Глава 15 · Новости хорошие и плохие

Я зажмурилась и чмокнула лягушку. И… ничего не произошло!

Тьфу! Не та лягушка!

Я дёрнулась, стряхивая с руки противное животное, но оно вдруг подало голос:

— Так ты не Алёна?

— А⁈

— Ого! Мой морок рассеялся! Ты больше не выглядишь как Алёна! — Денис удивлённо разглядывал меня. Потом перевёл взгляд на лягушку. — А ты и есть Иван, верно?

— Да. А вы кто? И как получилось, что я внезапно стал по-человечески разговаривать?

Денис задумчиво потёр подбородок.

— Похоже, Кощей тоже наложил на тебя что-то вроде морока. Который должен был развеяться после поцелуя Алёны. Вот только Алёна у нас ненастоящая, поэтому мой морок столкнулся с заклятием Кощея, и что-то где-то коротнуло. Мой морок развеялся, а ты теперь можешь говорить. Правда, я не уверен, что это надолго…

— Тогда нам нужно поторопиться! Давайте скорее найдём Алёну! — Лягушка нервно зашевелила лапками.

Тут я не выдержала — фу, какая скользкая! — и посадила её на борт лодки.

— Алёна же заколдована! Она тебя не узнает, — сказала я.

— Так я и хочу её расколдовать!

— А ты знаешь, как?

— Нет… но у меня есть предположение!

— Какое?

— Ну, я, конечно, не маг и, как работают заклинания, не знаю. Но я долго об этом думал. Если Кощей надёл на Алёну кольцо повиновения, то сломать заклятие можно неповиновением: Алёна должна сделать что-то, что противоречит инструкциям Кощея.

Митрофан материализовался на носу лодки.

— Ну и как ты себе это представляешь? Алёна Викторовна нынче как робот: что написано в инструкциях, то и выполняет. Шаг влево, шаг вправо — сразу штраф!

— Так в этом-то всё и дело! Нужно, чтобы инструкции противоречили друг другу. Тогда, выполняя одну, она неизбежно нарушит другую. Это как баг в программе. Если системе одновременно сказать: «делай так» и «так делать нельзя», то в итоге программа не понимает, что делать. Начинает зависать, циклиться или вообще ломается.

— Что-то не припомню я таких инструкций… — проворчал Митрофан.

— Ой, да ты просто не привык читать мелкий шрифт! — вмешалась я. — У нас же в любом ведомстве инструкции пишут как попало и кому что в голову взбрело. Там противоречие на противоречии сидит и противоречием погоняет! Надо просто внимательно прочитать все документы.

— И дальше что? — хмуро поинтересовался Митрофан.

— А дальше мы расколдуем Алёну Викторовну! Принесём к ней Ивана, и она его поцелует, и он тоже расколдуется.

Митрофан нервно задёргал хвостом.

— Наталья Владимировна, вы вообще-то понимаете, что планируете серьёзное правонарушение? И если вас поймают, то и мне достанется: не уследил за поднадзорным лицом!

— Митрофанушка, но ведь ты нас не сдашь, верно? Разве тебе самому не надоел этот беспредел?

— Ох, Наталья Владимировна! Под монастырь вы меня подводите! Вынуждаете идти на должностные нарушения.

— А ты такой же, как Алёна Викторовна, да? Без инструкции ни шагу?

Молчание. Кажется, Митрофан обиделся.

— Ну Митрофанушка! Будь котиком! А не инспектором…

— Только не вздумайте притащить лягушку в инспекцию, — проворчал Митрофан. — Добром не кончится. Нынешняя Алёна Викторовна таких шуточек не понимает.

И растворился в воздухе.

— А ты что думаешь? — Я повернулась к Денису, который всё это время молчал.

— Да я даже не знаю, что сказать. Честно говоря, я был уверен, что из этой затеи ничего получится. Просто покатаемся на лодке, ты успокоишься, и мы пойдём дальше шашлыки есть.

— А теперь что — испугался? Готов на попятную пойти?

— Я что, так похож на труса и подлеца⁈ Что ты меня всё время в чём-то нехорошем подозреваешь?

Щёки вдруг вспыхнули.

Ну что я в самом деле на Дениса кидаюсь? Нормальный ведь парень… Симпатичный… Заботливый… Повезло же Ленке…

Теперь у меня запылали даже уши, и я отвела взгляд.

— Ладно, давай вернёмся. На реке нам больше делать нечего. Ты ведь с нами? — Я посмотрела на Ивана.

— Ква-а-а… — ответила лягушка.

— Ну вот, — вздохнул Денис. — Именно этого я и боялся: заклятие Кощея лишь временно глюкнуло, но не снялось. Говорить он больше не может.

