ГЛАВА 7
Я ни слова не проронила с тех пор как эта странная, агрессивная женщина оставила нас. Тема пытался затеять со мной разговор, но я не была к нему готова. Улыбнувшись, попросила его поскорей одеться. Поспешить, и правда, стоило. Через час у него должна состояться пресс-конференция перед боем, на которую аккредитовано порядка тридцати разных телекомпаний и около пятисот корреспондентов и зрителей. Меньше всего ему нужны сейчас разборки. А я должна была осмыслить ситуацию. Возможно, вытянуть на разговор Назара для того, чтобы понять, кто эта женщина и почему она так странно себя ведет.
Пока Артем приводил себя в порядок, быстренько переодевшись в простой летний сарафан, я спустилась вниз. В гостиной, на большом кожаном диване, сидел Назар с Джеком, а в кресле напротив них с видом королевы восседала Миша. Заметив мое присутствие, дамочка, ограничившись очередным высокомерным взглядом, возвращает внимание к Назару.
- Это и есть та, в которую без памяти влюблен Артем? – спрашивает Назара на английском. Ух ты, а вот и разрешение всех вопросов. Кажется, я очень вовремя здесь появилась.
Обернувшись, Наз замечает меня. Улыбается, подмигнув.
- Эй, мне кажется, или пахнет женскими боями? - смеется он, обращаясь к ней.
- Какие бои? О чем ты? – удивляется Миша. - Прости, Назар, но у нас с ней разные категории… - и снова косится в мою сторону. А у меня начинает сводить зубы от столь неприкрытого хамства.
- Эй, Лис. Что говорит эта женщина? - приблизившись к Назару, складываю на груди руки, прожигая мадам гневным взглядом.
- Она желает тебе хорошего дня, - глядя мне в глаза нагло лжет Назар. Ну и сволочь он двуличная. Как быстро на ее сторону переметнулся. Или он был за нее с самого начала? Внезапно вспоминаю его слова, сказанные мне в первую ночь, когда Артем вдруг сорвался к ней на встречу. «Не ревнуешь?» Кто бы мог подумать, что тиран-менеджер с мужским именем Миша окажется столь странной особой женского пола.
- Передай, чтобы не отвлекала сегодня Тему, - вырывает меня из раздумий голос Миши. - Это в его интересах. И вообще, пусть расслабиться, а то выглядит так, будто ее вот-вот стошнит.
Назар поворачивается ко мне. На губах мужчины расцветает улыбка.
- Она благодарит тебя. Говорит, ты ей нравишься, – хитро прищурившись, заявляет мне. Смотрю на него и чувствую, как по клеточке, по сантиметру мной овладевает бешенство.
- Расслабься… - цежу сквозь зубы себе под нос, не спуская с нее взгляда. – Да катись в преисподнюю!
- Что? - раздается удивленный голос Назара. Посмотрев на него, невинно улыбаюсь.
- Я говорю, пить очень хочется, – развернувшись, уверенным шагом направляюсь в сторону кухни. Открыв холодильник, изучаю его содержимое. Заметив на дверце коробку с вишневым соком, хватаю ее.
Вытянув из шкафа два бокала, наполняю их напитком. Игнорируя гулкую вибрацию в теле от заполонившей меня злости, растягиваю губы в неестественно широкой улыбке. Приблизившись к дамочке, дожидаюсь, когда особа удостоит меня своим вниманием.
- Выпей, а то что-то жарко здесь, – улыбаясь в ответ на ее удивленно-высокомерный взгляд, протягиваю дамочке стакан.
- Только не подавись! - добавляю уже более тихо. Она тянет ко мне руку, но не успевает ухватиться за бокал. Разжимаю пальцы и завороженно смотрю на то, как он падает на ее колени, заливая ярко-бордовой жидкостью кипельно-белые жакет и юбку.
А в следующее мгновение блондинистая фурия вскакивает с кресла с перекошенным от гнева лицом, извергая ругательства во всю глотку. Ну вот, а меня учила спокойствию.
- Что происходит? – раздается за спиной грозный голос Артема, заставляющий меня замереть. Не знаю, что именно я сейчас жду от него. Чтобы он выгнал ее из дома, накричав? Чтобы дал понять, что я его девушка и я - номер один? Но так сделать он должен был еще там, когда мадам ворвалась к нам в ванную. А теперь совершенно не вижу в этом смысла, ибо я уже дико зла.
