Глава 13.

Казалось бы, школу я не посещаю, и дни для меня должны были сложиться в вереницу однообразных, скучных, похожих один на другой дней. Но все было не так.

Отцу понадобилась неделя, чтобы уговорить Дашу, и она снова начала ездить ко мне и гонять по всем предметам. Но это был не мир между ними, а перемирие. Когда эти два взрослых человека думали, что я их не слышу, пикировались, подкалывали друг друга и вели себя как подростки.

Я все больше и больше сидела над учебниками. Даша меня хвалила, и по гуманитарным предметам я должна была сдавать экзамены уже перед Новым Годом.

О том, что прошло две недели, я спохватилась, когда мы ехали на торжественную регистрацию бракосочетания Никиты и Кати. Что мой дорогой брат, что Катя не хотели пышного мероприятия. И без прессы или приглашенных журналистов. Хватило им папарацци на юбилее, и отец не возражал. Он вообще стал удивительно покладистым в отношении Никиты и Кати. Машину ему подарил, оказывается, в знак примирения. Отец, правда, был шокирован подарком деда. Он его переплюнул на раз-два. Дед дал денег на проект Никиты, и там сумма была приличная, значительно больше стоимости машины. Отцу утерли нос, но он старался держать лицо. Он подарил им то ли путевку, то ли тур по Европе, я не вникала. Судя по сведенным к переносице бровям, отцу такой расклад не понравился, и чует мое сердце, после моего отъезда он еще примется за эту молодую семью. А мне бы хотелось, чтобы они с Дашей нашли общий язык, и он устремил свое рвение на нее. Я, конечно, еще не дипломированный психолог, и к моему мнению никто прислушиваться не будет, но даже я вижу, что девушка отцу не безразлична.

С Валерой у нас было суперсвидание, и даже отец ничего мне не сказал по этому поводу. Мы пошли в дворянскую усадьбу, проехались на открытой коляске, запряженной тройкой лошадей, катались на лодке по озеру, бродили по парку и между постройками усадьбы, пообедали в кафе. Я чувствовала себя этакой нежной барышней, которую развлекает кавалер. Все было очень мило и романтично, и состоялся наш первый поцелуй. Я его, наверно, никогда не забуду, потому как он был не просто первым поцелуем с Валерой, он был вообще моим первым поцелуем. Когда меня водитель привез домой, то я весь вечер то и дело возвращалась мыслями к этому и мечтала-мечтала-мечтала. Я не знаю о чем, но душа была настроена на романтический лад, и лишь звонок Даши по видеосвязи немного привел меня в чувства и вернул на землю. Она ворчала, что наша влюбленность мешает нашим занятиям, при этом как-то так странно сформулировала мысль, что я ее даже переспросила. Так как я подумала, что она и с Валерой тоже занимается, но девушка просто сослалась, что некорректно выразилась, и я ее неправильно поняла. Я не настаивала, мне не хотелось искать недосказанности и подозревать кого-то в чем-то. Слишком все было хорошо, и потому я просто принялась за английский.

Наши вечерние занятия с Дашей сводились к тому, что она просила меня рассказать о себе. На английском языке, конечно же. Рассказать обо всем, что я вижу и думаю. Она пыталась меня приучить, что я должна, не задумываясь, подбирать слова, именно тогда речь будет беглой и легкой. А еще у меня был жуткий акцент, который я прорабатывала. Если слова можно было зазубрить, а правила грамматики запомнить, то с акцентом я пока билась, и он побеждал. Когда мучение было окончено, Даша сказала, что со мной кое-кто хочет поговорить и передала ноутбук Валере. Я была безумно рада, так как за те несколько часов уже успела соскучиться. Парень сказала, что пришел к Даше. Она, к слову, переехала в квартиру, что прежде снимал Никита, так как дома скучно. Катя с Ником еще были в путешествии, и Валера остался на полном попечении Даши. Он сказал, что сделал мне сюрприз и скинул его мне на почту. Я быстро открыла и поняла, что он смонтировал небольшой фильм из наших фото, что мы делали на прогулке. Он наложил романтическую музыку и какие-то трогательно-романтические цитаты, и я готова была расплакаться от чувств. Поболтали с ним и попрощались. Я была безоговорочно влюблена. Сердце рвалось признаться в своих чувствах, но тот страх, что живет во всех нас: страх быть отвергнутыми не позволял этого сделать. Кроме страха была еще гордость, которую культивирует общество и все женские журналы, что девушке не стоит первой признаваться в чувствах, якобы это удел парней. И потому я молчала и все ждала, что он сам признаете мне в этом, но он тоже молчал. Молчал и когда мы встретились через несколько дней, чтобы погулять по Парку Горького и прокатиться на каруселях, пока их еще не закрыли на зиму, и когда взяли на прокат велосипеды, и потом с удовольствием пили горячий шоколад и ели пирожки с малиновым джемом. Он молчал, а я переживала так, что не могла сосредоточиться на учебе.

