ГЛАВА 5
2 месяца спустя
- Николя, вы меня приятно удивили, - улыбаясь, приближаюсь к стоящему у стойки с оружием парню.
- Ань, мне от твоего «Николя» дико не по себе. Может, хватит? - поднимая на меня умоляющий взгляд, вздыхает он. Не обращаю никакого внимания на бурчание друга.
- Пять из десяти! Ты понимаешь, что это настоящее чудо! С твоим-то упорным нежеланием целиться в десятку. Коля смеется, взяв со стойки ружье, принимается заряжать его, не желая показывать мне своей радости. Но я-то вижу, как загорелись его глаза в ответ на мою похвалу.
- Я туда и метил, но пули упорно не желали лететь в мишень, – нервно усмехнувшись, поднимает на меня глаза. Взяв со стойки отцовский ТТ, прицелившись, выпускаю весь магазин в сторону мишени.
- Эй, безумная девушка, снова это делаешь?! – кричит обиженно, прижимая к ушам ладони. – Ты хочешь, чтобы я совсем оглох? - опускает руки, поняв, что я закончила. Положив обратно пистолет с ещё дымящимся после выстрелов стволом, пожимаю плечами.
- Прости, вечно забываю, что ты у меня неженка, - подмигнув, направляюсь к мишеням за результатами. Улыбаюсь всю дорогу, представляя, каким раздосадованным сейчас должен выглядеть Коля. Ничего с собой поделать не могу, люблю подшучивать над ним. Помню, первые наши тренировки мне было невыносимо скучно с ним. С первого взгляда этот парень показался мне занудой и тихоней. Но мало-помалу он начинал показывать себя настоящего. И тогда я поняла, что мы подружимся с Николя. Вот с тех самых пор главным образом занимаюсь тем, что посредством своего странного юмора распаковываю тысячу слоев защиты, возведенной им, вытягивая в этот мир радушного, юморного паренька Колю.
- Ну и?. . Десять из десяти? – кричит он, пока я рассматриваю изрешеченную панель.
- Один чуть выше прошел, – вздохнув от досады, возвращаюсь обратно. — Ну что, занятие окончено. Следующая встреча через две недели, - собрав со стойки оружие и патроны, принимаюсь укладывать все в несгораемый шкаф, расположенный у правой стены помещения тира.
- Мне будет тебя не хватать, ты же знаешь? - произносит он, но я не оборачиваюсь. Не знаю, что ответить ему. Честно говоря, я о нем и вспоминать, скорее всего, не буду. Ведь уже завтра на целых две недели я улетаю в Майями, к НЕМУ.
- Ты смотрел позавчера бой? - закрыв шкаф, наконец-то поворачиваюсь к парню. Мне кажется, или я вижу отблески грусти в его глазах?
- Конечно, смотрел. Аня, ты же мне все уши о нем прожужжала! Я просто не мог пропустить такого события, - нервно усмехнувшись, он укладывает в чехол свой Бенелли.
- И как тебе?
- Скучно, – его наглое заявление заставляет кровь вскипеть.
- Скучно? Ты в своем уме, человек? Да я едва ли чувств не лишилась, когда Тема удар пропустил. Боже, для меня это были самые переживательные минуты в моей жизни, – но вспомнив тот ужасный случай с самолетом, поправляю. - Нет, не самые ужасные. Но одни из…
Коля улыбается. Смотрит на меня как-то странно. Хочется почему-то прикрыться под его взглядом.
- Никогда ещё не видел такого… - произносит, задумчиво улыбаясь.
- И не увидишь! Тема - лучший в своем деле! Нокаут в первом же раунде! Мой мужчина настоящий король. И теперь мир вспомнит о нем, – понимаю, что мои слова звучат слишком пафосно. Но они от всего сердца. Я так чувствую и убеждена в этом. Артем наконец-то вернулся в свою среду. Он занимается делом, которое ему по душе, в котором он лучший.
- Я не об этом, - вздыхает Коля, выходя из тира. Выключив в помещении свет, виду вслед за ним.
- А о чем ты? – спрашиваю, смотря на то, как он подкуривает сигарету. Повернувшись ко мне, молча смотрит в глаза.
