Глава 43

Некоторое время я наблюдала, как Лора едва сдерживает свои эмоции. Прикрыв ладонью рот, она то отходила к окну, то делала несколько шагов к Марте и Мии, которые так же безмятежно играли и болтали, не ощущая безмолвного напряжения, которое висело в воздухе.

- Пойдем со мной, - наконец очнулась моя подруга и довольно крепко схватила меня за руку. Я поднялась и последовала за ней в одну из смежных с гостиной комнат.

Лора прикрыла за нами дверь и резко повернулась ко мне. Глаза её были широко распахнуты, а в них плескались растерянность и страх.

- Что с тобой, Хоуп? Что за бредни ты несёшь? У тебя температура? - она коснулась моего лба. - На вид ты в полном порядке. Это шутка такая?

Её вопросы неслись один за другим, просто каким-то потоком.

Когда она сделала короткую паузу, чтобы вдохнуть воздуха, я сказала спокойно

- Лора, я понимаю твои чувства, но чем меньше времени ты будешь цепляться за стадию отрицания, тем будет проще принять эту правду.

Лора замотала головой так сильно, что она вполне могла оторваться.

- Да как это может быть правдой, как?

Я указала на себя и своё лицо.

- Оболочка осталась прежней, а душа и личность волею Господа переместились из моего тела. Ты же первой заметила, что я как будто другой человек, так вот так и есть.

Лора присела на кушетку, обитую скользким полосатым шелком, а я присела перед ней, преклонив колени. Когда я взяла её за руку, она вздрогнула, как от суеверного страха, покосившись на меня.

- Ты и в самом деле изменилась очень сильно, - еле слышно пробормотала она.

Щеки ее горели двумя резко очерченными красными пятнами. Давление, наверное. Конечно, такой шок.

- Лора, ты просто вдумайся: моё изменение можно было бы объяснить обстоятельствами, необходимостью взять себя в руки и встать на ноги. Но откуда бы взяться всему, что я знаю и умею теперь? Одного желания было бы мало.

- Да, Хоуп, да…Это единственное, что позволяет мне надеяться, что ты всё же не сошла с ума, - она помолчала и робко спросила: - А где прежняя Хоуп? Она… умерла?

- Не знаю, - призналась я, - возможно жива… тоже в каком-то другом теле и времени.

- Бедная девочка, - Лора закрыла лицо ладонями, плечи её вздрогнули. Я присела рядом, давая ей время прийти в себя.

- Мне тоже было трудно принять, - проговорила, я с вызовом, - и ситуация, в которой я очутилась была более, чем сложной. Мне показалось, что Лора теперь сочувствует той легкомысленной кукле, а я вроде как просто заняла чужое место.

Впрочем, говорить все это мне не пришлось - миссис Геллер прекрасно меня поняла и спохватилась.

- Конечно, дорогая, конечно…Прости, мне какое-то время будет трудно, надеюсь, ты понимаешь. Я сочувствую и тебе, и ей, но ты… умная и сильная. А она нет. И, возможно, дети не выжили бы без тебя.

- Может, поэтому нас и поменяли местами, - предположила я.

- Самое странное во всём этом, - призналась Лора, - что я поверила тебе сразу, но это так сложно всё… А душой поняла с первых слов, что это правда. У меня столько вопросов к тебе…

Я чуть нервно рассмеялась. По правде говоря, меня словно мелкая дрожь била изнутри.

Лора отреагировала гораздо лучше, чем можно было ожидать. Во всяком случае, она не послала за доктором. Но Алекс… он любил свою жену, а я, по-хорошему, чужой человек.

Наверное, мысли наши сошлись и Лора подняла на меня глаза.

- Тебе нужен мой совет, открывать ли правду Алексу, - она не спросила, она сказала это утвердительно.

- Да, нужен, - призналась я. - Мне страшно даже подумать об этом. А вдруг, его сердце не примет меня, когда он узнает?

Лора покивала:

- Я понимаю, о чем ты говоришь, дитя моё. Нужно очень хорошо подумать. Мужчины гораздо ранимей нас, женщин. И психика наша гибче. Я бы посоветовала тебе вот что. Не торопись с этим шокирующим признанием. Подводи его к тому, чтобы он догадался сам. Ну почти догадался, понимаешь?

