ГЛАВА 8

Многочисленные вспышки фотокамер слепят глаза, вынуждая опустить лицо. Сжав мужское предплечье, я стараюсь не потеряться в этой безумной толпе. Вокруг такой шум, что мне практически ничего не слышно. Тема за трибуной, всеобщее внимание приковано к нему. Он говорит о чем-то, его речь на чистом английском, и я не совсем все понимаю. Но суть улавливаю. Артем рассказывает о поединке, о своих планах на будущее. Я слышу, как слетает с его губ имя Мясникова. Когда он говорит об Артуре, его голос приобретает стальные нотки.

- Что он сказал? – потянув за рукав, привлекаю к себе внимание Назара. Лис ни на секунду не отпускает взгляда с друга. Удивительно то, что Артем сейчас выглядит уверенным в себе мужчиной, словно и не было нервного срыва полчаса назад, а вот о Рахманове такого не скажешь. Тело будто струна натянуто, лицо сосредоточенное, брови сведены к переносице.

- Вызывает Мясникова на бой, говорит, раскатает его… - не поворачиваясь ко мне, отвечает Назар.

- Что за мужчина? - вздыхаю устало, смотря на Артема. - Ему бы от этого боя отдохнуть, а он уже о следующем думает. У меня до сих пор ладони трясутся, – выставив вперед руку, вижу, как дрожит кисть.

Сбоку раздается довольный смешок. Подняв взгляд, вижу смеющиеся голубые глаза, устремленные на меня.

- А по–моему, у тебя от другого руки трясутся, – произносит, ухмыляясь. Сдерживаю порыв треснуть наглеца.

- Назар, зависть не красит мужчину, - произношу с чувством собственного достоинства. Он отводит взгляд в сторону Артема, не удосужив меня ответом.

Спустя десять минут конференция заканчивается. Тема поднимается с места и в сопровождении Миши и тренера покидает зал. Толпа журналистов поднимается с мест, направляясь к выходу.

- Идем, - Назар тянет меня за собой, заставляя едва ли не бежать. Мужчина спешит покинуть зал раньше СМИ.

Мы выходим на улицу. Назар ведет меня к припаркованному у обочины микроавтобусу, возле которого стоит Миша. Женщина отдает какие-то указания водителю, но, заметив наше приближение, тут же переводит свое внимание.

- Назар, давай с девушкой в конец салона. Быстро. Сейчас Артем будет выходить, народ набежит, не протолкнешься, – бросает командным тоном, награждая меня колким взглядом.

Кивнув, Назар спешит исполнить ее требования. Залезает в салон, утягивая меня за собой. Эта женщина будит во мне самые худшие черты характера. В один момент завожусь. Не дура ведь, и понимаю, что она делает - пытается указать мне мое место. Продемонстрировать, что она будет рядом с Артемом, а я так, на заднем сиденье с Лисом.

Усевшись на место, впиваюсь грустным взглядом в окно. Смотрю на толпу народа, собравшуюся у ограждения. Все до одного ожидают выхода чемпиона.

- Ты снова грузишься. Расслабься, - подавшись к моему уху, шепчет Лис. Молчу. Сама знаю, что гружусь, понимаю, что не должна этого делать. Но сегодня так много событий произошло, так много стресса, что сдержаться оказывается выше моих сил.

Спустя десять минут поднимается шум. Я вижу, как начинает нервничать толпа. Выискиваю взглядом возможную причину изменений и замечаю его, выходящего из здания в сопровождении двух бодигардов и тренера. Мужчины приближаются к автобусу, в Артема бесконечно летят вспышки фотокамер, возгласы и радостные крики. Безумные фанатки тянут к нему свои телефоны, умоляя сделать совместное селфи. Артем усталый. Идет, глядя себе под ноги. Его раны уже обработали медики, крови нет. Правую рассеченную бровь заклеили лейкопластырем, а под левым глазом уже назрел синяк. Приблизившись к салону, он осматривается по сторонам.

- Артем, скорей садись, - командует в нетерпении Миша. Тренер уже в салоне, и все ждут только Тему.

- Где Аня? - спрашивает, продолжая вертеть головой.

- Да здесь твоя Аня, в салоне, – выходит из себя Миша. Указывает в нашу с Назаром сторону головой.

