности или намеками на невозможность искренних чувств к ней, хочу предупредить: такое поведение будет грубо и резко пресечено. Я сделаю все возможное, чтобы вход на частные мероприятия был для них закрыт.

— Думаю, что здесь нет таких психопатов, дорогой кузен, — вмешался Эштон, чувствуя, как накаляется обстановка и гости начинают переглядываться между собой, будто сейчас кто-то выйдет и наставит на них оружие.

— Тогда всем приятного вечера, — непринужденно улыбается он, поворачиваясь к Эвелин. — Все хорошо?

— Алекс, ты был…

— Груб? Жесток? — улыбнулся он. — Поверь, если кто-то заденет твою, то естьмою честь, ведь ты моя жена, я сотру паршивца с лица земли! И ты должна, — он сделал упор на это слово, — мне сообщать если кто-то говорит такие вещи про тебя!

— Как ты узнал?

— Стенли сказал, что местные сплетницы говорили о тебе плохо и ты расстроилась.

— Стенли преувеличил, — она нежно коснулась его руки и привстала на цыпочках, чтобы дотянуться к уху. — Прошу, в следующий раз не нужно устраивать прилюдную порку, хорошо?

— Если это приводит к тому, что твоя улыбка меркнет, я не могу этого обещать. А если я увижу на твоем лице слезы, клянусь, я убью виновного.

— Алекс, ты слегка забываешься, — она, покраснев покачала головой, думая о том, что он чересчур вжился в роль влюбленного мужа. — Я не хочу, чтобы через год на меня показывали пальцем и смеялись, когда мы рас…

— Кто сказал, что я тебя отпущу? — Алекс улыбается, прервав ее речь и она замолкает. — Идем, дедушка хочет что-то сказать.

Алекс сказал то, что чувствовал. Он не собирался никому прощать такое поведение и действительно предпримет все возможное, чтобы наказать обидчика жены.

— Все вы знаете, как долго я ждал настоящую леди Кинкейд, чтобы преподнести ей драгоценности моей любимой жены Изабеллы, — он вдруг обернулся к Френки, который держал большую бархатную коробку и взяв ее, подозвал к себе Эвелин.

Она не чувствовала ног, когда Алекс подтолкнул ее к деду. Все происходило как в тумане. Она не понимала за что заслужила такое и отчаянно пыталась отказаться, но Кристофер, взяв ее за руку, прижал к себе.

— Сегодня у меня появилась внучка, которую я очень долго ждал. Надеюсь, мой внук не упустит ее и в ближайшее время они подарят мне правнуков… или правнучек, — на последних словах он громко засмеялся, а Эвелин похолодела.

Когда он открыл коробку на нем лежало восхитительное колье с серьгами и браслетом. Настоящие рубины переливались на свету, заставляя всех вытянуть шеи, чтобы посмотреть на эту красоту.

— Я не могу…

— Можешь милая, — прошептал Кристофер. — Знаю, что можешь. И примешь! Теперь ты леди Эвелин Кинкейд.

Его голос был строг, а глаза светились лукавством. Эвелин боролась со слезами и едва держалась, когда последние слова Кристофера едва не заставили ее потерять сознание.

— Я знаю твой секрет, милая. Буду ждать этого знакомства с нетерпением.

Эвелин похолодела. Он знает. Знал все это время и молчал. Она посмотрела на Кристофера, но тот лишь подмигнул ей и отошел в сторону. Алекс удивленно и настороженно смотрел на то, как дед вручает Эвелин подарок, которого так долго ждала и просила Скарлетт. Заметив, как Эвелин пошатнулась, он быстро подошел к ней и притянув к себе, строго посмотрел на деда.

— Что ты сказал ей?

— Ничего, о чем стоило бы переживать, — улыбнулся Кристофер, похлопывая ее по руке и отходя к гостям.

— Что случилось? — допытывал ее Алекс, но Эвелин качала головой.

В горле стоял ком, и она не могла ничего сказать, лишь беспомощно наблюдала за Кристофером Кинкейдом, который как-то узнал про девочек. Она не сомневалась, что он говорил именно об этом. Он салютовал ей фужером с шампанским и улыбался.

Кто еще знает об этом?

Френки не выглядел подозрительным, но она не сомневалась, что именно он тот человек, который все узнал. А значит, что и Стенли тоже знает, а если нет, то к концу вечера узнает.

— Господи, — Эвелин слегка пошатнулась, вцепившись в Алекса, и он, отдав подарок деда дворецкому, вывел ее на террасу.

— В чем дело, Эви? Что случилось? Дед обидел тебя? — злился Алекс, обнимая ее за талию и смотря в глаза.

— Нет. Я просто… такая ответственность, — она обмахивала себя руками, улыбаясь и ругая себя за трусость. — Я трусиха, Алекс.

— Все мы чего-то боимся, — сказал он, поглаживая ее щечки и упираясь большими пальцами в губы. — Я вот, например боюсь, что как только мы останемся с тобой вдвоем, тебя ничто не спасет от меня.

— Почему?

— Потому что я растерзаю тебя, — он жадно кусает ее губы, спускаясь к оголенным плечам и прикусывая кожу. — А потом буду зализывать места своих укусов. Зализывать и целовать.

Глаза Алекса пылали огнем, темнея в тусклом свете и Эвелин гулко сглотнула, испытывая панику перед предстоящей ночью.

— Алекс я…

— Не волнуйся, — он рассмеялся, упираясь ей в шею. — Я буду нежен с тобой.

— Значит тебя не остановит мое…

— Ничто не сможет остановить меня от того, чтобы быть с тобой, моя прекрасная леди Кинкейд.

Она смущенно опустила голову, не понимая, как они от мыслей о детях перешли к его горячим губам на ее шее. Эвелин подняла голову в тот момент, когда Алекс хотел ее поцеловать, но вышедший к ним Коул, прервал их тет-а-тет.

— Гости волнуются, куда делись молодожены? Все в порядке? — спросил Коул, обращаясь скорее к Эвелин, чем к брату и она кивнула.

Она поняла, что сейчас не время. Будет лучше если она скажет ему, когда они будут наедине.

— Молодожены через пятнадцать минут исчезнут по понятным причинам. Сообщи деду, если у него есть еще что-то, пусть поторопится, — он вел Эвелин обратно, но все, что она понимала, это то, как Алекс торопится остаться с ней наедине. — Это все на что меня хватит!