Кивнув, я поднялась.

- Спасибо, Лора. Мне стало гораздо легче.

- Чего не скажешь обо мне, - она всё же засмеялась и покрутила головой с недоумением, как будто стряхивая с себя сон или наваждение. Потом протянула мне руку. - Давай вместе помолимся о том, чтобы малышка Хоуп оказалась где-то в хорошем месте…

Дома, уложив детей, я поняла, что заснуть мне сегодня не представляется возможным, и прошла на небольшую, словно кукольную кухоньку. В ящиках у стены стояло несколько ящиков с моими крупами, привезенными с мельницы. Несколько дней назад мне пришла в голову идея сделать несколько подарочных наборов на пробу и выставить их в кофейне Лоры и в лавке Салли. Нужно было продумать упаковку и заготовить карточки. Сначала вручную, а если наборы пойдут хорошо - закажу в типографии.

Я почти что отвлеклась, занимаясь делом, когда вдруг на меня обрушилось осознание, от которого я резко села, почти не глядя куда. Хорошо, что рядом оказалась табуретка.

Теперь, когда я призналась Лоре, и она приняла моё откровение, я перестала чувствовать себя так, словно заняла чье-то место в чужой семье. Оказывается, мне было необходимо, чтобы меня приняли по-настоящему.

Конечно, о детях речь не шла. Моя любовь к ним была безусловной, она жила во мне, даже когда я еще не подозревала об их существовании. И природа моей трансформации была им ни к чему.

Другое дело Алекс. Он полюбил совсем другую, практически противоположность мне. И он должен узнать правду, прежде чем мы станем мужем и женой по-настоящему.

Мои руки выполняли работу почти механически, а голова была занята воображаемыми диалогами с Алексом. Так незаметно наступило утро.

Я совсем не чувствовала усталости. Наверное, от перевозбуждения нервной системы. Только помылась и переоделась, готовая к новому дню. Приготовив детям завтрак, я позвала их, чтобы просыпались потихоньку - няня должна была прийти с минуты на минуту, и принялась готовить обед Алексу.

Здесь, в городе, было, конечно, полегче с продуктами - заскочить на рынок не занимало много времени. Как жаль, что в поселке сычей не было своего рыночка, даже маленького.

Я поняла, что соскучилась по дому, который уже стал мне родным, где я так много и упорно работала, чтобы он стал жилым и уютным. Как только Алекс встанет на ноги, мы вернемся туда. Как же мне хотелось, чтобы к тому времени он уже знал правду и смотрел своим любящим взглядом именно на меня.

- Миссис Мартин, это я! - послышался голос няни из прихожей. Можно было ехать к мужу. Внутренне я снова затрепетала - хотелось открыть ему всю правду как можно скорее, однако, не стоило забывать совет мудрой Лоры. Её слова звучали очень разумно.

Интересно, удалось ли ей поспать в эту ночь, после того, как я огорошила её?

Я прошла к девочкам и немного поиграла с ними. Снова уезжая почти на целый день, я чувствовала себя виноватой. Ну ничего, скоро всё наладится, и я смогу проводить с ними больше времени.

На пороге больницы я встретила Владимира.

Он выглядел немного лучше, отдохнувшим, посвежевшим. Я порадовалась за него.

- Я и в самом деле сумел отоспаться благодаря тому, что Донна здесь, - ответил он мне. - В последнее время еле ноги таскал. Кстати, сегодня я разрешил мистеру Мартину подниматься с постели, его общее состояние не внушает мне больше опасений, шов тоже хорошо схватился.

Я просияла, он сдержанно улыбнулся мне в ответ.

- Спасибо вам, доктор Гоночар.

На самом деле мне хотелось сказать ему гораздо больше, что-то объяснить, но сложно было бы удержаться в установленных мною же границах, а извинения прозвучали бы нелепо и неуместно. Да и за что извиняться. Иногда вопрос выбора перед нами просто не стоит. Даже если кажется иначе.

- Когда Алекс сможет вернуться домой? - спросила я.

Владимир смотрел куда-то вдаль, я разглядывала его четкий резкий профиль и ждала ответа.

- Я бы отпустил его уже сегодня - вы вполне дальше справитесь с уходом, на мой взгляд. Однако, Донна почему-то против.

