Глава 10. ЗНАКОМСТВО С РОДИТЕЛЯМИ

Следующая неделя прошла относительно спокойно. Это меня одновременно и радовало, и удивляло. После того памятного разговора ректор от меня отстал окончательно, махнув рукой на все мои казусы и недочеты. Даже за ледяную горку ругать перестал. Она, кстати, так сама и не растаяла. И никто ее не стал растапливать. Просто опечатали специальными охранными заклинаниями и все. Ну, да, она же никому не мешала. И внешний вид академического замка вовсе не портила, а даже украшала, определенно добавляя ему шарма. Зелье для завкафа я все-таки сварила. С пятого раза. Правда, не по его листочку. По его рецепту все время выходила какая-то ерунда, я уже замучилась поливать бедный фикус. Хотя, как бедный… Благодаря ежедневному, пусть и своеобразному уходу он воспрянул духом и вымахал чуть ли не в два раза. Ну, хорошо, а то я поначалу боялась, что он погибнет. А фикус, наоборот, растет, так что все нормально. Я порылась в Велькиных гримуарах и все-таки нашла нечто подходящее. Правда, там ничего не было о трансфигурации заколдованных ведьм в расколдованных колдунов. Зато я совершенно случайно обнаружила рецепт зелья обратного превращения из козлика в человека. Не знаю, кто его придумал. Точно не Велька. Потому что мы с ней пока еще людей в козлов не превращали, чтобы их потом назад расколдовывать. В основном, я использовала те ингредиенты, которые были закуплены академией, но и из своего запаса, который я привезла с собой, тоже пришлось кое-что взять. Так что, мне все пригодилось. И зелье вышло таким, каким следует! Я и сама была поражена. Правильно говорит моя мама, если долго мучиться, то что-нибудь получится! Я была очень горда тем, что все же смогла! Сварила зелье, как настоящая ведьма! Не хуже Вельки. Которая, кстати, на этой неделе все же вышла на связь. Выглядела она уже отдохнувшей и радостной. И сказала, что передала маме и ее фамильяру, Кексу Барсиковичу, мою просьбу. – Жди, скоро тебе привезут твоих котят! – весело сообщила она мне. И вкратце рассказала о том, где сейчас находится и в какое приключение недавно влезла. Я только охала и чуть ногти не начала грызть, слушая ее историю. И пообещала сестре, что попробую продержаться здесь. Тем более, мне даже понравилась самостоятельность. – Ты пока продолжай работать, – посоветовала сестра. – Денег тебе на жизнь должно хватить, зарплата преподавателя – хорошее подспорье. Извини, я не ожидала, что застряну здесь на год. Но магический портал из мира людей откроется только ближе к следующему Новогодью. Я заверила сестру, что справлюсь. Я же не маленькая. Тем более, я не одна, у меня есть Персик. – А я тоже фамильяра нашла, – похвасталась сестра и показала мне маленькую и черную, как смоль, кошечку. – Познакомься, это Пандора. Ласково можешь называть ее Дорочка. Она разрешает. Персик смотрел на кошку сестры, вытаращив глаза. – Привет, Дорочка, как дела? – умилилась я. Та только отрывисто мяукнула. – В немагическом мире, где я сейчас нахожусь, фамильяры не могут разговаривать, – пояснила Велька. – Мы с Дорочкой общаемся только мысленно. И я очень порадовалась за сестру, которая, наконец-то, встретила своего фамильяра. А когда ее кошечка окажется здесь, то она заговорит. Кекс Барсикович же заговорил. А ведь тоже, пока они с мамой жили в немагическом мире, никто и не знал, что он говорящий. Но у мамы дар ведуньи был спящим, она нашла своего фамильяра по наитию. А у Вельки дар активный, ей, по всей видимости, было проще установить контакт с разумным животным. Завкаф долго принюхивался к зелью, словно сомневался, пить его или нет. Кажется, за эти несколько дней он уже сроднился с образом старой ведьмы, и сейчас взвешивал что хуже – отравиться моим зельем или опозориться на конференции. – Вы ведь варили его в точности по тому рецепту, который я вам давал? – уточнил магистр Визариус, придирчиво рассматривая