- Аня, иди сюда. Ты чего туда залезла? – найдя меня, хмурится Артем. Протянув ладонь, ждет, когда я выберусь с заднего ряда и пересяду к нему. Притянув меня рукой, Тема целует меня.

- Вот теперь можем ехать, - произносит ошалевшей от его поведения Мише. Водитель трогается, выбираясь из оголтелой толпы. Мы едем в полном молчании. Миша сидит напротив нас, с полными руками гаджетов и записных книжек. Что-то сверяет, проверяет с донельзя деловым видом. А, возможно, и просто делает вид, чтобы не показывать своей злости.

- Тема, ну что, праздновать едем? - поворачивается к нам с переднего сиденья Алан. Мексиканец выглядит довольным. Наверняка сделал ставку на Тему и прилично обогатился. Лис рассказывал немного об этом мексиканце. Жутко алчный парнишка. Но Артем почему-то держит его подле себя.

- Нет, сегодня сами. Я с Аней домой, - отвечает Тема, продолжая сжимать меня в крепких объятиях.

- Артем, завтра у нас сложный день. Хорошенько отдохни, – произносит Миша учительским тоном, когда машина останавливается, и мы с Темой выбираемся из салона.

- Миша, расслабься, все будет в порядке, - ухмыльнувшись, берет меня за руку и уводит за собой по асфальтированной дорожке к дому. Сзади следует Назар.

- Артём! – тишину ночной улицы разрывает Мишин крик, но Тема не останавливается и не оборачивается.

– Я тебе позвоню!

Будто так и надо, в полном молчании, мой мужчина открывает дверь. Мы заходим внутрь. Назар, пожав другу руку и еще раз поздравив его с победой, уходит в комнату для гостей. А Артем ведет меня наверх.

Стоит нам оказаться в комнате, Тема едва ли не падает на кровать. Адреналин схлынул, и весь запал ушел, оставив дикую усталость. Усаживаюсь рядом с ним, нежно перебираю его волосы. В голове ни единой мысли, кроме того, насколько сильно я люблю этого мужчину. Удивительно, но я совершенно не устала. Возможно, еще не отошла от стресса.

- Я ребенка хочу, - тихий шепот нарушает тишину. Удивленная столь неожиданным заявлением, наклоняюсь ближе к нему.

- Странные мысли после боя, – нервный смешок срывается с губ. Поцеловав его, прижимаюсь к его широкой спине.

- Ничего не странные, - бормочет немного обиженно. – Хочу карапуза. Что плохого, если мужчина хочет ребенка от любимой?

- Да ничего плохого, – смеюсь, думая о том, что сейчас он похож на маленького мальчика.

- Ты устал, - шепчу, заглядывая ему в лицо. Его веки опущены вниз, а пышные ресницы создают тени под глазами.

- Устал, - подтверждает, нащупывая ладонью мою руку. Найдя, сжимает ее.

- Хочешь, я наберу тебе теплую ванну, сделаю массаж? - спрашиваю, с улыбкой смотря на то, как после моего предложения его губы растягиваются в довольной улыбке.

- М-м-м, моя сладкая, вот поэтому я и люблю тебя, – притянув к губам мою руку, целует ее.

Оставляю его лежащим на постели, а сама направляюсь в ванную. Открыв кран, жду, когда наберется полная ванна. Немного подумав, решаю привнести в наш релакс нотки романтики. Порыскав по шкафчикам, нахожу на самой дальней полке несколько небольших свечек цилиндрической формы. Расставив их по краям ванны, зажигаю. Приглушив свет в комнате, наслаждаюсь видом маленьких огоньков. Достав бутылечек с пеной из шкафчика, добавляю эту субстанцию в воду. Для дополнения атмосферы подключаю свой айфон к колонкам, выбрав свой любимый список треков, нажимаю на плей. Не знаю, нравятся ли эти исполнители Теме, но расслабиться должны помочь.

- Тем, ты не спишь? – присев на край постели, провожу невесомыми касаниями по очертаниям его спины. Тема мурчит, напоминая мне огромного сонного кота.

- Тем, пойдем. Ванна готова. Сейчас отогреем твои старые косточки, – смеюсь, в ответ на что Артем поднимает на меня хмурый взгляд.

- Че это они старые? - хрипло, но столько обиды в голосе, не могу удержаться от улыбки.

- Ну, а чего они болят?