- Ты что наделала?! – продолжает голосить фурия. - У нас пресс-конференция через час, а она мне весь костюм залила соком! – повернувшись к Теме, жалуется, яростно тыча в меня пальцем.
- Аня? – переводит Серебряков на меня вопросительный взгляд.
- Артем? – складываю на груди руки, настроенная крайне воинственно. Пусть только попробует заступиться за нее. Вернув внимание Мише, Артем хмурится.
- Миша, уверен, это произошло случайно, - произносит с угрозой в голосе. Но мадам не обращает никакого внимания на его слова. Промокнув пятно предложенными ей Назаром салфетками, отдает ему команду.
- Назар, принеси из моей машины костюм. Вот ключи, - порывшись в сумке, отдает их Лису.
- Ты возишь с собой одежду? - раздается насмешливое. Могу поклясться, Назар получает дикое удовольствие от всей это заварушки.
- Да, вожу. Привыкла подстраховываться. И, как видишь, не зря, – бросает на меня злой взгляд. Устав от этого дурдома, удаляюсь на кухню. Пусть поскорей уезжают, хочу остаться одна и все спокойно обдумать.
Приблизившись к окну, устало опираюсь лбом о прохладную поверхность стекла. Со стороны гостиной раздаются разгоряченные мужские голоса. Артем снова о чем-то спорит с тренером.
Мысли в голове вязкие. Единственное желание, которое я испытываю сейчас – закрыться в комнате и выплакаться вволю. Подумать только, пару месяцев его не было, и уже какая-то особа крутится вокруг. Она ведет себя так, будто права на него имеет. Будто они любовники. Даже если и в прошлом…
Мне жутко обидно, чувствую себя одураченной, обманутой. Слезы подступают к глазам, а по горлу поднимается желчь.
- Красивая моя, мне убегать нужно, - раздается за спиной его хрипотца, а руки накрывают мою талию, заставляя вздрогнуть тело. Сморгнув пелену, пытаюсь взять себя в руки. Не хочу показывать ему своего состояния. Через несколько часов состоится бой, и до него мы больше не увидимся. Артем должен оставаться спокойным, собранным для поединка.
Повернув к себе, обхватив ладонями мое лицо, Артем всматривается в мои глаза. Он все видит, все понимает - в его черных омутах появляется тревога.
- Все в порядке? Что случилось?
- Ничего, все нормально, - мой голос неестественно высок. Артем чувствует перемены во мне, его не обманешь.
- Аня, ты из-за Миши? - хмурится. Я пытаюсь вырваться из его рук, но он не отпускает.
- Нет, совсем не из-за нее, просто… - выдавливаю улыбку, но получается что-то жалкое. Он молчит. Не отпускает моих глаз, словно пытается в голову проникнуть и каждую мысль уловить и проанализировать.
- Ты все поняла, да? – шепотом. - Ты знаешь английский и поняла ее слова. Про то, что она видела меня… - он не успевает договорить, я перебиваю. Не хочу снова это слышать - сорвусь. Устрою скандал и испорчу все на свете.
- Артем, все это совсем не важно. У тебя бой, – вырвавшись наконец-то из его хватки, отхожу к окну.
- Артем, нам пора! – раздается громкий мужской голос со стороны гостиной. Но Артем не обращает никакого внимания на него.
- Это самое важное, что может быть, Аня, - схватив меня за плечи, снова заставляет посмотреть на него. – У нас не было ничего, слышишь?! Вернее было пару раз, но это еще до моего ухода из спорта. Нас связывают чисто деловые отношения, - он всматривается в мои глаза поочередно: то в один, то в другой. Словно пытается убедиться, что я верю ему.
- Конечно, Артем, – киваю, кривя губы в улыбке. Держусь из последних сил, а внутри уже все кипит от злости и обиды.
Несколько секунд молча смотрит в глаза, а потом вдруг притягивает к себе для поцелуя. Его губы накрывают мои, а язык пытается прорваться в глубины моего рта, но я не могу. Как ни пытаюсь заставить себя ответить на его ласку, внутри все бунтует. Не могу его видеть, не хочу. У меня к нему много вопросов, но сейчас я не имею права задавать ни один из них.