- В твоих глазах столько обожания, я бы даже сказал, фанатизма, как только речь заходит о нем, - сделав затяжку, выпускает дым.
- Никогда не видел, чтобы кто-то так любил…
- Если хочешь увидеть еще больший фанатизм, загляни в его глаза, когда скажешь обо мне, – улыбка сама собой растягивает губы при мысли о нем. Коля, усмехнувшись, просто кивает.
- А как твоя девушка? Вы помирились? - мне вдруг становится неудобно перед ним за свое счастье. Тем более на прошлой тренировке Коля рассказывал мне о том, что поссорился со своей возлюбленной.
Он молчит. Отвернувшись в сторону, задумчиво смотрит вдаль.
- Скажем так, в наших глазах нет и сотой доли того, то есть в ваших.
- Значит, ты еще не встретил ту, ради которой и жизни будет не жалко… но обязательно встретишь! – дотронувшись до его плеча, сжимаю его. Коля кивает, так и не повернувшись ко мне.
- Привет, молодежь! – раздается откуда-то сбоку папин голос. Оборачиваюсь на звук.
- Привет, пап, - улыбаюсь ему. Приблизившись к нам, отец жмет руку Коле.
- Ну как успехи? – спрашивает отец у парня.
- Ваша дочка - прирожденный инструктор по стрельбе! Всего за два месяца сделала из меня снайпера, - усмехнувшись, одаривает меня заговорщицким взглядом.
- Я совсем не удивлен, – притянув меня к себе, папа целует меня в волосы. - Моя дочь - настоящее сокровище.
- Ну ладно вам, засмущали, - нервно усмехнувшись, чувствую, как щеки начинают пылать.
Коля прощается с нами. Мы договариваемся быть на связи, и, когда я вернусь в Россию, сразу же возобновить наши тренировки. Как только парень уходит, папино хорошее настроение рассеивается будто дым.
- Анют, мне с тобой поговорить надо, - папин голос суров.
- Пап, не начинай, пожалуйста. Завтра утром у меня самолет. Я решения не изменю, – от папиной фразы у меня внутри все закипает. Я очень устала бороться со всеми вокруг. С папой, с Ваней. Всем кажется, что они знают больше о том, что мне нужно, чем я сама. Несмотря на видимое перемирие с отцом, он не упускает ни единой возможности сказать мне о том, насколько плох Артем. И что он не пара мне.
- Аня, я ведь переживаю. Майями – это так далеко… Как ты там одна будешь? А вдруг что-то случится? Я не смогу помочь, - папа хмурится, выглядя при этом очень несчастным. И мне на какое-то мгновение становится немного стыдно за свое счастье. За то, что оно заставляет грустить моих близких. Но и отказываться от любви я не стану. Просто не смогу.
- Папуль, я буду с Артемом. Разве он даст меня кому-то в обиду? О чем ты говоришь? Тем более я еду всего на две недели, - пытаюсь сохранять спокойствие. Успокаиваю отца. И, по всей видимости, мои слова приносят некоторое облегчение.
- А две недели это не слишком долго? - спрашивает он, вынуждая меня улыбнуться. Ей-богу, будто ребенок маленький.
- Это ужасно мало, папа. Я так по нему скучаю…и всего две недели… - вздохнув, беру его под руку, заставляя следовать за мной к парковке.
- Ну и как у него успехи? - спустя несколько минут молчания нехотя произносит отец. Словно не хочет показывать свою заинтересованность.
- Все отлично. Позавчера выиграл первый бой. Через три дня состоится очень серьезный поединок, по результатам которого решится дальнейшая судьба Темы. Либо UFS подпишет с ним контракт, и он выйдет на новый уровень, либо нет.
- Чего он, вообще, поперся в эту Америку? Неужели здесь нельзя было готовиться? – спрашивает удивленно отец.
- Артем поехал в Америку из-за команды. Львы – лучшие в своем роде. В этой организации работают высококвалифицированные специалисты, там целый штаб: диетологи, тренеры, бойцы. Но самое главное не это. Главный Темин тренер – Джек Уайт. Он – гений! Под его руководством Артем возьмет все возможные регалии! Вот увидишь! – последние фразы получаются громкими. Папа смотрит на меня с теплой улыбкой.
