Глава 13
Глава 13
Интересно, она пришла в квартиру с утра, или как обычно дождалась вечера и заявилась?
Поднял усталый взгляд с материалов личного дела Жданова и посмотрел на часы на стене. Половина девятого.
А я понял, что мысли вместо рабочего русла текут в другом направлении. И так последние два часа.
Опустил голову, заставил себя вчитываться и воспринимать.
Жданов в прошлом профессионально занимался боксом. Добился кмс в этой области и даже участвовал в проф. турнирах. Бла. Бла. Бла.
Никогда не был женат. Но его пассиям нет конца и края.
– Ловелас херов. Как под тебя подкопать? – задумчиво произнес, глядя на фото нашего замгубера. – И кому ты так перешел дорогу, что тебя решили слить?
Закрыл дело, осознав тщетность своих попыток работать, и убрал документы в сейф, опечатывая тот.
На сегодня хватит. А завтра с утра приду пораньше, чтобы как следует поработать с нарытыми материалами. Ребята постарались на славу.
Кабинет покидал в задумчивости. Коридор управления был пуст, все сотрудники уже разбежались по домам. Ну еще бы. Что им тут торчать в пятницу вечером?
Махнул дежурному. Сегодня в смену заступил муж Анькиной сестры. Не смотря на наш с бывшей развод, с Гариком мы сохранили приятельские отношения. В свое время я помог ему устроится в управление, и тем самым обзавелся другом, который до сих пор не потерялся во времени, как иногда бывает с друзьями.
– Пивасика дома накатишь? – Гарик отсалютовал мне чашкой кофе, и я улыбнулся, убирая пропуск в карман.
– Почему нет? Теперь-то меня некому пилить, – произнес с подколом и тот рассмеялся. Наш с Аней развод всегда был болезненной темой, но сейчас я не ощущал привычной грусти. И мое отношение изменилось совсем недавно. С появлением новой соседки и тараканов в ее голове.
– Лёв, слушай, я все хотел рассказать, да забывал…
Я уже почти взялся за ручку, чтобы уйти, но остановился все еще с полуулыбкой глядя на бывшего свояка.
– Анька в декрет скоро. На восьмом месяце уже. Девочку ждет.
Удар сердца оглушил, и как обухом по голове. Я даже потерялся на секунду. Будто ударили и в ушах зазвенело, а в глазах посыпалась картинка. В декрет. От того хахаля, с которым на нашей постели трахалась?
– Ну мои поздравления передай, – сглотнул, сжимая в кармане ключи так, что пальцы хрустнули. – Они расписались уже?
– Нет, хотят после рождения дочери свадьбу сделать пышную. Все бегают с каталогами и конкурсами этими на выкуп. Ой тьфу, надоели! – Гарик сплюнул и поставил чашку. – Знал бы ты как я завидую тебе! Никто мозг не выносит, никто не парит по бабской хуйне.
Я натянуто улыбнулся и махнув рукой на прощание вышел из управления.
Поздний ноябрь никого не щадил. С неба сыпалась мелкая морось, забиралась под воротник кожанки, задувала ветром под куртку. Курить захотелось впервые за весь день, и я игнорируя промозглый ветер и острые капли, бьющие по щекам поднес сигарету ко рту. Когда подкуривал пальцы дрожали.
В декрет. Значит, получилось у нее…
Мне бы порадоваться за бывшую, но как-то неприятно скребло внутри чувство обиды. Мы ведь хотели детей, просто не могли.
Проверялись оба, врач сказал несовместимы по резусам. Но мы упрямо пытались. Сначала обычным способом, потом ЭКО. Тщетно все было.
А потом получилось. Она даже дышать боялась, чтобы не сглазить. Пила витамины, гуляла, даже отпуск взяла, чтобы первый триместр не сорвался. Не сорвался, а вот во втором…
Сигареты обожгла пальцы, и я выронил ее и пикнул сигналкой машины, садясь в промерзший салон.
Лобовое все в каплях, но я не торопился заводить двигатель. Смотрел прямо перед собой и испытывал дичайшее желание напиться. С ума сходил просто.
