Глава 18

Переход истаял за спиной. Подлунные земли встретили привычной теплой ночью, напитанной ароматами разнотравья и магией.

Сандр обнял Мерит, прижал к себе. Она уткнулась носом в ворот рубашки, обвила его обеими руками, тихо вздохнула. Напряженная, маленькая, хрупкая и такая храбрая. Сандр лишь мельком видел Науэллов и немного пообщался с уволенной горничной, но ему и этого хватило, а Мерит целую неделю продержалась, ничем себя не выдав, в логове ледяных монстров. Да, ее родичи напоминали именно пещерных тимейров: красивые и холодные снаружи, пока их не трогают. Но стоит только задеть их интересы, как изнутри вырываются настоящие чудовища, злобные и смертельно опасные.

– Все закончилось. – Сандр погладил Мерит по волосам, непослушным и упрямым, как и она сама. – Все позади…

– Зря я… про конюха сказала, – несчастным голосом пробормотала она. – Не сдержалась. Достаточно было просто отречься от них…

– Мерит… – протянул Сандр, пряча улыбку, и поцеловал теплую душистую макушку. – Вовсе не зря, а в самую точку. Скандал с отречением рано или поздно утих бы, забылся, и Науэллы снова принялись бы за свое. И кто знает, сколько бы жизней они порушили, по головам шагая к короне.

Окаменевшие от напряжения плечи и спина Мерит немного расслабились.

– Пожалуй, план Аранхорда был единственно возможным вариантом избавиться от них раз и навсегда, – продолжил Сандр. – И он сработал. Судя по реакции королевской четы и принца, Науэллам теперь не то что короны не видать, их больше ни на один прием или бал не пригласят. Да скорее всего, вообще ко дворцу не подпустят. И двери всех знатных домов захлопнутся перед ними. С такой славой Аматее и Осмонду только и останется, что заползти в свое логово и никогда не высовывать оттуда носа. Кстати, твоя девушка в беде, Полета… Я тут вспомнил, что бабуля как раз искала горничную, как думаешь, она справится?

– Конечно, – наконец улыбнулась Мерит.

– А давай полетаем? Ты станешь драконом, а я научусь как следует управлять своими магическими крыльями… – предложил Сандр.

Управление не требовало особых навыков. Но Мерит нужно было отвлечь.

– Ты соврал. – Мерит отодвинулась, не выпуская его из объятий, заглянула в глаза.

– Не соврал, а несколько хм… недооценил свои возможности.

Глаза Мерит насмешливо блеснули.

– Ты, и недооценил?

Сандр нахально подмигнул.

– Все тлетворное влияние одного бирюзового дракона!

– Я его знаю?

– Отлично знаешь… он еще и ведьма, к тому же лунная ведьма… – Сандр коснулся губ Мерит легким поцелуем, дразняще прикусил ее губу и насмешливо предложил: – Если ты меня обгонишь, я шью вместе с тобой платье для Иниры!

– Бедная Инира! – хихикнула Мерит, видимо, представив плод их совместного творчества.

– А что? – невозмутимо продолжил Сандр. – Когда-то отец в наказание за заваленную шахту отправил меня к специалисту по кольчугам!

Мерит рассмеялась, звонко, от всей души. Сандр никогда не слышал музыки лучше.

– Значит, наперегонки? – Мерит весело посмотрела на него и разжала руки: – Не отставай!

Взмахнув полупрозрачными крыльями, она взмыла к звездам. Секунда, и ее окутал бирюзовый туман, Мерит плавно перетекла в дракона. Мерит – Айлин – его величайшее чудо. Грациозный зверь расправил перепончатые крылья и, паря в воздухе, насмешливо рыкнул:

– Сдаешься?

– И не надейся! – Сандр взлетел к морде дракона, погладил по носу, увернулся от лапы.

Магические крылья слушались отлично. Достаточно было подумать, и они тут же выполняли приказ.

Мерит, фыркнув, понеслась к звездам. Сандр следом. Он не собирался ее обгонять, не хотел. Его захватывали полет и то невероятное чувство свободы, которое он давал. И потому полной неожиданностью стало, когда Мерит внезапно развернулась и, поднырнув под него, пропустила вперед. На лету обернулась девушкой, догнала и игриво поцеловала. Дернулась назад, собираясь улететь. Сандр не дал. Поймал в объятия, со смехом начал целовать ее лоб, щеки, нос, сладкие губы. Мерит шутливо отбивалась. Закружившись в воздухе, они свалились на траву. Мерит оказалась сверху и, победно улыбаясь, чмокнула его в нос.

– Домой! – вскочив на ноги, она расправила смявшуюся юбку бального платья, сердито посмотрела на наряд: – На тряпки пущу!

