Глава 33
Это заявление застало меня врасплох.
— Вот как? Тогда зови их быстрее сюда!
А я-то всё думала, куда запропастился Арчи?! Вчера он показался лишь после обеда и совсем ненадолго.
Когда в комнате появились Лейн с фамильяром, я потеряла дар речи. Попугай был практически голым, под остатками перьев, торчащих в разные стороны, виднелась посиневшая от холода тонкая кожа. В то время как грудь мальчика была с двух сторон покрыта золотым пухом.
Переполошившись, я схватилась за голову.
— О боже, что случилось, пока меня не было? Вас ни на один день нельзя оставить без присмотра!
Лейн, испуганно переводя взгляд с меня на отца, прижал руки к груди.
— Мираль, не сердись! Просто, когда Арчи услышал, как я снова кашляю, он решил сплести для меня из своих перьев тёплую жилетку, а внутри выложить её пухом. Я лишь помогал ему… Теперь мне тепло, и кашля почти нет!
Я переглянулась с Рихтом.
— Птичий пух самый тёплый, — пробормотала, всё еще находясь под впечатлением. Мужчина потёр переносицу. Казалось, папаша был потрясен находчивостью этих двоих ещё больше, чем я. — И как это мы раньше не догадались? Только теперь простудиться может Арчи. Кто тогда будет его лечить?
Попугай нервно переступил с лапки на лапку, тоже поглядывая на нас с некоторой настороженностью.
— Не волнуйся, Мираль, через несколько дней я уже обрасту. Вот смотри, уже пробиваются маленькие пёрышки, — он деловито ткнул клювом себе в грудь. — А пока закутаюсь в капюшон от твоего мехового плаща.
Слово взял старательно прятавший улыбку Рихт:
— Мы очень рады, что вы так подружились. Но почему до сих пор без завтрака? Скорее на кухню, там вас накормят. А Мираль нужен отдых.
В самом деле, я снова почувствовала лёгкое головокружение. Видимо, мой организм пока не был к подобного рода потрясениям. И я даже порадовалась, когда эти двое скрылись с глаз, всё же подобное зрелище не предназначалось для больных, впечатлительных и беременных.
Оставшись наедине с магом, я протянула руку к подносу и, схватив сочный фрукт наподобие персика, надкусила его:
— М-м-м, какая сладость!
Взгляд моего избранника потемнел, и я поняла, что он едва сдерживает желание.
— Наслаждайся, дорогая. А потом нас ждёт совместная ванна. Ты ведь не против?
— Конечно, нет, — я лукаво улыбнулась и облизнула губы. — Мне ужасно интересно посмотреть, как маги моют своих женщин.
— Вот как? — в глазах будущего супруга зажглось любопытство. — Думаю что смогу тебя удивить.
За пределами шатра послышался голос Рэма. Кажется, он спорил о чём-то со своей женой. Фейри возмущённо оправдывалась. Однако не всё шло так гладко у молодожёнов.
— …Он балбес, — вздохнул тёмный маг, явно читая мои мысли. — Любой знает, что женитьба на фейри — это проклятие. В момент бракосочетания она накладывает на супруга особое заклятие, и противостоять ему практически невозможно. Брачные цепи держат избранника в узде. Он не может удалиться от своей спутницы не более чем на стадию[1]. Стоит уйти на большее расстояние, дорога изменит направление незаметно для бедолаги и снова приведёт его в объятия любимой жёнушки.
— Ого, — протянула я и прищурилась, — поэтому ты и не захотел брать в жёны Верховную, да?
— Нет, глупышка, — красивое лицо мужчины вытянулось в гримасе удивления.
— А почему же тогда? — продолжала напирать я. — Ты ведь до сих пор не сказал мне самого главного!
— Разве ты этого ещё не поняла?
— Я хочу это услышать, женщина любит ушами!
Рихт нагнулся, чтобы поцеловать меня. Его глаза блестели.
— Тогда сегодня ночью, — он нежно прикоснулся губами к моему лбу. — Я никому не говорил этих слов, кроме своей жены. Это для меня очень важно.