- Анют, ты только звони и пиши каждый день, хорошо? – притянув к себе, крепко обнимает.
- Конечно, пап, – уткнувшись ему в грудь, улыбаюсь.
***
Стоя на движущейся ленте эскалатора, я то и дело осматривала зал ожидания аэропорта Майями. Сердце в груди, будто бешеное, выдавало под сто сорок, а внутри все дрожало в предвкушении.
Боже, два месяца прошло. Мы не виделись с ним шестьдесят один день – адова бесконечность. Без его рук, без его запаха. Многочисленные разговоры по телефону и скайпу – все не то. Фикция, жалкий суррогат. Ничего не заменит мне его близости. Даже его «красивая моя», звучащее из динамика телефона, с расстояния в несколько сотен тысяч километров теряло свое очарование. Мне дико не хватало его. Все эти дни настойчиво преследовало чувство неполноценности. Все не то, когда рядом нет его. Даже солнце светило не так ярко. Я пыталась быть независимой, пыталась продолжать жить своей жизнь, вот только жить стало нечем. Будто вместе с ним за океан улетело что-то важное. Что-то, вырванное из груди, отвечающее за способность радоваться, быть счастливой.
А теперь я здесь. Спустя два месяца наконец-то увижу его. Снова стану той, что была прежде, счастливой и цельной. Стану Аней Артема Серебрякова. Его женщиной. Его красивой и смешной.
Спустившись в зал, лихорадочно всматриваюсь в лица людей. Пытаюсь увидеть его. Но Артема нигде нет. Чувствую, как внутри расползается тревожное чувство. Вдруг не пришел? Забыл? Не может быть. Мы всю ночь до отлета проболтали. Несмотря на дикую усталость после изнурительных тренировок, он сам отказывался класть трубку, все не мог наговориться. А сейчас не пришел? Может, что-то случилось?
Крепко сжимая ручку чемодана, тянусь свободной рукой к сумке за телефоном.
- Помнится, я просил не носить эти шорты, - раздается вдруг над ухом его хриплый шепот, заставляющий сердце пропустить удар, а потом с бешеной силой гнать кровь по венам. Пришел. Чувствую спиной его близость. С ума схожу от счастья. Губы сами собой растягиваются в улыбке, когда память возвращает меня в прошлое, когда Тема предпринимал первые шаги к завоеванию меня. В день, когда он перекрыл мне выезд со стоянки на полигоне отца, а потом вывел из себя. В то время я и подумать не могла, что однажды стану зависимой от этого мужчины, что полюблю его и буду с ним вместе.
- Помнится, ты говорил, что бы я их не носила без тебя, – заявляю довольно, обернувшись, смотрю в его черные глаза, в уголках которых залегли морщинки. — Но ты ведь здесь, со мной.
Я хочу выглядеть независимой, гордой, пытаясь удержаться от того, чтобы первой не кинуться на него, до хруста пластмассы сжимаю ручку чемодана.
- Ты всегда была непослушной, - отвечает также тихо, не сводя с меня жадного взгляда.
- Не люблю запреты, сразу хочется их нарушать, - пожимаю плечами. Вздрогнув, уголок его губ слегка приподымается. Не в улыбке - в самодовольной ухмылке, от которой меня охватывает дикий восторг. Ну вот и все. Конец нашей непродолжительной игре в независимость и беспристрастность. Секунда - и я в его руках, прижата к твердой, будто камень, груди, впиваюсь в его губы жадным поцелуем. Голова кругом идет от его близости. Так много сразу после столь долгой разлуки. Я будто все это время была под толщей воды. Задыхалась, пытаясь выбраться на поверхность. А сейчас, спасенная им, наконец-то могу вдохнуть полной грудью столь необходимый мне кислород, жадно поглощаю его.
Не знаю, сколько мы целовались, стоя посреди зала ожидания. Мимо нас шли люди, кто-то рассматривал нас с любопытством, кто-то укоризненно качал головой, но нам не было дела ни до кого из них. Мы прижимались друг другу так крепко, будто в любой момент нас могли разлучить. Наши губы терзали друг друга до онемения. Только когда обоим стало не хватать воздуха, мы разорвали поцелуй.