— А если я снова его поцелую? Под видом Алёны?

— Тебе что, так понравилось с лягушками целоваться? Ну тогда я тоже могу в лягушку обратиться.

— Дурацкие шуточки!

— Просто я почти уверен, что второй раз этот трюк не сработает: теперь Иван уже знает, что ты не Алёна.

— Значит, поговорить с ним у нас больше не получится?

— Скорее всего, нет. Пока мы Алёну не расколдуем.

Я внимательно посмотрела на Дениса. Он так спокойно и буднично сказал «мы», что на душе внезапно потеплело. Всё-таки я устала быть одна и всё тянуть в одиночку.

Когда на прилавок из рук Дениса выпрыгнула лягушка, тётя Адель и бровью не повела.

— Митрофан! — сказала она в пустое пространство. — Ну ладно молодёжь, но уж от тебя я такого не ожидала!

— А что я должен был делать? — огрызнулся Митрофан со своего места под прилавком. — Формально они, можно сказать, ничего не нарушили. Пока.

— Но ведь явно собрались? — Тётя Адель внимательно посмотрела на нас с Денисом.

— Тётя Адель! — взмолилась я. — Ну нельзя же человека в болоте оставить! Даже если он лягушка.

Лягушка жалобно квакнула.

Тётя Адель покачала головой.

— А то я не знаю, что вы задумали… Ладно, для начала давайте вернёмся домой, выпьем чаю, успокоимся и тогда уже подумаем, что дальше делать.

— Я вас отвезу! — с готовностью предложил Денис. — Я на машине.

У Митрофана, как обычно, были лапки, но в шесть рук мы быстро управились с товаром, зонтом и прилавком.

— Как раз вовремя! — сказала тётя Адель, глядя на потемневшее небо. — На этот раз синоптики не ошиблись.

Домой мы ехали уже под барабанную дробь дождя.

— Может, оставим пока вещи в машине? — предложил Денис. — А то насквозь промокнем, пока перетаскаем.

— Ты, главное, Ивана не забудь! — сказала я, радуясь, что не мне приходится брать в руки скользкую и холодную лягушку.

За маленьким столиком стало тесновато: пришлось втиснуть ещё стул для Дениса и табуретку для Ивана. Бедняга молча наблюдал, как мы уплетаем суп с пирогами и наверняка облизывался: интересно, чем лягушки питаются? Комарами? И чем нам теперь его кормить?

Повисшую над столом тишину нарушил Митрофан.

— Между прочим, я был против этой затеи. — Он отодвинул вылизанную до блеска тарелку и завозился, устраиваясь поудобнее.

— Ладно, внесём это в протокол, — пробормотала я как бы в шутку, на самом деле чувствуя себя неловко: тётя Адель меня приютила, всему научила, от Матильды спасла, а я её не только на деньги подставила, но ещё и втянула в сомнительную авантюру…

Лягушка часто задышала и жалобно квакнула.

Тётя Адель махнула рукой, и пустые тарелки исчезли со стола, а вместо них появились чашки с блюдцами и самовар, увенчанный заварником.

— Ну, рассказывайте, что дальше делать собираетесь. — Тётя Адель поставила передо мной чашку с чаем. — Как планируете Алёну расколдовывать.

Мы с Денисом переглянулись, как нашкодившие школьники перед директором.

Интересно, он уже пожалел о том, что взялся мне помогать?

Денис пожал плечами и качнул головой, передавая инициативу мне.

Ну вот, я эту кашу заварила, значит, мне теперь её и расхлёбывать.

— Иван сказал, что, возможно, кольцо повиновения сломается, если Алёна нарушит какую-то инструкцию.

— Алёна нарушит инструкцию? — Тётя Адель покачала головой. — Даже не мечтайте! Она и под дулом пистолета параграфы цитировать будет. С тех пор, как Кощей Алёну заколдовал, я её совсем не узнаю.

— Иван сказал, что нужно найти какую-то несостыковку в инструкциях: если Алёне придётся выбирать между «сделай это» и «не делай этого», то её может переклинить — и она расколдуется.

Тётя Адель задумчиво помешала ложечкой в чашке.

— А если нет?

Вот это был тот самый вопрос, про который я очень старалась не думать.

— Ква-а-а! — сказала лягушка. — Ква-ква!

— А если нет, то мы поищем другой способ, — вдруг вмешался Денис. — Я согласен с Наташей: нельзя же просто бросить человека квакать в болоте всю оставшуюся жизнь.

В руках тёти Адель появилась колода, и на стол легла пара карт. Я придвинулась ближе.

