Глава 21

Работяги, нанятые Свенсоном, отработали день. Когда они поняли, что здесь их не обидят ни словом, ни куском хлеба - они расслабились. Хмурые лица стали более живыми, вроде бы даже морщины разгладились.

Я накрыла ужин для всех прямо на улице - день был теплым и там было приятно. Девочки уже очень просились поиграть во дворе и я, стараясь не превращаться в наседку и параноидальную истеричку, позволила им.

Работяга по имени Онтарио расчувствовался при виде девочек, которые затеяли игру в салочки перед домом. Он выбрал подходящее полешко среди дров и мастерски вырезал двух маленьких лошадок. Сделано было филигранно.

-Отдайте малышкам, мэм, если не побрезгуете, - он застенчиво улыбнулся мне - половины зубов не было.

-Какая красота! - искренне воскликнула я, принимая деревянные игрушки. Они в самом деле были очень хороши - гривы развевались, ноги были согнуты, как в стремительном беге.

-Раньше своих ребятишек развлекал, целый зверинец у них был.

Он вытер глаза и отвернулся, чтобы скрыть свою слабость.

-А где теперь ваша семья, Онтарио? - тихо спросила я, предчувствуя, что сейчас услышу что-то тяжелое.

Мужчина помолчал. Он был очень худ и цвет лица у него был болезненным.

-Нет у меня больше семьи, сирота я, - проговорил он и, приподняв шляпу, - направился, прихрамывая, к остальным.

Меня резануло это откровенное и очень беззащитное “сирота”. Я нашла глазами своих детей - сейчас с девочками был Колин и я успокоено отвернулась, провожая глазами Онтарио. Надо все-таки узнать, что у него случилось. Помочь вряд ли смогу - сама завишу от добрых людей, да на собственные силы, а вот доброе слово еще никому в жизни не помешало, можно было бы попробовать поддержать.

Выждав минутку, я направилась было следом - мужчины как раз подошли к ручью, чтобы обсудить что завтра делать с ним. Мое присутствие было необходимо, чтобы объяснить детали.

В этот момент от калитки меня окликнул голос Свенсона - видимо он подъехал с другой стороны. Разряженный в костюм с иголочки теперь уже синего цвета, он улыбался, весьма довольный собой, разглядывая объем проделанной работы. Осталось вскопать совсем чуть-чуть. Все выглядело ровненьким и аккуратным.

Я оглянулась на Дерека и остальных - они пока что не заметили приезда Камиля. Очень хорошо, я должна была сама с ним поговорить.

-Я вижу, дело спорится, миссис Мартин! Я же обещал, что лучших работников вам найду, слово порядочного человека я сдержал - с вас чай.

Хотелось залепить ему в довольную лощеную морду горстью жирной земли.

-Мистер Свенсон, - заговорила я, - не знаю ваших критериев порядочности, но они явно далеки от моих. Вы привели в мой дом, где я живу одна с детьми неизвестных вам людей. Мало того, вы этих несчастных наняли за жалкую похлебку, пользуясь их бедственным положением. Да вы просто мерзавец, вы понятия не имеете о нормах порядочности! - кстати, про похлебку я брякнула уже сгоряча, но меня понесло. И если бы мистер Свенсон сейчас опроверг мои слова, назвав лгуньей, призвав Тома с Онтарио в свидетели - мне пришлось бы извиняться. Но, как я и предполагала - не пришлось, я попала в точку.

-Вы полегче, миссис Мартин, - негромко произнес он, сплюнув чуть ли не мне под ноги, - не в вашем положении ссориться с теми, кто протягивает вам руку помощи из жалости…

-Как бы не так, - выпалила я, перебивая его, - вы из жалости котенку молока не нальете, вам от меня что-то нужно, уж не знаю, что, но своими сомнительными услугами вы точно не вгоните меня в долговую яму. Просто держитесь от меня и моей семьи подальше.

Свенсон опасно прищурился. Возможно я сделала глупость, перегнула палку и нажила себе врага, но особенно после того, как услышала от Онтарио это его беззащитное “сирота”, мне хотелось истребить всех прохиндеев, использующих людей, находящихся в бедственном положении.

-Ладно, я забираю бродяг и уезжаю, - проговорил он, не пытаясь оправдываться. Разве это не говорило о том, что я была права? Конечно, можно было бы быть хитрее и постепенно выведать у него что на самом деле ему нужно, но было даже думать противно о том, чтобы иметь с ним дело. Тем более существовала опасность, что он втянет меня во что-нибудь.

-Люди, которых вы привезли, остаются здесь. Всего доброго, мистер Свенсон, и забудьте сюда дорогу, пожалуйста.

Хоуп, остановись, достаточно, - сказала я сама себе, уже готовая разразиться нервным смехом. Однако, нахмурилась и проводила Свенсона твердым взглядом.

-Миссис Хоуп, всё в порядке? - Дерек окликнул меня, встревоженный, уже спеша ко мне. Он только теперь запоздало заметил Свенсона, который, впрочем, уже катил по дороге прочь.

-Все хорошо, Дерек, не волнуйся. Давай вернемся к ручью, меня это сейчас больше беспокоит.