зелье, налитое в прозрачную мензурку. – Конечно же, да! – не моргнув глазом, соврала я. Ну а что, не признаваться же, что у меня котлы четыре раза взрывались. Меня и так здесь нормальной ведьмой только адепты считают, да и то, кажется, не все. Одни гномки и младшекурсники. Наверное, свою роль сыграло предстоящее мероприятие, и вариант «опозориться на конференции» пугал магистра все-таки намного больше, чем возможное отравление. Поэтому зафкав зажмурился и выпил зелье. На свой страх и риск. И внезапно произошло настоящее чудо! Зелье подействовало! Цвет кожи магистра поменялся на нормальный, бородавка пропала, черты лица стали прежними. В общем, он стал самим собой. Я сначала даже своим глазам не поверила. Магистр Визариус тоже. Ну и ну! Я считаю, что это был мой первый настоящий зельеварский успех. Адепт Кловс на занятиях так и не появлялся. Кто-то из драконов говорил, что он теперь неизлечимо болен после недавнего превращения в ящерицу, другие твердили, что Кловс тот еще врун и симулянт. Зато появлялась его сестра – блондинка, как и я, только тощая и все время с таким выражением лица, будто ей кошки под носом нагадили. Но кто я, чтобы ее судить. Это же драконы, они всегда немного странные. Ведь вторая ипостась – это же, по сути, дополнительное тело, в котором находятся те же мозги. Должно быть, некоторые девушки испытывают легкий стресс, когда становятся огромными неповоротливыми чешуйчатыми махинами. И у них потом развиваются нешуточные комплексы. Хотя вот та же драконица Агата, которая учится на младшем курсе – девушка гораздо более приятная, чем эта Лилиана. Что же, на вкус и цвет все драконы разные. Но, возможно, все дело было в том, что Лилиана Кловс вроде бы хотела заарканить Криса. А он сам взял и заарканился ко мне. Но я-то в этом не виновата! Я вообще ничего не делала. К счастью, мне было некогда думать о чувствах какой-то озабоченной глупой малолетки. Даже пусть она будет трижды драконицей. У меня и своих дел хватало. Например, Крис пообещал, что в ближайшие выходные мы отправимся в замок, где живет его семья, чтобы снять пятно истинности. То есть, метку, или что там это такое. Потому что она меня начала немного нервировать. Я всегда через нее чувствовала, когда Крис прикасался к своей. И у меня каждый раз по коже бежали предательские мурашки. К тому же у меня начала развиваться паранойя. Меня не отпускало ощущение, что Крис читает мои мысли. Куда бы я ни шла, он неизменно оказывался неподалеку. Когда мне нужно было что-то приобрести, например, продуктов или канцелярские принадлежности, он неожиданно для меня покупал и приносил все это без всяких моих намеков или просьб. А потом мне в голову стали приходить совершенно странные картины. К примеру, часто вспоминалось, как Крис лежал на моем диване абсолютно без одежды, под одним только тонким покрывалом. Или то, как он начал раздеваться рядом со мной тогда, на крыше. От таких мыслей горели щеки и бросало в жар. А потом я воображала, что Крис сейчас слышит все, о чем я думаю, и от паники и стыда у меня внутри все холодело. Находясь в таких контрастных состояниях, я уже и не чаяла, когда же наступят долгожданные выходные, и эта связь будет, наконец-то, убрана. Одно дело, когда твои мысли читает только родной фамильяр, с которым вы с детства друг друга знаете. И совсем другое, когда это, возможно, делает совершенно посторонний дракон, с которым вы знакомы без году неделя! В памяти снова возник образ Криса в одном покрывале. Он вообще часто всплывал, особенно перед сном, когда я, как сейчас, уже лежала в собственной постели. – Зелья, зелья! Побочные эффекты приема пимпидопалиуса, – забормотала я, безуспешно пытаясь отвлечься и прогнать из головы навязчивый образ неодетого адепта. Невольно коснулась того самого участка кожи между ключиц, в области яремной ямки. Крис определенно это почувствовал. Потому что я поняла, что он