Дернула сползшую перчатку и добавила:

– И их тоже.

Сандр поднялся, притянул Мерит к себе и поцеловал, нежно, осторожно, словно в его руках был хрупкий цветок из хрусталя.

– Все закончилось, Мерит. Теперь нас ждут только солнечные дни и хорошие новости.

– А еще знакомство с твоими родителями! – пробормотала она.

– Они совсем нестрашные. – Сандр прислонился лбом к ее лбу. – Я люблю тебя.

– И я, – тихо отозвалась Мерит.

Она отодвинулась, взмахнув рукой, открыла проход. Сандр отыскал в траве чемодан с вещами, сжал тонкие пальчики Мерит, и они шагнули… прямо в знакомую гостиную с диваном и люстрой. Только в этот раз она не была перегорожена паучьей сетью, а на диване с чашками в руках восседало семейство Сандра. Мама и бабушка о чем-то беседовали с матерью Мерит, расположившейся рядом в кресле. Дед и отец Сандра разглядывали с мастером Грианом какой-то план, разложенный на столе.

– Мерит! – мать Мерит подскочила с кресла.

Метнулась к ним, радостно обняла дочь и, наплевав на этикет, зашептала что-то на ухо. Мерит тихо отвечала. Обе совершенно забыли, что у них полная гостиная народу.

Мастер Гриан с облегчением вздохнул, взглянув на Мерит, и спросил у Сандра: «Как все прошло?»

– Нормально. У змей выдернули жало, теперь они из своего логова не высунутся, – ответил Сандр и вопросительно покосился на своего отца: – А что вы тут делаете?

Ортвин-средний, чуть полноватый, высокий и кареглазый, совсем непохожий на гнома, развел руками, глянув на бабушку.

Понятно, кто поволок всех знакомиться с родней невесты. А дед, Ортвин-старший, не захотел отвлечь ее делами. Наверняка ему тоже было интересно, как выглядят те, кто вырастил девушку, способную захомутать непутевого внука.

Сандр покосился на деда, тот сделал вид, что изучает чертеж на столе.

Ортвин-старший так же мало напоминал коренастого подгорного жителя, как и Сандр. Разве что обзавелся небольшой бородой, чтобы бабушка не охала, что у него непредставительный вид. А вот она была чистокровной гномкой. Среднего роста, плотной и очень деятельной. Рядом с ней мать Сандра, обычный человек, выглядела особенно хрупкой, изящной, высокой и… медлительной.

Обе леди Ортвин сейчас смотрели на Ортвина-младшего с одобрением. Семья Мерит им явно понравилась.

Миссис Гриан наконец выпустила Мерит из объятий, и та с опаской разглядывала родню Сандра.

– Не бойся, не съедим мы тебя! – неожиданно выдала бабуля, улыбаясь. – Я бабка этого обормота, – она кивнула на Сандра.

Обормот насмешливо скрестил руки на груди.

А бабуля уже представляла остальных. Каждого одарила метким эпитетом: дед стал занудой, отец – любителем подкопов, мать – ледышкой.

Однако последняя – все же тридцать лет общения со свекровью, это стаж! – тут же парировала:

– Что вы такое говорите, мама? Какая я ледышка? Не всем же носиться за мухой с топором.

– Дался вам этот топор, – отмахнулась бабуля. – Ну некогда мне было искать что-то другое, под руку просто попался. Уж давным-давно дом отремонтировали, ни одной зарубочки не осталось, а все забыть никак не можете!

Мерит весело кашлянула, скрывая смех.

– Посидели, пора и честь знать! – Ортвин-средний забрал со стола чертеж, кивнул мастеру Гриану: – Мы потом еще раз посмотрим, где лучше подвал вам сделать.

Точно любитель подкопов. Не может отказать себе в удовольствии вырыть знакомым подвал, погреб или котлован под что-нибудь полезное. Под озеро, например. Вот и тут, только познакомились, а он уже план дома изучает.

– Да, спасибо за чай, – средняя леди Ортвин тепло улыбнулась матери Мерит.

– И за булочки, – подхватила бабуля. И тихонько проворчала в сторону невестки: – Чай, чай, словно тебя тут одним чаем поили.

– Так булочки-то вы все и съели, никому не досталось, – невозмутимо прошептала та и снова улыбнулась матери Мерит, поднимаясь с дивана.

И семейство Ортвинов, попрощавшись, удалилось. Родители Мерит отправились провожать их до кареты.

Оставшись с Мерит наедине, Сандр подмигнул:

– Ну и как тебе моя страшная родня?

– Они чудесные! А бабуля просто огонь!

