24

Тася

Я выскочила из кабинета Князя, как пробка из бутылки. Или скорее даже как кипящая вода из переполненного чайника.

Промчалась мимо секретаря, стараясь гневно не пыхтеть, чувствуя на себе её полный удивления взгляд. И чему она так удивляется, интересно? Неужели за то время, что Светлана здесь работает, из кабинета одного из её непосредственных начальников никто не выскакивал с подобной скоростью и дурным настроением? Не верю!

Если Влад рассчитывает, что я сдамся, то зря. Теперь, когда я поняла, что Князь мне не помощник, я сделаю всё без его участия.

Только нужно заручиться поддержкой Лозова. Хотя бы устной, в стиле: «Я закрою на это глаза, типа я ничего не знал». Потому что на самом деле Дмитрий — единственный, кто меня может остановить. Да, не Князь. Именно Лозов.

И как только я вернулась из дирекции в офис нашей редакции и заметила, что начальник по-прежнему на своём месте, тут же попросила о приватном разговоре.

— Не разрешил? — понятливо усмехнулся Дмитрий, глядя на моё ожесточённое лицо, когда мы отправились в сторону переговорной. Точнее, одной из переговорных — в офисе «Логаэда» их было несколько, ближайшая располагалась рядом с нашими соседями — редакцией классической литературы «Наследие».

— Угу.

— Но сдаваться ты не намерена?

Я вздохнула, и Лозов продолжил почти весело:

— Нравится мне твой характер, Тася. Далеко пойдёшь.

— Если не уволят.

— Не уволят.

— Почему ты так думаешь?

— Дураков тут нет, — засмеялся Дмитрий. — Ладно, сейчас сядем, расскажешь мне, что придумала. Правильно я понимаю: ты хочешь, чтобы я тебя поддержал? Точнее, чтобы не вмешивался.

Повезло мне всё-таки с начальником. Что Виталий Михайлович, мой бывший босс, был золотой — если не считать парочки несущественных недостатков, — что Лозов сокровище. Сразу смекнул, в чём дело.

— Да, правильно.

Мы расположились в переговорной, которая напоминала стеклянную клетку — стены были прозрачными, и нас отлично видел, но не слышал, весь окружающий офис, — и я быстро изложила Дмитрию, что планирую сделать в ближайшее время.

Он слушал очень внимательно, иногда улыбаясь, а порой даже откровенно хохотал, говоря, что предвкушает реакцию дирекции. И в итоге заключил:

— Ладно, Тася. Добро.

— Правда? — я расплылась в счастливой улыбке.

— Правда, — подтвердил Лозов, кивнув. — Только не перегни палку, пожалуйста. Не говори, что это война. Сделай вид, что ты не знала про корпоративные правила. Не знала, что нельзя. Прикинься ветошью, в общем.

— Князь не поверит.

Засмеявшись, когда я произнесла старое институтское прозвище Влада, Дмитрий уточнил:

— Училась с ним, да? — Я чуть смущённо подтвердила, и Лозов хмыкнул. — Я догадался. По вам видно, что у вас, как бы это сказать… богатое совместное прошлое. Не надо, не объясняй, — он махнул рукой, — это сейчас не имеет значения. Ты сказала: «Князь не поверит», но дело не только во Владе. Точнее, главным образом не в нём. И вот для остальных ты должна быть девочкой-энтузиасткой, которая хочет, как лучше, просто не знала правил. Не той, которая идёт на принцип. Ясно?

— «Подчинённый перед лицом начальственным должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство», — понятливо процитировала я, и Лозов вновь засмеялся.