Глава 11
– Ты опоздала! – вопль Фрэнсис, или Гвиннет, или как там ее, заставил меня зарычать. – Ритуал начался!
Сама вижу, демон тебя раздери! Четыре купола медленно опустились на землю. И поскольку жертв под ними не было, значит, сейчас грядет какая-нибудь катастрофа.
Я прочесала цепким взглядом окрестности. Ничего. Лишь внизу бесновалась Фрэнсис.
– Они все равно погибнут! – Она явно упивалась происходящим: рыжие волосы развевались, глаза горели предвкушением мести. – И ты тоже умрешь! Ты четвертая! Бесполезный дракон!
Я подняла глаза вверх. Из серого тумана вылезало нечто странное… Что это? Я осторожно подлетела поближе и… едва успела увернуться от ринувшейся на меня жилы. Золотой, огромной и до безобразия сильной!
– А с Инирой мы потом разберемся! Мама, папа, я! Все вместе! – торжествовала Фрэнсис. – Знаешь, какие у нас зелья были? Да за ними весь Хейвурд ездил! Найдем и для Иниры! А Ланку куплю гончарную мастерскую! Пусть радуется, раз мечтал…
Жила развернулась, распуская во все стороны мощные «щупальца». Стоп, что там Элия говорила про катастрофы? Если жертвы нет под куполом, то магии прях все равно, чью жизнь забирать?
– Беги! Убирайся оттуда! – рыкнула я, дернулась к ведьме, но было поздно.
Фрэнсис с визгом отскочила от «щупальца» живого металла, бросилась наутек, зайцем петляя между руинами. Жидкое золото поднялось на дыбы, покачалось, словно разыскивая беглянку, и огромной волной упало сверху. Истошный крик Фрэнсис захлебнулся в грохоте золотого потока. Секунда, и в том месте, где только что была ее голова, образовалась воронка, из которой заструилась вверх нить Фрэнсис – темная, как ее душа. Натянулась до предела, оборвалась и полетела под один из куполов. Засветилась черными, серыми, белыми волокнами, вплетаясь в черную нить, что висела внутри него. Черная нить начала светлеть, а сам купол растаял в воздухе.
Эх, Фрэнсис…
Щупальце, сожравшее рыжую ведьму, развернулось, взвилось почти до тумана, напружинилось, готовясь к атаке. Я спикировала вниз и понеслась туда, где все гудело и скрежетало, где вокруг Аранхорда и Венетии дышал огнем огромный пузырь из лавы и камней, не давая жиле достать до них. Сандр стоял рядом.
О Лунная Дева…
Он будто горел, окутанный лавой и расплавленными металлами. Магия недр превращала его…
Не-е-е-ет! Только не это!
Взмахнув крыльями, я обернулась на лету.
И, падая, дернулась к золотым потокам.
Я же дракон! Мои предки усмиряли золотоносные жилы. Да, я не до конца хозяйка, но если я сейчас не усмирю эту жилу, Сандр превратится в то, чем была Венетия. Или погибнет окончательно!
Золотые щупальца поймали меня, начали топить, высасывая магию. Я потянулась к луне.
Не важен облик, важно лишь кто ты. Я – дракон. Уже много лет. И ведьма, сердце которой не позволит отступить.
Серебро лунного света окутало облаком, я почувствовала дуновение ветра, увидела высокую траву и бесконечное звездное небо: открылись подлунные земли. Нет, одна не пойду!
Кокон из лент сплелся моментально, отгораживая от опасного золота. Руны в бирюзе вспыхнули ярче.
Жила обвилась вокруг кокона, пытаясь сжать.
Не выйдет!
Ты всего лишь дикое золото, сокровище дракона, а я дракон.
Я быстро перетекла из одного облика во второй. Выдохнула пламя, зарычала. Жила отпрянула, растопырилась во все стороны и…
Удар и боль в крыле стали неожиданностью. Я сипло зарычала, пытаясь скинуть щупальце лапой и магией.
Почти справилась, когда Сандр распахнул глаза. Они горели словно настоящие угли, по каменным губам расплывалась улыбка.