прикоснулся тоже. Откуда-то пришло понимание, что парень желает мне доброй ночи. – Мамочки, – я накрылась одеялом с головой. – Что ты там шебуршишься, как бешеная мышь, – недовольно буркнул Персик, уже задремавший у меня в ногах. – Спи давай, завтра полетим знакомиться с будущими драконьими родственниками. И он широко зевнул, продемонстрировав свои маленькие, но очень острые зубки. Всю ночь мне снились такие сны, какие благородным леди смотреть совершенно не положено. Это были сны с участием одного небезызвестного адепта, разумеется. Будь он неладен! И истинность эта его! Все мозги мне затуманил, драконище. Вот и поверишь в легенды и сказки, в которых говорилось о том, что жертвами драконьего обаяния чаще всего становятся наивные принцессы. Почему я? Почему именно со мной вечно происходят всякие нелепости? Почему не с Велькой? Она, вообще-то, старшая дочь, ей первой следовало начать разбираться с чьими-то матримониальными притязаниями. Но ничего, сегодня мы, наконец-то, полетим к родственникам Криса и избавим меня от этой метки истинных. Заодно я освобожусь и от всех моих навязчивых идей и неприличных снов. Персик уже давно проснулся и вовсю умывался, прихорашиваясь перед дорогой. – Послушай, – поделилась я с ним некоторыми своими размышлениями. – У меня метка проявилась после полета. Вряд ли дело было в том, что Кристиан совершил какой-то особый круг. Скорее всего, это произошло из-за того, что я долго прикасалась к драконьему телу в его второй ипостаси. Я тут вдруг подумала, а не опасно ли тебе летать на драконе? Ты же мой фамильяр, ментально со мной связанный. Не появится ли у тебя метка тоже? Так, совершенно случайно. Кот вытаращил глаза, уставившись на меня. Было неясно, это он в ужасе от перспективы получения метки или от того, куда столь неожиданно пришли мои мысли. – Я полечу в корзинке, – решил он. Ага, значит, все же хочет перестраховаться. Собрались мы с Персиком довольно быстро. И даже успели слегка позавтракать. Отправляться договорились с той же самой крыши, которую вместе с апартаментами арендовал наш дракон. Вчера мне удалось убедить Криса, что не надо меня встречать и лишний раз давать другим преподавателям и адептам пищу для сплетен. Мы с Персиком и сами в состоянии прогуляться этим прекрасным утром по драконьей столице. Или нанять кеб. Но Крис жил не так уж далеко, так что и пешком можно дойти. Я надела свое самое приличное и скромное платье, подхватила корзинку с прыгнувшим в нее фамильяром и, весело насвистывая любимую песенку, вышла из своих комнат, радуясь скорой свободе. И нос к носу столкнулась с Лилианой Кловс. Недовольная драконица поджидала меня прямо у дверей! И ведь не поленилась подняться в мою башенку. Более того, она решила прийти сегодня с утра пораньше в академию, несмотря на выходной день и отсутствие занятий. – Ты знаешь, кто мой дядя? – вместо «здравствуйте» с нажимом произнесла девица Кловс и набычилась. Мне хотелось ответить ей вопросом на вопрос: «А ты знаешь, кто мой папа?», но, разумеется, я не стала так делать. Я же взрослая и самостоятельная леди. Я и сама за себя могу постоять. Этого загадочного дядю я, конечно же, лично не знала. Но после того вопиющего заточения в темницу не питала к этой фамилии никакого уважения. Да и страха, как ни странно, не чувствовала. – Адептка Кловс, – произнесла я очень и очень строго. – К преподавателю следует обращаться исключительно на «Вы» или «магистр». Покиньте этот коридор и дайте мне пройти. Насколько мне известно, занятий у Вас сегодня нет. – Не смей выходить за него замуж! – психанула полупубертатная драконица. – За кого? – я подняла бровь. Потому что замуж-то я как раз и не собиралась. А даже наоборот, имела совершенно противоположные цели. Но не докладывать же о них всем подряд. – За Кристиана! Он мой! Ты подделала истинность, безродная проходимка! – вскричала юная драконица. И хотела