- Так меня колотили, будто грушу боксёрскую, – восклицает в сердцах.

- Все это твои отговорки, Артем, все отговорки, - хихикнув, поднимаюсь с постели, утягивая его за собой.

Тема плетется за мной. Зайдя в ванную, помогаю ему раздеться. Он в моих руках, будто маленький ребенок. С поникшими от усталости плечами, позволяет себя полностью раздеть. Забравшись в теплую воду, прикрывает глаза.

- Хорошо? – спрашиваю, улыбаясь, присаживаясь на край ванны.

- Не-а, - качает головой, не открывая глаз.

- Но… я старалась… смотри, вода какая теплая, а эта пена, по-моему, имеет очень расслабляющий аромат, да и свечи… – чувствуя легкий укол обиды, начинаю перечислять все детали своего мини-сюрприза. Внезапно чувствую его хватку на своей руке. Мокрая ладонь Артема сжимает мою кисть, утягивая к себе. От неожиданности, стараясь не упасть в воду, хватаюсь свободной рукой за бортик, поднимая на него удивленный взгляд.

- Будет хорошо, когда ты ко мне присоединишься, – произносит шепотом, с затаенной улыбкой на губах. Подозрительно щурюсь, понимая, к чему он клонит.

- Знаю я твое «присоединиться». Набросишься на меня, и не дойдет до массажа, - укоризненно покачав головой, цокаю.

- Разве я похож на того, кто может наброситься? - ухмыляется Тема, смотря на меня сквозь полуопущенные ресницы. – Брось, не отказывай раненому воину в помощи.

И правда, он выглядит изможденным, напрочь лишенным всех сил.

- Бросишь тебя, - вздохнув, отстраняюсь от него. Приблизившись к комоду, спешно стягиваю с себя одежду, аккуратно складывая ее на мебель. Залезаю в воду, усаживаясь за спиной Артема, позволяю ему улечься на мои руки.

Выдавив немного геля на ладонь, легкими массирующими движениями втираю в его кожу. Покрываю ароматной субстанцией его плечи. Разминаю бицепс правой руки. Артем, опустив голову, позволяет мне делать с ним все, что хочется. Ему хорошо. Я чувствую, как потихоньку расслабляются его мышцы, как напряжение уходит из тела. Осыпаю капельками воды его кожу. Люблю каждую черточку, каждую складочку, каждую мышцу и волосок на его теле. Боже, этот мужчина настолько хорош, что мне дышать становится больно от осознания, насколько я зависима от него, насколько люблю его.

Один трек сменяет другой, мы молчим. Артем поглаживает мои ноги, в то время как я продолжаю делать ему массаж. Звучит вступление следующей композиции, и уже по первым аккордам я понимаю, что это она. Моя любимая, что так точно подходит нам с Артемом.

Солист поет, а я думаю о том, что если утром готова была в порошок растереть злосчастную Мишу, была разгневана на Артема, то сейчас я отпустила эту ситуацию. Не хочу начинать разговор о ней. Не хочу его вообще. Я верю Артему, верю в его любовь. И не собираюсь портить мои дни пребывания здесь разговорами о завистливой ведьме.

- Сладкая моя… - Артем поворачивается ко мне вполоборота. Протянув ладонь, касается моего лица. Нежными касаниями проходится вдоль линии скул.

- Я задолжал тебе один разговор, – будто мысли мои прочитал. Прячу взгляд, даже думать о ней сейчас не желаю.

- Нет. Не хочу разговора. Давай просто побудем вдвоём. Не хочу ещё и в ванную к нам впускать эту сумасшедшую, - грустно улыбнувшись, поворачиваюсь к нему.

Артем хмурится, не отпуская моего взгляда. Смотрит так, будто внутрь пытается проникнуть, в голову. Увидеть все, убедиться, что я говорю честно, не утаивая ничего.

Тусклый свет свечей отдает отблесками в глубинах его глаз. Ванильный аромат пены, он рядом – полностью обнаженный как телом, так и душой… так много всего, что мне хочется расплакаться… И будто апогей всего этого, раздается голос солиста.

Мимо дворов и развалин, мимо людей миллионов –

Наша любовь неподвластна законам.

Мы за пределами правил. К чёрту, всё так, как должно быть.

