Глава 12. Нянюшка

Ольга Васильевна  — Оливия Саттон

— Я вас внимательно слушаю, мисс Саттон, — напомнил о себе Себастьян, когда я немного забылась и задумалась. Точнее, подбирала слова, чтобы озвучить свою просьбу.

— Меня очень затронула история ваших сестер, — начала я робко. — И я очень соболезную вашей утрате. Это очень тяжело, когда теряешь одного из родителей, — я испытала это на себе. — Но вы забыли о том, что и девочки потеряли не только отца, которого не знали ни дня, но и мать, которая дала им все. Самого близкого человека. Вы не дали Амалии и Клариссе не только оплакать ее, но и оторвали от родного дома. Словно вырвали с корнями, как какой-то сорняк.

— И что же вы теперь от меня хотите, мисс Саттон? Чтобы я воскресил их мать или вернул девочек домой? — перебил меня граф. — Не требуйте от меня невозможного, — мужчина устало откинулся на спинку кресла. — Со своей стороны я и так делаю все возможное.

— О нет, что вы, Ваше Сиятельство, — спохватилась я. — То, о чем я хочу вас попросить, в ваших силах сделать. Я прошу вас нанять старую няню девушек, — уверенно произнесла я, глядя графу в глаза. — Смею вас заверить, тогда им незачем будет убегать из поместья. Тогда я смогу научить девочек всему, что от меня требуется. Вы же сможете быть спокойны и не переживать, что с ними что-то может случиться. Девочки же будут видеть рядом родного человека, который нянчил их с детства. Все будут довольны.

Граф медленно подался вперед, сверля меня глазами.

— Уверена, миссис Нанни сумеет донести до них главное, — продолжила я тем временем. — Они станут более благоразумными. Думаю, миссис Уильямс заодно поможет вашим сестрам быстрее осознать, что они теперь леди, а не крестьянки из деревни.

— Мисс Саттон, — граф упорно продолжал обращаться ко мне, не используя обращение “леди”. — Вы уверены, что пожилая женщина справится с возложенными на нее обязанностями? Или вы хотите облегчить жизнь себе? — холодно осведомился Себастьян.

Я не сразу нашлась что ответить графу. В какой-то степени он был прав насчет меня. Да, я хотела облегчить жизнь себе и не оправдываться перед старшим братом за поведение девушек, на какое подталкивал он их сам. Я была здесь в качестве преподавателя этикета, а не надсмотрщика за беглянками. Бегать за ними вот так через день в их же поисках не было прописано в моих обязанностях. И да, именно с этой стороны я хотела облегчить себе жизнь.

— Миссис Нанни не сумеет их научить всему тому, что нужно для леди. Это в моих силах. Но ее присутствие удержало бы ваших сестер в поместье. Вряд ли они начнут убегать от нянюшки. Больше всего это нужно вам. Если я вас не устраиваю, то могу покинуть ваше поместье прямо сейчас без всяких рекомендаций, — поднялась я на ноги. — Снова вернусь в пансион, получу новое направление и спокойно отработаю положенные дни. Вам же придется заняться поиском новой преподавательницы и потерять уйму времени. К тому же вы уверены, что новая наставница не сбежит в нанятый же день или ее не вынудят уйти ваши же сестры? Сколько их было до меня? Три? Шесть?

— Они что-то совершили? То, чего не знаю я? — спохватился граф.

— Наймите миссис Нанни, — с твердым голосом проговорила я, словно моим подопечным являлся сам граф, а не Амалия и Кларисса. — Близняшки перестанут сбегать к ней. Она сумеет убедить девушек, что вы хотите им лучшей жизни. Ваши сестры будут слушаться ее по доброй воле, а не из-под палки, потому что вы так решили, — договорила и замолкла. Мне больше нечего было сказать. Теперь все в руках графа.

Себастьян задумался. Его взгляд упал на бумаги перед собой. За дверью послышались голоса, что выдернули графа Кэмбелл из раздумья.