- Поехали домой? – спрашиваю его, когда ко мне возвращается способность мыслить. Ласково улыбаясь, Артем всматривается в мои глаза, что-то ища в них, а когда находит, нежная улыбка кривит его губы. Убрав выбившуюся прядь с моего лица, заправляет ее за ухо.
- Я так сильно хочу тебя, – шепчет, приблизившись к самому уху. А меня кроет. От этих слов, от его хриплого шепота, от запаха. Хочется наброситься на него прямо здесь, посреди зала аэропорта. Растерзать, зацеловать, каждой клеточкой его насладиться. Тема знает, как действуют его слова на меня. Довольно ухмыльнувшись, ни слова не говоря, забирает мой чемодан и, крепко взяв за руку, уводит к припаркованной машине.
Он за рулем. Я сижу рядом на пассажирском. Из динамиков звучит американский рок, а я ни на секунду не отвожу жадного взгляда от его профиля. Уверенно управляя кроссовером одной рукой, то и дело посматривает на меня, улыбается. Выглядит спокойно, но я вижу в глубине его глаз тот же голод, что съедает меня. Его крепкая ладонь на моем бедре. Его ловкие пальцы пробираются все дальше и дальше под мои шорты. Внутри пожар разгорается от его ласк. Низ живота пульсирует, каждая частичка меня наэлектризована, заряжена. Еще несколько его ласкающих движений - и будет взрыв. Накрываю ладонью его кисть, не давая проникнуть глубже. В ответ на мой протест он одаривает меня проницательным взглядом. Все понимает. Демон-искуситель. Кривая ухмылка служит доказательством того, что каким-то образом этот мужчина способен читать мои мысли.
- Я забронировал пару вип-мест на завтрашний бой, - произносит он вдруг, убирая ладонь. Наконец-то могу собраться с мыслями. Отвернувшись к окну, замечаю, что мы едем по берегу океана. Завороженная красотой пейзажа, не сразу слышу его.
- Красивая моя, ты не возражаешь? - вырывает из раздумий его хрипловатый смех. Обернувшись, смотрю на него растерянно.
- Прости, отвлеклась, – указываю пальцем в сторону синего безбрежья. Кивнув в ответ, кривит губы в улыбке.
- Успеешь насмотреться. У нас из окна прекрасный вид, – не без гордости в голосе.
- У тебя и пляж прекрасный, - заявляю, вспоминая фото дома, которые мне присылал Тема.
- Почему у тебя? У нас, - поправляет, нахмурившись.
- Тем, я погостить. Не забывай об этом.
- Ничего не знаю, – в его голосе слышится сталь. - Я не собираюсь отпускать тебя обратно. За два месяца чуть не подох.
Несмотря на его категоричные слова, я вижу, что здесь Тема счастлив. С первого взгляда заметила перемены в нем. В России, сохраняя видимое спокойствие, он был постоянно заведен, будто в шаге от нервного срыва. А здесь он выглядит таким цельным, уверенным в себе.
- Тема, я здесь целых две недели буду, - мои попытки убедить его звучат жалко, я понимаю, что моего мужчину они не успокоят, не убедят. Но пока не вижу другого выхода.
- Да и вообще, когда тебе скучать? Как ни позвонишь, у тебя то тренировка, то взвешивание, то пробежка…
Натыкаюсь на его негодующий взгляд.
- Это не мешает мне думать каждую минуту о тебе. Да и не могу я чувствовать себя спокойно, пока ты так далеко, - он будто ребенок маленький - столько обиды в голосе. А мне удивительно и немного смешно. Не больше двух недель назад едва ли ногти себе от волнения и страха за него не сгрызла, наблюдая за тем, как он в клети выбивает дух из противника. Кто бы мог подумать, что тот брутальный и несокрушимый боец едет сейчас за рулем машины и дует губы, словно обиженный ребенок.
- Тем, я тоже каждую минуту о тебе думаю, дико скучаю, – поглаживаю его ладонь. - Но там ведь мои родные, там моя работа… как я могу взять - и все бросить?
Окинув меня задумчивым взглядом, Тема отворачивается к дороге.
- Поговорим об этом позже. У меня есть одна новость. Думаю, она поможет тебе собраться с мыслями, - хитро улыбаясь, произносит он.