Главное, что мы есть друг у друга…

Он слушает песню. Продолжает гладить мое лицо, прижимается губами к моим. Мы целуемся. Нежно, едва касаясь губами, но в этом поцелуе безграничная нежность и любовь. В этом поцелуе клятвы и обещания, данные нами друг другу.

Нет, мы не пара влюблённых. Нет, мы не пара у края.

Ты со мной словно на фронте - верный солдат и товарищ.

Ты полюбила мой голос, что утром прошепчет “Родная”.

Ты засыпаешь так скромно, а я всё еще не понимаю…

Боже, как бы мне хотелось, чтобы когда-нибудь мы стали такими, как поется в песне. Уверенными в друг друге, далекими от истерик и страстей. Я хочу тихой спокойной размеренной жизни… хочу Артема в качестве отца моих детей… Хочу, чтобы каждый день он возвращался в наш дом, а я ждала его. Не хочу больше разлук, переживаний. Ничего такого не хочу. Устала. Вымотана.

Он замирает. Прижавшись лбом ко мне, не мигая, в глаза смотрит. Чувствует мои мысли, угадывает желания. Слушает песню и думает точно так же, как и я, разделяет мои мечты. А потом вдруг поднимается и выходит из ванны. По его телу ручьями стекает вода. Он стоит ко мне спиной, а я любуюсь его наготой. На его мощное тело воина, исписанное шрамами и травмами, и оттого кажущееся еще сильнее, ещё гротескнее. Взяв с вешалки халат, накидывает его на плечи. Взяв второй, чуть поменьше, приближается ко мне.

- Иди сюда, - дождавшись, когда я поднимусь к нему, он укутывает меня махровой тканью. А потом, снова берет за руку и уводит обратно в спальню.

Мы лежим в темноте, тесно прижавшись друг к другу. Наше дыхание тихое, размеренное, чего не скажешь о наших сердцах. В них столько огня, любви и желания. Даже так, будучи в полном изнеможении от сложного дня, не имея сил даже поднять руку, я лежу на его груди, вдыхаю аромат его тела и чувствую, как желание затапливает меня с головой.

- Сладкая моя… - шепчет Артем, лениво перебирая пряди моих волос.

- М-м-м, – разморённая его лаской, потягиваюсь, приподнимаясь на локтях, чтобы заглянуть в его глаза.

- Мы все-таки должны поговорить, - произносит он, поглаживая мою спину.

- О чем? - делаю непонимающий вид, пытаясь дать себе фору. Не знаю, как уйти от разговора, но точно не хочу его.

- О нас… О Мише, - Артем не собирается отступать.

- Тем, я не хочу, правда. Слишком много Миши на сегодня, – отстранившись, переворачиваюсь на другой бок. Знаю, что это не спасет меня, но попытаться можно.

- Анют, ты должна знать одно… у тебя нет абсолютно никаких поводов волноваться. Миша мой пиар-менеджер и агент. Она с*ка редкостная. Меня самого порой бесит до трясучки. Но, несмотря на свой паскудный характер, дело свое знает, - Тема приподнимается, поворачивая меня к себе. Смотрю на него молча, но душа все равно противится любому упоминанию об этой стерве.

- Я вернулся в Америку ради команды, способной привести меня в UFС, команде, способной сделать из меня лучшего. Иначе зачем все это было бы? Начиная от тренера, заканчивая медперсоналом – здесь все лучшие в своем роде. Миша умеет поднимать рейтинг. Она искусственно создает скандалы, интриги, слухи, – всем этим кормится огромная пасть чудовища, коим и является публика. UFС просто обожает это дело – создавать ажиотаж вокруг боя для привлечения большего количества интереса, ставок. Они делают на нас миллиарды, понимаешь? Но для того, чтобы попасть туда, я должен был заявить о себе. И Миша помогла мне в этом.

Обдумываю его слова. Истина в них есть. Команда, и правда, очень сильная, а если Миша лучшая в своем деле, то неудивительно, почему Артем решил работать именно с ней. Но, кое-что все равно не поддается логическому объяснению.

- Это все прекрасно. Я понимаю, почему ты работаешь с ней. Но что это было сегодня, Артем? Почему она позволяет себе вваливаться в твою ванную? Оскорблять меня? И что это за намеки? У вас что-то было… как я должна была реагировать на все это?

Артем хмурится. Отводит в сторону взгляд.