– В чем дело? Где ты витаешь? – Даша строго смотрела на меня.

– Я задумалась, – покраснела, поняв, что мой репетитор сперва объясняла тему, а потом задала вопрос, но я все пропустила мимо ушей и потому даже не знаю, что же ответить.

– О чем? – девушка уже не сердилась. Вот, что мне нравилось в Даше, она воспринимала меня не как ребенка, не как подростка, а как равного себе взрослого человека. То есть она не отмахивалась от моих переживаний, как делают большинство школьных учителей, да и просто взрослых со словами: да это же дети, они ничего не смыслят, не понимают, и переживания у них пустяковые.

– О Валере, – с Дашей я не хотела лукавить и честно призналась, кто занимает мои мысли.

– Я думала, у вас все хорошо, – удивилась собеседница.

– Да, все великолепно. Он такой чудесный, заботливый, внимательный, самый-самый, – я запальчиво описывала Валеру, а потом замолчала, увидев улыбку Даши. – Я дура, да?

– Ага, мы все ими становимся, когда влюбляемся, – по-доброму ответила девушка.

– В том-то и дело, что я влюбилась, и меня теперь распирает сказать ему об этом, – я потупила взгляд, так как было неловко признаваться в своих чувствах.

– И за чем же дело стало? – Дарья лукаво прищурилась. Когда она так делала, то походила на лисичку.

– Я не могу признаться парню в любви первой, а если он не ответит мне тем же? – я удивленно выпучила глаза и смотрела на девушку. Как она может предлагать мне такое, даже если мы говорим про Валеру? Я понимаю, что она его любит как сына, но все равно, он же парень. А как можно первой говорить о чувствах? Это же прямой признак навязчивости.

– А ты не думаешь, что он тоже боится быть отвергнутым? Что на его «я тебя люблю» ему ответят: «спасибо», или «это мило», или хуже того, просто «ок»? – Даша явно что-то вспомнила из своего опыта и грустно усмехнулась. – Мне один раз так ответили. Вернее, сказали «и че?», сама понимаешь, что моя любовь быстро прошла.

– Вот и я боюсь этого, – живо представила картину, как кавалер девушки отвечает так высокомерно. Интересно, он потом с целыми конечностями ушел или Даша ему все же что-то да сломала?

– Но мы же говорим про Валеру, он никогда так не ответит, – пожурила меня Даша, и я отчасти была согласна с ней.

– Я боюсь еще одного, – решила все же озвучить все страхи до конца.

– Чего же? – Дарья удивилась и подняла на меня взгляд.

– Что он ответит, лишь чтобы не обидеть меня из вежливости, – это был мой самый большой страх.

– Ну нет, – на лице девушки появилось сомнение.

– А если да? Ты же знаешь, какой он тактичный, – я чувствовала, что Даша засомневалась в своей правоте.

– Тогда жди и не переживай. Отпусти ситуацию. Знаю из своего опыта, что как только отпускаешь все переживания, все решается самым лучшим образом,– предложила собеседница, и я признала, что это самый разумный выход. Как бы не рвалась моя душа озвучить свои чувства, но надо ждать и верить, что еще до моего отъезда я услышу эти заветные слова.

Мы продолжили готовиться и больше не возвращались к этому разговору. Но, видимо, излив душу, мне стало легче, и я уже не так зацикливалась на этом вопросе и смогла продолжить подготовку к экзаменом.

Подготовка к досрочным экзаменам шла полным ходом. По правилам я должна была сдавать экзамены по всем предметам, а по русскому языку и математике вместо пробного ОГЭ сдавала сразу итоговый. В общем, мне было сложнее в разы, но я не сдавалась. Экзамены должны были начинаться перед Новым Годом и заканчиваться к концу января, а потом сразу аэропорт, самолет и – Здравствуй, новая жизнь! Колледж устраивало мое образование, предварительный табель успеваемости и, естественно, оплата, что внес отец. Всю весну я должна буду ходить на лекции, которые сама выберу, они дадут больше понимания, какие блоки и по каким профессиям имеются в колледже. Меня это устраивало вполне. Летом я планировала прилететь домой и по меньшей мере месяц провести с родными, а потом снова вернусь в общежитие и уже полноценно определюсь с курсом, по которому буду обучаться.