* * *

Родственники Сандра оказались совершенно не такими, как я себе их представляла. Подгорные леди и лорды были открытыми, приветливыми, общительными. Сандр отвлек от размышлений о его семье легким поцелуем.

Ну как легким…

Когда мы снова смогли дышать, он хрипло выдохнул:

– Отдыхай, моя храбрая ведьма.

Я устало кивнула. Прием и скандал вымотали сильнее, чем путешествие по пещерам в поисках прях.

– Соскучишься – зови, – Сандр коснулся губами кончика моего носа.

И позову! Потом. Когда мы оба отдохнем и выспимся. Сандр ведь тоже летел верхом в Рудьяр, а потом сразу на бал и сюда. А теперь еще и… Кстати…

– Ты сейчас куда? С родней или в Беорегард?

– Нет, тут, в Гренвилле, останусь, в своем доме. – Он еще раз поцеловал меня в нос и ушел.

Тут… Я счастливо улыбнулась. Тогда точно позову. Может, даже завтра утром. Конечно, нужно еще что-то придумать с платьем. Ничего, успею. Инира, ясное дело, дождется брата и только потом устроит последний этап отбора. Ведь Аранхорд неизменно присутствовал на всех предыдущих, будет странно, если он не появится на финальном. Так что на платье у меня есть недели три. Даже с моими скудными швейными навыками этого более чем достаточно.

Вернулись родители и утащили меня на кухню. Пока я ела, рассказывала, как все прошло в Рудьяре. Не промолчала и о разрушении в душе принца.

– Как думаешь, что это может быть? – задумчиво спросила мама, подкладывая добавки.

– Не знаю. Я видела разрушение, а откуда оно взялось, так и не поняла. Ненависть, любовь, вина – причин может быть много. Но главное, оно остановилось. Значит, принцу мои слова помогли.

– У хозяев подлунных земель нет чутья на разрушение в душах, – все так же задумчиво сказала мама.

«Похоже, дело в ведьминском даре, – вмешался папа. – Вместе с силой дракона он дал вот такой забавный результат».

– Угу, наверное, так и есть, – кивнула я и, доев вторую порцию, голодным взглядом покосилась на кастрюльку.

А что? Я дракон! Молодой и здоровый! И совсем немного ведьма… лунная… и тоже голодная!

После ужина я доползла до своей комнаты и вырубилась, едва успев раздеться. Собиралась проспать сто лет. Но в итоге проснулась на рассвете и, глядя на подсвеченное алыми лучами окно, подумала: вот бы сделать такое платье, чтобы оно подчеркивало не внешность, а душу, чувства хозяина! Но как? Из чего оно должно быть?

Из счастья, из улыбок, из тепла сердца, легких поцелуев и смеха.

Но это уже будет не платье, а сам его хозяин!

Можно ли показать, что он чувствует, вытащить наружу?

Можно!

Ведьма я или дракон, не столь важно. Зелья варить умею! А вот насчет основы… Обычная ткань не пойдет, сопушек рядом нет, а все запасы коконов, что они сплели, спалила Аматея, когда рылась в моих вещах. Змея!

Стоп… Кажется, один все же остался. Я вскочила с кровати, распахнула чемодан и с победным криком вытащила оттуда паутинный кокон. Как хорошо, что я его постелила на дно!

Пять минут спустя я, одетая и причесанная, вылетела на туфлях из дома. Накупив в одной лавке трав для зелий, а в другой цветов, заперлась во флигеле и начала неторопливо варить первое зелье – то самое, что использовала для росинок, когда ваяла накидку на первый этап отбора. Именно оно не даст паутине, непроницаемой для любой магии, оттолкнуть щедро сдобренные заклинаниями и заговорами остальные зелья. А их будет много, ой как много.

Дождавшись, пока мутно-зеленое варево станет прозрачным, я взяла колокольчики, отрезала их голубые макушки, бросила в зелье. И улыбнулась, вспомнив, что в прошлый раз ворон и бронелорд Подгорный с интересом следили за процессом и рассуждали о более достойном применении подаренного букета. Вот только сегодня роз, увы, не было. Пришлось брать шиповник. Я задумалась, прикидывая, сколько его понадобится, чтобы получить тот же эффект.

Тут в дверь постучали, и на пороге возник умопомрачительно красивый Сандр с букетом алых роз.

– Как дела?

Он с подозрением принюхался, посмотрел на булькающее в котелке варево, на истерзанные остатки колокольчиков, перевел взгляд на цветы в своей руке и вздохнул:

– Я опять вовремя?