– Не смей! – мой испуганный рык потонул в грохоте.
Ленты драконьей магии ринулись на жилу, и одновременно с ними на нее же из треснувшего пола и откуда-то сверху хлынули потоки лавы, смешанные с камнями. Недра защищали, поглощая чужую и опасную магию. И поглощая того, кого я безумно люблю!
Дикая жила ослабела, моя магия тут же вплелась в нее.
– Прочь отсюда!
Золото покорно отступило, скрылось в тумане на потолке. И сразу где-то вдалеке послышался странный грохот и шум.
– Подземная река пробила стену, – тихо сказала Венетия. – Слышу воду. Много воды. Очень много.
В ушах прошелестел голос Элии: «Любая катастрофа, которая могла унести жизнь». С жилой не получилось, и магия прях мгновенно устроила очередную пакость. По улицам уже бежали ручьи, сливались в целые реки, растекались огромными лужами, и сухих мест оставалось все меньше!
О боги! Только наводнения не хватало!
Конечно, я могу всех подхватить и летать под потолком… Всех, кроме одного… Я мгновенно обернулась и кинулась к Сандру.
Аранхорд вынырнул из-под остатков защитного купола и цепко схватил меня за руку, не давая прикоснуться к нему.
Каменное лицо Сандра ничего не выражало, волосы текли темным металлом, глаза были углями, пустыми и ничего не понимающими. Он медленно погружался в камень. В его душе было все разрушено, и только магия недр удерживала его от смерти.
Сердце остановилось, заболело в груди.
– Что же ты наделал? – прошептала я.
– Он знал, что магия недр куда сильнее и опаснее, чем мы думали, – тихо сказала Венетия. – Я предупреждала его, но он не смог поступить иначе.
Сзади оглушительно загрохотало.
– Осторожно! – рявкнул Аранхорд. – Обе на крыльцо, быстро!
Под колени ударила мощная волна, едва не сбив с ног, закружило водоворотом, Венетия вскрикнула. Я в ужасе огляделась. Здание неподалеку окончательно рухнуло, в воздухе еще стояла пыль. А вокруг…
Вокруг бурлило целое море, из которого торчали полуразрушенные дома, и между ними неслись пенные потоки, таща какие-то бревна, обломки, мусор. Город стремительно уходил под воду. А она все прибывала, прибывала с немыслимой скоростью…
– Мерит, марш на крыльцо!
К демону ваше крыльцо. Оно хоть и высокое, но надолго не спасет. Придется оборачиваться, собирать всех и летать, пока что-нибудь не придумаю. Но как же Сандр? Не живой и не мертвый. Точно как Венетия, вот только магии в нем меньше! На сколько ее хватит? Я повернулась и в отчаянии простонала:
– Сандр…
Из воды торчали лишь плечи и голова. О, Лунная Дева, да его утопит раньше, чем магия кончится. От страха у меня затряслись руки, зуд на спине стал нестерпим.
Неожиданно что-то вспыхнуло за плечами, оглянувшись, я увидела огромные магические крылья. Перепончатые, полупрозрачные: бирюза, алые подпалины и руны. Внутри тоскливо сжалось. Если бы они появились чуть раньше, их копия могла бы помочь Сандру, а сейчас… Брысь, бесполезные магические тряпки!
Крылья послушно исчезли.
– Не смей меня бросать, Сандр! – закричала я, сглатывая горячие слезы. – Слышишь, не смей! Ты мне только вчера предложение сделал, где это видано, чтобы жених смывался так быстро?
– Принцип согласия нарушен! – зазвучали три голоса.
Вроде и тихо зазвучали, а перекрыли и непонятный гул, и грохот рушащихся развалин, и рев потока, и мои вопли.
Пряхи. И Нати. Наконец-то!
