Глава 26

Привидение сбросило накидку, откинуло голову и застыло. Луч уходящего солнца осветил бледное лицо мальчика, заиграл на золотых кудрях. Вспомнились слова Мариуса о погибшей возлюбленной Рихта, её красота была совершенной, происхождение — королевским. Этот несчастный ребёнок — плод настоящей любви, которая продлилась всего три года. Лейн стоял, молча держась руками за край повозки. Словно не решаясь сделать ещё один шаг нам навстречу.

— Какой сюрприз, — Арчи короткими перелётами приближался к мальчику, — Мир-ра, кажется, вечер не будет скучным!

Вот в этом я как раз не сомневалась: сейчас вернётся Рихт и устроит нам весёлую жизнь. Может, стоит обратиться к Рэму, который теперь правит повозкой? Он знает, что делать…

Вдруг Лейн опустился на корточки и протянул тонкую бледную руку в сторону скрипки. Глаза его смотрели на меня пытливо, не по-детски серьёзно. От неожиданности моё сердце сжалось. Вопреки тому, что твердил разум, я ободряюще произнесла:

— Ты хочешь, чтобы я сыграла?

Мальчик отдёрнул руку и покачал головой. У меня отлегло от сердца. Никогда не знаешь, чего ожидать от скрипки Страдивари. Я и сама иной раз боялась к ней притронуться. Тем более что нас мог услышать не только Рихт, но и враги.

— Может, я тебе лучше спою?

И, не дожидаясь его ответа, тихонько затянула любимую песню моего детства:

Медленно минуты уплывают вдаль,

Встречи с ними ты уже не жди.

И хотя нам прошлого немного жаль,

Лучшее, конечно, впереди

Скатертью, скатертью дальний путь стелется

И упирается прямо в небосклон.

Каждому, каждому в лучшее верится,

Катится, катится голубой вагон.

(Эдвард Успенский «Голубой вагон»)

Лицо ребёнка просияло, словно солнце, выглянувшее из-за туч. Но малыш по-прежнему молчал. А я так надеялась услышать хоть что-то в ответ.

— Как тебе наша песенка, Лейн? — Арчи уселся мальчику на плечо. Вид при этом у попугая был хитрый-прехитрый. — Если понравилось, Мир-ра ещё споёт.

— Мне понравилось! — неожиданно воскликнул мальчик. — Только я не знаю, что такое голубой вагон.

«Ну наконец-то! Вот и дождались», — довольно провозгласил в моем сознании голос Арчи.

И я, обрадованная успехом, решила не останавливаться на достигнутом и принялась объяснять:

— Вагон — это как наша кибитка, только не на деревянных колесах, а на железных, и он сам едет по рельсам. Вернее, его везёт поезд. Ты видел когда-нибудь нечто подобное?

Лейн покачал головой.

— Что такое рельсы и поезд? — Чёрт, сюда бы ручку и лист бумаги… Едва я об этом подумала, как в руке мальчика появилось перо. Не удивлюсь, если Лейн может читать мои мысли, в отличие от остальных. — Нарисуешь? — он обернулся к Арчи, который тут же подхватил перо клювом и, вспорхнув, передал мне.

— Ещё нужна бумага…

— Оно магическое, — насмешливо прогундел попугай, — рисует золотом на любой поверхности.

— Ну, если так, тогда смотри сюда… — я принялась чертить на стенке повозки. — Вот так, осталось добавить колёса и рельсы… — искоса взглянула на Лейна, когда получилось нечто вроде поезда с вагончиками.

Мальчик восхищённо следил за моими художествами.

— Сложная конструкция, — рассудительно произнёс он, когда всё было готово. — Вот бы показать это отцу!

Не удержавшись, я зааплодировала нашему маленькому другу.

— А ты, оказывается, здорово умеешь разговаривать!

— Я давно уже говорю, ещё с тех пор, когда мама была рядом.

— А почему же тогда перестал? — полюбопытствовал Арчи.

Детское личико вдруг стало по-взрослому серьёзным. Ноздри маленького вздёрнутого носика взволнованно затрепетали.

— Просто не хочу, когда дома Иола. Я всегда от неё прячусь. А с отцом и дядей Мариусом мы общаемся ментально.

Я переглянулась с Арчи.

