Эпилог

Семь лет спустя

Эжен

– Подержи его, у меня пирог подгорает, – крикнула Влада вместо приветствия, едва я вынырнул из портала.

Спустя секунду годовалый племянник Арий, отчаянно кричащий на одной высокой ноте, перекочевал с ее рук в мои. Сестра тут же исчезла на кухне, а я попытался утихомирить мальчишку. Создал перед его носом магические разноцветные шарики и порадовался, что в который раз Риана оказалась права и ему это нравится.

– Чай пить будешь? – Сестра снова появилась в дверях гостиной.

– Буду, – отозвался я, усаживаясь на диван и по-прежнему не выпуская Ария из рук.

Влада принесла поднос с дымящейся кружкой и кусками спасенного горячего пирога. Попыталась накормить ребенка, но тот не хотел каши, а пытался поймать руками разноцветные шарики.

– Лан заглядывал. Они с Анелью почти определились с датой свадьбы, – сообщила последние новости Влада, все-таки впихивая в Ария ложку каши.

– Чудесное известие, – улыбнулся я. – Гард разобрался с жабами?

Влада хихикнула. Земноводных должны были предоставить нам практиканты в сушеном виде, готовом для составления зелий. Но жабы оказались живыми, а что с ними делать, наставник определиться не мог. Лично я голосовал за то, чтобы отпустить пупырчатых в ближайшее болото, а студентов отправить на дополнительную практику. Гард не желал волокиты с документами и пытался найти другое решение проблемы. Пока безуспешно.

– Как у вас с Рианой дела? – спросила сестра, продолжая кормить изо всех сил сопротивляющегося Ария.

Я, как всегда при упоминании имени жены, улыбнулся. Намек Влады был понятен. У них с Гардом есть малыш, ожидают еще одного. Теперь наш черед.

Ласточка никогда и не возражала. Для нее казалось естественным, что у нас появятся дети. Немного подождать настоял я. Хотел, чтобы Риана спокойно закончила академию, определилась, чем она желает дальше заниматься. Ребенок требует внимания и времени. Не хотелось, чтобы мы разрывались между ним и работой. А еще я не собирался отнимать у моей ласточки свободу, хотя желание запереть ее где-нибудь время от времени возникало. Правда, мы, когда обсуждали этот вопрос, не предполагали, что Риана захочет остаться в Академии света и тьмы и стать преподавателем. Но я был так рад этому решению, что осыпал ее цветами. Всегда рядом. Всегда со мной. И никому не позволю ее обидеть.

– Эжен… – позвала сестра, заставив смутиться: я настолько задумался, что забыл, где нахожусь.

Кивнул ей, давая понять, что ждать осталось недолго. Вчера, когда утомленная ласками Риана сладко заснула на моем плече, я заметил, как изменилась ее аура. Будить ласточку не стал, решив поговорить на следующий день. Может быть, сама догадается. Тайн друг от друга у нас не было, и это безумно радовало. Знал бы, что на Совет магов вызовут, а потом занятый Гард попросит заглянуть к Владе проверить, как у нее дела, вчера бы глухой ночью покрыл свою птичку-невеличку поцелуями. Всю. Еле ведь сдержался…

Я, кажется, уже по ней соскучился. Если кто-то спросит, как прошли эти два часа, я, пожалуй, вспомню только то, что они прошли без Рианы. Желание увидеть ее стало таким сильным, что Влада улыбнулась, прижимая к себе Ария.

– Приходите сегодня на ужин, – сказала она, наблюдая, как я открываю портал.

– Непременно, – оттозвался я.

– В восемь вечера, – напомнила Влада.

Сестра никак не могла забыть, что про предыдущий запланированный ужин с друзьями, на который она пригласила нас с Рианой, я случайно вспомнил только спустя два дня после того, как он состоялся. Утром. Мы с женой были на острове. И там одуряюще пахли дикие розы, сладко пели соловьи, а Риана была так прекрасна, что оторваться от нее я не мог. Так бы и остался там с ней навсегда. Любимая моя ласточка… С этими мыслями я и шагнул в портал. Как же безумно приятно возвращаться к тому, кто тебя всегда ждет.