- Сладкая моя, - отстранившись, смотрит в глаза, кривя лицо в гримасе боли. - Ты не веришь мне?! Слышишь, Аня!
Его волнение действует катализатором моих слез. Видя его таким, чувствую свою вину. За то, что не смогла скрыть свои обиды, за то, что заставляю нервничать перед важным боем.
- Артем! – вдруг с нами рядом появляется Джек вместе с Назаром. Лис тянется к плечу Темы, пытаясь сказать ему, что им пора выезжать, но Тема отмахивается, не разрывая со мной зрительного контакта.
Перед глазами все плывет, вижу лишь смутные очертания. Лис снова предпринимает попытку утянуть Артема, но тот ещё яростнее отталкивает друга.
- Артем, мы опоздаем, - рычит тренер.
- Аня, – Серебряков сжимает мои плечи. Артема тянут к выходу, и меня заодно вместе с ним. Вокруг начинает хаос, и от этого я чувствую себя ещё отвратительнее.
- Все в порядке, иди, - смахнув слезы, пытаюсь успокоить его. Чувствую на себе обозленный взгляд Назара, но игнорирую его.
- Тебе просто показалось. Делай то, что должен Артем, я буду рядом, – голос дрожит, а по щекам бегут предательские слезы. Его утягивают к выходу, а я остаюсь стоять посреди комнаты, закрыв ладонями лицо.
***
Назар приехал за мной спустя четыре часа. Все это время я не могла найти себе места. Чувствовала себя как никогда разбитой, разрушенной. В голове крутились мысли одна хуже другой. Но по большей части это была злость на Артема. Какого черта он сделал эту дамочку своим менеджером, а теперь носится с ней как с писаной торбой? Почему выполняет каждую ее команду, и, в конце концов, почему он вообще позволяет ей вести себя подобным образом?
Боже, я ничего не могла с собой поделать. Меня раздирало на части от злости на него. Я не хотела его видеть, но в то же время, я не могла пропустить бой – очень переживала.
Вернувшись за мной в дом, Назар был немногословен. Скомандовав собираться и проходить в машину, тут же вышел во двор. Вид у него был далеко не радостный. По всей видимости, досталось всем от Артема.
Облачившись в простые джинсы и футболку, затянув на макушке хвост, я спустилась вниз. Как только уселась в салон, Назар тут же рванул с места.
Больше половины пути мы ехали в полном молчании. Лис сосредоточенно смотрел вперед, а я вертела головой по сторонам, рассматривая проносящиеся мимо пейзажи.
- Как там обстановка? - спрашиваю, не выдержав молчания. Назар, бросив в мою сторону мимолетный взгляд, хмурится.
- А сама как думаешь? - потирая подбородок, отвечает с раздражением. И это так злит меня. Просто прекрасно! Теперь я ещё и виновата.
- Я думаю, что вы все здесь держите меня за идиотку, Назар, - мой голос резок, но я ничего не могу поделать с собой, обида острой иглой впивается в сердце, принося невыносимую боль. Лис молчит.
- Ты прекрасно обо всем знал с самого начала! Вместо того чтобы предупредить, отпускал шуточки. Теперь не стоит рассчитывать на то, что я буду тихой, доброжелательной и благодарной по отношению к вам, - скрестив на груди руки, отворачиваюсь от него.
- Это все лирика, Аня, – раздается его голос через несколько минут молчания. - Не мое дело - объяснять тебе, кто такая Миша, разве это не Артем должен был сделать, а?
Назар прав, и это дико бесит меня. Но я ни за что не признаюсь ему в этом.
- С ним я поговорю. Но сейчас мы не о нем, – бросаю в сторону мужчины испепеляющий взгляд.
- Как раз-таки о нем и надо, – нервный смешок слетает его губ. – Итог очень плачевный выходит. Он заведенный, нервный, как долбанный псих в полнолуние. В таком состоянии Артем, не то что чемпиона, очкастого ботаника не одолеет.
- Я не ссорилась с ним. Ничего не высказывала. Так что не стоит сваливать на меня всю вину, Назар, - злюсь от его слов. Я пыталась уйти от ссоры, но кто же виноват, что Артем такой упертый.
- Да плевать мне, кто прав, кто виноват, - рычит Назар. - Сейчас хоть попытайся не делать ему мозг. Просто сиди в зале и болей за своего мужчину. Он должен знать, что ты с ним и за него.