Дерек подозрительно проводил глазами коляску Свенсона, а затем всмотрелся в меня внимательно - я ответила ему спокойным взглядом и он расслабился.

-Пойдемте, миссис Хоуп, ест у нас кое-какие соображения.

Мы осмотрели ручей все вместе.

-Нужно перегородить вот здесь, в самом узком месте, - уверенно показала я рукой, - но чтобы нас не затопило, яму нужно выкопать прямо хорошую, можно и по пояс.

Мужчины уважительно переглянулись.

-Я пойду смотреть материал для плотины, - поднялся Онтарио, - но здесь на участке нет ничего подходящего, я уже вижу. Пойду в лес.

-Подождите, мистер Онтарио, я с вами, - остановила я его, у меня там силки на кроликов, все равно нужно проверить их.

Мужчины снова переглянулись в некотором недоумении.

-Я сейчас быстро соберу что нужно, - сказала я и пошла к дому, чтобы взять корзину и все необходимое.

Спиной я всё так же чувствовала их взгляды, наверное я немало поразила их, а в особенности Дерека, который знал, что я леди совсем из другого мира - мира богатеев и белоручек.

-Вы отчаянная женщина, миссис Хоуп, мэм, - неловко сказал Онтарио, - когда мы уже направлялись к лесу.

-Что имеешь ввиду? - поинтересовалась я, думая, как же разговорить его о нем самом.

-Вы не прогнали нас, узнав, что мы бродяги. Оставили у себя, накормили тем, что и сами ели. Сказали, что заплатите нам. хотя мы и горячему обеду были бы рады. Да и теперь пошли со мной в лес, не зная меня, а вдруг я душегуб какой али насильник.

Я засмеялась.

-Онтарио, ну да, ты убедил меня в том, что я легкомысленная и безмозглая курица, но это ничего.

Мужчина покраснел.

-Миссис Хоуп, ну не так, хотя может и правы вы, нельзя так уж людям доверять, вас же обидеть могут, - он посопел.

-Кому-то нельзя доверять, Онтарио, а кому-то можно. Вам я тоже не сразу, вначале испугалась, - призналась я, - а потом ты сказал о своих ребятишках и я поняла, что мне не стоит бояться тебя.

-Это верно, мисс, меня не стоит, - охотно согласился он, собирая подходящий хворост. Потом покачал головой, - нет хорошего валежника, придется завтра с пилой вернуться.

-Как скажешь, - согласилась я.

Мы проверили силки - в них было пусто, хотя следы вокруг были. Я подбросила еще приманки и мы ушли побыстрее, чтобы не оставлять запахов.

-Ты расскажешь мне о своей семье, Онтарио? - спросила я все-таки, когда мы развернулись обратно и шли не особенно торопясь.

Он молчал долго, я уже подумала, что отвечать мужчина не станет, когда он заговорил.

-Я на фронт ушел, когда хозяйка моя - женка по-вашему, третьего нашего ребятеночка только родила, а двум другим пять и шесть лет было. И далеко меня услали, писем ни одного не дошло. уж как я домой рвался, ни одного дня не было, чтобы не думал о них. Нам и до войны жилось не сладко. Сказать чтоб голодовали - нет, я хорошо могу работать, кому забор поправить, кому лохань вырубить, я очень хорошо по дереву могу, - он остановился, чтобы скрутить папироску, руки его подрагивали.

Я остановилась тоже, машинально оглядываясь вокруг в поисках чего-нибудь съестного.

-А когда вернулся я, узнал, что жена моя, чтобы ребятишки с голоду не померли, пошла в услужение к господину одному, детей к сестре отправила далеко, за три деревни. Только господин этот стал ее пользовать, а она терпела, чтобы ребяткам было что посылать на еду.

Он тяжело вздохнул, а я даже предположить не могла, что же было дальше, мне стало страшно. Но надо было уже слушать до конца.

-В общем, как узнала женка моя, что возвращаюсь я - так и порешила себя. То ли спужалась, то ли позора не выдержала, - он сплюнул, посмотрев вдаль сухими глазами, - меня-то бояться ей чего было, только детей осиротила, - и снова замолчал.

-Так а где ребятишки-то ваши, Онтарио? - горло мое перехватило, словно кто-то сжал его безжалостной рукой. Хотелось поскорей оказаться дома и обнять детей, прижать к себе всех троих.

-Бои там шли, где свояченица жила, она и уехала с ребятишками. Я когда поехал за ними - никого в деревне не осталось и спросить, узнать не у кого было. Так и потерял я всех, - закончил он просто и взглянул мне в глаза.

Мне было так жаль его, жаль несчастную женщину, детишек, что я не знала что тут можно сделать и какими словами помочь.

-Они еще могут найтись, Онтарио. Ты еще можешь найти своих ребят, - с трудом выговорила я.

-А я и ищу, мэм, - снова взглянул он на меня и улыбнулся своей щербатой, но светлой улыбкой. Вот так брожу и ищу. - Спасибо, что послушали меня, доброе сердце у вас.

И мы пошли к дому. Нужно будет накрыть чай и посидеть всем вместе, решила я.