— Почему же ты её не любишь? Она красивая, — продолжил выспрашивать попугай.

— Мама была красивее, а Иола злая и всё время шипит…

«Вот ведьма!» — чуть не выпалила я, но сдержалась, чувствуя, как в груди растёт горький комок. Никуда не денешься, именно её выбрал Рихт.

— От неё и правда лучше держаться подальше, — согласился с Лейном фамильяр.

Мальчик снова кашлянул в кулачок, скорее от смущения, чем от простуды, и добавил:

— Когда я поеду в голубом вагоне, возьму с собой отца, Мариуса и тебя вместе с Арчи.

Растроганная, я прижала ладонь к груди.

— Мы с удовольствием составим тебе компанию, правда, Арчи?

Не успел фамильяр ответить, полог повозки раздвинулся, и к нам ввалился запорошенный снегом Мариус.

— Вот ты где, племянничек! — он набросил на плечи мальчика меховую накидку. — Отец рвёт и мечет, к нему прибежала испуганная служанка и нажаловалась, что ты опять убежал. Пойдём скорее, я скажу, что ты встречался со мной, — при этом блондин заговорщицки подмигнул. — Мы ведь с тобой не выдадим Мираль? Не то её накажут.

Я взволнованно напряглась. Откуда, интересно, он узнал, что Лейн здесь?

Мальчик молча повернулся к дяде и взял его за руку, а в голове раздался недовольный детский голос: «Но это же несправедливо, целый день сидеть со служанкой. Мне скучно с ней, она не умеет петь про голубой вагон, и у неё нет Арчи…»

Лейн явно не хотел выдавать свой «секрет», продолжая общаться ментально.

— Идём, идём, — не отвечая, торопил его Мариус.

Напоследок ребёнок помахал нам ладошкой и снова закашлялся. Я беспокойно потянулась им вслед. Может, у него всё-таки простуда, и надо кого-то предупредить? Но, взглянув на фамильяра, промолчала.

А когда за ними закрылся полог, Арчи обратился ко мне вслух:

— Я подслушал разговор двух слуг. Лейна осматривали лучшие целители. Никто не может выяснить причину этого кашля. Он появился около шести лун назад, по-нашему где-то полгода. Скорее всего, виноват гнилой климат севера.

— Ему бы на море, — вспомнив горячее итальянское солнце, я тяжело вздохнула. — Солёный воздух лечит многие болезни.

— Такое на этом континенте только в одном месте. Как раз туда мы и направляемся — к южному незамерзающему океану.

— А морские драконы там водятся? Вроде того, что мне приснился?

Я попыталась вспомнить, как он выглядел, чтобы показать его Арчи. Гора переливающейся чешуи, устрашающий оскал зубастой пасти и странный, почти человеческий разумный взгляд…

— Не знаю, — фамильяр нахохлился, его золотые перья неожиданно засияли, будто в повозке на пару секунд словно взошло небольшое солнце. — Ты лучше отдохни. Неизвестно, что принесёт эта ночь. А я буду разучивать новые умения. Раньше мне катастрофически не хватало магии, теперь её девать некуда.

Арчи прав, лучше вздремнуть сейчас. Скоро мы пересечём границу свободных от ночьюрождённых земель, а дальше нужно быть начеку.

— Смотри, не спали наш транспорт, — прикрыв глаза, я удобно устроилась на шкурах и вытянула ноги. — Если что, сразу буди.

***

Когда я проснулась, луна стояла высоко в небе. Вот это отдохнула! Арчи всё ещё дремал, стоя на одной ноге.

— Просыпайся, бездельник!

— Всё тихо, Мир-ра. Чего шумишь? — пробурчал попугай, так и не вытащив голову из-под крыла.

— Мы уже пересекли границу?

— Недавно, потому что останавливались. В обозе кто-то применил магию. Кажется, одна наложница вспылила и наслала на другую пауков. Женщины подняли гвалт, принялись сваливать друг на друга. Пока выясняли, прошла куча времени.

Фамильяр действительно был в курсе событий. Ну вот я как чувствовала, что лучше не лезть в общество местных дамочек. Наверное, сказывался дефицит мужского внимания, раз тут кипят такие страсти. Хватит с меня Иолы!