Первые пару экзаменов я сдала без происшествий. Учителя были немного удивлены, но в принципе, им тоже был интересен такой опыт, потому все были довольны. А вот на экзамене по английскому языку не обошлось без эксцессов. Вернее, перепалка произошла до него, но настроение она мне подпортила и с настроя сбила.

Коля привез меня раньше назначенного времени, и я побежала в школу. Еще шел урок в кабинете, в котором был назначен экзамен, и я осталась ждать окончания в коридоре. Памятуя, чем закончилось мое последнее посещение столовой. Но и тут я осталась незамеченной.

– Ба-а-а-а-а, какие люди и без охраны! – Юлькин насмешливый голос выдернул меня из размышлений.

– Привет, Юля, – я спокойно посмотрела на бывшую подругу и улыбнулась. – У меня никогда и не было охраны, это же ты у нас ходишь с сопровождением. Вот и сейчас в одиночку не перемещаешься, – я кивнула на нашу общую одноклассницу Аню. Аня девочка наглая, ее так же как и Юлю, воспитывает одна мама, но училась она не в пример лучше Юли в свое время.

– Ой, посмотрите, у кого это у нас голосок прорезался? Осмелела, пока дома отсиживалась и ранки зализывала? Или боролась с собой? Чтобы в припадках не биться с перепугу? – Юля пыталась зацепить, давя на больную тему – мои панические атаки. Но вот какая интересная вещь, с того памятного дня в ресторане на юбилее отца у меня больше не было приступов.

– Он у меня всю жизнь был, только пока ты прикидывалась моей подругой, ты его не замечала, – я спокойно смотрела на девушку, а Юлю почему-то это начало раздражать.

– Че приперлась сюда? Или у папочки деньги закончились отмазывать твои пропуски? Решила поучиться для приличия? – бывшая подруга плевалась ядом. Я немного удивилась ее словам. Неужели она настолько глупа, что серьезно полагала, что я просто прогуливаю, а отец покрывает меня?

– У меня сегодня экзамен, – спокойно ответила и ждала уже очередной гадости, как прозвенел звонок и спустя буквально мгновение двери кабинета распахнулись, и в коридор вывалилась шумная толпа учеников. Шум моментально наполнил коридор. Юля замешкалась и уже открыла рот ответить что-то, но именно в этот момент к нам подошла Анна Ивановна, учитель английского языка.

– Юля, Аня, вас почему не было на уроке? – она строго смотрела на девочек, а мне лишь улыбнулась и кивнула.

– Я плохо себя чувствовала, и Аня меня проводила к медсестре и подождала, потому что у меня по-прежнему кружится голова, – при этих словах Анна Ивановна очень подозрительно осмотрела Юлю, а Аня закивала в подтверждение слов подруги.

– Я сегодня же напишу твоей маме и расскажу об этом инциденте, – спокойно сообщила учительница, а Юля переменилась в лице.

– Я не обманываю, мы на самом деле были у медсестры. Можете спросить у Маргариты Викторовны, – затараторила девушка.

– Я тебе верю, не переживай. Но мама-то должна знать о твоем здоровье. Это уже третий раз за последнее время, когда тебе плохо становится, верно? – Анна Ивановна внимательно следила за реакцией Юли, но та, не понимая, в чем именно ее подозревают, растерянно задумалась, видимо, вспоминая количество недомоганий и пропусков уроков в связи с ними.

– Не знаю, я не считала, – в этот момент моей бывшей подруге было не до меня, но отчего-то злорадства не было, мне стало искренне жаль девушку. Или она завралась, или у нее неприятности покруче. С условием, что она вращалась в компании, где все были постарше нее, и она могла ввиду этого наворотить много глупостей.

– Иди на урок, я сейчас занята на экзамене у Алисы, а после окончания уроков подойди ко мне. Мне надо с тобой поговорить, – учительница строго посмотрела на девушек, а когда они отошли, улыбнулась мне. – Ну что, готова? Нервничаешь?

– Очень сильно переживаю, – честно призналась я.

– Не волнуйся, все будет хорошо, я уверена, – успокоила меня Анна Ивановна и провела в освободившийся класс. – Я почти все подготовила, сейчас подойдут остальные члены комиссии, и мы начнем. Хорошо?

