5

Тася

Иногда мне интересно, что бы было с нашим конфликтом, если бы я тогда не выкаблучивалась по неизвестной причине, а просто извинилась. Не стала бы уточнять, что Влад толкнул меня сам, а спокойно сказала бы: «Прости, я случайно». Может, в таком случае и не было бы дальнейшего многолетнего противостояния?

Мы с Князем с того дня всегда стремились переспорить друг друга. Мирно не заканчивался ни один наш диалог. Я знала: если я готовлю доклад, мне следует заранее готовиться заодно и к самым каверзным вопросом от Влада. То же самое делала я, забрасывая Князева аргументами, как первым весенним градом забрасывает выстраданную рассаду на грядках. И никто не хотел уступать первенство в спорах — обычно нас останавливали преподаватели, напоминая о времени.

Учились мы с Владом практически одинаково. С той лишь разницей, что он чаще получал пятёрки «автоматом», а вот ко мне преподаватели были более неумолимы. Но я, в отличие от Князева, на семинарах выступала только по необходимости. Вот он выпячивал свою всезнающую и болтливую натуру где можно и нельзя, а я предпочитала отсиживаться молча, впитывая знания. Но результат в итоге был похожим: сплошные «отлично» с редкими «хорошо» от особенно вредных преподов.

Никак ни мне, ни ему не удавалось удержать пальму первенства в том, что касалось учёбы. В остальном выигрывал, разумеется, Князь.

Он был лидером группы — не я. К его мнению, в отличие от моего, прислушивались, за ним толпами бегали девчонки. Ходили слухи, что он встречается сразу с несколькими, но я в это не верила. Думаю, поклонницы выдавали желаемое за действительное — сам же Влад куда больше интересовался учёбой, чем амурами-тужурами. Делал доклады, участвовал в конференциях, так же, как и я, ходил в Ленинскую библиотеку. Причём в одиночестве, без девиц под боком.

В тот день, когда я столкнулась с ним в коридоре Ленинки, Князев поинтересовался, может ли сесть где-то рядом. Потому что…

— Ты меня успокаиваешь, Железнова, — заметил он с привычной насмешливой язвительностью. — Как вредный, но привычный элемент. Пусть сопливое, но моё, короче говоря.

Я вспыхнула негодованием и не менее привычно огрызнулась:

— Может, тебе лучше попить успокаивающие таблеточки? Говорят, помогают.

— На собственном опыте знаешь?

Господи, до чего же забавно об этом вспоминать. Жаль, что я помнила далеко не все наши перепалки. Их надо было записывать для потомков!

Кстати, о потомках. У меня-то детей, увы, не было. Интересно, а что у Князева? Мужику тридцатник, наверное, уже есть наследники. Возможно, даже несколько.

В тот день, когда мы впервые встретились с Владом на работе, я аккуратно выяснила подробности его семейной жизни у одной из коллег и весьма удивилась, узнав, что детей у Князева пока нет. А вот жена имеется. Причём она — заведующая редакцией фэнтези и фантастики.

— Такая дура, — усмехалась Марина, коллега, с которой я отправилась в столовую обедать, а заодно посплетничать.

— Дура? — удивилась я. — Почему?

Я не верила, что Князь мог жениться на дуре.

— Потом убедишься, — отмахнулась Марина, и оказалась права.