Хм, занятные картинки… На одной — башня, охваченная пламенем; на другой — человек, истыканный мечами. Поверх них тётя Адель выложила третью — какой-то монстр с рогами и копытами. Она нахмурилась.

— Ну что там, Аделюшка? — Митрофан тоже подался вперёд, заглядывая в карты.

— Да как и ожидалось: ничего хорошего… — Она постучала по карте с монстром.

— Тётя Адель, ну хоть объясните, что там? — не выдержала я. — У нас не получится? Лучше не связываться?

Она вздохнула.

— Ладно, вот тебе первый урок по гаданию. — Она подала мне карту с горящей башней. — Что видишь?

Я вгляделась в картинку: ну башня, ну горит. Молния в неё стукнула. А огнетушителей на месте не оказалось…

И вдруг я словно провалилась внутрь этой сцены: передо мной высилась каменная башня, над которой клубились чёрные грозовые тучи; небо с треском разорвалось, и огненный зигзаг ударил в башню. От грохота заложило уши, земля под ногами задрожала. Верхушка башни раскололась, и вниз полетели куски каменной кладки. Я бросилась прочь, подальше от опасного места — и тут хлынул дождь: такой плотной стеной, что сквозь неё не пробьёшься. Потоки воды мгновенно залили землю, слились в реку — и меня подхватило бурное течение…

Я поёжилась и помотала головой, будто стряхивая воду. Все взгляды были устремлены на меня.

— Похоже, у нас ничего не получится… Это полная катастрофа.

— А что именно ты увидела? — спросила тётя Адель.

— В башню ударила молния. Башня развалилась. Пошёл такой ливень, что я едва не утонула. Значит, всё плохо? Карты предсказывают провал?

— То есть, если карты тебе скажут, что из твоей затеи ничего не выйдет, то ты и пробовать не станешь? — Тётя Адель приподняла бровь.

— А может, наоборот, эта карта показывает, что у нас всё получится? — вдруг заговорил Денис. — Башня как символ АО «Лукоморье», и она рушится же.

Тётя Адель кивнула.

— Можно и так сказать. Но есть ещё вот это. — Она постучала пальцем по карте с человеком, утыканным мечами. — Вопрос цены. Сколько вы готовы заплатить для достижения своей цели?

Мы с Денисом переглянулись, и я опустила глаза.

Кто этот человек на карте? Я? Денис? Иван? Алёна? И что означают мечи? Кого-то убьют?

Денис вздохнул.

— А давайте не будем торопиться, а? Ивана мы нашли. Для одного дня этого уже достаточно. Мы ведь не пойдём штурмовать башню Кощея сегодня ночью, верно?

Ну, логично… К тому же, тут надо не башню штурмовать, а бюрократические лазейки искать, а это за пять минут не делается.

— Тётя Адель, а третья карта тогда про что? — спросила я. — Что за чудище на ней нарисовано? Кощей?

— Нет, Дьявол.

Вот только дьявола нам и не хватало!

— Про дьявола, по-моему, сказки, — проворчал Денис.

— Ну, в данном случае это означает, что хорошего варианта будущего тут нет, и выбирать вам придётся между «плохо» и «ещё хуже». Бывают в жизни такие ситуации, когда, куда ни кинь, всюду клин, как говорится.

Я прикусила губу.

— А какой из вариантов хуже? Ввязываться или не ввязываться?

— А вот в этом-то и вопрос! Главное — понимать, что в любом случае будут последствия. И в любом случае они вам не понравятся.

— Ладно, я понял. — Денис допил чай залпом и поставил чашку на стол, как финальную точку. — Давайте возьмём тайм-аут. А то я уже всё равно ничего не соображаю. — Он встал. — Спасибо за угощение, Адель Афанасьевна, приятно было с вами познакомиться! Митрофан, нас тут двое мужиков: может, поможешь вещи перетаскать? Не будем же мы напрягать прекрасных дам, они и так устали.

Он обворожительно улыбнулся. Тётя Адель благосклонно улыбнулась в ответ.

— У меня лапки! — попробовал запротестовать Митрофан.

— Но вилкой и ножом ты очень даже ловко орудуешь! — подколола тётя Адель.

— Ну вот, теперь я окончательно превратился в котика на побегушках! — проворчал Митрофан и растворился в воздухе. — Чего только не сделаешь за сардельки с кетчупом! — донеслось из пустоты.

Тётя Адель протянула руку к лягушке, и та послушно прыгнула в ладонь.

— Ну что, Ваня, надо и тебя чем-то покормить и как-то тут устроить. На заднем дворе у меня по окнами цветничок как раз есть, поживёшь пока там. Сейчас туда тазик с водой поставим, и можешь отдыхать.

— Вам помочь? — вскинулась я.

