Глава 22 · А Дениса-то за что?

Как обычно, когда я в растрёпанных чувствах, меня тянет на сладкое. Я поколебалась, разглядывая соблазнительные разноцветные обёртки, и всё же взяла пломбир в шоколаде. Да, привычка нездоровая, и как бы не пришлось покупать джинсы на размер больше, но…

Но должны же быть хоть какие-то радости в этой безумной жизни⁈

Я поняла, что у меня просто нет сил искать Дениса и требовать от него объяснений. И вообще я никого видеть не хотела. Поэтому ушла на всё ту же дальнюю лавочку и уставилась на реку.

Прям дежа-вю какое-то. Дубль-два. Вторая попытка продать артефакт — и второй раз жуткий конфуз! Хорошо хоть Митрофан не жестит, а даже помогает, хотя мог бы новые штрафы влепить. Интересно, это он по дружбе или ему просто лень с лишними проблемами связываться?..

Р-р-р-р! Даже думать про это не хочу! Мои надежды заработать на продаже артефактов теперь похоронены окончательно. С такими «талантами» получишь не прибыль, а разозлённых покупателей.

Ну и что теперь? Снова искать работу бухгалтера? Опять этот бесконечный бег по кругу с восьми до пяти, с понедельника по пятницу?

Мороженое приятно холодило нёбо, но удовольствия я не почувствовала: похоже, даже целым грузовиком пломбира эту проблему заесть не получится.

Надо что-то делать…

— А я думал, ты не любишь сладкое. — Возле скамейки стоял Денис и слегка улыбался.

— Шашлыков я ещё вчера объелась, так что можешь не предлагать! — буркнула я и бросила палочку от мороженого в урну.

Он уселся рядом.

— Пиццу и суши здесь не продают, к сожалению, но есть блинчики. Хочешь?

— Нет!

— А чего хочешь?

Внезапный вопрос был как бетонная стенка, которая с разбегу налетела на мой лоб.

А правда, чего я хочу? Не в смысле еды, разумеется.

— Не знаю, — честно призналась я. — Пожалуй, больше всего мне хочется, чтобы всё это оказалось кошмаром — и я бы наконец от него проснулась.

Он помолчал.

— Очень тебя понимаю. Я тут почти восемь месяцев торчу. Скоро реально выть начну.

Меня вдруг одолело любопытство.

— А на чём тебя поймали? И разве ты не можешь уехать, если ты тут вообще проездом был?

— Ну, формально, уехать я могу. Если штраф выплачу. Но такой штраф ещё попробуй выплати! Пришлось же кредит взять.

— Так и за что тебя? Девушек на улицах охмурял?

Он расхохотался и лукаво посмотрел на меня.

— Это первое, что пришло тебе в голову?

— Да расскажи уже! — Его уклончивость только усиливала зуд моего любопытства.

— Ты отчасти угадала. Охмурял. Но не девушек. Точнее, не только девушек.

Раскрыв рот, я смерила Дениса ошарашенным взглядом. Такой красавчик. И серьга в ухе… да ладно, не может быть!

Он захохотал.

— И о чём ты только думаешь? На гитаре я играл. В переходах, на площади, в парке. В кафешках иногда. Этим и зарабатывал.

— И всё⁈ Тогда за что тебя вообще оштрафовали?

— Ну… Пришили использование магии без регистрации и многократное магическое воздействие на группы лиц в публичных местах.

— А человеческим языком если?

— Морок я на слушателей наводил. Весело им становилось. Они довольные были и денежек больше кидали. А иногда и сотку с пятисоткой могли перепутать. Или пятисотку с пятитысячной…

— Но это же… это же мошенничество! Как ты мог⁈

— Что ты смотришь на меня так, будто я у старушек пенсию отнимал? Видела бы ты эти пьяные морды в барах, у которых извилина всего одна — и та прямая и посреди задницы. Зато кошельки такие толстые, что в карманы не помещаются.

— Всё равно… людей обманывать — это неправильно!

— А я их разве обманывал? Им весело было. Они сами платили. Я к ним в кошельки не залазил.

Тут я вспомнила про вчерашнее и разозлилась.

— А вчера ты что делал, а⁈ Морок на нас с Ленкой навёл? Ты так развлекаешься, что ли?

Он ухмыльнулся.

— Проверяю. Что у трезвой девушки на уме, то у пьяной на языке.

— Ах ты!.. — Я замахнулась и треснула его в плечо. Чуть руку не отбила! — Вот и как с тобой после этого общаться? Разве можно тебе доверять? Откуда я знаю, что ты на меня морок не навёл в очередной раз?

Он вздохнул.

— Именно это мне вчера Ленка и сказала… Что теперь она не понимает, где между нами настоящее, а где мой морок. И она так дальше не может. Ведь она обычный человек. — Он посмотрел мне в глаза. — Но ты-то маг. Разве и тебе со мной тоже неуютно?

Я задумалась. Что там турмалин утром сказал? Что опасности не обнаружено? То есть, навредить нам с Ленкой Денис не собирался.

Но морок-то навёл! Разве это честно? Разве так можно?

— А ты не думал, что отношения нужно строить на честности? Иначе они развалятся.

— А ты не думала, что ни один нормальный человек не может быть стопроцентно честен — даже с самим собой?

— Я ненормальная! — Я скрестила руки на груди и отвернулась.

— Ну хотя бы всё ещё человек! А то могла бы и кикиморой оказаться, кто тебя знает! — Он захохотал.

Болотная коряга с лохмами из тины, из которой выпрыгивают жабы, так ярко встала перед глазами, что я тоже расхохоталась — и резко замолчала, вспомнив слова тёти Адель.