***
Мы приехали практически к началу поединка. Зал был забит до отказа, и чтобы пройти к своим местам, Назару пришлось взять меня за руку и вести, пробиваясь сквозь толпу.
Стоило мне очутиться в атмосфере, насквозь пропитанной опасностью и жаждой крови, тут же сделалось не по себе. Если по пути сюда я только и делала, что думала о своей обиде на Артема и о сучке Мише, то сейчас мне стало по–настоящему страшно. Омерзительное по ощущениям, холодное, липкое чувство пробежало вдоль позвонка, проникая в самое сердце. Я боялась за него. Боялась того, что должно было состояться здесь спустя несколько минут. Все эти люди… боже, они выглядели такими возбужденными! Все здесь собрались ради одного – посмотреть на зрелищное кровопролитие, затеянное двумя сильными мужчинами. Мне вдруг захотелось спрятаться, убежать подальше от этого шума, от беснующейся толпы. Схватить Артема и исчезнуть. Думала ли я, что будет так страшно, так волнительно отправлять его на бой? Я знала, что это непросто, но чтобы до такого мандража… Мое сердце разрывалось от волнения, слезы готовы были вот-вот брызнуть из глаз.
- Садись, – из забытья вырывает требовательный тон Назара. Повернувшись, смотрю на него удивленно. Лис тоже как никогда собран и суров. Переживает. Мне вдруг хочется треснуть его хорошенько, да отчитать: что же он за друг-то такой, раз подталкивал все это время Артема в это пекло? И меня убедил в том, что это будет для него лучшим решением.
В какой-то момент мысли в голове начинают звучать так оглушительно громко, что я думаю вскочить и убежать. Но потом делаю глубокий вдох и, прикрыв глаза, пытаюсь успокоиться. Все в порядке, это ведь Артем – он машина. Он сможет одолеть любого, ему все по плечу. Мой мужчина лучший из лучших, и я не имею права в нем сомневаться.
В клеть выходит рефери с микрофоном, объявляет начало вечера. Публика затихает, чтобы после представления первого бойца, взорваться новыми аплодисментами и криками.
Сначала появляется соперник Темы. Гарри Льюис. Он выходит в клеть под громкие гитарные басы рок-композиции. Что-то англоязычное, я даже слов не могу разобрать, настолько взволнована. Да что там слова?! Я и на мужчину этого стараюсь не смотреть, уже сейчас ненавижу его.
Когда Льюис оказывается внутри клети, ведущий объявляет выход Артема. Сердце замирает, пока я судорожно пытаюсь отыскать глазами в толпе своего героя. С флагом на плечах он проходит вдоль длинного коридора между заполненных трибун. Забравшись в клеть, подняв кверху руки, приветствует народ, который с неистовой силой скандирует его имя. Все ждут победы Артема. Он для них герой, поднявшийся после падения.
- Стоит отдать должное Мише, но раскрутила она Тему как надо, - наклонившись ко мне, кричит Лис. Мне хочется испепелить его взглядом при одном упоминании имени этой женщины. Но я молчу.
- Она подняла фантастическую шумиху вокруг этого боя, а представь сколько соберет народу схватка Темы с Мясниковым.
- Можно подумать, это она все сама сделала, - парирую дифирамбы Назара. – Народ пришел ради Артема, а не на нее посмотреть.
- Ты говоришь такую чушь, – смеется Назар. - Никому он не был бы нужен, явись сюда сам. А благодаря сильной рекламной кампании, разыгранной лучшим в своем деле менеджером, его звезда снова засияла.
Я не хочу его слушать, и спорить не вижу смысла. Вернув взгляд к клети, замечаю в первом ряду белобрысую голову Миши. Рядом с ней Алан. Джек стоит со стороны угла Темы. Тренер очень напряжен.
Схватка начинается. Тема нападает первым. Даже так, издалека, я вижу, насколько он разозлен. А это плохо. Злость мешает думать.
Артем раз за разом наносит удары противнику, но Льюис умело уходит от них. Пока что Льюис присматривается. Отступает, просчитывая Тему. У Артема есть хороший шанс быстро одержать победу над ним. Гарри - очень хитрый и умелый боец, но он слаб в контактной борьбе. Все, что нужно сделать Артему, приблизиться к нему и взять в захват.