С трудом бредя по пояс в воде, сестры окружили три оставшихся пестрых купола и протянули к ним руки. Подолы их платьев плавали по поверхности. Я невольно покосилась на свой. Тоже плавал. Ну да, непромокаемая паутина… Бросив взгляд на Сандра, я похолодела. Вода плескалась уже у его подбородка…
– Я, Элия, пряха будущего, отдаю обратно нити Лили, Прота и Стара оборванными. Они не будут доплетены.
– Я, Цинна, пряха прошлого, отдаю обратно нити Лили, Прота и Стара оборванными. Они не будут доплетены.
– Я, Антисия, пряха настоящего, отдаю обратно нити Лили, Прота и Стара оборванными. Они не будут доплетены.
И тут же все стихло, словно замерло, туман отступил обратно под потолок.
– Да останутся Лили, Прот и Стар там, где были… – хором проговорили сестры.
Три черные нити одна за другой растаяли в воздухе, следом растаяли купола.
Вода мгновенно схлынула, словно ее и не было, оставив после себя притащенный мусор. Элия опустилась на обломок камня, Цинна побрела осматривать развалины.
– А почему раньше так не делали, когда жертва убегала? – задумчиво пробормотала Нати.
– Сама ответь, – устало отозвалась Антисия.
– Потому что раньше проводили ритуал поодиночке. А у одной пряхи не хватит сил, чтобы его остановить, какой бы одаренной она ни была.
– Отсюда и одно из требований принципа согласия: ритуал проводить не меньше, чем втроем, – кивнула Антисия. – Цинна, что там?
– Помогите вначале Сандру, потом будете ущерб оценивать! – в отчаянии крикнула я. – На месте ваши развалины! Разваливаются!
Элия и Антисия переглянулись.
– Только не говорите, что не можете! – На моих пальцах проступила чешуя, полезли когти.
– Можем, – кивнула Элия, – но плату вы знаете. Она одна для всех…
– Заберите мою петлю!
– Возьмите часть моей нити, она ведь у меня двойная, – одновременно заговорили мы с Нати.
– Нати, твоя петля еще не отделилась, – покачала головой Антисия. – Нужно время, чтобы ты смогла ее отдать.
– Я подхожу, – не выдержала я. – Правильно? Берите же! Спасите его! Я выживу, вы ведь сами так сказали!
Нати кивала в такт моим словам. Еще немного, и мы обе пойдем с кулаками на прях.
– Да, выживешь, – вздохнула Элия, – но… Твоя бабушка предупреждала.
Бабушка? Сидхе? Предсказание? Ах да, точно! Там было про раздвоение! Только вот, оказывается, дело не в моем обороте.
– Отдам половину нити, стану зверем, – кивнула я. – А уж безумным или нет, это мы еще посмотрим. Все равно не смогу жить без Сандра. Так что вопрос решен. Берите.
– Хорошо, – сказала Элия.
– Согласна, – кивнула Антисия.
– А Цинна? – я затаила дыхание.
– Согласится.
Уф…
Я повернулась к Венетии:
– Скажите моим родителям, что я очень их люблю. Ну, если я вдруг стану совсем невменяемым драконом, хорошо?
– Хорошо, – Венетия улыбнулась сквозь слезы.
Нати порывисто обняла меня и едва слышно шепнула:
– Ты только не превращайся сразу в безумного дракона, подожди, пока моя нить отвалится!
– Постараюсь, – сглотнула я и спросила, глядя на прях: – Что нужно делать?
– Ничего, девочка, – покачала головой Элия. – Мы все сделаем сами. Как только силы немного восстановятся.
Немного?! Но Сандр… Впрочем, его в любом случае вернут. Они согласились!
Накатило странное спокойствие, когда все решено и остается лишь ждать.
Цинна вышла из-за развалин, ведя за руку рыжего парня лет шестнадцати. Похоже, фамильная черта. Если Фрэнсис и меняла свою внешность, то с шикарными огненными волосами не смогла распрощаться.
Что ж, у Фрэнсис-Гвиннет получилось. Она вернула брата. Ценой своей жизни.