— А знаешь, это и правда забавно, когда один умеет наводить морок, а другой обладает уникальной способностью проявлять истину под любым мороком.

— Противоположности притягиваются? — подмигнул Денис.

Видимо, так и есть. Вот только притянуться — дело нехитрое, а дальше что?

И вообще, хватит дурью маяться: у нас, между прочим, реальные проблемы, которые надо решать.

— Ты пойдёшь со мной к Алёне в понедельник? — Я резко сменила тему.

Он на секунду опешил. Колеблется? Не хочет связываться?

— Ты боишься, что план не сработает? — тихо спросил он.

— Всегда предпочитаю подстелить соломки. На всякий случай. А с твоими способностями больше шансов успешно удрать, если что.

— Я в деле, — спокойно кивнул он. — Мне это всё тоже до чёртиков надоело. И давай без вот этого «если план провалится». Мы же маги! Если будем так думать, то всё наверняка провалится. Сами себя и сглазим.

— Ты прав. — Я тряхнула головой, выбрасывая из неё глупые мысли. — Просто я никак не привыкну к… своему новому статусу…

— О чём воркуете, голубки? Еле вас нашла! — К нам подошла Ленка и села рядом со мной.

— Обсуждаем план военной кампании, — пошутил Денис. — В понедельник планируется захват Магической инспекции.

— А я могу чем-то помочь?

Я покачала головой.

— Тебе про это вообще знать не полагается.

— Ну тогда буду за вас кулаки держать! Очень жалко Ивана. И Алёну. Пусть у вас всё получится!

«Пусть у вас всё получится!» — эхом отдалось в голове — и сердце сжалось.

А если не получится?

Нет, нельзя об этом думать! Так я сама себе подножки ставлю.

До чего же сложно быть магом: приходится даже мысли контролировать!

— Ну что, девчонки, а не пора ли нам заняться ужином? Давайте не будем Адель Афанасьевну напрягать, она наверняка устала за день.

— Шашлыки были вкусные, но тащиться на озеро мне что-то не хочется, — ответила Ленка и, видя мою задумчивость, подпихнула меня в бок. — А ты как?

— Да, я бы, пожалуй, лучше дома осталась. Митрофан наверняка будет за.

Денис засмеялся.

— Митрофан за любой кипиш, лишь бы накормили от пуза и поспать дали. Предлагаю устроить рыбный день. Готов нажарить вам рыбки по своему личному рецепту.

— Когда ты рыбу наловить успел? — удивилась Ленка.

— Да у меня и удочки-то нет! Я у рыбаков купил свежих лещиков. В багажнике в ведре с водой своей участи дожидаются.

«Всё-таки здорово, когда мужчина умеет готовить, — невольно подумала я. — Димка мог разве что магазинные пельмени сварить. И то в холодную воду их бросал».

К пяти вечера ярмарка уже сошла на нет, вместо неё начиналась развлекательная музыкальная программа, и мы всей компанией поехали домой. Пока Денис занимался ужином, я решила перетащить свои вещи на новое место жительства — к Никитишне. Ленка увязалась со мной.

Квартира Никитишны была на первом этаже — как раз над подвальчиком тёти Адели, только вход был не с улицы, а из подъезда во дворе.

— Ну прям хоромы! — заценила Ленка, увидев высокие потолки и высокие же окна. Правда, комнаты были относительно небольшие, зато отдельные.

Одна комната явно была хозяйской спальней, так что чемодан я затащила во вторую. Там стоял диванчик и древний платяной шкаф — из настоящего дерева.

На кухне обнаружилась изразцовая печь, задняя часть которой отапливала ещё и зал. Готовить можно было как на печке, так и на газовой плите. Правда, плита, кажется, была ещё советской. И вообще весь интерьер выглядел так, будто в этой реальности перестройка ещё не случилась.

— Надо же цветочки полить! — спохватилась я. Все подоконники были заставлены горшками.

Ленка плюхнулась на диван и критически оглядела комнату.

— Ну, ничего так. Жить можно. Главное, что хозяйка пока на даче. И зал свободен.

Я принесла с кухни банку с водой и сосредоточилась на цветах. Цветовод из меня тот ещё! Сколько ни пробовала, всё вечно дохнет…

— Наташ! Ты меня слышишь?

— А?

— Я говорю, зал-то свободен.

— Ну и? — рассеянно спросила я, тыкая пальцем в почву под густой листвой фиалок в попытке определить степень влажности.

— Ну и не тупи! Зови Дениса.

От неожиданности я плеснула в горшок куда больше воды, чем намеревалась.

— Зачем?

— Затем, что надо же ему где-то жить.

— А?

— Да что с тобой сегодня? Тупишь не по-деццки! Мы с ним разбежались, так что я ему велела освободить жилплощадь.

Руки задрожали, и я поставила банку на окно, чтобы не выронить. Так вот о чём говорил Денис на набережной: они с Ленкой уже всё решили, оказывается…

— Между прочим, ради тебя старалась, — продолжала Ленка. — Так что не щёлкай клювом. Зови его сюда.

— Что ты несёшь… — Щёки вдруг запылали.

— Ну не улице же ему жить! Помоги человеку, сделай доброе дело.

— Ну ты… блин, могла бы сначала меня спросить!

— А то я тебя не знаю. Ты бы неделю раздумывала. А чего тут думать? Своё счастье надо хватать за хвост! Ну или что там под руку подвернётся, — хихикнула Ленка.

Вот только этого мне и не хватало! У Ленки вечно одна любовь на уме. А у меня куда более важных проблем хватает, и, честно говоря, поджилки трясутся при одной мысли о понедельнике…