– Сандр! – я радостно повисла у него на шее, целуя куда придется: в подбородок, в губы, во вкусно пахнущие твердые щеки. – Какие чудесные розы! Спасибо…

– Догадываюсь, что с ними сделаешь, – проворчал этот потрясающий мужчина, мгновенно вытянув руку с букетом в сторону, чтобы одна ведьма не укололась. – В следующий раз принесу пирожные. В каком-нибудь зелье есть пирожные?

– Нет, – со смехом ответила я, выхватывая розы.

Метнулась к котелку и принялась обрывать и бросать в него алые лепестки.

– Я придумала шикарное платье для Иниры, – не удержавшись, похвасталась я. – Вот только зелий понадобится целая куча. Ничего, за три недели все успею, не особо спеша.

– Три недели? – Сандр, обняв меня сзади, смотрел, как исчезает в вареве его букет.

– Ну да. Столько же потребуется Аранхорду, чтоб вернуться из Рудьяра в Беорегард. А Инира без него не начнет.

– Сокровище мое, Аранхорд летит обратно на ураганном драконе. – Сандр легонько прикусил мочку моего уха, отчего я едва не сбилась со счета.

Да что там со счета, я чуть не забыла, где я вообще нахожусь и что делаю. Выкрутившись из объятий этого провокатора, я помешала зелье, старательно сгребая мысли в кучу. И тут только до меня дошло, что именно он сказал!

– Ураганные – самые быстрые из драконов! – ошарашенно пробормотала я, бросая последнюю щепотку лепестков. – Как Аранхорду удалось его уговорить?

– Его высочество поспособствовал. Он беседовал с Аранхордом. Приватно. После нашего исчезновения. О тебе.

– Ой!

– Принц взял с советника слово всячески помогать развивать твои способности. Похоже, твой обморок произвел на него неизгладимое впечатление.

Я покраснела и шустро заработала ложкой в котелке.

– Кажется, у моей невесты появился поклонник… – вкрадчиво промурлыкал Сандр прямо в ухо, снова обняв меня сзади. – В итоге Аранхорд в сопровождении личных телохранителей будущего короля Рудьяра сейчас мчится в Беорегард.

Он прижался горячими губами к моей шее, отчего я едва устояла на ногах. Процесс зельеварения явно находился под угрозой.

– Сандр… – взмолилась я, – прекрати. Мне нужно готовить зелья для платья Иниры.

– Нужно, – эхом отозвался он. И провел губами по шее вверх и вниз, вспугнув целую стайку сладких до дрожи мурашек. – У тебя в запасе дней пять.

– Пять? – в ужасе завопила я, мгновенно приходя в себя. – Спасибо, что навестил. И за розы. А теперь пока, мне надо работать.

– Есть тебе тоже надо, – парировал Сандр, неохотно выпуская меня из объятий. Отступил к двери и прислонился к косяку, сложив на груди руки. – Твои родители просили тебя позвать.

– Тогда стой там. Молча.

Я размяла пальцы, повернулась к котелку и начала вливать силу в его прозрачное содержимое, одновременно заговаривая на прочность. Наконец варево булькнуло, пошло пузырями, а потом стало вязким, тягучим.

– Первое зелье готово! – объявила я. – Идем обедать. Только быстро.

– Прошу, – Сандр распахнул дверь флигеля.

Быстро поев, я попрощалась с Сандром и помчалась варить остальные.

Три дня из окон флигеля валил пар и дым разных цветов, соседи исправно вызывали стражу, заподозрив пожар, подрыв, незаконные зелья. Но папа каждый раз держал оборону, убеждая всех, что повода для паники нет.

Сандр заглядывал ежедневно, подгадывая ко времени обеда-ужина-завтрака. Маме приходилось кормить не только прожорливую дочь, которую накрыло вдохновением, но и ее жениха.

К обеду четвертого дня у меня был арсенал из сорока зелий, тот паутинный чехол из чемодана и подрагивающие от нетерпения руки.

Фасон для платья выбрала самый банальный – мешок. Срезала с чехла лишние букли-застежки, сверху аккуратно выстригла три дырки под голову и руки, снизу немного убавила длину, чтобы по земле не волочилось. И все аккуратно подшила, вспоминая уроки Нати.

Привычно приспособив вешалку с платьем на люстру, я тщательно облила его первым, основным зельем. И с улыбкой сумасшедшего ученого на губах начала окатывать остальными. По очереди. Перемежая заговорами, шепотками и драконьей магией.

По ткани расползлись разноцветные отвары. Каплями, кляксами, ручейками, зигзагами. Словно кто-то хотел смешать краски, потом плюнул и вылил все, что было под рукой.

Довольно оглядев пестрое платье, я отставила последний опустевший котелок и села на табуретку. Получилось!

