4

Будильник зазвонил ровно в шесть тридцать и Эвелин испуганно подскочила, выключая его и спуская ноги с кровати. Прижав руки к голове и поняв, что похмелья нет, она улыбнулась и тут же тихо ахнула, вспомнив, что вчера она заключила сделку с боссом.

Она выходит замуж за Алекса Оливера Кинкейда.

— Господи, Джейкоб, я наверно сошла с ума? Или это сон? — прошептала про себя Эвелин, мысленно обращаясь к брату.

Вскочив с кровати, она бросилась в ванну и включила напор воды, тут же вставая под него и взвизгивая от ледяных струй.

— Черт, черт, черт?! — застонала она, понимая, что горячей воды и сегодня не будет.

Вчера, когда она вернулась домой, и действительно захотела принять ванну, горячей воды не оказалось и ей пришлось кипятить воду в кастрюле трижды, чтобы хоть немного согреть ее.

Лежать в прохладной воде было неприятно, но очень полезно, потому что она сразу пришла в себя, вспоминая как плакала перед боссом. А когда она заглянула в зеркало и увидела, что вытерла салфеткой почти весь грим, испуганно замерла. Сказал ли что-то на это босс?

Предположив, что за своими проблемами он не обратил на нее никакого внимания, она решила быть осторожнее и раньше времени не раскрывать своего лица, как бы ей не хотелось, чтобы он увидел ее настоящую.

Может, если он увидит ее тут же аннулирует контракт, и она останется без девочек. Поэтому приняв душ и нанеся тщательно свой старушечий грим, она достала новый, темно-серый костюм и с ужасом поняла, что, если у Алекса Кинкейда будет хоть немного здравого смысла, он бросит ее не раздумывая.

Пожеванный материал ткани выглядел ужасно, впрочем, как и сидел на ее тонкой фигурке мешком. Поэтому расчесав парик и пригладив все волоски, она закрепила его при помощи шпилек и обула стоптанные туфли на низком каблуке.

— Прости меня Алекс, но дети важнее моего презентабельного вида.

Скривившись от себя, Эвелин спустилась вниз и взглянув на часы, поняла, что сейчас половина девятого.

Два часа, это рекорд.

Выйдя из дома, она вызвала такси и назвав адрес своего будущего мужа, поехала к нему. Если Алекс думал, что это она может передумать, то он ошибался.

Пока она ехала, несколько раз подумала, что скорее всего это он не вспомнит о своем предложении после выпитого. Она была почти уверена, что после ее ухода он напьется в компании своего брата, которого она встретила в дверях лифта.

Какого же было удивление, когда, въехав на территорию особняка на окраине Лондона, встретивший ее дворецкий, открыл ей дверь и с невозмутимым видом, сообщил что ее ждут в кабинете.

Когда она вошла, Адам Норман сидел в кресле и протягивал бумаги Алексу, который встретив Эвелин, тут же поднялся и пошел ей навстречу.

— Доброе утро, Эви. Выглядишь… как всегда потрясающе, — скривился Алекс, тут же подарив ей одну из своих очаровательных улыбок.

— Льстец из тебя никакой, Алекс, — смутившись от своей наглости, улыбнулась Эвелин. — Надеюсь ты не против, что я на «ты»? Все-таки мы собираемся расписаться.

— Безусловно. Ты, как всегда, права, Эви.

— Не передумал?

— А ты? — спросил настороженно Алекс и она покачала головой.

— Не дождешься.

— Самые приятные слова, что я слышал.

— Мисс Томас, — поздоровался Адам Норман протягивая руку, и она сжала его сухую ладонь. — Уверены в своем решении?

— Да.

— Тогда, будьте любезны присесть и ознакомиться с условиями брачного договора, — он протянул ей листы, и тут же стал повторять то, что она пыталась прочесть, облегчая ей задачу.

— По договору, вы не имеет права претендовать на имущество семьи Кинкейд, а также недвижимость и ценные бумаги. В случае обстоятельств непреодолимой силы, то есть форс-мажора, такого как, смерть одного из сторон, сделка аннулируется.

— Что называется, любовь до гроба? — улыбнулась Эвелин.

— В случае благоприятного исхода по истечению срока, указанного в договоре, а именно двенадцати календарных месяцев, вы, мисс Эвелин Томас получите вознаграждение в сумме одного миллиона фунта стерлингов и небольшое…

— Алекс?!? Ты с ума сошел? — ахнула Эвелин, поднимая на него глаза. — Ты же знаешь, почему я согласилась на это?

— Знаю, — кивнул он. — И поэтому хочу отблагодарить тебя.

— Мне не нужны деньги. Мне нужен лишь временный брак, чтобы получить наследство.