— Как и для меня, — тихо ответила я.
Мужчина отстранился, на его губах играла уже знакомая лукавая улыбка.
— Я же не Мариус, который без конца всем признаётся в любви.
— Кстати, какие от него новости? И что он сказал тебе перед отъездом? — спросила я, искоса глядя на будущего мужа. Интересно, как он отреагирует на моё любопытство?
Ответ прозвучал ровно:
— Мариус покинет нас после окончания войны, у него в планах перебраться на юг. Конечно, мы ещё увидим его на церемонии в храме. А пока он передал тебе письмо, — Рихт извлёк из кармана жилета небольшой конверт.
Я вскрыла его и недоумённо уставилась на совершенно чистый лист.
— Проведи по нему ладонью. Тогда сможешь прочитать, — пояснил тёмный маг.
Как только я это сделала, на бумаге проступили символы голубого цвета, которые быстро сложились в знакомые буквы и составили предложения.
«Нет, нет и нет, дорогая Мираль. Ты могла слышать наш диалог с Рихтом. Ни в коем случае не подумай, что я отказался от своей любви к тебе! Просто хочу быть честным до конца, этот разговор давно должен был состояться, и желательно, глядя в глаза друг другу, но я продолжал откладывать. Потому что, скорее всего (стыдно в этом теперь признаться), всё равно не смог бы на тебе жениться: я связан обязательствами, которые дал три луны назад. Я должен связать себя союзом с принцессой южных земель Алиэнной. В оправдание хочу лишь сказать, что влюбился в тебя с первого взгляда ещё тогда, в пещерах, и был искренен в своих чувствах и всегда буду. Но давно заметил, как тебя тянет к Рихту, а его к тебе. И это сильнее меня. Рад, что вы любите друг друга и скоро поженитесь. Будьте счастливы!»
Я отложила листок и глубоко вздохнула. Ну, вот и всё. Он молодец, что честно всё рассказал. Теперь мне не стыдно перед Мариусом, и я могу любить, быть любимой и чувствовать себя счастливой… без опасения, что разбила кому-то сердце.
***
Часом позже, когда пришло время сворачивать шатёр, Рихт пригласил меня на прогулку в лес. День был прекрасный, хотя и чуть морозный, готовясь к походу, воины деловито сновали между повозками. Сидевший в одной из них друид Харос, заметив нас, отсалютовал своим посохом.
— Может, лучше в другой раз? — я вопросительно посмотрела на своего спутника. Мне не хотелось стать причиной задержки.
— Не волнуйся. Нагоним, — кратко ответил он, увлекая меня за собой в незаметный проход между деревьями.
Ночью снова шёл снег, и чёрно-серые деревья нарядились в красивые ажурные платья. Вся земля была покрыта белоснежным ковром, под сапогами похрустывал наст, а с ветки на ветку перелетали, будто приветствуя нас, радостно щебеча, местные обитатели, ярко-красные птахи.
Шли мы медленно, разомлев в обществе друг друга. Снег блестел так, что резало глаза. Дорожка петляла, и деревья постепенно редели, впереди светлело. Мы не говорили ни слова, просто наслаждаясь прогулкой. А когда перебрались через замёрзший ручей, Рихт остановился возле большого плоского камня и выпустил мою руку.
— Потренируемся?
— Но я не взяла книгу и жельзик, — я хлопнула себя по лбу. — Вот балда! Попрошу Арчи.
— Нет, подожди, — остановил меня маг. — Видишь, это особый камень — гранатос. Он обладает сильной энергетикой. Что ты сейчас чувствуешь, тепло или холод?
Я сняла перчатку и вытянула руку.
— Скорее, холод, пробирает до костей.
— Тогда попробуй согреться. Попроси мою тьму помочь тебе призвать огонь.
— Но как? — я ошарашенно посмотрела на Рихта, глаза которого уже заволакивала лёгкая дымка.
— Теперь вы союзники. Мысленно попроси её разделить с тобой силу и могущество.