— Хорошо, — наконец произнес он, соглашаясь с моими доводами. — Ваши вчерашние слова оказались правдивы. Амалия и Кларисса впервые извинились за свой поступок и обещали больше так не делать. Раз вы говорите, что их няня сумеет удержать девушек от необдуманных поступков, то я согласен. Но учтите, если и это не поможет… — граф снова не договорил свои предостережения.

Я почтительно склонила голову и покинула кабинет. Но за миссис Нанни не собиралась ехать прямо сегодня. У девушек было занятие с веером. И я не собиралась переносить его.

За няней мы поехали на следующий день. Девушкам сообщила, что едем на прогулку в карете. Они были рады покинуть поместье хоть на время и не видеть хмурое и строгое лицо графа Кэмбелл, который начал посещать их занятия. Контролировал лично. И мне оставалось только догадываться, что именно он проверял: меня или своих сестер.

— Куда мы едем? — уже в который раз поинтересовалась Кларисса за тот короткий путь, что мы проехали, не обладающая терпением, как ее сестра Амалия.

— У нас просто прогулка в карете, — снова озвучила я. — Вы должны уметь вести себя и в дороге, не только на балах или на приемах, — сухо отвечала я, глядя в окно. — Ведь после помолвки ты будешь встречаться со своим женихом, и он будет сопровождать тебя на прогулке.

Но вскоре мы заехали в деревню, что не осталось незамеченным. Девушки немного напряглись, но карета не остановилась возле их старого дома.

— Приехали, — из кареты первая вышла я, не став дожидаться кучера, который подаст руку. — Смелее, девочки. У нас времени в обрез.

На этот раз Амалия оказалась шустрее своей сестры. Она первая покинула карету и с мокрыми глазами забежала в дом нянюшки. Кларисса же показала железную выдержку, степенно пройдя по дорожке до двери в дом. Я же не стала сразу заходить, давая девушкам время пообниматься и выплакать слезы. Спустя несколько минут я все же вошла в дом. Нам еще нужно было успеть воротиться в поместье.

— Миссис Уильямс, — обратилась я к пожилой женщине с улыбкой. — Собирайтесь, вы едете с нами в поместье графа Кэмбелл.

Все замерли от моих слов. Ее руки в моих задрожали, как и она сама всем телом. Няня медленно подняла глаза на меня. Недоумение миссис Уильямс нужно было видеть. Невысокая полноватая  женщина с седыми волосами, собранными в тугой пучок, и карими проницательными глазами, которые, казалось, видели все насквозь. Они сперва расширились от удивления от моих слов, затем увлажнились.

— Вы не обманываете меня, леди Саттон? — с дрожащим голосом вопрошала она.

Видя ее состояние, слезы проступили и на моих глазах, и я могла лишь кивнуть.

— Вы не думайте, это слезы от счастья, — морщинистые веки старушки сомкнулись, словно она пыталась собрать нахлынувшие чувства в кулак. — Я была уверена, что уже никому и не нужна… — голос нянюшки дрогнул.

Я сжала ее руки в знак поддержки.

— Граф считает иначе, — вымолвила я, не став говорить всю правду, что это я настояла. — Я так же уверена, что вы воспитаете еще не одно поколение.

Взглянув на девушек, поняла, что и они не будут распространяться насчет того, кто именно настоял на том, чтобы миссис Нанни оказалась в поместье. Главное же — итог. По щекам женщины покатились слезы, но она их быстро вытерла, словно боялась, что мы увидим ее слабость.

— Благодарю, — улыбнулась она после.

И что тут началось. Пожилая женщина за миг превратилась в боевого воина, не иначе. Она за короткое время собрала свои вещи, словно должна была успеть за то время, пока горит спичка. От прежней унылости не осталось ни следа. Сейчас миссис Уильямс готова была перевернуть горы и повернуть реки, дай ей только волю. Она носилась по дому, как электровеник. Будто боялась, что если не соберется вовремя, то мы ее оставим здесь же.

— Я готова, — уже через пару минут она стояла посередине комнаты, собранная и полностью готовая, сжимая потертый саквояж в руке.