Я лишь кивнула и постаралась настроиться на экзамен, выбросив бывшую подругу Юлю из головы и сосредоточившись на учебе. Тем более после экзамена меня должен будет встретить Валера, с которым мы договорились погулять немного, а затем пойдем к нему в гости. Отец обещал заехать за мной лишь вечером, дав возможность отдохнуть после экзамена и расслабиться.

Экзамены были сданы по графику, и впереди был Новый Год и временная передышка. После новогодних каникул у меня еще два основных экзамена и все. Пытки учебой окончены. Я не ожидала, что все так легко пройдет. Хотя это мне казалось, что легко, а по факту, не имея отцовских связей и денег, уверена, все было бы не так хорошо. Нет, он не платил за мои оценки, все я сдавала самостоятельно, и мне ставили отметки, которые я заслужила. Но то, что мне не вставляли палки в колеса, не гадили из природного говнетизма, очень сильно облегчало жизнь.

Мы готовились к встрече Нового Года и приему гостей. Отец настоял, чтобы именно у нас дома все собрались и отметили этот праздник. Места – вагон, а семья наша разрослась и стала дружнее. Так мне кажется по крайней мере. Хотя, может, я все, как обычно, идеализирую.– Готова? – отец заглянул ко мне в комнату.

– Да, а кто-то уже приехал? – я, радостная, вскочила со своего места и финальный раз крутанулась перед зеркалом. Отец одобрительно хмыкнул.

– Пока только дедушка, – отозвался отец, а я проскочила мимо него, чуть не споткнувшись о собаку, которая радостно крутилась под ногами. Она так скучала, что сопровождала отца, куда бы он ни шел. Просто хвостом ходила за ним по дому.

Дедушка был в гостиной и рассматривал елку, что я наряжала накануне.

– Красивая, только почему искусственная? – дедушка обернулся на мой топот, и я чмокнула его в щеку.

– Мы бережем природу и против вырубки лесов ради мимолетного наслаждения,– тоном агитатора продекламировала я лозунг.

– Эх, – дед вздохнул и сел в кресло. Домработница суетилась, все время мелькая в дверях столовой.

– Тебе не нравиться? – я даже огорчилась, так как старалась, наряжала. Заказала кучу гирлянд и украшений, чтобы все гармонировало и сочеталось.

– Нравиться, вон какая красота! Но я привык к настоящей, пусть она и не такая пушистая и красивая, но запах и атмосферу нового года передает, – ворчал дедуля, а я все же воспаряла духом. Дедушка скорее ворчал по привычке, по-стариковски смотря на весь мир, когда раньше и трава была зеленее, и лимонад «Буратино» вкуснее.

– Как ты добрался? Папа водителя за тобой посылал? – я уселась рядом, и дед обнял меня, явно соскучившись.

– Да, хоть я ему и говорил, что сам доберусь великолепно, но у меня ужасно упрямый сын, – снова ворчал дед. – Как твои экзамены ? Все сдала?

– Остались еще два основных после Нового Года. А ты у нас останешься с ночевкой? Я тебе уже комнату приготовила, – я действительно приготовила комнату на всякий случай, так как дедушка так точно и не ответил, останется или нет, когда отец его пригласил отмечать праздник у нас.

– Да, останусь. И так неудобно перед вашим водителем, что гоняют его перед Новым Годом, а у него, между прочим, тоже семья, и он праздник с ними хочет отметить, – назидательно заметил дедуля.

– Это он тебе сказал? – пока мы болтали, в комнату вошел отец и услышал кусочек нашего разговора.

– А об этом не надо говорить, это и так понятно, – отбрил отца дед. – Когда молодые приедут?

– Думаю, скоро,– ответил отец, посмотрев на наручные часы.– И не такие уж они и молодые, если ты не забыл, то Катя чуть ли не ровесница моя.

– Ну, ты скажешь тоже, ровесница. Между вами разница такая же, как между ею и Никитой, так что давай, не сгущай краски, – отмахнулся от слов отца дед.

Как только он сказал это, со стороны прихожей раздался гомон голосов, и мы все направились туда. Я чуть ли не вприпрыжку, так мне натерпелось увидеть Валеру, ну и Никиту, конечно же. Наши гости шумели в прихожей, снимая верхнюю одежду.