— Ладно, фиг с ними. Лучше покажи свои новые умения, — я посмотрела на своего помощника.

— Успеется, я ещё не всё усвоил, — фамильяр не торопился делиться секретами.

Ну и ладно, пусть тогда не суёт свой любопытный нос, когда начну сама тренироваться.

Наскоро перекусив холодной лепёшкой, я открыла сундук и вытащила своё уникальное оружие, которое так и не успела хорошенько рассмотреть, не говоря уже о том, чтобы им воспользоваться. Выглядел жельзик необычно: вырезанный из прозрачного камня с застывшими стекловидными острыми гранями, точно держишь в руках часть застывшей молнии. На нём не было никаких украшений или опознавательных меток, но они этой штуке и не требовались. Исходящее от рукояти пульсирующее тепло не только приятно согревало руку, но и проникало глубоко внутрь, заряжая энергией. Очень странное и непривычное ощущение. Мариус говорил, что жезл запоминает заклинания. То есть стоит мне только захотеть — и снова получится вызвать голема? Пожалуй, с этим лучше практиковаться снаружи.

Я уже хотела было выйти, но тут грудь неожиданно сдавило от странного предчувствия. Будто что-то опасное ждёт нас впереди. Совсем недалеко… Засада?

Я отложила жельзик и выглянула в окно. Начинало светать. На стыке звёздного неба и укрытой белым пологом земли уже появилась бледно-розовая полоска. Медленно, но верно она делалась всё шире и ярче, разгораясь на глазах. Розовое сделалось алым и, казалось, подожгло край небосвода. Зрелище было невероятным. Я забыла о своих опасениях, наблюдая за тем, как отступает тьма.

— Слетаю вперёд, погляжу. — Слова Арчи вернули меня к реальности. — Может, зря переживаешь.

— Нет, медлить нельзя.

В этом я была уверена и решительно принялась барабанить в стенку повозки.

Движение вскоре остановилось, и хмурый Рэм откинул полог. Он вообще когда-нибудь спит?

— Мне срочно нужно увидеть Рихта или Мариуса!

Того, кто может одним приказом привести войска в боевую готовность. Слава богу, Рэма убеждать не пришлось. Видимо, выражение моего лица было очень красноречивым.

— Идём, — он помог мне спуститься с повозки и махнул рукой одному из всадников. — Отвезёшь нею к наместникам.

Меня подсадили на лагра, и в считанные минуты я предстала перед своим грозным «господином».

Рихт в окружении ещё двух военачальников, спешившись, что-то чертил в воздухе. Я увидела нечто наподобие голографического дисплея. Все детали на проекции отображались с потрясающей точностью, и даже движущиеся фигурки всадников выглядели живыми.

— Что тебе нужно, Мираль? — прохладно, можно даже сказать, грубовато поинтересовался наместник. Остальные смотрели на меня с меньшим недовольством. Глаза всех троих магов светились потусторонним светом. М-да, мне тут явно не рады. А может, они тоже что-то плохое чувствуют? И только я расскажу о своих видениях, меня сразу прогонят как дурочку… — Не тяни, — ещё строже произнёс Рихт, нахмурившись.

Я набралась смелости.

— Можно вас на пару слов? — попросила, не глядя на остальных.

Во взгляде тёмного мага появилось любопытство, смешанное с досадой. Чего мне будет стоить это вмешательство, узнаю позже.

— Можно, — неожиданно согласился Рихт и, взяв меня под локоть, отвёл в сторону. — А теперь хватит ходить вокруг да около! Говори уже!

Я застыла в нерешительности. Сама же его позвала, а теперь не могла раскрыть рта, просто не зная, что сказать. Как найти правильные слова?

— Впереди засада, — выпалила я наконец, глядя на кончик носа Рихта. Заглянуть ему в глаза по-прежнему не рисковала.

— Ты уверена?

— Да, как и в том, что Мельдияр погибнет. У меня было видение. Денгельская ловушка захлопнулась…

Маг выпустил мою руку. Я приготовилась выслушать грозную отповедь, но он неожиданно развернулся к остальным и приказал:

— Дарф, Клейв, останавливаем движение и занимаем оборонную позицию. Сейчас же пошлите за Мариусом и Мельдияром!

От удивления у меня перехватило дыхание.