- А что, теперь Донна принимает решения о состоянии пациентов.

Владимир, как будто не услышав меня, ответил не сразу. Только после того, как я повторила свой вопрос чуть громче и немного более резко.

Гоночар рассеянно взглянул на меня и непонятно пожал плечами.

- Почему бы не прислушаться к ней, миссис Мартин? У Донны большой опыт в выхаживании раненых, она повидала их побольше, чем я и вы, - он снова отвернулся, какой-то отстраненный. - Понимаю ваше желание вернуть мужа домой, однако вы же не возьмёте на себя ответственность за его состояние, правда?

Помолчав, я кивнула.

- Конечно, доктор, не возьму. Но если он захочет домой…

- Один раз он уже сбежал из госпиталя домой, Хоуп, - прервал меня Владимир раздраженно. - Чем это чуть не закончилось, позвольте вам не напоминать.

- Хорошо, - коротко ответила я и вошла в здание больницы. Будет жаль, если наши отношения останутся такими - колючими и натянутыми.

За дверью палаты Алекса раздался мелодичный женский смех, а затем и его. Помедлив, я взялась за ручку и тихонько вошла.

Меня заметили не сразу.

Алекс нетвердо стоял на ногах, облаченный лишь в рубаху и кальсоны, держась за железную спинку кровати. С другой стороны его поддерживала Донна, обхватив рукой за талию.

- Мистер Алекс, мне кажется, на сегодня достаточно, - она чуть задыхалась от смеха, - я, конечно, не устала, но вы - да.

- Мисс Донна, а мне хотелось бы попрактиковаться подольше, хотя бы затем, чтобы вам больше не пришлось носить мне этот предмет, - и он кивнул, показывая на утку, стоявшую под кроватью.

Донна снова прыснула, покраснев. И в это мгновение муж увидел меня.

- Хоуп! Сюрприз не удался, я хотел было встретить тебя на пороге больницы, но…

- Но Донна решила, что рано? - спросила я приветливо.

- Конечно рано, - чуть вызывающе ответила девушка. - Мистеру Алексу нужно соблюдать режим и покой.

- Никто не спорит, Донна, - ответила я, - а теперь позвольте мне.

Она с явной неохотой уступила мне место рядом с Алексом, и я помогла ему вернуться в постель.

- Я так рада, милый, скоро ты вернешься ко мне и детям, - я прижала руку Алекса к своей щеке, чувствуя на себе взгляд Донны. Честное слово, она во мне дыру прожигала глазами.

- Расскажи мне, как дела, - попросил Алекс. - Потому что мои новости этими незначительными успехами и заканчиваются.

Я перестала обращать внимание на присутствие Донны и принялась рассказывать о новой рабочей идее, о том что мы были вчера вечером у Лоры. Без подробностей, конечно.

- Мне так хочется с тобой поговорить… о многом, - сказала я, когда закончила свой рассказ. - Столько нужно рассказать…

- Рассказать что? - мне показалось, что Алекс напрягся, а я спохватилась.

- Принесу нам с тобой чай, хорошо? Ты хочешь? - я поднялась.

Алекс медленно выдохнул и кивнул, а я направилась к двери.

“Вот оно, - подумалось мне. - Раньше Хоуп была этаким мотыльком, теперь рядом трется Донна, которая тоже с ним изображает из себя нимфу. А я какая-то тяжелая - заботы, решение проблем. Но что я могу поделать, если этого от меня требует жизнь?..”

Выйдя из палаты, я направилась, было, в бытовку. Однако, меня окликнули.

- Миссис Мартин, можно вас на минутку?

Разумеется, это была Донна. Робостью дева явно не отличалась.

- Конечно, только на одну - хочу принести мужу чай, - любезно ответила я, глядя ей прямо в глаза.

Мы отошли с ней к окну.

В лучах утреннего солнца, в белом фартуке и с чуть растрепанными волосами, Донна выглядела очень юной. Но напор и решимость в её глазах были как у танка.

- Миссис Мартин, вы знаете, Алекс много рассказывал мне о своей семье. О вас…Так вот, мне кажется, что он всю жизнь ошибался на ваш счет, - Донна дерзко смотрела на меня, а я, чуть наклонив голову к плечу, ждала. - По его словам вы беззащитный ангел и так нуждаетесь в защите… Уж не знаю, в чем вы тут нуждались…

- Уважаемая, - прервала я ее, - мне кажется, или вы забываетесь? Кто дал вам право так разговаривать со мной?