Рыжий ошарашенно озирался, явно не понимая, куда попал, и старался держаться ближе к Цинне. Неудивительно. Наверняка последнее, что он видел, это стены родного дома и вломившийся с арестом Аранхорд. А очнулся в подземном городе среди руин, один вид которых способен вызвать панику. Да еще и в самый разгар катастрофы с дикой жилой и наводнением. От такого и свихнуться недолго.
Заметив Аранхорда, рыжий попятился, наткнулся взглядом на вросшего в землю Сандра и в ужасе проблеял:
– А он-то что натворил? За что вы его так…
Он сглотнул и снова посмотрел на Аранхорда.
– Господин стражник, честное слово, я больше не буду варить зелья. Я говорил отцу, что не хочу, что они опасные. Но он меня не слушал! Лучше бы гончарную мастерскую, как дед, держал! Там тоже можно заработать!
Он был честен. Совершенно, абсолютно. Похоже, не все в семье Фрэнсис-Гвиннет разделяли увлечение ее родителей. Некоторые просто были вынуждены им помогать. Как там его зовут? Ланк? Тот самый, которому Фрэнсис собиралась купить гончарную лавочку.
– Хорошо, – кивнул Аранхорд. – У тебя появился шанс все исправить. И прожить достойную жизнь.
– Ну что, начинаем? – спросила Элия. – Мерит остается возле Сандра, все остальные отходят как можно дальше.
Аранхорд и Венетия нехотя послушались, Ланк юркнул обратно за развалины, Нати немного попятилась и остановилась.
Пряхи переглянулись и приблизились ко мне.
– Я, Элия, пряха будущего, сплетаю заново нить Ассандра. Отдаю взамен нить жизни Мерит Айлин. Одну. Из двух. Мерит Айлин добровольно идет на этот шаг! – голос няни едва заметно дрогнул.
Не такие они и бесчувственные, как кажется.
– Я, Цинна, пряха прошлого, согласна. Подтверждаю добровольность. Да будет так!
– Я, Антисия, пряха настоящего, согласна. Подтверждаю добровольность. Да будет так!
И мир уже знакомо изменился. Над Сандром вспыхнула яркая белая нить, разорванная возле самого тела и скрепленная перемычкой из жидкого металла и лавы. Рядом с ней выткались другие, более тонкие, белые, серые, черные, – и потянулись от Сандра к туману. Секунда, и его легко выдернуло из земли и потащило вверх.
Туман заклубился навстречу. Сандр повис на серых нитях, а черные и белые стали сплетаться в пестрое кружево купола.
Я придвинулась ближе к пряхам. А в вышине туман отступал, поднимался, купол, накрыв Сандра целиком, уже плавно плыл вниз вместе с ним. Едва пестрый край коснулся земли, Элия шагнула внутрь и поманила меня.
Я быстро нырнула под кружево и встала рядом с Сандром, спиной к его ногам, чтобы до последнего видеть его лицо, и плечи, и руки… Наглядеться, может, в последний раз. Запомнить…
Элия провела ладонью возле меня, шевельнула тонкими пальцами, и появилась сияющая нить – моя жизнь. Она тянулась от груди куда-то ввысь и действительно состояла из двух половинок, связанных тонкими перемычками. Две нити вместо одной. Своего рода лесенка. Последствия обряда.
Я вновь повернула голову к Сандру, жадно впитывая взглядом каждую черточку родного лица… Мне было все равно, что оно каменное, я видела его прежним, теплым, живым…
Я почувствовала, когда Элия слегка потянула за одну из нитей. И с трудом сдержалась, чтобы не зажмуриться.
Внутри стало холодно, захотелось сбежать, отодвинуться, спрятаться. Но я упрямо смотрела на Сандра. На его плотно сжатые упрямые губы, резко очерченные скулы, закрытые глаза, стиснутые кулаки. Он не сдался, не отступил, и я не сдамся!
Боли не было. Только чувство падения и пустота. И в голове оставалось все меньше и меньше мыслей, словно они куда-то вытекали…
Я отстраненно следила, как Элия проводит пальцами над перемычкой из лавы и металла, скрепляющей нить Сандра, убирая ее. Как подносит вытянутую из моей двойной нити половинку и быстро ее вплетает на место разрыва.