- Я привык к тому, что она такая отмороженная. Просто не обращаю внимания. По отношению к тебе она повела себя плохо, ее косяк. Я поговорю с ней, объясню, что так не должно быть…

- У вас что-то было…

- Да х*рня. Ничего, считай, не было, - взрывается он. Приблизившись, заключает мое лицо в ладони. - Сладкая моя, для меня ни одной не существует, кроме тебя, понимаешь? Плевать мне на всех. Если бы мог, не работал бы с ней. Но я связан контрактом с этой компанией, и в случае нарушения договора мне будут выставлены огромные неустойки, - Тема всматривается в мои глаза, пытаясь убедиться в том, что я правильно поняла его и успокоилась.

- Хорошо. Я постараюсь не реагировать на нее, только если она не станет откровенно задирать меня, Артем. И к тебе не будет липнуть, – награждаю его строгим взглядом. Тема молчит. Смотрит на меня, слегка прищурившись.

- А ты ревнуешь, да? – выдает вдруг, начиная смеяться. Вырываюсь из его рук, обиженно нахохлившись.

- Нет, мне просто не нравится она, как человек, – мне почему-то неудобно сознаваться во вполне закономерном чувстве, которое вызывает у меня эта дамочка. Тема смеется, ничуть не поверив моему оправданию.

- Ой ли, человек плохой… ну да, – задумчиво почесав подбородок, произносит он. – Я слышал, она в детстве над рыбками из аквариума опыты проводила… хотела хирургом стать, - произносит, ожидая моей реакции.

- Смеешься, да? – хлопнув его по плечу, тоже начинаю смеяться. - Смейся, смейся. У тебя очень красивый смех.

- Иди ко мне. Не дуйся, - притянув к себе, накрывает мои губы поцелуем. Всего пару секунд, и я напрочь забываю обо всем плохом, что было сегодня. Он мой. От пальцев ног до кончиков волос. И пусть Миша даже не думает на что-то там надеяться. Не отдам.

***

Утром Артем уехал часов в шесть утра. Миша снова расписала весь его день и ни на шаг не отходила от моего мужчины. Я старалась не думать о ней, пыталась вспоминать наш ночной разговор и мыслить здраво. У нее нет никаких шансов добиться Темы. Он любит меня, а остальное неважно. Пусть хоть из юбки своей выпрыгнет, ничего не получится.

Но не обращать внимания было очень сложно. В те редкие часы, что мы могли с Артемом побыть вместе, она тоже не оставляла нас в покое. Все названивала ему, выдумывая кучу срочных заданий. А сколько раз вызывала посреди ночи, и он срывался и ехал. То срочное интервью с крутым изданием, то тусовка, на которой он должен обязательно присутствовать. Артем неизменно тянул меня за собой. Но побывав на таком мероприятии однажды, я больше не хотела. Жутко громкая музыка, куча незнакомых людей. Мне приходилось ждать его в сторонке, потому что к Артему было приковано всеобщее внимание телекамер и гостей.

Так что все две недели моего пребывания здесь я была предоставлена самой себе. Развлекала себя всевозможными экскурсиями и походами по магазинам. А порой просто проводила весь день, валяясь на пляже. Не думала, что когда-либо дойду до этой мысли, но мне искренне не хватало Назара. Лис улетел в Россию на следующий день после боя, так что теперь некому было составить мне компанию. От нечего делать занималась отправкой фотографий с мест моего пребывания Дашке и Коле. Если первая по большей части отмалчивалась, занятая малышкой и своим мужчиной, то второй слал мне в ответ фото своих унылых будней. Кабинеты, совещания. Причем к каждой фотографии были приписаны смешные комментарии. Я понимала, что это было по-детски, но я получала щенячье удовольствие, обсуждая смешные очки его заместителя или лысину начальника отдела кадров компании Николая.

Не желая расстраивать Тему, я старалась не жаловаться и получать от ситуации удовольствие по максимуму. Майями, солнце, пляж, теплый океан, что может быть прекраснее? Да, в идеале я хотела быть с Темой каждую свободную секунду своего времени. Но, это жизнь, и сказки вечной не бывает. Нам всегда приходится подстраиваться под обстоятельства.