Риана

Солнечные зайчики скользили по аудитории. В такой день совсем не хотелось находиться в Академии света и тьмы. Выбраться бы наружу, вдохнуть свежий воздух и первые весенние запахи. Но нельзя. Любопытные взгляды ловят каждое мое движение. Еще бы, Эжена снова вызвали в Совет магов, а мне приходится заменять его на парах.

– Перед чем равны и люди и маги? – задаю я вопрос, который однажды прозвучал на занятии у Эжена, адресованный мне и тем, кто сидел рядом.

– Перед смертью, – ответил кто-то.

Надо же, отвечают так же, как мы когда-то. Предсказуемо-то как.

Я невольно улыбнулась.

– Вы уверены, адепт Рихар? – спросила я.

– А перед чем, профессор Риана? – не выдержала вечно любопытная Захария.

– Перед любовью, – ответила я.

Это заявление ожидаемо вызвало бурную реакцию. Посыпались рассуждения и попытки объяснить мои слова. Когда они успокоились, снова посмотрели на меня.

– А почему, профессор Риана?

– Любовь сильнее всего. Она – не тьма и не свет. А то, что вы сами выберете. Для кого-то она станет ядом, отравляющим душу, а кого-то поднимет в небо с теплым ветром, – ответила я.

– Просто любовь – это возможность однажды отправиться в полет, даже не имея крыльев, – раздался за моей спиной голос Эжена.

Надо же, он все еще помнит и цитирует по памяти то мое эссе.

Развернулась к нему, встретившись взглядом. Он всегда дает мне силы и уверенность в каждом мгновении. Одним своим присутствием. А порою просто осознанием того, что он есть в моей жизни и любит меня.

Что-то бабахнуло за спиной. Мы резко повернулись, при этом Эжен попытался запихнуть меня к себе за спину. Он всегда и от всего меня защищал. Иногда дело доходило до абсурда, мы даже ссорились из-за этой его мании меня уберечь, но сердиться долго на него не получалось.

– И зачем вы призвали тьму, адепт Рихар? – спросил Эжен, медленно опуская студентов, которых поднял под самый потолок своей магией, чтобы спасти от последствий взрыва.

Я огляделась вокруг. Перевернутые парты и растрепанные адепты. Как странно, что стекла уцелели.

– Я случайно, – выдало это недоразумение.

За окном полыхнула молния. Тучи спрятали солнечный погожий день. Вот-вот хлынет ливень. М-да… Вот они, последствия темной магии.

– Неделя работы на кухне, – сказал Эжен, невольно заставив меня вспомнить, как он на пару со мной начищал там котлы.

Но улыбку я все же спрятала.

– Да, директор Лонар, – обреченно отозвался студент.

Звук колокола прозвучал вместе с очередным раскатом грома. Студенты поспешили к выходу. Несколько любопытных адептов украдкой бросали на нас с Эженом заинтересованные взгляды. Так, чтобы маг не видел. Чревато последствиями. Каждый знал, что в обиду меня феникс не даст.

Дождь заскользил по стеклу. Аудитория быстро опустела. Дверь резко захлопнулась. Я обернулась на звук, затем посмотрела на Эжена, глаза которого подозрительно блестели. Что он задумал?

Подошла к нему, обняла. Случайно задела документы, лежащие на столе. Бумаги рассыпались веером по полу. Надо собрать. Но покидать теплые и уютные объятия мужа не хотелось.

Все это мне казалось до безумия знакомым.

– Напомнить? – усмехнулся колдун, покрывая поцелуями мои уже обнаженные плечи.

Когда он так легко читал мои мысли, становилось страшно. Любовь разве может быть такой? Словно мы неделимое?

Ответ я получила тут же, оказавшись лежащей на столе среди вороха бумаг.

Все-таки может. Другой и не бывает.

Я покраснела, тая от нежных поцелуев моего мужчины и вспоминая видение тетушки Гретхен. Сегодня, спустя столько времени, она принесла мне еще одно. Я пока его не посмотрела, но точно знала, что в нем будет. Маленький сероглазый мальчишка, до невозможного похожий на Эжена.

В романе использованы стихи автора.