Тёмный маг приложил мою руку к своей груди, я глубоко вздохнула и выдохнула. Его сильное тело казалось таким же непробиваемым, как этот валун. Удары сердца, гулкие и размеренные, помогали сосредоточиться.
В воздухе что-то затрещало, и я почувствовала, как волосы под шапкой, моментально наэлектризовавшись, встали дыбом. Вот она, магия тьмы, надёжный союзник, которого не стоит бояться!
«Раздели со мной свою силу», — прошептала я, выставляя вперёд ладонь, и представила, как из неё бьёт огненная струя.
Пламя с рёвом ударило в камень. Раздалось громкое шипение, повалил пар.
— О господи, — оторопело пробормотала я, отдёргивая руку. Рукав дублёного жилета весь покрылся копотью, вокруг камня растаял снег, и на несколько метров вокруг земля словно обуглилась. — Вот это да!
Рихт медленно провёл пальцем по моей щеке.
— Видишь, тьма в твоём распоряжении, Мираль. Ты можешь призвать её, когда захочешь. И не нужно просить меня об этом.
Я прижалась к его груди.
— Мне ещё столькому нужно у тебя учиться!
Пальцы любимого мужчины перебирали мои волосы, гладили шею.
— А теперь я хочу тебя кое с кем познакомить, — неожиданно проговорил он. — Думаю, сейчас самое время.
Заинтригованная, я отстранилась.
— Надеюсь, это не ещё один скорпион? То существо на тренировочной площадке я до сих пор вспоминаю с содроганием.
— Нет, — усмехнулся Рихт. — Но с этим созданием тебе придётся подружиться…
…Мы вышли на совершенно чистую поляну, лишённую снега и растительности. Тёмный маг остановился, притянул меня к себе, очертил кончиками пальцев овал лица. Нагнулся и поцеловал томительно медленно, с нежностью, словно в первый раз.
— Мой фамильяр тоже тебя полюбит, как и я, — прошептал он.
Протяжный вибрирующий звук наполнил окружающее пространство, заставив мое сердце застучать чаще. Поляну накрыла чернильная тьма. Дохнуло яростным жаром, будто из раскалённой печи. Несколько мгновений ничего не было видно, затем бархатный сумрак расчертили ниточки света. Они становились всё ярче и ярче… Я зажмурилась, в страхе сжимая руку мага, а когда открыла глаза, перед нами стоял удивительной красоты конь. Казалось, он весь был соткан из мрака, кроме огненной гривы, которая полыхала и искрилась.
— Дальсе, виикум, дальсе, — произнёс Рихт, поднося мою ладонь к вздымающемуся угольно-чёрному боку.
Фамильяр воспринял его действия спокойно, он даже не шелохнулся.
— Теперь мы с тобой одной крови. Ты и я, — прошептала я первое, что пришло на ум.
И конь, громко фыркнув, повёл ушами в мою сторону.
Я поймала сияющий взгляд Рихта и улыбнулась ему в ответ. Но лицо его, ещё секунду назад расслабленное, вдруг словно окаменело. Взгляд стал тяжёлым, по скулам заходили желваки.
— Что случилось? — выдохнула я, хватая его за руку.
— Вернулись разведчики… Мариус только что связался со мной, замечены большие скопления мельеров у границ леса. Нужно прорываться, а магия фейри на исходе. В этот раз всё ляжет только на наши плечи…
С этими словами Рихт обхватил меня за талию и подсадил на тряхнувшего золотой гривой коня. В лицо жарко дыхнула тьма, я и вздохнуть не успела, как мы оторвались от земли.
— …Да, Мираль. Он умеет летать, — прозвучало над ухом.
Сильные руки прижали меня к себе, но вот удивительно, я не чувствовала страха и сомнений, только тревога, поселившаяся внутри, студёным ветерком холодила грудь.
Мы должны выиграть эту битву, даже если для этого придётся поднять целую армию големов!
[1] 1 стадия — примерно 1 земной километр