И, значит, сегодняшний вечер я проведу с Сандром. Самое время устроить ему сюрприз. Предупредив родителей, я ушла в подлунные земли и позвала Сандра.

Он шагнул через проход, напоминающий зеркало, сгреб в охапку и долго-долго целовал.

– Неужели свершилось? – насмешливо выдохнул он. – Платье готово?

– Да! – я чмокнула его в щеку. – Это тебе, за терпение.

– И это мне, за терпение. – Сандр снова поцеловал меня, жадно, жарко, упоительно сладко, до дрожи в коленках. И, отстранившись, спросил: – Какие планы на вечер? Полетаем, погуляем?

– Попутешествуем, – я стиснула пальцами ладонь Сандра, открыла переход в Брейден.

Озеро напоминало чашу. Полная луна отражалась в темной поверхности воды, по которой то и дело пробегала серебристая рябь.

– Лунное озеро? – Сандр недоверчиво огляделся.

– Да. А то нехорошо получается: невеста – хозяйка, а жених ни разу тут не был, – подмигнула я.

И мы шагнули на деревянный мостик, ведущий к середине озера.

С мостика вниз вели две деревянные ступеньки, по которым можно было спуститься к темной воде, в ней отражались звезды. Ширины нижней ступеньки едва хватало, чтобы стоять рядом, и я с удовольствием придвинулась к Сандру, утонув в его объятиях.

– О, смотри, – выдохнула я. – Начинается…

Отражение луны добралось до середины озера, вспыхнуло серебром, закружилось на месте, словно в водовороте. Но поверхность озера даже не шелохнулась, хотя по ней заструилась лунная магия. Отражение быстро менялось. Казалось, перед нами зеркало, а в нем уже не звезды и темное небо с серебристым диском луны, а совершенно другое место, необычное, волшебное, загадочное.

Темные холмы тянулись до горизонта. Легкий ветер покачивал высокую траву, и в ней вспыхивали серебристые искорки. Они взлетали и раскрывались бутонами причудливых цветов. И их лепестки распускались, превращаясь в невесомых бабочек и крохотных дракончиков. А те, воспарив к мерцающей россыпи звезд, исчезали, чтобы снова вспыхнуть в траве разбуженными искорками.

– Теперь я понимаю, почему все в таком восторге, – задумчиво сказал Сандр. – Подлунные земли в отражении смотрятся удивительно загадочными.

– А хочешь, я покажу тебе еще одно волшебное место?

– Спрашиваешь. – Сандр наклонился и скользнул губами по моей щеке.

Я махнула рукой, открыв переход, и прямо со ступеньки мы шагнули в подлунные земли. Едва окно за нами растаяло, я открыла еще один переход, и мы вышли к большой роще тонких, изящных деревьев, усыпанных сияющими в темноте фиолетовыми цветами. Они то вспыхивали ярче, то почти гасли. Полупрозрачные лепестки кружились в воздухе, невесомо опускаясь на землю, уже покрытую ими, словно мерцающим ковром. Казалось, вся роща окутана фиолетовым туманом.

– Ясноцвет, – зачарованно прошептала я, подставив руку под падающий лепесток. Он мягко лег на ладонь, подсветив ее фиолетовым. – Дерево фей, с ним связана их магия. Оказавшись здесь, сразу чувствуешь надежду. Никакого уныния и обреченности, как в городе прях.

– Забудь. – Сандр обнял меня, глядя на переливающиеся магией цветы. – И город, и прях. Они уже в прошлом.

Мы гуляли по роще ясноцветов до утра. Сидели у корней на мягкой подушке из лепестков, целовались. Молчали вместе. Оказывается, это так хорошо, когда не нужны слова и можно просто молчать вместе с тем, кого любишь. Молчать и знать, что он чувствует то же тепло и счастье, что и ты.

Спать я легла, когда солнце почти выбралось из-за горизонта. Думала, продрыхну до вечера, но всего через пару часов зазвякала шкатулка. Настойчиво так. Я зевнула, нашарила ее, на ощупь вытащила записку и, сонно щурясь, всмотрелась в подпись.

Сандр?! Ему-то что не спится?

«Аранхорд с сопушками сегодня на рассвете прибыл в Беорегард…»

Сон сразу пропал и у меня. Я села и вчиталась в аккуратные строчки:

«Фамильяров отправили в Гренвилл с нарочным. Скоро привезут к тебе домой».

Отлично. Я безумно соскучилась по зверью. Жаль, что его не перетащить через подлунные земли. Ох и затискаю же я своих пушистиков…

«Финал отбора скоро начнется. Не хватает только нас и твоего платья…»

Не затискаю. Они сюда, а я туда. Ну, советник! Не мог красотами полюбоваться по дороге! Всего ж пятый день идет после бала. Хорошо, еще платье успела сделать.