Сандр сипло выдохнул, его веки дрогнули, пальцы плотнее сжались в кулаки. И, раздвигая серые нити, бирюзовым пологом раскрылись два перепончатых крыла за его спиной, точная копия моих. Теперь уже они, а не нити прях, держали его в воздухе. Каменная корка таяла, проступал настоящий Сандр. Он открыл глаза, удивленно посмотрел на нить, что тянулась от его груди, на Элию, быстро перебирающую пальцами. И замер, заметив меня.
– Я люблю тебя! – шепнула я.
Последний кусочек моей нити вплелся в нить Сандра. И окончательно оборвался у моей груди.
Я с рыком расправила крылья, взмахнула хвостом, втянула ноздрями воздух: откуда-то пахло свежестью, росой и травой.
А мне безумно надоели эти пещеры! Узкие, неудобные, не развернешься, не полетаешь. Эта побольше, но тоже ничего хорошего: камни, пыль, развалины. Но где-то точно есть выход на поверхность.
Пролетая вдоль тумана, я глянула вниз: там смутно знакомые личности обступили молодого мужчину, что висел в гамаке из бирюзовых крыльев, которые то становились ярче, то таяли.
Взгляд крылатого заставил меня зависнуть на секунду, было в нем что-то такое…
Яркой молнией вспыхнули в голове воспоминания: Фрэнсис, ее месть, Сандр. Я его спасла! И крылья у него, потому что я люблю его, а он меня. И они будут его защищать. Пока меня не будет рядом. Я не могу остаться, потому что меня зовет небо. Так что прочь от этих пещер! В небо! К облакам и звездам!
Развернувшись, я заметила в тумане дыру, откуда пахло свежестью. Достаточно большую дыру, пролечу! С разгона я нырнула в нее.
– Мерит! – крик заставил вздрогнуть, но развернуться уже не могла: меня звали и манили звездное небо, ветер и высота.
Где нет пещер и переходов, а только зеленые леса и поля под крылом. Поля, на которых так приятно поваляться, погреть на солнце чешую.
* * *
Бирюзовый дракон исчез в тумане.
Не услышала!
Сандр сердито покосился на магические перепончатые крылья. Зачем они нужны, если та, что их дала, улетела?
– Смотри на это с другой стороны, теперь ты можешь не сомневаться в ее любви, – Аранхорд невесело усмехнулся, – и в своей тоже.
– А я и не сомневался, – буркнул Сандр и зашагал к развалинам, на ходу высматривая прях.
Нати догнала его и пошла рядом.
Сестры обнаружились возле свеженькой кучи камней, на месте которой совсем недавно еще стоял дом. Они окружили рыжего парня и что-то ему объясняли.
– Кто этот рыжий? – спросил Сандр.
– Брат Фрэнсис. Он воскрес, а она… – голос Нати дрогнул, – она погибла.
– Очень предусмотрительно с ее стороны. Не придется лично сворачивать ей шею, – кивнул Сандр и решительно направился к пряхам.
Те замолчали, и теперь все четыре следили за их приближением.
– Простите, что прерываю вашу беседу с воскресшим, – заговорил Сандр таким тоном, что рыжий попятился, – но у меня тут невеста обросла чешуей и скрылась!
– Она знала, что так будет, – тихо отозвалась Элия. – Предсказание…
– Да-да, безумный зверь в небе, – перебил Сандр. – Мне ты тоже кое-что предсказывала. Как там, «сгорю или вознесусь»?
– Иногда судьба меняется, – вздохнула няня. – Ты и сгорел, и вознесся на крыльях…
– На этих? – Сандр кивнул на бирюзовые крылья за спиной, которые то проступали, то таяли в воздухе. – Ага. Появились – взлетел, исчезли – грохнулся. Вот и весь полет. Так что я пока лучше тут, на земле. И раз уж судьба меняется, значит, можно исправить и то, что с Мерит. Как ее вернуть? И где найти?