- Еще один ошеломляющий удар. Гарри в беде, уже видны травмы, - слышится громкий мужской голос откуда справа. Повернув голову на звук, замечаю человека, сидящего в будке комментатора. Возвращаю взгляд к бою, сжимая от волнения руки на груди.
- Они оба сейчас рискуют, - доносятся сквозь шум отдельные фразы.
- Удар левой был прекрасен, но и прямой тоже ничего, – комментирует мужчина атаку Артема.
Вроде бы все идет по плану. На одно мгновение я даже отпускаю тревогу. Артем атакует, Гарри увертывается, время от времени пытаясь нанести удары Теме, от которых тот с ловкостью уходит. Кажется, бояться нечего, но в какой-то момент все меняется. Словно по щелчку ситуация переворачивается с ног на голову. Льюис вдруг делает неожиданный выпад в сторону Артема, Тема пропускает удар. Кулак противника летит в его голову, а второй - в корпус. Смотрю не дыша на то, как откидывается назад голова Темы от мощного удара.
Мне кажется, даже сердце перестало биться. Я следила за ходом дальнейших раундов, грызя от волнения ногти. Артем был все таким же подвижным, он не сдавался. Все его лицо и грудь были в крови. Она ужасающе быстро смешивалась с потом мужчины. Я видела, что он устал. Теме все больше приходилось защищаться, он не мог пробиться к телу соперника, тот встречал его сильными контратаками.
Вот Льюис снова идет в атаку, а Тема будто совсем пал духом. Пропускает удары… кулаки противника бесконечной вертушкой летят ему в лицо. Он сгибается пополам, пытаясь прикрыть лицо, дать себе хоть пару секунд передышки. Не могу больше этого видеть – меня разрывает от боли и ужаса. Слезы ручьем по щекам. Отвернувшись, прижимаю руки ко рту сотрясаясь в неслышимом плаче. Пытаюсь подняться. Не знаю зачем. Не могу вот так просто сидеть, пока его избивают.
- Сядь, - раздается рычание Назара. Схватив меня за руку, тянет вниз, заставляя рухнуть обратно в кресло. Отмечаю насколько холодные ладони у мужчины, он, как и я, в шоке.
Возвращаю взгляд к клети, перед глазами все плывет. Вижу, как смахнув с глаз льющийся со лба пот, смешанный с кровью, он из последних сил делает рывок в сторону Льюиса. Опрокинув врага, словно змея, обвивается вокруг его шеи. Перекинув ногу, сдавливает трахею Льюиса.
- Давай, дави его! - кричит во все горло Наз, подскочив с места, а толпа начинает гудеть.
Все, Льюису конец. Не спуская глаз с Темы, я отсчитываю вместе со всеми секунды, отделяющие его от победы. Восемь секунд, и Льюис, с красным от напряжения лицом, стучит рукой по татами, сдаваясь.
- Ура! – вскакивает весь зал. Мы все кричим в одну глотку, радуясь победе Артема.
- Новый временный чемпион в среднем весе - Артем Серебряков!! – раздается громкий голос рефери.
В помещении начинает твориться настоящий хаос. Все вдруг срываются с мест и несутся в сторону клети. Я же, до сих пор не пришедшая в себя от ужаса увиденного, стою, прижав к груди ладони, слежу не мигающим взглядом за тем, что происходит в загородке. 30f6fc
Пока Гарри, с поникшими плечами, шатаясь, поднимается с пола, Тема, приняв от тренера протянутый ему флаг, на секунду опускает голову, сжимая пальцами виски. Он устал, изможден. Кажется, будто сам до конца не верит в победу. Вижу, как в клеть забегают ребята из его команды. Каждый из них приблизившись, обнимает Тему. Замечаю Мишу, с сияющей на губах улыбкой прижимающуюся к моему мужчине. При виде вездесущей дамочки зубы скрипят от злости.
- Идем, поздравим чемпиона. Не дуйся, - повернувшись, ухмыляется Назар. Взяв меня за руку, ведет в сторону клети.
Находясь практически у цели, я разрываю наши руки. Попросив у Наза минутку, остаюсь на месте, пытаясь собрать себя воедино. Смахнув слезы, успокаиваю себя. Вижу, что Назар уже возле Артема. В окружении всей команды, Тема выходит из клети, направляясь по коридору к выходу. Миша упорно держится возле него. Вцепившись в его предплечье, что-то говорит.