Да к черту всё!
Завел, выехал с парковки и подрулил к ближайшему ночнику. Купил первое что под руку попалось. Коньяк какой-то марочный. Продавщица стреляла глазками, пробивая бутылку, а я вспоминал слова Кристины и ненавидел их.
…Ты как валерьянка для баб… Они все тебя хотят…
Молча рассчитался и пошел на выход.
Домой приехал быстро. Гнал как давно не ездил.
Припарковался во дворе и заглушив мотор, прямо в машине открыл. Горло обожгло, ударило по глазам, те заслезились, прошибло как нашатырём. Паленая херня.
Правда после третьего глотка уже не ощущал, как дерет. По ногам пошло расслабление.
Закрутил, отметив что почти половины бутылки уже нет.
Вышел из машины широкими шагами пересек двор, не замечая ничего вокруг, и стоило подойти к подъезду и прислонить ключ, в поле зрения появилась женская рука, которая так же машинально намеревалась приложить таблетку.
Вздрогнул, выпал из своих мыслей, поднял глаза и встретился взглядом с карими. Кристина куталась в куртку, уже начиная дрожать от холода. Она откуда-то пришла, как и я, и между нами повисла короткая пауза, ведь мы не виделись со вчерашнего вечера.
А те обстоятельства при которых виделись…
– Я думала, ты не пьешь… – произнесла, входя в подъезд, когда открыл для нее дверь. – Или ты…
– Давай не сегодня… – устал дико от этой псевдопсихологической хуйни, которую она могла задвинуть, и вместо того, чтобы пройти к лифту как Кристина, направился в сторону лестницы.
Поднимался с остервенением, хотелось поскорее оказаться дома и нахуй всё. Торопливо открыл дверь квартиры и сбросив с ног туфли прошел в гостиную. Куртку уронил по пути. Переодеваться не стал, просто упал в кресло даже не потрудившись включить свет. Так и сидел в темноте и размышлял, если закурю прямо здесь, запах просочится в вентиляшку к соседям?
Достал сигареты.
В дверь постучали.
– Уходи, – произнес, и поморщился, когда в скважине провернулся ключ.
Сука я же сам дал его ей. Долбоеб.
Кристина открыла входную дверь, впуская в темную как грот квартиру лучки света из подъезда. Закрыла и все вокруг погрузилось во мрак.
Увидела ли она меня или услышала, как плещется в бутылке конина, не знаю. Но она безошибочно точно прошла в гостиную и встала над креслом, глядя на меня сверху вниз.
Её куртка шуршала, когда Кристина расстегнула ее о уронила на пол. Туда же шапку.
И вместо тысячи ебучих вопросов, и миллиона других действий, которые могла бы в этой ситуации предпринять, она опустилась на пол около кресла и положила голову на мое колено.
Как ебучая кошка.
У меня перехватило дыхание от простоты и глубины этого жеста.
Я с дрожью зарылся в ее волосы пальцами.
Горло сдавливало и драло. Я поднес к губам конину, хлебнул, поморщился.
Предложил Кристине, и она молча взяла и отпила, закашливаясь.
Это вызвало на моих губах улыбку, и я уцепился за эту спасительную соломинку и попытался прогнать дурные мысли. В темноте комнаты было тихо. Её волосы напоминали шелк, пальцы скользили по нему, холодному и гладкому, напитываясь этой тишиной. Напитывая ей меня.
А еще рядом была ОНА. У нее острый язык и сладкие губы. И взгляд слишком проницательный для простой девки. И улыбка загадочная, как у Моны Лизы. И она слишком козырная карта для такого как я…
– Знаешь, в чем твоя проблема? – произнесла шепотом, и я прислушался, хотелось отвлечься от дурных мыслей, но говорить не хотелось. Я не ответил. – Ты отключаешь эмоции. Не позволяешь им брать верх, а когда не можешь сдерживать, теряешь контроль над ситуацией. Ты не знаешь, как правильно эти эмоции переживать, и это ломает тебя изнутри.