Пожимаю плечами, отвернувшись, смотрю на проносящиеся мимо пейзажи. Не хочу пока что затрагивать эту тему, поэтому не расспрашиваю его о припасенной для меня новости.
- Парни рады твоему приезду, - сжимая мою ладонь, произносит он.
- Неужели? А мне кажется, ты всех измучил, – улыбаюсь, вспоминая, как он постоянно вовлекал ребят в наши с ним разговоры. Несколько раз давал трубку своему тренеру Джеку Уайту, требуя, чтобы он пожелал мне удачного дня и рассказал, как вчера на тренировке Тема вырубил ещё одного спарринг партнера.
- Они классные ребята, вот увидишь, - сообщает довольно, бросая на меня смеющий взгляд.
Мы едем около получаса. В динамиках все также играет американская музыка, а я не выпуская его ладони из рук, наслаждаюсь этими прикосновениями. Провожу кончиками пальцев по огрубевшим костяшкам, думая о том, сколько боли нужно вытерпеть еще моему мужчине, для того чтобы достичь желаемой цели, что бы взобраться на вершину Олимпа.
- О чем думаешь? - спрашивает Тема, останавливаясь на перекрестке.
- Музыка у тебя плохая, - нахмурившись, роюсь в сумочке. Достав телефон и шнур, подключаю его в разъем. Выбрав нужный трек, включаю его.
- Вот под нее мне особенно тебя не хватало, – прибавив громкости, откидываюсь на спинку сиденья. Темина рука снова на моем бедре. Пробирается все выше и выше по мере звучания трека. Смотрю на него, затаив дыхание в предвкушении нашей близости. Мне интересна его реакция… Разделит ли он мое безумие? Поймет ли то, что я чувствую, слушая эту песню?
Нежные касания
Остановят пульс мой до утра.
Тихое дыхание,
Нежные ноты твоего голоса.
Тема сосредоточен. Следит за дорогой, но я замечаю, как его взгляд становится задумчивым. Его ладонь ласкает меня, нежно касаясь плоти. Подаюсь тихонечко бедрами навстречу его пальцам, чувствуя, как от этих движений по телу проносится ток. Он не дает мне передышки, не отпускает в покое ни на секунду, а слова солиста проникают в душу, разжигая внутри огонь.
С нами лишь танго, говорим танцем,
Молча рисовали мы линию наших тел.
Остановились мысли, ускорились песни,
Тихо делили мы миг этот на двоих.
Движения в огне, утопаешь во мне,
Мы не заметили дни тлеющих недель.
С места на место, медленно, резко,
Все, что так долго искал, я нашел в тебе.
Желание буквально накрывает с головой. Не вижу его лица, но чертовски хотела бы сейчас увидеть, посмотреть в его глаза, прочитать в них то же самое, что сейчас разъедает меня. Накрываю его ладонь своей рукой, желая, чтобы он оказался внутри немедленно. Если не его возбужденная плоть, то хотя бы пальцы. Я должна его ощутить. Я дико голодна. А потом происходит неожиданное. Тема резко бьет по тормозам, останавливая машину. Вырвав свою ладонь, резко покидает салон, оставляя меня, растерянную, глотать ртом воздух. В салоне повисает тишина, в которой мне невероятно душно. Спустя несколько мгновений дверь с моей стороны открывается. Его сильная рука резким движением вытягивает меня наружу. Не успеваю опомниться – его губы на моих, а руки крепко прижимают к себе. Придерживая за затылок, он врывается в мой рот жадным поцелуем. Почувствовал, разделил. Так же, как и я, оголодал. От ощущения его жадных губ, голова идет кругом. От кончиков пальцев по телу разливается эйфория, концентрируясь внизу живота. С каждой секундой наше дыхание учащается, становится рваным. Мы жадно пьем друг друга, стараясь насытиться. Тема ведет меня куда-то вперед. Вернее пытается. Но сделав пару шагов, мы едва ли не падаем. Отстранившись, он берет меня за руку и быстрым шагом направляется к лестнице, ведущей ко входной двери двухэтажного дома. Посмотрев на фасад здания, понимаю, что это дом Артема. Пока любимый, укрощая дрожь в руках, пытается открыть замок, я не перестаю прикасаться к нему. Не знаю, что со мной, но это будто жизненная необходимость – чувствовать его. Прохожусь пальцами по бугрящимся мышцам спины, по мощным бицепсам. А потом вдруг он оборачивается. Притянув к себе, затаскивает в распахнутую дверь. Секунда – и я прижата к твердой поверхности стены, а его губы снова на моих. В низ живота упирается твердость его плоти - и это сводит с ума. Сейчас, буквально через несколько минут, мы будем вместе. Быстрей бы… Я так охвачена желанием, что не сразу замечаю посторонние звуки на заднем фоне. Мужские голоса. Они что-то кричат по–английски, пока Тема, подхватив меня на руки, несет вверх по лестнице, ни на секунду не отпуская моих губ.