наброситься на меня с кулаками. Определенно, прежде чем принимать адептов в академию, следует заставлять их пройти осмотр у целителя и менталиста. Напринимают всяких сумасшедших, а честным магистрам потом приходится учить этих ненормальных. И отбиваться от них и их необоснованных претензий. Ледяная магия невольно сорвалась с моих пальцев, устремившись вниз, и накрепко приморозила ноги дурной «соперницы» к полу. – Я буду жаловаться! – заверещала девчонка. – Жалуйся, – разрешила я ей, обходя мешающуюся на дороге адептку. – Если ты не откажешься от Криса, то я тебя прокляну! – взвизгнула малолетка. Я остановилась, как вкопанная, и удивленно на нее посмотрела. – Ты же не ведьма, – спокойно сказала я. – И уж тем более не проклятийница. Как ты собралась проклинать кого бы то ни было? – Я найму ведьму! Я вздохнула, повернулась и пошла дальше. Потому что нет никакого смысла разговаривать с дураками. Даже в том случае, если у них есть влиятельный дядя. Тем более, у меня, вообще-то, свои дела и планы. Зачем я буду тратить личное время на пустые разговоры? – Та адептка какая-то ненормальная, – прокомментировал Персик из своей переноски. Корзинка с котом болталась у меня на руке, пока я бежала по улице в сторону дома Криса. – Понабрали в академию всяких сумасшедших, – я была полностью согласна с мнением фамильяра. – А, может быть, вам с драконом пока что не разрывать эту связь? – предложил он. – Все же до сих пор от него было больше пользы, чем вреда. И Крис вполне способен защитить нас от посягательства на нашу свободу и от всяких Кловсовых дядюшек. Я задумалась, на секунду приостановившись. – Нет, – ответила я и продолжила свой путь. – Во-первых, мне из-за этой связи в голову лезет всякая белиберда. Я даже во сне от нее отдохнуть не могу. А, во-вторых, родители, конечно, способны стерпеть многое. Но мое внезапное замужество и даже простая помолвка точно вызовут гнев отца. И это я еще молчу о репутации всей нашей семьи! Персик только вздохнул. За разговором мы подошли к дому, где жил Кристиан. Крис открыл нам дверь сразу, но выглядел он не слишком веселым. – Ты не передумала убирать метку истинности? – с непривычно серьезным видом спросил он меня. – Пока что нет, – уверенно сказала я. – Ну, что, не будем тратить впустую часы нашего долгожданного выходного. Сколько лететь до того места, где живет твоя семья? – Не очень долго. Наш драконий замок находится неподалеку от того города, где мы с тобой в прошлый раз сели на поезд. Собственно говоря, земля, на которой и располагается тот городок, принадлежит моей семье. И еще некоторые прилегающие территории. – Вам принадлежит целый город? – удивилась я. – А что здесь такого? Все более-менее крупные населенные пункты изначально строились на деньги крупных драконьих кланов и на территориях, которые эти кланы предоставляли. Конечно, сейчас многие драконы отделяются от семей и живут самостоятельно, но раньше, когда драконов было не так уж и много, клановые традиции были очень сильны. Мы поднялись на крышу, и Крис, как и в прошлый раз начал расстегивать рубашку, глядя почему-то мне в глаза. – Ой, – сказала я и, опомнившись, отвернулась. – Не забудь забрать с собой мою одежду, – попросил меня дракон и добавил, – не хотелось бы пробираться домой закоулками через кусты, прикрываясь твоей корзинкой. – Хорошо, – сказала я и через мгновение почувствовала, что за моей спиной уже не парень, а огромная огнедышащая махина. Я похватала с крыши штаны, рубашку и ботинки Криса и сунула все это в корзинку к Персику. – Эй, – возмутился фамильяр. – Здесь и без этого не сказать, что слишком просторно. Но я уже вовсю карабкалась по знакомому крылу вверх, чтобы занять привычное место между гребнями, и уселась там со всеми удобствами, словно в седле с подогревом. – Ну, полетели, – сказала я, зачем-то дотрагиваясь до ямки между ключиц. От дракона пришла волна легкой