В последний вечер моего пребывания в Майями Артем решил устроить ужин. Пригласив в гости практически всю команду, за исключением одной особы, мы потратили весь день на совместную готовку. Я никогда не думала, что такое унылое занятие, как нарезка салатов и жарка мяса может быть таким веселым. Ох, и насмеялась я с попыток Темы нарезать красиво свинину на стейки. Этот огромный детина успел пару раз порезаться, после чего, отобрав у него нож, поручила другое задание. Мытье овощей далось ему намного лучше. Быстро справившись со своим заданием, он вдруг решил, что дико соскучился по мне. В общем, ужин мы доготовили за полчаса до прихода гостей. Прерывались по несколько раз, пробуя на прочность кухонный стол, а потом и подоконник.

Накрыв таки стол на веранде, я отправилась переодеваться, а Тема остался встречать гостей. Настроение у всех было превосходным. За прошлый бой Артема компания очень хорошо заработала, и все с нетерпением ждали следующую схватку.

Спустившись вниз, поздоровалась со всеми ребятами. Пока Тема был занят разговором с Аланом, мы все усаживались за стол.

- Артем, ты ведь помнишь про бой на следующей неделе? – поизносит Джек, хмуро смотря на то, как Тема наполняет свой бокал вином.

- Джек, брось, - улыбается он, бросая на тренера хитрый взгляд. - Бокал вина ничего плохого не сделает, а не выпить мы просто не можем. У меня для вас замечательная новость!

- Мясников сдрейфил драться с тобой? - подает голос Алан. Все начинают смеяться, а Джек отвешивает ему шуточный подзатыльник.

- Нет, это было бы хреновой новостью, Алан, – смеется Тема, бросая взгляд в мою сторону. Сделав знак рукой, просит меня подняться. Догадываясь о том, что он хочет сообщить, чувствую, как краска приливает к лицу. Мне отчего-то становится дико неудобно.

– Я хочу, чтобы вы узнали первыми. Хотя нет, первым уже знает Назар, - делает небольшую ремарку, повернувшись ко мне, улыбается. Берет мою ладонь в свою руку и, крепко сжимая, возвращает внимание к гостям.

- Я сделал предложение Ане, и она ответила мне «да». Через два месяца состоится наша свадьба, - произносит это и замолкает. На несколько томительных секунд воцаряется тишина. По всей видимости, до ребят не сразу доходит смысла услышанного. А когда понимают, о чем сказал Артем, вскакивают с мест и с громкими криками «ура» спешат заключить нас в объятия. Смеюсь, когда Алан, крепко прижав к себе, оставляет на моей щеке смачный поцелуй. Все-таки этот парень неисправимый. Выпутавшись из его объятий, спешу отойти.

- Поздравляю, – раздается сбоку голос тренера Артема. Повернувшись, смотрю удивленно на то, как Джек, дружелюбно улыбаясь, протягивает мне руку для пожатия. Все еще не пришедшая в себя, вкладываю свою ладонь в его. Приобняв меня, мужчина отстраняется, отправляясь к своему месту.

- Ну вот, репетиция прошла на ура. А через две недели будет самое сложное в нашей операции. Просьбы руки у отца невесты, - с улыбкой произносит Тема, когда все возвращаются к ужину.

- Да уж, тут ты подготовься, - похлопав его по плечу, вздыхаю. – Это тебе не Гарри Льюиса уложить на лопатки, - мы начинаем смеяться, а все остальные удивленно смотрят на нас. Тема переводит на английский мою шутку, и ребята подхватывают веселье.

- Всем добрый день, – внезапно раздается из-за спины женский голос, от звучания которого меня передергивает. Обернувшись, замечаю стоящую в дверях Мишу.

- Привет, - отвечает Артем, приподнимаясь. - Проходи к столу.

Продефилировав мимо, Миша, будто ни в чем не бывало, усаживается рядом с Джеком.

- Что за собрание у вас такое? - спрашивает она, откинувшись на спинку стула.

- Тема женится, - с улыбкой на лице произносит Алан, от чего у Миши дергается бровь. Повернувшись, она окидывает нас с Артемом колким взглядом.

- Оу, какая новость. И молчал, – берет бокал, приподнимая, делает глоток.

- Я думал, ты сегодня занята весь день будешь, не стал отвлекать, - пожимает Артем плечами, совершенно не чувствуя себя виноватым. Миша ухмыляется, но отводит взгляд, будто бы сейчас не произошло ничего такого. Разговоры продолжаются, гости ужинают, а у меня настроение напрочь падает. Тема замечает перемены во мне.