- Hеу, brо! Whаt а hоt сhiсk! Arе wе gоing tо wаtсh frее роrn? (Хэй, брат. Какая горячая штучка. Нас ждет бесплатное порно?) - кричит один из них. Если бы я хоть немного могла соображать, то уловила бы насмешку.
- Artеm, уоu’rе fighting in 2 dауs! Nо sех! (Артем, у тебя бой через два дня! Никакого секса!) – подхватывает второй мужчина. Его голос звучит более строго.
- Artеm, run, I’ll stор thеm! (Артем, беги, я их задержу!) - это третий? Или мне кажется?
- Mаkе it bеаutiful, (Сделай все красиво) - а вот этот очень знакомый мне тембр.
Кто эти люди? Скорее всего, ребята из спортивного клуба. Возможно, здесь присутствует и сам тренер. Но мне сейчас плевать на все и вся. Единственное, что волнует – его губы на моих, его запах, его тело. Спустя шестьдесят один день я наконец-то дорвалась до него. До своего наркотика, до своего личного безумия. И ничто не может меня остановить.
***
Он заносит меня в комнату, поставив на ноги, подталкивает к кровати. Как только его руки отпускают меня, разум немного проясняется.
- Тема, там внизу гости, может, не сейчас? – предпринимаю слабую попытку притормозить, хотя сама уже задыхаюсь от желания. Да и он выглядит так, будто в любой момент сорвется. В глубинах глаз темнота, все тело напряжено. Замирает. Окидывает жадным взглядом, впитывая каждую частичку меня. Несмотря на то что в комнате темно, он видит меня – каждую морщинку, каждую родинку. Я знаю это, я чувствую.
- Ложись, - командует хриплым голосом. Стянув с себя футболку, подается ко мне. Нависает, опираясь на вытянутых руках о поверхность матраца. Смотрю в его глаза – черные, будто сама ночь. Тянусь рукой, провожу пальцем по очертаниям любимых губ. Родной сердцу шрам, пересекающий верхнюю губу, приятно ощущается пальцами. Артем не трогает меня, не касается, а я уже на краю. Дыхание рваное, частое. Слышу, как бьется мое сердце. Чувствую его везде – в ушах, под кожей, каждой клеткой. Оно рвется из груди. К нему. К единственному.
Тема наклоняется, невесомо касается моих губ. Поцелуй. Еще и еще. Я тянусь за ним, крепко вцепившись в его плечи, когда он снова отстраняется, так и не углубив его. Хочу его больше. Хочу чувствовать его страсть. Но он совершенно не спешит. Будто дразнит меня. Действует как никогда нежно, медлительно. Его губы невесомо порхают по коже, спускаясь по скулам, по шее к груди, в то время как руки крепко удерживают мои над головой. Он не дает мне перехватить инициативу. Он правит балом. И мне остается только расслабиться и наслаждаться тем, что он мне дает. Чувственный пожар, горящий в моей груди, полыхает так ярко и сильно, что мне нестерпимо жарко. Артем срывает с меня футболку, но даже прохладный воздух, которым обдает оголенную кожу, нисколько не гасит пламени.
Потянувшись к ремню, он расстегивает молнию джинсов. Приподымаю бедра, помогая ему избавить меня от остатков одежды. Я лежу под ним на покрывале. Распростёртая, готовая, изнывающая от желания. Тянусь к его ширинке, но не успеваю заметить, как оказываюсь лежащей вниз лицом. Жаркие поцелуи осыпают мою спину. Выгибаюсь кошкой, когда он ласкает между лопаток, спускаясь вниз. Дыхание перехватывает от ощущения его языка и рук. Он спускается ниже к крестцовой кости, а я, поняв, что он задумал, громко выдыхаю.