— Да чего там, сама справлюсь. Ты тоже отдыхай.

— Я тут приберусь. — Я начала собирать посуду.

Тётя Адель улыбнулась.

— И то верно: нет смысла магичить, если можно всё просто руками сделать. Но ты всё равно отдохни, денёк тот ещё выдался.

И это ещё мягко сказано!

Наведя порядок, я плюхнулась на свой диван и уставилась в потолок.

Ну и что теперь делать? Иван ждёт, что мы расколдуем Алёну. Но как это сделать, пока непонятно. И что в результате получится, тоже непонятно: судя по картам, ничего хорошего. Но если ничего не делать, то тоже ничего хорошего…

Телефон заорал так громко, что я вздрогнула.

Ленка.

Надеюсь, она не Дениса ищет…

Честно говоря, не было никакого настроения болтать про всякие пустяки, но… вдруг у неё что-то стряслось? Или в офисе проблемы?

— Привет! — наконец ответила я — и увидела на экране лицо Дениса. — Ты⁈ А Ленка где? Почему ты с её телефона звонишь?

— Потому что ты не дала мне свой номер, а пришлось искать Ленкин телефон. Кажется, с ней что-то не то.

Сердце ухнуло в пятки. Вот недаром было у меня нехорошее предчувствие…

— Что стряслось? — выговорила я, еле ворочая языком.

— Да она ещё вчера какая-то странная была. Я предложил сегодня вместе на ярмарку в парк пойти, погуляли бы, но она сказала, что устала и хочет отдохнуть. И спать завалилась. Утром мне надо было рано уходить, я ж на дежурстве, ну и не стал её будить. Сейчас прихожу, а она всё спит! Целый день прошёл. По-моему, она даже не шелохнулась, ведь она ни разу за весь день мне не позвонила. Это ненормально! Но я так замотался, что только сейчас это понял.

Я вдруг почувствовала кристальную ясность. Как будто смотрела на мир сквозь только что помытое окно.

Асия Джантошевна! Вот стопудово именно она какую-то гадость Ленке сделала!

— А ещё что-то было? Ленка говорила что-нибудь?

— Тошнило её вчера. Она даже ужинать отказалась. Бледная была. И вообще явно не в себе.

Поесть Ленка всегда любила, так что отказ от ужина для неё весьма нетипичен. Да ещё и тошнота…

И тут мне в голову пришло вполне рациональное объяснение.

— Слушай… а вы… ну это… может, у неё токсикоз?

На пару мгновений он замолчал с ошарашенным видом.

— Н-нет, не думаю… Мы ж не собирались…

— Ну знаешь, это дело такое. Некоторые как ни стараются, а всё никак, а у некоторых и с одного раза залёт случается.

Денис покачал головой.

— Мне всё-таки кажется, что тут дело нечисто. Я в чёрной магии не разбираюсь, но когда искал Ленкин телефон, нашёл у неё в кармане куртки вот такую хрень. Не думаю, что она сама это туда положила.

Он показал какой-то комок перьев, от которого даже через экран пахну́ло зловонием, как от дохлой птички. Меня аж затошнило.

Мда, лучше бы Ленка залетела…

— Погоди, я тётю Адель позову. Тут, похоже, и правда без чёрной магии не обошлось.

Тётя Адель сидела у себя и вязала. Рядом дремал Митрофан.

— Тётя Адель! На Ленку тоже порчу навели! Денис, покажи. — Я отдала телефон тёте Адели.

Её брови сошлись к переносице, а глаза сузились.

— Не стоит трогать такую гадость голыми руками, — негромко сказала она. — Положи это в полиэтиленовый пакет. А пакет лучше положить в коробку.

— А пакет вам привезти? Я боюсь Ленку одну оставлять. Что с ней вообще такое? Может, скорую вызвать? Я пытался её разбудить, но она не просыпается!

— Скорая в таких делах не поможет. Плечами пожмут и уедут. Ленку свою можешь с собой привезти? До машины донесёшь же? Чистить её надо. Она как та Белоснежка: отравы хватанула. Само не пройдёт.

— Понял. Сейчас буду!

Тётя Адель протянула мне телефон обратно.

— Ну, вот видишь, я же говорила, иногда обстоятельства складываются так, что выбора не остаётся.

Я вдруг поняла — всё с той же кристальной ясностью, — что выбора у меня не осталось, потому что я сама все свои выборы продолбала. Тогда, когда они ещё были. Ведь грыз же меня червячок подозрений насчёт Асии Джантошевны и её намерений в отношении Ленки. И что я сделала? Ничего… Придушила червячка.

А проблема осталась. И теперь разрослась настолько, что придушить её уже невозможно.