– У меня работа такая: отключать эмоции, – мой голос звучал хрипло, и я прокашлялся.
– Эмоции – это наши друзья. Они подсказывают, как нам повести себя, чтобы справиться с ситуацией. Хочется кричать – кричи, хочется плакать – плачь. Хочется смеяться – смейся. Если подавишь какую-то из них, она все равно найдет выход, только будет гораздо хуже. Сильные эмоции – это стрессоры, они утомляют организм и вгоняют его в стресс.
– Ты что, гребаный Фрейд? – я разозлился. Снова она за свое! – Думаешь, знаешь, что у меня на душе? Хватит гнать свою псевдопсихологическую херню, иди к себе!
– Конечно, наорать же проще, чем в себе разбираться! – она поднялась с пяток на колени и оперлась ладонями о мои ноги. Наши лица оказались на одном уровне. – Орать, крушить, ругаться!
– К себе иди… – прорычал сердито.
Она поднялась на ноги, и я только сейчас обратил внимание, что она в платье. Настолько привык ее видеть в трико и леггинсах, что мгновенно вскипел при виде голых ног под черным капроном.
– Мог бы все рассказать, и тебе стало бы легче! Но ты же как буйвол упрямый… Чертов баран!
Дернул рукой, хватая ее за запястье и уронил на себя. Бутылка откатилась по голому полу и конина начала выплескиваться. Кристина неуклюже упала на мои колени и на секунду потерялась, не зная как ловчее встать.
– Обязательно под шкуру лезть? – рявкнул, глядя в черные глаза Кристины. – Не можешь без всей этой хуйни?
– Отпусти, – просипела, но я проигнорировал. Лишь бегло скользнул по ее губам своими и отстранился. Попробовал на вкус. Кровь начала дуреть.
– Обязательно мозги выносить? – стиснул талию руками сильнее, потому что Кристина попыталась встать. Не дал. – Умничать. Строить из себя знатока…
– Иди нахер, Лев!
Рука проникла под ее платье, и я с диким упоением обнаружил, что на ней чулки. На заднем плане скользнул вопрос: куда она ходила в таком виде, но мозг уже не соображал, и все дельные мысли пускал по пизде.
– Что? Кончились все умные фразочки? – погладил горячий шелк ее белья. Пальцы плавились от жара под ним. Стояк колом уперся в стройное бедро, Кристина застыла, глядя на меня не мигая. Реагировала как жертва, почуявшая появление хищника. Она еще не знает, откуда у нее это предчувствие, но опасность ощущает. А зверь чует запах страха своей жертвы.
И мой ушел от этого запаха в умат.
– Боишься? – ткнулся в нежность ее щеки носом, повел до линии скулы, прикусил мочку. Никто так от девки не вело, но эту хотелось сожрать до остатка.
Кристина растеряла запас всех своих умных фраз, и продолжала молчать, по ее телу током прошла легкая дрожь, когда вдохнул запах ее волос и зарылся в него.
– Я тебе не пара… – попыталась произнести ровным тоном, но голос подвел, когда я начал задирать подол ее короткого шерстяного платья выше. Оголяя резинку чулок, полоску голой кожи бедер, линию тонких черных трусиков.
– А я и не пару себе выбираю. Я хочу тебя трахнуть.
– И это тоже. Секс все усложнит до состояния пиздеца.
– Но ты не уходишь…
– Надеюсь на твою сознательность.
Моя сознательность кончается там, где начинается резинка твоих чулок, девочка. И мы оба это знаем…
– Зря надеешься, – голос напоминал помехи по телевизору. Так тихо шелестел, что не расслышать.
Надо кончать этот бред, иначе сойду с ума.
Она сведет.
– Поиграем в вопрос? – Кристина оживилась, и отодвинув от себя мои руки села прямее.
– Только с возможностью выбора действия. Если я отвечаю честно, могу решить, задать встречный вопрос или поцеловать тебя.
– Это неправильная игра…
– Но ты же хочешь ответов? – А я хочу тебя… Не произнес, но мы итак это понимали. – Так что задавай.