- Тем, нет. Я хочу скорей, пожалуйста, – пытаюсь отстраниться и перевернуться, переживая в глубине души, что я только с дороги, после самолета, не успела принять душ. Но в ответ лишь рычание и сильные пальцы поднимают меня под бедра, заставляя выгнуть спину. Разгоряченную плоть обдает прохладным воздухом. Артем дует на меня, посылая мурашки по коже. А потом я чувствую касание его горячего языка. Яркие вспышки перед глазами, и руки рефлекторно сжимают покрывало подо мной, когда вслед за его языком в меня вторгаются сильные пальцы. Он действует нежно, не спеша, но в то же время Артем ни на сантиметр не дает отстраниться. Его язык кружит над моим клитором, в то время как пальцы находят самые чувствительные точки во мне, буквально в два счета доводя до края. А потом я расслабляюсь. Не думаю, не переживаю. Просто отдаюсь его умелым ласкам. Стираются все комплексы и страхи, есть только он и я. Его короткая щетина маленькими иголками царапает нежную кожу, доставляя этим особый кайф. Он во мне, он со мной. Уже спустя несколько минут я приближаюсь к краю. Я сжимаю одеяло, будто боюсь, что меня унесет волнами наслаждения безвозвратно. Перед глазами - вспышки фейерверков, а внутри - взрыв. Его пальцы творят что-то невообразимое. Наслаждение, которое он дарит мне, лишает меня способности мыслить, понимать, где я нахожусь. Мне невыносимо хорошо. Настолько, что становится больно. В какой-то момент я хочу, что бы все прекратилось. Чтобы он перестал мучить мое тело ласками, что бы оставил задыхаться от желания. Чтобы перестал затягивать эту пружину. Но он и не собирается сдаваться. Чувствуя мой предел, еще иступленнее, ещё изощреннее истязает ласками. А потом я взрываюсь. Ураган наслаждения омывает каждую мышцу. Напряжение настолько высокое, кажется, что я не выживу. Не вынесу этого. Вдруг наступает онемение. Я перестаю чувствовать что-либо, будто и не в этой вселенной нахожусь. В ушах – гулкий шум, глаза не видят ничего. Я в нирване, настолько далеко отсюда, что не способна чувствовать сейчас, как он отпускает мое тело, переворачивает меня на спину. Не вижу его одержимого взгляда, которым он смотрит на меня, пока освобождается от остатков одежды. Не вижу, как надевает защиту. Прихожу в себя, только когда его губы берут в плен мой сосок, а пальцы принимаются терзать мою изнуренную оргазмом плоть. Кажется, будто я выжжена, высушена без остатка, но нежные поцелуи Темы будто разряды тока возвращают меня к жизни. Чувствую, как мало-помалу тело оживает, а низ живота наливается тяжестью. Запутываю руки в его волосах, тяну его на себя. Хочу сделать ему хорошо, отблагодарить, но Артем не поддается. Словно ни в чем не бывало продолжает осыпать мое тело поцелуями. Я снова задыхаюсь. Снова хочу его. По телу колкие мурашки от прикосновений. Каждое из них заставляет дрожать, подаваться навстречу. Раздвинув пошире мои ноги, он устраивается между ними. Не прекращая целовать, подхватывает меня за затылок, подымая, усаживая на себя. Голова кругом, в теле дикая слабость. Но, вцепившись в его плечи, я держусь. Его плоть растягивает меня до предела. Он ощущается во мне так, будто я создана для того, чтобы умещать его в себе – огромного, крепкого. Подхватив меня, двигает мои бедра, задавая нужный ему ритм. Его губы на моих сосках, кусают, терзают. Крепко прижимаю к себе, обхватив его голову. Не дышу, вся отдавшись страсти. Тишину комнаты нарушают наше рваное дыхание и его рычание. Чувствую, как он подходит к краю. Но почему-то вдруг замедляет ритм.