Внезапно Артем останавливается. Крутит головой, что-то выискивая. Я вижу, что он очень взволнован. Я бы даже сказала - на грани. Его лицо искажено гримасой.
- Где Аня?! Аня! – раздается его крик. Кровь снова застилает его глаза. Смахнув ее рукой, он проходится по толпе взглядом. Сорвавшись с места, пробиваюсь к нему, расталкивая локтями мешающую толпу.
- Я здесь! – кричу, поднимая вверх руку, когда мне дорогу преграждают два высоких мужчины, не дающие прорваться к Артему. Он замечает меня, сорвавшись, несется в мою сторону. Растолкав всех, притягивает к себе.
- Красивая моя, – хрипло, целуя в висок. Его голос натянут будто струна. Сжав мою ладонь, ведет за собой.
Стоит нам приблизиться к ожидающим его ребятам, Миша тут же идет в наступление.
- Артем, нам нужно срочно на интервью, - как всегда приказным тоном, обойдя его с другой от меня стороны.
- Не сейчас, – бросает он, не глядя на нее. Повернувшись, окидывает меня напряженным взглядом. Еще крепче сжав ладонь, тянет за собой так быстро, что мне приходится едва ли не бежать.
- Артем… – что-то снова пытается сказать Миша. Мы выходим в коридор, и теперь ей нет места, идти с нами вровень. Вынужденная немного отстать, она со всех ног бежит за нами. Могу поклясться, я затылком чувствую ее полные ненависти взгляды. Но сейчас мне плевать на нее. Я чувствую, что с Артемом что-то не в порядке. Он будто во временном затишье перед сильной бурей.
Внезапно остановившись, Артем оборачивается к остальным.
- Оставьте нас все, - рычит, отворяя дверь раздевалки. Подтолкнув меня внутрь, захлопывает дверь. Ничего не понимая, остаюсь на месте, удивленно наблюдая за тем, как, закрыв на замок дверь, он приближается ко мне.
Пугаюсь, поймав его взгляд. Понимаю, что внутри Артема творится что-то невообразимое. И буря – это слишком мягкое определение для описания его состояния.
Схватив меня за руку, он тянет за собой к столу у противоположной стены. Подхватив под бедра, бросает на твердую поверхность. Обхватив руками мои скулы, смотрит мне в глаза, прижавшись лбом к моему.
- Больше не делай так, слышишь, - шепчет, рвано дыша. Его губы трогает мелкая дрожь, в то время как глаза поглотило безумие. Он немного пугает меня такой – неразорвавшаяся бомба. Артем на пределе, все еще на адреналине после боя. Испуганный вдох срывается с моих губ, когда он накрывает их своими. Резко притянув руками к себе мои бедра, он кусает меня. Его язык врывается в мой рот подобно варвару. Не спрашивая, совсем не так, как он пытался сделать это с утра. Сейчас Артем не просит, он берет свое, показывает, насколько он нуждается во мне.
Крепко сжимая меня в руках, будто в капкане, он ни на секунду не отпускает моего рта. Вокруг витает запах пота и крови, перед глазами все плывет от его грубых ласк. Я нужна ему сейчас, сию минуту. Вот здесь, в раздевалке, в то время как за хлипкой дверью нас ждет вся команда.
Он делает это не потому, что эгоист и берет что хочет. Ему это нужно. Жизненно необходимо. И я отдаюсь, позволяю его сильным рукам уложить меня на твёрдую поверхность стола, задрать футболку и вцепиться зубами в горошины моих сосков.
Градус напряжения растет с каждым мгновением, с каждым его поцелуем, с каждым укусом. Его трясет. Он отстраняется. Вибрирующими от напряжения руками, все еще перемотанными бинтами, в пятнах крови, он расстегивает молнию моих джинсов, стягивая их с меня. Бросив все на полпути, спускает свои шорты, пока я вожусь с джинсами, отбрасывая их в сторону.
Он стоит напротив. Его мощная грудь покрыта потом и подтеками крови. Его глаза смотрят на меня с голодом, с жадностью. Я нужна ему. Полностью, целиком. Как и он мне. С ним никогда не будет нежности. Артем никогда не станет ручным. Невозможно приручить, укротить львиный характер.