– Ты уже получил ответ на свой вопрос, Ассандр, – вмешалась Цинна, ухватив рыжего за руку. Видимо, чтобы этот воскресший снова случайно не убился. – Ты шел к нам, чтобы узнать, как спасти Венетию. Ты узнал.
Демоновы правила! Сандр сжал кулаки, под ногами загудела земля, отзываясь на его силу. Он сунул руку в карман и, вытащив браслеты, привычно защелкнул их на запястьях.
– А я? – Нати смахнула с лица непривычно длинные светлые пряди. – Я ведь ничего у вас не просила!
– Ты пряха, – ответила Антисия. – Ты не можешь задавать вопросы.
О, еще одно правило!
– И что же мне теперь, сидеть и ждать, пока моя подруга погибнет? – рассердилась Нати и, показав на крылья Сандра, добавила: – Они ведь неспроста то проявляются, то исчезают! Я не совсем понимаю, что происходит, но чувствую, что это плохо. Для Мерит плохо! А вы молчите. Вы ничем не отличаетесь от древних прях. И вашей сестре, что отдала свою жизнь за дочь, сейчас очень стыдно за вас!
– Нет, не стыдно, – неожиданно улыбнулась Антисия, с нежностью и сожалением посмотрев на Сандра и оторопевшую Нати. – Я рада, что создала правила. И теперь точно уверена, что менять их не стоит.
– А я? – неуверенно спросил рыжий. – Я не шел, но я тут?
Сандр удивленно приподнял бровь. Кажется, брат Фрэнсис начинал ему нравиться.
– Ты сам ответил на свой вопрос, – сказала Цинна, – ты не шел к нам.
Демон побери! Да по этим пряхам чиновничья должность плачет – талант налицо!
– Значит, я, – раздался сзади голос Вети.
Сандр оглянулся. Она и Аранхорд когда-то успели подойти, и теперь Вети, сжав руку мужа, напряженно всматривалась в отстраненные лица сестер.
– Я шла сюда, желая помочь Тарласу, Сандру и Мерит. И я по-прежнему этого хочу.
Пряхи переглянулись и кивнули.
– Как помочь Мерит? – Венетия бросила взгляд на туман под потолком. – Как вернуть ее такую, как она была? Это ведь возможно?
Сандр невольно напрягся, ожидая ответа.
– Возможно, – наконец ответила Элия.
– И вы сами уже знаете, как это сделать, – подхватила Цинна.
– А конкретнее? – не выдержал Сандр.
– Зачем? Ответ у тебя за спиной, – пожала плечами Антисия. – Твои крылья то исчезают, то появляются, потому что дракон то помнит себя человека, то теряет. Ты видишь их, потому что ослаблен и тебе требуется защита. Когда твое тело окончательно восстановится, ты будешь чувствовать их мерцание сердцем. До тех пор, пока Мерит не забудет себя окончательно. Тогда ты потеряешь и крылья, и Мерит. От нее останется только зверь. Просто зверь без человеческого разума.
Вот тебе и безумный!
– Главное, не дай ей забыть себя, – едва слышно прошептала Нати, – моя петля вот-вот созреет!
– Но как мы сюда попадем, чтоб вплести твою петлю? – сердито выдохнул Сандр. – Ведь путь в город прях открывается один только раз, и мы этот шанс уже использовали!
– Вы? Да… – улыбнулась Антисия. – Но не все…
И сестры поплыли прочь. Забытый ими рыжий заозирался и придвинулся к Аранхорду, единственному, кого он хотя бы видел в той, прошлой, простой и понятной жизни.
– Не все? Что, демон подери, это значит? – ошарашенно моргнул Сандр.
– Мерит… – задумчиво пробормотала Нати и просияла: – У Мерит двойная нить, две жизни. Сюда приходила Мерит-ведьма, а Мерит-дракон…
– Нати! – донесся резкий окрик.
Пряхи остановились и теперь сурово посмотрели на болтушку.