Всю обратную дорогу близняшки жались к женщине, как только что вылупившиеся птенцы. И я нисколько не пожалела, что обратилась с просьбой к графу Кэмбелл нанять миссис Нанни. Амалия и Кларисса будут слушаться ее, да и у них не будет повода сбегать. Невооруженным глазом было видно, что девушки любили миссис Нанни. И сбегали не ради дома, а скорее из-за нее. К ней, чтобы получить от нее частичку той теплоты, что они потеряли вместе с матерью.

Слуги в поместье встретили нас с улыбками. Видимо, они тоже облегченно вздохнули, узнав, что за девушками будет присмотр. Даже граф Кэмбелл вышел поприветствовать женщину. Миссис Нанни отнеслась к этому настороженно, но и Себастьян не стал докучать нам ни своим присутствием, ни вопросами.

Няню разместили в соседней комнате с девушками, не на этаже слуг. Близняшки не отлипали от миссис Уильямс, и на сегодня я решила отменить занятия, дав им возможность побыть вместе и от души наговориться. Даже ужин попросила отнести в их комнаты. Сама же решила принять ванну и тоже немного выдохнуть. Йенс был только рад, что на ужин не придется идти в столовую. Он был оскорблен словами графа в ночь побега Клариссы и не хотел с ним лишний раз пересекаться. И я пока не разгадала секрет, зачем Оливии был нужен фамильяр…

И с этого самого дня, когда мы привезли миссис Нанни в поместье, в доме начались кардинальные перемены. Нянюшка быстро спелась с Вильямом, словно она всю жизнь провела в этом доме. Дворецкий прислушивался к словам женщины. Мужчина был буквально покорен ею с первого дня приезда в поместье. Няня успевала следить не только за моими воспитанницами, но и давать наставления слугам. Главное, те слушались ее беспрекословно, словно всегда так было. Жизнь в поместье налаживалась.

Не доставалось только мне и графу. В мои уроки миссис Уильямс не вмешивалась. Нет, она присутствовала на них, не сводя глаз с девушек, но сидела в углу, не мешала и не издавала ни звука. Себастьяна она не то побаивалась, не то еще что, но мужчину она обходила стороной. В общем, все были довольны.

И мне нравилось, что няня не гонялась за девушками ни по саду, ни по поместью, но каким-то чудесным образом всегда оказывалась рядом, когда те задумывали какую-нибудь шалость. С переездом миссис Уильямс в поместье Амалия и Кларисса преобразились. Теперь они не смотрели волком ни на меня, ни на своего брата, видя в нас врагов. Учились усердно, старались и даже не пытались совершать проказы.

— Оливия бы не справилась лучше, — молвил Йенс спустя несколько дней после приезда няни, когда я просто наблюдала за девушками. Заодно отмечала для себя их ошибки, чтобы в дальнейшем поработать над ними. Это было лучше, чем каждую минуту делать им замечания и озвучивать их ошибки. Девушки сдали бы дергаными.

— Откуда тебе знать об этом? — все еще продолжая смотреть на близняшек, спросила я у совы. — В отличие от меня, твоя хозяйка знала законы этого мира. Она родилась здесь. Я же все еще как слепой котенок. Боюсь лишний шаг сделать или что-то не так сказать.

— Дело не в том, в этом мире ты родилась или нет, — начал Йенс, сидя на спинке дивана рядом со мной. — Оливия бы все делала по правилам, как ее обучали. Не сумев достучаться до близняшек сама, начала бы жаловаться графу на малейшее их нарушение или непослушание. И ни к чему хорошему это не привело бы. Ты же мыслишь нестандартно. Уберегла девушек от наказания и они не обозлились на брата. Привела к ним няню, что практически заменила им мать. Теперь они не мыслят о побеге. Поместье словно заново задышало. Даже слуги оживились. Что удивительно, даже граф частенько задерживается в поместье, а не уезжает по вечерам.

Вот эта новость меня немного удивила. Я была уверена, что у графа Кэмбелл есть куда более важные дела вне поместья, чем провождение скучных вечеров дома. Пару дней его действительно не было видно. Я на это не особо обращала внимания. Для меня главное было обучить близняшек, а не следить за жизнью их брата. И совершенно не ожидала того, что объект нашего с Йенсом разговора войдет в учебный класс в то время, когда мы говорили о нем.