«Инира сказала, что ты просила два дня для подготовки к отбору после возращения из Рудьяра, а прошло четыре…»

Зануда!

«И еще она заявила, что не хочет до старости торчать в Беорегарде, так что ждет нас обоих и платье через час».

Когда? Через… час?!

«Собирайся, скоро позову. Только вещи упакую!» – настрочила я.

Быстро приведя себя в порядок, я надела новое темно-зеленое платье, обула обычные туфли, сгоняла во флигель за своим шедевром, аккуратно упаковала его в чемодан. Причесываясь перед зеркалом, крикнула:

– Ма? Па?

Тишина.

Родителей дома не было. Видимо, небольшой отпуск по случаю возвращения дочери из Рудьяра закончился, и они ушли на работу. Быстро нацарапав на всякий случай записку: «Умчалась на отбор, скоро вернусь», я улыбнулась отражению в зеркале и подхватила чемодан.

К последнему выходу ведьма Мерит готова!

Сразу после отбора она прямо из особняка советника отправится в монастырь богини света и… И больше никто ее не увидит. Официально, конечно. Останется только Айлин, дракон с ма-а-а-аленькой ведьминской тайной.

Бросив еще один взгляд в зеркало, я открыла проход в подлунные земли. Надеюсь, Лунная Дева не обидится, что я использую их в качестве перевалочного пункта?

Мысленно потянулась к Сандру, открыла ему проход. Благородный лорд Ортвин-младший был одет в темно-фиолетовый камзол, рубашку на тон светлее. Красивый, как никогда. Он отобрал у меня чемодан и поцеловал так, что подкосились ноги.

– Полегче, мне еще показывать платье Инире! – выдохнула я.

– Опять что-нибудь антимагическое и защитное? – усмехнулся Сандр.

– Нет… скорее, доброе и светлое.

– От ведьмы?

– От дракона. И от ведьмы тоже. Ой…

– Что?

– Ведьма не дракон. Она не может взять и появиться ниоткуда. Она должна приехать у всех на глазах. Или притопать. Куда же открывать переход?

– В твою комнату в особняке Аранхорда. Только не промажь, как в прошлый раз, – серьезно сказал Сандр, но глаза его смеялись. Вот злопамятный! – А я предупрежу Иниру, и она скажет чете Касарди, что ты прилетела ночью, поэтому они не видели.

– Надеюсь, никакую горничную не принесло туда, чтобы прибраться, – пробормотала я, осторожно открывая переход.

Но в комнате было пусто и чисто, лишь на стуле аккуратно висел поясок от моего платья, явно забытый при сборах в Рудьяр. Сандр поставил чемодан, мимолетно коснулся моих губ поцелуем и, накинув морок, ушел. А я, вооружившись платьем, стала ждать распорядителей.

– Мисс Мерит! – через несколько минут решительно поскреблась в мою дверь миссис Касарди. – Вам пора на танцевальную площадку!

– Уже бегу! – Я выскочила из комнаты и, задорно стуча каблуками, помчалась по коридору.

– А где ваши летучие туфли? – удивленно спросила миссис Касарди, догоняя меня.

От нее дико несло успокоительным зельем.

– Я подарила их Айлин, – я неопределенно махнула рукой. – В монастырь богини света, куда я навсегда ухожу, не пускают с летающей обувью и фамильярами.

– А фамильяров… – сглотнула миссис Касарди, в глазах ее плескался настоящий ужас, – к-к-кому подарили?

О, все ясно. Она увидела сопушек (да не троих, а четверых!) на плечах Аранхорда и так «обрадовалась», что вылакала пузырек зелья, не меньше. И, думаю, на пару с мужем.

– Сестре. Она их любит.

Облегчение, хлынувшее от миссис Касарди, было столь же осязаемым, сколь и запах ее успокоительного.

– А Сандра тоже сестре подарила? – раздался знакомый насмешливый голос. На пути стояла Денниз. Как всегда красивая и ехидная. Жаба, одним словом. – Только твоя карета отъехала, он сразу с Айлин закрутил, целовались на каждом углу. Пока она в Рудьяр не улетела.

Вот врет! Ничего мы и не целовались. Или целовались?

– Они хорошая пара, – благостно ответила я. – И мама с папой согласны.

– Постой, – поперхнулась Денниз. – Ты хочешь сказать, что весь тот бред, что уже два дня несут газеты, правда?!

– Я не читаю газет, все суета… – кротко отозвалась я. – Но если ты про помолвку, то да, правда. К нам уже и его родня приезжала. Знакомиться.