Я старалась говорить очень ровно и негромко, но девчонке удалось вывести меня из себя.

- А мне не нужно обладать каким-то особым правом, после того, как он плакал, говоря о том, что не получил ни строчки от вас. Вы проводили его туда, где он мог погибнуть, да чуть и не погиб, а сами… Сами забыли про него. Рядом с ним должен быть человек, которому он нужен и в горе, и в радости, а не вы!

Гнев мой потихоньку испарялся. В голосе девушки чувствовалась боль. Она была так отчаянно и безнадежно влюблена в моего мужа.

Впрочем, так ли уж безнадежно?.. Совершенно неизвестно, что Алекс будет чувствовать ко мне, когда узнает правду. А рядом будет такая горячая, истово влюбленная преданная Донна.

Я подняла ладонь.

- Остановитесь, мисс Тарли. Более я не намерена выслушивать это. Вашу мысль я уловила, не продолжайте.

Донна, однако, возражающе приоткрыла рот, но я резко развернулась и пошла за чаем.

Заваривая его, я несколько раз обожглась кипятком - руки тряслись.

Самое поганое было то, что мне нечего было возразить этой девчонке. Она видела эту ситуацию со стороны, и оттуда всё было так, как она сказала.

Постаравшись успокоиться, я отнесла чай в палату.

- Хоуп, милая, я уж думал, ты заблудилась, - глаза Алекса были внимательными.

- Я просто поболтала с Донной, - небрежно сказала я. - Давай я накормлю тебя, пока еще всё не остыло.

Алекс кивнул и улыбнулся мне тепло и доверчиво, как ребенок, а у меня от его прямого открытого взгляда снова заныло сердце. Не могу обманывать его, не могу…

“Как только он вернется домой, - пообещала я себе, - в первый же вечер”

День мы провели в беседах о нашем положении. Алекс делился со мной планом по возвращению нашего состояния и имущества. Говорили о детях, немного играли в слова и “виселицу”.

Время от времени Алекс касался меня. Мы долго и нежно целовались, после чего меня вновь начинали терзать сомнения в намерении открыть ему всю правду. Без этого всё могло быть так хорошо…

В конце дня Владимир зашел проведать Алекса, задал ему несколько вопросов о состоянии, проверил шов. Вслед за ним в палату скользнула Донна. Мне показалось, что вид у нее был заплаканный, во всяком случае нос был густо запудрен, а глаза красноватые. На меня она не смотрела, только на Алекса. Но по-моему, он не замечал ни взглядов девушки, ни её чувств. А может, мне хотелось в это верить.

- Думаю, через пару дней можно вас отпустить, - негромко сказал Владимир, похлопав Алекса по плечу вполне дружелюбно.

-Нет! - вдруг вскрикнула Донна отчаянно. - Еще рано!

- Мисс Тарли, - устало проговорил Владимир, - мы уже обсудили это. Два дня, чтобы убедиться в стабильной положительной динамике. Этого достаточно.

Донна опустила голову так, что её лица не стало видно, а Гоначар едва заметно сделал мне знак бровями. Я поняла, что нужно к нему зайти.

Они с Донной вышли. Алекс смотрел на меня озадаченно.

- Ты не рада, Хоуп? У тебя странное выражение лица.

- Конечно, рада, милый, я очень хочу, чтобы ты поскорее вернулся домой, - я постаралась вложить в голос как можно больше любви и тепла. - Мне пора к девочкам. Они скучают без меня, а теперь еще и Колин уехал.

- Конечно, детка, поезжай. Поцелуй их от меня.

Я собралась, размышляя о том, что там еще собирался сказать мне Владимир.

- Хоуп! - окликнул меня Алекс, когда я была уже на пороге. - Я люблю тебя, родная. Еще раз спасибо тебе за всё.

Голос его звучал негромко и тепло.

- Я тоже тебя люблю, Алекс, - прежде чем это произнесли мои губы, признание прозвучало в моём сердце.

Послав ему воздушный поцелуй, я направилась в кабинет Владимира.