грусти. Но он покорно взмахнул крыльями, поднимаясь в воздух, и взял курс в нужном направлении. Летели мы довольно долго. Точнее, мне так показалось. На поезде, кстати, в прошлый раз ехали намного дольше. Но все равно времени у меня было вполне достаточно, чтобы обо всем подумать. О жизни, например. Тем более, Персик быстро уснул в корзинке, свив себе уютное гнездо из мужских штанов. С Крисом тоже не получалось поговорить. Находясь в драконьей шкуре, он был вынужден помалкивать. Через нашу формирующуюся связь до меня долетали лишь отголоски его эмоций. Но сейчас это не казалось чем-то ужасным. Наоборот, я ощутила непонятный приступ нежности к этой огнедышащей громадине. И даже ласково погладила по чешуе, заставив дракона слегка вздрогнуть. Так вот, пока мы летели, я раздумывала о том, что, пожалуй, мне уже не хочется разрывать нашу связь. Для чего мне это делать? Чтобы всяких отвратительных Кловсов радовать? Чтобы та адептка потом говорила всем «Вот как меня боится эта Игнисберг, только стоило мне ей пригрозить, как она сразу побежала от истинности избавляться». Нет уж, дудки. Не на ту напали. Отказаться от дракона можно и позже, никуда эта истинность не убежит. В общем, к моменту приземления на залитую солнечным светом живописную зеленую лужайку перед замком я окончательно передумала делать то, для чего мы сюда и прилетели. Продолжая сидеть верхом на драконе, я с любопытством осматривала увитые плющом стены и острые шпили сказочных на вид башенок. Из замка высыпали люди – я так поняла, что это хозяева и слуги. Крис опустил крыло к траве, я подхватила корзинку и бодро скатилась вниз. – Здравствуйте, леди, – ко мне подошел пожилой седовласый мужчина и поприветствовал кивком головы, а потом строго посмотрел на дракона. – Крис, как ты все это объяснишь? – Доброе утро, достопочтенный господин, – я мигом включила все свои хорошие манеры, которые мне пытались привить чуть ли не с пеленок. – Невозможно описать, как я счастлива с Вами познакомиться. Мое имя Льяна Игнисберг. Крис, пока еще в виде дракона, неловко переминался с лапы на лапу, стоя рядом. Остальные домочадцы почтительно столпились неподалеку, не влезая в нашу беседу. – Но почему вы, Льяна Игнисберг, летели на моем сыне? Согласно драконьим традициям и по некоторым другим причинам мы не катаем людей. Но, к счастью, я уже была достаточно подкована в этом вопросе. Поэтому расстегнула пуговичку на воротнике платья и продемонстрировала всем желающим метку истинности. – А теперь прошу нас извинить, но Кристиану неплохо бы одеться. Пойдем, Крис, зайдем за уголок замка, чтобы ты мог это сделать, – похлопала я дракона по боку. И мы с ним пошли, оставив шокированных членов семьи и других обитателей замка переваривать полученную информацию. – Зачем ты объявила о нашей истинности при всех? – пожурил меня Крис, застегивая пуговицы. В этот раз я оглянулась на него чуть раньше и нечаянно застала тот момент, когда дракон успел только-только накинуть рубашку. Так что, теперь я трясла головой, чтобы освободить ее от тех мыслей, которые в нее столь несвоевременно полезли. Но образ расстегнутого Криса и его торса продолжал стоять перед моими глазами, как приклеенный. Хотя реальный Крис уже успел даже ботинки надеть. – Ты же меня на спине привез. Все равно все поняли бы и так, – возразила я и неожиданно для самой себя предложила, – а ты не хочешь меня поцеловать? Так, чисто случайно. Крис вздохнул. – Очень хочу, – признался он. – Но не здесь же. И это будет нечестно по отношению к тебе. Сейчас твой разум туманит недавно проявившаяся метка. Да и я тоже не так хорошо соображаю, если признаться. Через некоторое время ты бы к ней привыкла, и она перестала оказывать такое сильное влияние. Но ты ведь хочешь убрать ее. Конечно, истинность останется между нами навсегда, но ты будешь вольна в своем выборе… – А я уже передумала убирать и истинность, и