— Да, но задумывалась ли ты о будущем? Если вдруг что-то пойдет не так, на что ты будешь жить? — спросил он.

— Что ты имеешь в виду?

— Вдруг я захочу расторгнуть сделку или ты захочешь?

— Я не захочу, — покачала она головой. — Ты знаешь, мне нужен этот брак. Иначе у меня заберут их… заберут все, — торопливо закончила она, замечая, как нахмурился Адам Норман.

— А что это за наследство? — спросил Адам и Алекс отмахнулся.

— Не сейчас Адам.

— Но я должен…

— Делай свою работу! — процедил Алекс, боясь, что, если он начнет выяснять что-то, Эви сбежит.

Уже сейчас ее затравленный взгляд пугал его. Она была на грани, и он не хотел, чтобы Эвелин сорвалась. И если бы не ее схожая ситуация, он бы поставил охрану у дверей. Но он доверял ей.

Он знал, что она не обманет его, как это сделала Скарлетт.

— Тогда продолжим. В течение года вы будете проживать в поместье Алекса Кинкейда. У вас будут смежные спальни, чтобы никто не догадался, что ваш брак не настоящий. Для всех это будет самый настоящий брак.

— Тогда хорошо, что сейчас не те времена, когда требовали показать простыню после брачной ночи, — улыбнулась Эвелин и Алекс хмыкнул, подавив улыбку и поняв, что его жена с отличным чувством юмора, и не такая уж и зануда какой показалось ему при первой встрече.

И явно не старая дева, пусть и прикрывается этими ужасными и нелепыми нарядами.

— Все, что подарит вам ваш муж, вы заберете с собой по истечению договора, — продолжил Адам и она покачала головой смотря на Алекса, который пожав плечами отвернулся к окну. — Также, вы подпишите документ о неразглашении этого брачного договора, потому что в таком случае договор сразу аннулируется и расторгается в одностороннем порядке.

— Что-то еще?

— Да. Дедушка Алекса, лорд Кристофер Кинкейд требует от вашего брака детей, которых Алекс, по понятным причинам, отказывается дарить, поэтому было решено придумать причину, по которой вы не можете иметь детей.

— Бесплодие? — предположила Эвелин, и Алекс кивнул. — Осторожно Алекс, подумаю, что и вправду по любви, — улыбнулась она и он, подмигнув ей, снова отвернулся.

— И еще один момент, — сказал Адам, смотря на Алекса. — Алекс настоял, чтобы у вас не было мужчин, пока вы будете с ним в браке. Сами понимаете, репутация и все такое.

— Красавец, богач и настоящий ревнивец, — усмехнулась Эвелин ставя подпись. — Настоящий денди современного мира.

— Алекс, твоя подпись, — сказал нотариус. — И да, чуть не забыл. Ваши условия тоже учтены, мисс Томас. Алекс не имеет права отказаться от выполнения своей части сделки, в течение года.

Как только он поставил подпись, Адам Норман поздравил их и откланялся, пожелав молодой чете, счастья и здоровья, заявив, что поторопится с разводом.

— Итак, будущая миссис Кинкейд, как вы смотрите на то, чтобы осмотреть свои будущие владения и позавтракать в моем присутствии? — улыбнулся Алекс, подставляя ей локоть и показывая рукой на дверь.

— Ох, Алекс, у меня коленки трясутся от страха.

— У меня тоже.

Их смех заставил дворецкого слегка приподнять бровь. Проводив их в столовую, где накрыли завтрак, он спросил нужно ли им что-то еще.

— Стенли, зови прислугу. Хочу познакомить всех заочно, до свадьбы.

— Как прикажите, лорд Кинкейд.

— И прекрати меня так называть. Я тебе не Кристофер, — нахмурился он, но дворецкий, пожелав остаться при своем, уже покинул столовую.

— Ты не думаешь, что торопишься с этим? — пожала плечами Эвелин.

— Вовсе нет. Чем раньше они будут видеть тебя, тем быстрее привыкнут после свадьбы. Хоть мы и не будем спать с тобой, в остальном наш брак будет настоящим, поэтому я хочу, чтобы они уважали тебя.

Как только длинная шеренга прислуги выстроилась в столовой, Эвелин поднялась со стула и подошла ближе, когда Алекс стал представлять их. Она пожимала руку каждому и пыталась запомнить имена, замечаяих удивление. Конечно, они думали, что их хозяин мог бы выбрать кого-то более презентабельного. Она заставила себя улыбнуться, хотя внутри все сжималось.

— Прошу любить и жаловать будущую хозяйку поместья Кинкейд, Эвелин Томас.