Раздвинув пошире мои ноги, он становится между ними. Взяв в руки возбуждённую плоть, направляет ее, резко входит. Подтолкнув меня, укладывает на стол. Сжимая ладонями полушария моих грудей, начинает яростно вбиваться. Ни грамма нежности – сплошная техника. Я совершенно не готова, но он словно не понимает этого. Отдаюсь в его власть, позволяю делать со мной то, что ему нужно. Хочу, чтобы Артем насытился, хочу, чтобы успокоился, чтобы понимал, та ссора – ерунда. Мы переживем ее, переступим через нее. Он - мое все, я пойду за ним хоть на край света, буду делать все, чтобы он был сильным. Я готова отдать ему всю себя. И он берет. Трахает меня жестко, грубо входя, сжимая пальцами мои плечи, кусая меня. Все происходит очень быстро. Спустя несколько движений он начинает рычать, двигаясь ещё жестче. А потом, уткнувшись лицом между моих грудей, содрогается. Я вижу мурашки, бегущие по его взмокшей от пота коже. Пока его разум все еще пребывает в тумане, обвив ногами мужскую талию, целую его. Запустив ладонь в густоту любимых волос, вдыхаю родной запах. Душу в себе слезы от всего пережитого, хочу подарить ему спокойствие. Несмотря на то что я не была готова к этой близости, что так и не кончила, просто не способна была в данной обстановке… я рада, что смогла помочь ему. Я простила ему эту слабость, простила все, что сегодня было. Артем был на грани и отказывать, отстраняться от него значило сделать ему еще хуже, внести ещё больший раздрай в его состояние.
Спустя некоторое время он отстраняется. Отвернувшись, одевается. Спрыгнув со стола, я делаю то же самое. В воздухе повисает напряжение. Будто не хватает чего-то. Ключевого, решающего.
Справившись с одеждой замираю. Подняв на него глаза, вижу, что Тема стоит в двух шагах от меня. Руки на поясе, а голова наклонена вперед. Я понимаю, что его все так же гложет что-то. Дотронувшись до его плеча, пытаюсь повернуть к себе лицом. Но он не дает. Стоит не пошевелившись.
- Прости, – срывается хриплое с его губ. Я не знаю, что именно он имеет ввиду. Но уже готова ответить. Обойдя его, останавливаюсь. Он поднимает на меня взгляд.
Мы молчим. Смотрит друг другу в глаза, задыхаясь от собственных чувств и переживаний. Видеть его такого…избитого. В ссадинах и синяках, видеть кровь, стекающую по его лицу и телу, доставляет мне невыносимую боль. Боже, соперник Артема наносил такие жестокие удары, он бил так безжалостно. Такое ощущение, словно я вместе с ним чувствовала каждую унцию боли. Не представляю, как Тема сейчас держится - меня же изрядно потряхивает.
В его глазах настоящий тайфун. Молчание наше длится всего несколько секунд, но мне оно кажется вечностью. Бесконечно долгой и достаточной для того, чтобы прочитать мысли друг друга и пропустить сквозь себя каждую эмоцию. Я вижу так много в глубине его омутов… Не любовь, не одержимость. Я для него – жизненная необходимость. Все равно что воздух для легких. Я нужна ему. Он показывает мне свою боль. Показывает свой страх. Каждую клеточку организма пронизывает спазмом. Глаза сами собой наполняются слезами. Этой боли так много, что сердце мое начинает стонать. Именно это чувствовал Тема весь сегодняшний день, не имея возможности вернуться ко мне. И бой. Он выиграл его чудом. Ведь всю схватку мысли мужчины крутились вокруг меня.
Сейчас, глядя в его глаза, я наконец понимаю, насколько мы с ним одинаково исковерканные. Понимаю, что между нами не теплое, уютное чувство… Наша любовь – это хождение по тонкой грани, балансирование на краю пропасти. Я – его слабость, которой он позволяет все, разрушая свои принципы и границы дозволенного, я чувствую, как сильно он нуждается во мне. И это пугает. Быть зависимым от кого-то настолько – плохо… Но в то же время, как бы здравый рассудок не противился, не твердил, что так нельзя, я не смогу прекратить все это, отпустить его. Я погрязла в нем так же, как он во мне.