- Красивая моя, что случилось? – наклонившись, целует в висок.

- А ты не знаешь? - смотрю на него, сложив на груди руки. Он хмурится, а потом, видимо, доходит, от чего я могу быть такой нервной.

- Анют, я не звал ее. Она сама приехала. Ну, не прогонять же. Некрасиво, – пожимает плечами, закидывая в рот оливку.

- Конечно, не прогонять. Куда ж ее прогонишь. Она ж, как нечистая сила, с нами повсюду, по пятам будто ходит, - не удержавшись, бурчу под нос. Артем улыбается в ответ на мое ворчание. А я поднимаюсь из-за стола.

- Ты куда? - схватив меня за руку, не дает уйти.

- Пойду, пирог в духовке проверю.

Артем кивает, отпуская. А я спешу покинуть веранду. Не могу ничего с собой поделать, одним своим видом эта дамочка раздражает меня. И думая о том, что завтра я улечу, а она останется с ним, злюсь ещё больше. На Артема, на себя, на жизнь в целом. Приоткрыв крышку духового шкафа, проверяю выпечку. Пирог подрумянился и хорошенько поднялся. Выключаю огонь и тянусь к шкафчику за прихватками.

- Поздравляю, - раздается на английском за спиной. Боже, до чего у ее голоса мерзкое звучание. Неспешно вытаскиваю противень с пирогом и, оставив его на деревянной подставке, поворачиваюсь. Миша стоит у кухонного стола, опираясь о его край бедром. Думаю о том, что именно на этом столе всего пару часов назад, зарывшись лицом у меня между ног, Артем заставлял меня стонать от удовольствия и царапать его спину. Эти мысли заставляют меня улыбнуться, но Миша, заметив изменения в моем настроении, решает испортить его.

- Как это у вас в России говорится, «совет да любовь»? – задумчиво рассматривая бокал в своей руке, произносит с ехидной улыбкой.

- У нас в России говорится «пошла ты к черту»! – улыбаясь во все тридцать два, произношу на родной речи. Она не понимает моих слов, но чувствует посыл.

- Ты ведь говоришь на английском, понимаешь меня, – произносит, слегка прищурившись.

- Немножко, – продолжаю строить из себя дуру. Она кивает.

- Так вот, лучше бы тебе все хорошенько уяснить в своей голове, Аня, – резко оттолкнувшись от стола, приближается ко мне. Остановившись всего в нескольких сантиметрах, впивается в меня арктическим взглядом.

- Артем никогда не станет верным примерным мужем. Порода у него такая. Он лев, тигр. Выбирай. Ясно одно, этот мужчина - хищник. Он - сильная особь. А сильную особь может укротить только сильная женщина, и точно не браком, - высокомерно изогнув бровь, она тянется ко мне рукой. Прикоснувшись к вороту моей рубашки, делает вид, будто поправляет ее.

- Неужели это ты? - игнорируя гулкую вибрацию, бегущую по телу, отвечаю ей холодной улыбкой. Удавлюсь, но не покажу этой с*ке своих эмоций. Она пожимает плечами, отходит от меня, пятясь спиной к выходу.

- Это я. А может, и нет. Но в любом случае – не ты, - подмигнув, покидает кухню, оставляя меня в состоянии «за секунду до взрыва».

***

Тема за рулем. Его рука крепко сжимает мою, ни на секунду не выпуская из своей хватки. Я смотрю на проносящиеся мимо пейзажи, на высокие пальмы вдоль обочины, на песчаные пляжи, заполненные отдыхающими, на голубую синеву океана и понимаю, что совершенно не хочу улетать. Радует только одно – скоро я вернусь, для того чтобы стать законной женой невероятного мужчины. Повернувшись, смотрю на красивый профиль Темы. Сегодня он как никогда напряжен и молчалив. Пытается скрыть от меня свое расстройство, но разве обманешь любящее сердце?

Припарковавшись у здания аэропорта, выходим на улицу. Забрав из багажника мой чемодан, Тема берет меня за руку и ведет внутрь. Мы сдаем вещи в багажное отделение и проходим к залу регистрации. Мой рейс через сорок минут. До разлуки осталось так мало… и от понимания этого слезы наворачиваются. Но я держусь. Натянув на лицо улыбку, пытаюсь шутить, отвлекать Тему. Но, по всей видимости, попытки мои не совсем удачны. На лице Темы нет и намека на улыбку. Притянув меня к себе, он всматривается напряженным взглядом куда-то в сторону.