– Что-о-о-о?! Сандр женится на этой буйнопомешанной, что градоправителю лопатой засветила? А потом в Рудьяре устроила дикий скандал на королевском балу? Прямо при королевских особах отказалась от богатого и древнего рода, еще и конюхами их обозвала?

– Да, на ней.

Денниз ненадолго замолчала, а потом злорадно расхохоталась.

– Так ему и надо! – припечатала она и, наконец заметив притихшую миссис Касарди, уши которой точно стали в два раза больше обычного, повернулась к ней и кивнула: – Вы свободны. Идите, я сама провожу Мерит до площадки.

Та неохотно отстала, а потом развернулась и трусцой побежала куда-то вглубь особняка. Видимо, сообщать новости мистеру Касарди, чтобы он там своими успокоительными совсем не успокоился.

– Сандр тебя бросил, твоя сестрица нагло его у тебя увела, – не унималась Денниз. – А ты так спокойно ко всему относишься?

– Посидишь под землей пару недель, поймешь, что жил неправильно, и мир сразу воспринимается по-другому, – глубокомысленно выдала я.

– Заметно, – Денниз выразительно покосилась на платье, висящее на моей руке пестрым лоскутом. – Значит, и про монастырь богини света тоже правда. М-да, была хоть одна нормальная сестра, теперь обе чокнутые.

Мы вышли из особняка, спустились по ступенькам крыльца и направились в сад.

– А вообще, ты неплохая… – задумчиво протянула Денниз. – Спасибо, что сняла проклятие!

– Пожалуйста, – смиренно прошелестела я.

– Хотя первые три дня я просто жаждала тебя убить! Три ужасные дня в лечебнице, в наглухо закрытой комнате, когда кидало из облика в облик. Все время хотелось есть. То зерна, то мяса, то комаров, то червяков… Бр-р-р. Зато потом… Шикарная палата, подруги толпами, родители пылинки сдувают, любая прихоть, любой каприз. Еще бы, дар полностью вернулся, да еще какой! Под дверью караулили два красавца офицера из королевской охраны. Один мне письма слал, не подписывая, такой лапушка, – мечтательно вздохнула Денниз. – А потом отец в уединенный дом на море отправил, чтобы отдохнула…

Скорее, чтобы не порвала кого-нибудь, случайно обернувшись. Или зерно и мух с червяками клевала подальше от любопытных глаз…

– …Только солнце, соленый ветер, белый песок и волны, волны, волны. Ну и, конечно, мой офицер… Только вчера вернулась. А тут столько новостей, что голова кругом. Бывшая ведьма, и вдруг монастырь богини света.

– Таков мой путь, – я экзальтированно закатила глаза к небу.

– Да-а-а, сильно тебя, видно, в завалах по голове стукнуло, – ехидно прокомментировала Денниз. – Все, прибыли. Иди, демонстрируй свою тряпку.

Мы как раз подошли к площадке, на которой папа с Сандром устроили поединок. Надо же, оказывается, она танцевальная. Сейчас вдоль деревьев с одной стороны стоял ряд кресел, в которых щебетала стайка дам. С самого краю расположилась миссис Касарди, следом за ней – подруги, гостьи и компаньонки хозяйки отбора. К ним и направилась Денниз. Дальше сидела сама леди Инира. Дион подпирал дерево за ее спиной. Интересно, ему до сих пор неизвестно, что опасность ей не грозит? Что-то мне подсказывало, что он давно все знает, просто прикидывается неосведомленным. Еще дальше устроились Аранхорд и Венетия, Сандр и Рэн в человеческом облике. Последний нагло подмигивал Нати. Она и еще одна участница (та самая, что сослалась на болезнь и не поехала на злополучный день рождения) стояли в центре площадки рядом с ужасно веселым мистером Касарди. Обе держали платья, старательно запакованные в чехлы.

Я со своей неупакованной тряпкой встала возле Нати.

– Что это? – едва слышно прошептала та, показывая глазами на веселенькую пестроту, простецки перекинутую через руку.

– Это? Прощальный подарок ведьмы, оно…

– Нет, не говори ничего, – перебила Нати. – Я тоже хочу посмотреть!

Конкурсантка рядом с ней оживилась. Еще бы. Возможно, я самоустранюсь? А ничего подобного! Мы с Нати еще попортим ей нервы!

Я искоса оглядела нашу жертву: лет тридцати, с серыми волосами, серыми глазами, в сером платье. Оттенок, размер, фасон – все подобрано идеально. Меня передернуло от воспоминаний о Науэллах.

– Мисс Вин, – торжественно объявил мистер Касарди, взмахнул рукой, едва не упав, и в центр площадки вылетел манекен. – Прошу! Вы первая!