- Ну давай, красивая моя, я уже на пределе… – хриплым голосом, опустив меня на спину. Продолжает терзать мои губы поцелуем, двигаясь во мне невыносимо медленно, выискивая самые потайные и чувственные точки. Я уже близко. Вот-вот - и сорвусь раньше его. А когда пальцы Артема накрывают клитор, я срываюсь. Снова это безумие. Будто что-то внутри взрывается, сметая все на пути, унося мой разум за пределы орбиты. Только теперь он со мной. На одной волне, в одном измерении. Не слышу ничего, словно не тела наши ощущаются, а фантомы. Мы взрываемся мириадами звезд, рассыпаясь на мелкие горящие частицы. Я могу поклясться, в этот момент за окном раздались раскаты грома. Кажется, сама природа разделила с нами это безумие.
Обессиленная, изможденная, я опускаюсь на подушки. Он все еще во мне, на мне. Несмотря на усталость в теле, Артем продолжает ласкать меня. Накрывает мои губы, целует, пока они не начинают неметь от усталости. Кажется, будто он все никак не может напиться мной, насытиться. Будто хочет пропитаться мной до последней клеточки. А потом, отстранившись, смотрит мне в глаза.
- Есть два момента, которыми я живу, - шепчет вдруг он, улыбаясь. Смахнув с лица влажные пряди волос, проводит пальцами по очертаниям. – Я называю их моментами абсолютного счастья. Видеть, как противник падает от моего удара без сознания. И видеть, как ты кончаешь.
- Артем, ты как всегда! - хлопаю его по плечу, прыснув со смеху. Он смеется вместе со мной, но в глубинах его глаз я вижу нечто большее. Он не шутит сейчас, он говорит серьезно. И та глубина чувств, что я читаю в его взгляде, посылает дрожь по телу.
- Выходи за меня, - произносит он вдруг, а я замираю, не веря собственным ушам.
- Что?
Артем молчит. Только нежная улыбка растягивает его губы. Запутав пальцы в моих волосах, нежно поглаживает пряди.
- Я хочу, чтобы ты стала моей женой, – шепчет, взяв в плен своих глаз.
- Хочу, чтобы везде была со мной. На боях, на тренировках, как сегодня, ехала бы рядом со мной на пассажирском, а я держал бы тебя одной рукой и понимал, насколько я счастливый сукин сын, – смеется, а у меня перед глазами все плывет. Даже вздохнуть боюсь, чтобы не испортить момент слезами.
- Хочу, чтобы ты стала хозяйкой в моем доме, – продолжает Артем. - Хочу, чтобы родила мне кучу карапузов. Таких маленьких, громких гномиков, - он хмурится. Артему сложно говорить о таких вещах. Куда проще скрываться за маской безразличия. И сейчас, раскрыв передо мной свою душу, он чувствует себя неуверенно.
- Хочу спешить домой, зная, что вы меня ждете, - его голос становится тихим, он почти шепчет. - Хочу драться, зная, что у меня есть то, ради чего я должен стремиться быть первым. Я хочу, чтобы ты стала моим тылом. Надёжным и крепким. Таким же, как твоя мама была для твоего отца. Хочу, не боясь, не волнуясь ни о чем, уходить каждый раз на тренировки, выходить на ринг… драться, сражаться до последней капли крови, только бы знать, что ты есть у меня.
- Тема, но я и так есть у тебя, – дрожащим голосом, сквозь слезы. Он улыбается. Нежно так, что в груди больно становится.
- Красивая моя, это не ответ совсем, - усмехнувшись, стирает подушечкой пальца влагу с моих глаз. Молчу. Смотрю на него, впитывая каждую черточку, отражение каждой эмоции, стараясь запечатлеть в памяти этот прекрасный момент. Момент моего абсолютного счастья. Когда он смотрит на меня с такой любовью. Когда он выглядит таким цельным, таким спокойным. Смотрю и понимаю, что поступила правильно, отпустив его в Америку, поддержав в желании вернуться на ринг. Ни долгая разлука, ни трудности вдали от него не поменяют моего решения. Удивительные вещи происходят. Получается, отказавшись от Артема ради него самого, я сделала нас еще ближе друг к другу. Помогла ему определиться в своих целях и желаниях.
- Конечно, я согласна, - улыбнувшись, тянусь к его губам. Целую так, чтобы Тема ни секунды не сомневался в моем ответе.