- Тем, не переживай, мы скоро увидимся. Всего две недели, и ты прилетишь за мной, – говорю это, пытаясь успокоить. Правда, не знаю кого больше - себя или его. Артем опускает взгляд, смотрит на меня. В его черных омутах сейчас столько боли и нужды. Он страдает. Так же как и я. Для нас даже столь небольшая разлука кажется вечностью, ведь несмотря на то, что мы помирились после выходок Миши, все равно в отношениях появилась маленькая червоточина. На первый взгляд незаметная, тоненькая, но не позволяющая расслабиться. Она лишает нас уверенности. Пусть внешне мы этого не показываем, в душе каждого из нас притаился страх.

- Тем… - я пытаюсь сказать, чтобы он не думал переживать, но любимый перебивает. Обхватив рукой мой затылок, резко притягивает к себе для поцелуя. Жадного, горячего. Он целует так, будто делает это в последний раз, будто не увидимся больше. Отдаюсь его грубой ласке, оплетая руками крепкую шею мужчины. Вдыхаю его аромат, наполняя им свои легкие. Внезапно Артем отстраняется. Крепко сжав мою ладонь, срывается с места, заставляя бежать следом за ним.

- Артем, у меня рейс через полчаса, куда ты меня ведешь? - не понимая, чего он хочет, пытаюсь немного притормозить его. Но он, будто локомотив, тянет вперед, не обращая внимания на мои трепыхания.

Свернув направо в темный коридор, открывает какую-то дверь. Резко втянув меня внутрь, защелкивает ее. Оглядевшись, я понимаю, что мы в уборной. Здесь чисто и безлюдно, может быть, это туалет для персонала. Не дав возможности возразить, он впечатывается в меня своим телом. Так сильно, что мои зубы больно стучат друг о друга, когда голова бьется о твердую поверхность. В следующий момент Артем накрывает мои губы, врываясь в мой рот языком, в то время как руки мужчины наглым образом задирают мою юбку. Отодвинув пальцами ткань трусиков, вот так, сходу, он вторгается в меня сразу двумя пальцами, вырывая из моей груди неконтролируемый стон. Его губы ни на мгновение не отпускают мои. В низ моего живота упирается твердость его плоти. Понимание того, что он желает сделать, заставляет кровь бурлить. Но, несмотря на желание, окутавшее меня, я не могу делать это в подобном месте. Упираюсь ладонями в его грудь, пытаясь отстранится.

- Артём, нас могут увидеть, - на выдохе, в самые губы, потому что дальше, чем на пару сантиметров, он не отпускает. Поняв мои переживания, Тема отодвигается немного, заглядывает в мои глаза.

- Анют, никто ничего нам не сделает. Если не возьму тебя, хрен ты у меня куда поедешь, - его голос натянут, будто струна, готовая вот-вот лопнуть от напряжения. В его взгляде – одержимость. Я понимаю, что он на грани. И как бы странно это ни звучало, его слова успокаивают меня. Он, будто скала, нависает надо мной. Я знаю, он не даст приблизиться ко мне ни одной душе. Никто ничего мне не сделает, – это истина, аксиома. Это то, за что я люблю его. Моего несокрушимого и бесстрашного. Плюющего на мнение других, но так трепетно относящегося к моему внутреннему миру. Для него важна только я, для него я – жизненная необходимость. И разве я могу отказать ему в этом желании?

Быстрыми движениями он расстегивает молнию джинсов, приспуская их. Приподнимает меня. Обвив ногами его талию, крепко вцепляюсь руками в его плечи. Он направляет в меня возбужденную плоть, а я закрываю глаза, полностью расслабляясь в его руках, позволяю нашим инстинктам взять верх. Я знаю, вот-вот, и снова откроется наш космос, и мы будем там одни. И я буду задыхаться от раз за разом накрывающего волной оргазма. Вот он. Мой. Мое безумие, мой смысл жизни. Кусаю его губы, подаюсь бедрами, желая вобрать в себя как можно больше его.

Все вдруг становится неважным, весь мир перестает существовать, фокусируясь только на нем.