– Простите… – виновато воскликнула Нати. – Я нечаянно…
Сандр подавился смешком. Для раскаявшейся преступницы, только что нарушившей очередное пра-ви-ло – чтоб его! – у нее был слишком довольный вид. Незаметно подмигнув Сандру, Нати поспешила к сестрам. А он развернулся и пошел между развалинами, приводя в порядок хаос, что творился сейчас у него в голове.
Итак. Из-за прерванного обряда у Мерит была не обычная, а двойная нить. Стало быть, как сказала Нати, две жизни. Сюда пришла Мерит-ведьма, именно она просила прях вернуть его и тем самым использовала свой шанс. Мерит-дракон ни о чем не просила (подумаешь, пошумела немного во время феерического выступления Гвиннет, это не считается!), сразу улетела прочь, а значит, ее тут как бы и не было. И бирюзовый дракон вполне может явиться в город прях на законных основаниях. Еще бы придумать, как дотащить зверя по всем этим тоннелям к пряхам и к Нати с ее петлей в этот демонов город – разнести бы его в пыль!
Кулаки вновь сжались, под ногами дрогнула земля.
Так, спокойно, Сандр, спокойно. Главное сейчас – найти Мерит. А не крушить все вокруг. Ты же гном, а не бешеная дикая жила.
Дикая жила… Точно! Мерит укротила блуждающую жилу. А это не намертво прикипевшее к одному месту золото, которое веками защищает земли своих хозяев. Жила свободна и может перемещаться. И она будет перемещаться следом за Мерит!
Сандр резко остановился, а потом начал медленно и методично прочесывать улицу за улицей в поисках жилы.
След ее обнаружился на противоположном конце города, золото быстро утекало вверх. Сандр попробовал проложить узкий лаз, но сил хватило на четверть мили. Выбрался назад пыльный и злой.
А там его уже поджидали Аранхорды и Нати. Вети была одета в мужские брюки и рубашку. На лице ее мужа застыло мрачно-решительное выражение, на одном плече висели две небольшие сумки из паутины, на другом сидела сопушка. Сразу стало понятно, что они задумали.
– Тебе нужно поберечься, помнишь? – Стряхивая с волос каменную крошку, Сандр покосился на Вети.
– Тебе тоже, – парировала та. Обернулась к мужу, поцеловала, забрала одну сумку и, погладив по щеке, шепнула: – Найди нас побыстрее!
– Найду, – советник коснулся губами лба жены и отступил.
– Эй! – Сандр помахал рукой перед носом Вети. – Ты никуда не идешь. Ты сидишь тут! Пусть Тарлас поднимается.
Помощь советника лишней не будет. Особенно когда Сандр без денег и связи окажется на поверхности неизвестно где. Рядом с драконом, бросать которого нельзя, потому что есть риск получить безумного зверя.
– Дашь ему кайло, чтобы помогал? – насмешливо спросила Вети.
– И тазик на голову, чтоб камнями случайно не убило, – кивнула Нати.
Спелись!
– Он же прирожденный горняк, – продолжила Вети. – Как выдастся свободная минутка между государственными делами, сразу в шахту.
Прирожденный горняк Аранхорд весело закашлял, Нати отвернулась, пряча улыбку.
– Ты никуда не идешь, – упрямо повторил Сандр. – Не для того я отдал нить, чтобы ты снова погибла.
– То же самое тебе могла бы сказать Мерит, если бы осталась, – посерьезнела Вети. – Ты рискуешь не только своей жизнью, Сандр. Но и жизнью Мерит. Опоздать не боишься? Да, ты лучше слышишь землю, зато я быстрее прокладываю тоннели.
Удар ниже пояса.
Самый большой его страх, что некого будет спасать, что, пробившись за жилой, он найдет бирюзового дракона. А тот мазнет по нему равнодушным взглядом без проблесков узнавания, развернется и… улетит.
– Ладно! – обреченно махнул рукой Сандр.
Вети просияла и рыбкой нырнула в лаз.
Нати вздохнула, Аранхорд проследил за ней хмурым взглядом.
– Я за ней присмотрю, – пообещал Сандр, забираясь в узкий пролом, откуда уже вовсю сыпалась пыль.