– А вот и мы! – Никита поздоровался рукопожатием с отцом и дедом и продолжил помогать Кате и Даше снимать шубы и убирать их в шкаф. Валера давно уже скинул курку и топтался, чувствуя некоторую неловкость. Я сунула ему тапочки и, схватив за руку, предварительно расцеловав всех прибывших в щеки, скрылась в своей комнате. Пока все будут обмениваться любезностями, у нас есть двадцать минут. Я хотела подарить свой новогодний подарок, так как он был несколько личным, и я постеснялась его дарить при всех после боя курантов.

– Ты такая красивая, – парень восхищенно смотрел на меня, и я зарделась румянцем.

– Ты тоже ничего, – я лукаво улыбнулась ему и усадила на кресло. – Я хотела подарить тебе подарок, но не при всех, – я полезла в шкаф и извлекла оттуда коробку, немного смущаясь, сунула ее парню в руки. Он немного растерянно переводил взгляд с меня на коробку и потом снова на меня. – Открывай же! – скомандовала практически приказным тоном.

Валера послушно открыл крышку. Там была небольшая брошюра, что-то вроде адвент-календаря с небольшими заданиями или местом для заметок: выполнено это задание или нет. Я вставила кучу наших совместных фото, и получалось что-то вроде дневника наших онлайн-свиданий.

– Ух ты, как прикольно, – по реакции парня я поняла, что ему подарок понравился.

– Это чтобы мы не забывали созваниваться и списываться, – я смутилась от похвалы, а еще от поцелуя, которым меня наградили.

– Не забудем, не переживай. У меня тоже есть подарок, – парень извлек из кармана коробочку, и она подозрительно напоминала коробочку для ювелирных украшений.

Что думает каждая девушка, когда ей протягивают такую коробочку? И не важно, сколько ей лет – пятнадцать или пятьдесят. Мы все думаем о кольце. Потому, когда я увидела этот предмет, то покраснела, побледнела и, наверно, в лице изменилась, так как Валера даже растерялся от моей реакции. Он, видимо, понял мое смущение и растерянно быстро открыл ее, и я облегченно выдохнула. На бархатной подушечке лежала подвеска на цепочке. Подвеска была так интересно выполнена, и в ней будто были соединены два пазла. Общий вид представлял собой изображение парня с девушкой, которые держались за руки, и именно в месте их соприкосновения были их руки.

– Ничего себе, очень необычное украшение, – я с трепетом рассматривала изделие и в конце попросила помочь его надеть мне на шею.

– Я нарисовал изображение, а Даша подсказала, как это все оформить и ювелира нашла, который выполнил все, – рассказывал Валера историю украшения.

– Ого, – я аж задохнулась от эмоций и не знала, что и сказать. – Спасибо, я никогда его снимать не буду.

Я бросилась к парню на шею и готова была его задушить в объятиях, чтоб хоть через них передать свои эмоции. Но в дверь осторожно постучали и так же предусмотрительно-тактично покашляли, чтобы обозначит свое присутствие. Это Никита позвал нас в гостиную, и мы, взявшись за руки, вышли к гостям. Я светилась, как начищенный медяк, и хотела показать подвеску всем, но держала себя в руках.

Праздник пролетел на одном дыхании, и я даже не заметила, как дедушка ушел к себе отдыхать. После ухода деда Катя с Никитой еще посидели час и тоже засобирались домой. Как я ни уговаривала всех еще задержаться, но компания решила ехать отдыхать. Все же был уже четвертый час ночи, хотя, наверное, уже утра. Даша позвала меня к ним в гости на следующий день. Они хотели пойти куда-то развлекаться, и я с радостью согласилась. Отец не возражал, он и так вел себя великолепно. С Дашей почти не пикировались, они вообще оба странно себя вели. Даже не смотрели друг на друга, но я была настолько поглощена Валерой и нашими планами, что не обращала внимания на отца и Дашу. Не ругаются, и слава богу. Мы с Валерой составляли чуть ли не план, в какое время будем созваниваться и списываться, как будем обходить проблему с часовыми поясами и всегда будем на связи. Я искренне верила, что у нас все получиться и мы со всем справимся. Да, были страхи, но я отгоняла их от себя, веря, что Валера так же, как и я, настроен решительно.

Новогодние каникулы пролетели на одном дыхании. Мы готовились к экзаменам, при том я не забывала и о развлечениях. Старалась как можно больше общаться с Валерой и родными, будто прозапас пыталась запомнить их улыбки и смех. Время летело вперед, и я не заметила, как и экзамены остались позади, и настало время со всеми прощаться.