метку, – радостно объявила я ему и потащила дракона, ошарашенного таким поворотом событий, обратно к встречающим нас счастливым родственникам. Правда, счастливым. Очень. Нас сразу с огромным энтузиазмом поволокли в замок. Персик, не успев высунуть нос из своей корзинки, снова спрятался назад. «Они сумасшедшие», – нечаянно уловила я мысли фамильяра. Кого именно он назвал сумасшедшими – нас с Крисом или его взволнованных, но довольных родственников – я уже не поняла. – Крис нашел истинную! – кричал кто-то в холле. – Настоящую истинную! – радовались с другой стороны. Поднялся шум и гам. На широкой лестнице, которая вела из холла, показалась женщина, очевидно, драконица. Она величественно оглядела творящуюся суету и неожиданно рявкнула громовым голосом: – Молчать! Все мгновенно притихли и замерли. – Что здесь происходит?! – Это моя мама, – шепнул мне Крис на ухо, придерживая меня за талию. Папа Криса, пожилой дракон, торжественно обратился к своей супруге: – Наш сын нашел истинную! – Это правда? – поразилась мама. – Да, да! – рядом запрыгали какие-то мелкие черноволосые мальчишки, внешне очень похожие на моего адепта. – Это мои младшие братья, – вздохнул Крис. – Эллиот и Клейтон. А тот подросток в стороне, это Маркус. – Девушка, – тем временем обратилась ко мне дракономать. – А Вы точно уверены, что являетесь истинной? – У нее проявилась метка, я сам видел, своими глазами, – с жаром доказывал ей супруг. – Метку и подделать можно, – философски заметила мама Криса. – Вдруг она ее нарисовала. В нашем клане уже очень давно никто не находил истинных. Так что, меня терзают смутные сомнения. Моя мамочка была совершенно не такой строгой, как у Криса. Вот папочка, тот да. Но он тоже не был настолько въедливым. Скорее, импульсивным. Поэтому сначала я немного оробела. – Девушка, – продолжила драконица. – Я бы хотела поговорить с Вами наедине. – Мама, – отмер Крис. – Льяна и правда моя истинная. Отстань от нее. И вообще, – он посмотрел на меня, – если уж причина, по которой мы сюда прилетели, потеряла свою актуальность, то, пожалуй, нам пора. Пойдем, Льяна. И придерживая за талию, он повел меня в сторону выхода, огибая своих растерявшихся драконьих родственников. – Не так быстро, – драконья матушка резво спустилась по лестнице и цепко ухватила меня за локоть. – Для начала я бы хотела поговорить с твоей Льяночкой наедине в отдельном кабинете. – Да все нормально! – махнула я обеспокоенному Крису. – Не съест же меня твоя мама. – Вообще-то, она может, – пошутил мальчик по имени Маркус, который был постарше двух других. Но я не обратила внимания на шутку и спокойно пошла вместе с этой строгой женщиной. Ведь это же мама Криса! Значит, она по умолчанию хорошая! Драконица тем временем завела меня в богато обставленный кабинет, усадила на стул, а сама, вытащив лупу из ящика массивного стола, встала передо мной, как заправский дознаватель. Я спокойно поставила корзинку с притихшим фамильяром на свои колени. – Метку! – скомандовала она. – А? – не поняла я. – Зачем? – Знаем мы вас! Конечно, Крис – старший сын и наследник! В будущем станет главой клана золотых драконов! Тоже захотела урвать кусок? Я никому не позволю обманывать моего сына! Демонстрируй метку, я ее проверю! Обещаю, если ты нам солгала, но уйдешь сама и перестанешь искать встреч с Крисом, то тебя никто не будет преследовать! – А для чего ее проверять? – удивилась я. – Да вы так не переживайте! Мы с Крисом все равно собираемся от них избавиться. Мы за этим сюда и летели, но из-за некоторых обстоятельств решили избавление от метки отложить. Вы не волнуйтесь, прилетим еще раз в следующие выходные, и тогда уже друг друга от этой связи и освободим. А вот со встречами загвоздка, мы же в одной академии, поэтому каждый день приходится видеться. Драконица непонимающе уставилась на меня. Я же отогнула уже расстегнутый ворот платья и продемонстрировала