Мисс Вин (вот, оказывается, как зовут эту безликую мисс идеальность) вытащила из чехла… свадебное платье! Узкое, элегантное, с вышивкой.

Инира смотрела на него без вдохновения. Дион с восторгом. Гостьи восхищенно переговаривались.

Мисс Вин дождалась, пока они смолкнут, и начала рассказывать, как хорошо ее бальное платье, ведь именно оно – и только оно! – способно отлично оттенить элегантную красоту леди Иниры.

Леди Инира вежливо поблагодарила, и мисс Вин вернулась к нам.

– Леди Фразиэль! – объявил мистер Касарди, снова взмахнул рукой, но куда осторожнее, и выпрыгнул второй манекен.

Имя Нати произвело эффект взорвавшегося котла с зельем. Гостьи шептались, таращились на леди Фразиэль. А та, невозмутимо сняв чехол, вывесила на манекен свою работу. Серебристое с золотыми узорами платье было тоже узким, с длинной юбкой и без рукавов, словно сотканное из нитей и прозрачных, искрящихся радугой камней.

Горный хрусталь… Никогда не думала, что он может так потрясающе смотреться. Нати ничего не стала говорить, только склонила голову, глядя на Иниру, и улыбнулась.

Последней была я. Остановившись у манекена, я повернулась к Инире:

– Леди, позвольте пригласить вас сюда? На неживом манекене магия платья не сработает. Мне нужны вы или одна из ваших подруг.

Гостьи зашевелились, но их опередила сама Инира. С улыбкой она подошла ко мне. К счастью, на ней было надето простое элегантное платье без кружев, пышных юбок и воланов. Я протянула ей свою разноцветную тряпку:

– Наденьте сверху.

Инира послушно нырнула в мой мешок, поправила его на плечах. И ткань из пестрой стала небесно-голубой, вспыхнула и превратилась в магических бабочек, которые плотно облепили стройный стан Иниры.

– Вот такая вы внутри, – улыбнулась я, – небесно-голубая, счастливая.

Тут же среди бабочек, по вороту платья и подолу расцвели алые бутоны.

Я не стала комментировать их появление. Инира и так поняла: они показали, что она влюблена. Дион тоже понял, засиял.

Гостьи завистливо глядели на Иниру. Безликая мисс Вин уныло косилась на мое платье. А Нати улыбалась. Ведь самое главное в дружбе – умение радоваться чужому успеху.

Инира провела кончиками пальцев по крыльям бабочек, они тут же превратились в нежные розовые лепестки, закружились у ее руки, поднялись к плечам, превращаясь в воздушную короткую накидку. Инира выдохнула, улыбнулась. И с усилием отвлеклась от моего подарка.

– Я готова объявить победителя! – выдохнула она.

Я поймала взгляд Сандра. «Ты победила!» – говорили его глаза. Я отрицательно качнула головой. Нет. Я всего лишь создала магию, показывающую, насколько прекрасен человек (или не человек) внутри. Магию, а не платье. И Инира это отлично поняла.

– Победила… – Инира тепло посмотрела на меня.

Я кивнула: да, все правильно!

– Победила, – повторила леди Инира, – леди Фразиэль!

Гостьи ахнули, Нати удивленно застыла, переводя взгляд с меня на Иниру.

Я обняла ее и тихо шепнула:

– Ты лучшая швея!

– Да, но ты… – пробормотала Нати.

– Я не умею шить, ты же знаешь. А ты умеешь. Или ты не хочешь быть модисткой леди Иниры?

– Хочу…

– Представляешь, сколько клиенток придет в твой салон, узнав, кто у тебя главная заказчица и в каком отборе ты победила? Увидимся позже. – Я поцеловала Нати в щеку и повернулась к Инире: – Леди, простите, но мне пора в монастырь!

– Да-да, конечно. – Инира погладила цветок и стала еще счастливее.

Я убежала с площадки. Забрав чемодан, торжественно вышла из особняка через главные ворота. Промаршировала немного по улице, свернула в темный уголок и нырнула в подлунные земли. Забросив чемодан домой, позвала Сандра.

– Впервые видел, чтобы в монастырь богини света уходили вприпрыжку! – усмехнулся он, шагая в высокую траву.

Я потянулась за поцелуем, у меня было столько планов на него и подлунные земли. Но у Сандра оказались свои планы.

– Помнишь пещеру, где на нас напала мандрагора? – выдохнул он прямо в мои губы.

– Сложно забыть место, где тебя чуть не порвала бешеная трава! – я с трудом оторвалась от такого притягательного рта и озадаченно посмотрела на Сандра.

Что он задумал?

– Проведешь нас туда?

И, окончательно заинтригованная, я торопливо открыла переход.