ей свое пятнышко. Так как мама Криса застыла, словно статуя, и молчала, то я принялась вносить ясность: – Кловсы совсем обнаглели, то в темнице из-за них сидеть пришлось, то глупые ультиматумы ставят с утра пораньше. Вот я и решила, что назло этой Кловс пока не буду разрывать связь с Крисом. Потом, попозже это сделаем. К тому же ректор академии, наконец-то, отстал от меня. Только благодаря этой метке, между прочим! А вообще вы не бойтесь, замуж за Вашего сына я не собираюсь. Мой папа ругаться будет, он в будущем сам хотел жениха мне подыскать. Чем дольше я говорила, тем сильнее драконица округляла свои глаза. Она поднесла лупу и полюбовалась на метку еще раз, уже с увеличением. А потом выскочила в коридор и крикнула: – Крис, Эдгар! Срочно сюда! Мой дракон и его папа, видимо, были рядом, потому что в кабинет они влетели почти сразу. – Все нормально? – бросился Крис ко мне. – Ну, да, – пожала я плечами. – мы во всем разобрались. В принципе, думаю, уже можно и обратно в академию лететь. А то у меня там примороженная к полу Лилиана осталась. Я о ней немного подзабыла, но сейчас, разговаривая с драконицей, вспомнила. И поняла, что надо бы ее убрать от моей комнаты, а то зачем она будет стоять и охранять башню. Хотя вот в сказках драконам вроде бы так и так положено что-нибудь сторожить. – Эта девушка очень ценна для нашей семьи, – объявила драконица. – Молодец, сын, что нашел свою настоящую истинную. Это такая редкость в наши дни! И большое конкурентное преимущество! У ваших детей будут все шансы попасть в число претендентов на пост драконьего Владыки! Ведь, согласно традициям, Владыкой может стать только дракон, рожденный в истинной паре! Из-за особой магии и силы! Думаю, мы вполне можем объявить обо всем общественности и назначить дату свадьбы. Обретение наследником истинной существенно поднимет авторитет всего клана и укрепит наши позиции. – Ты, как обычно, абсолютно права, дорогая, – растрогался ее супруг и по совместительству папа Криса, господин Эквитас. – А до дня свадьбы эта девушка останется в нашем замке, чтобы ее никто не обидел и ей не навредил! – добавила дракономать строго. У меня отпала челюсть. Крис же стоял рядом со мной и растерянно хлопал глазами. Кажется, он тоже не ожидал столь резкого поворота в нашей судьбе. Персик зашевелился в корзинке. Наверное, прислушивался к разговору. – Снимаем метку немедленно! Прямо сейчас! – чуть придя в себя, слегка ошалело воскликнула я. – Матушка, – отмер и произнес Крис. – Льяна не хотела так сильно спешить. Леди Эквитас покачала головой. – А мы никуда и не торопимся. На то, чтобы подготовить достойный прием и разослать приглашения, в любом случае понадобится время. Но Льяночка сказала, что ей угрожают Кловсы! Я все поняла, эти пройдохи прознали, что у нас в клане появилась настоящая истинная пара, и собираются лишить нас этого преимущества! Не бывать этому! Льяночка останется здесь и под нашей защитой! У меня задергался глаз. Снова. Конечно, сколько нервов у меня уже успело израсходоваться с того момента, как Велька бросила нас с Персиком на произвол судьбы! – Вынуждена отказаться от этого заманчивого предложения, – собрав все свое красноречие, произнесла я. – Становиться драконьей истинной не было моей мечтой и целью. К тому же нам с Крисом следует придерживаться некоторой субординации. Потому что я его преподаватель. – Преподаватель? – родители Криса неверяще переглянулись. – Такая юная и уже работает в академии? – Да, Льяна Игнисберг – магистр зельеварения, – с гордостью произнес Крис. – И, кстати, очень опасная ведьма, – выглянул из корзинки Персик. – Я бы сказал, самая опасная из всех ныне живущих ведьм. Вы даже не представляете, на что она способна. А я вот представляю. Мы с ней вместе с самого ее и моего детства. – Настоящий фамильяр, – ахнула мама. – Настоящая ведьма, – одобрительно похлопал Криса по плечу отец.