Глава 49. Индивидуальный оберег
Юля и Никита появились в аудитории одновременно. Вероника пристально изучила внешний вид и походку приближающейся подруги. Юля шагала бодро, на щеках играл румянец — никаких признаков недомогания не наблюдалось.
— Пришлось лично проконтролировать, чтобы кое-кто не забыл позавтракать, — с лёгким укором глядя на сестру, пояснил Веронике Никита.
— Лучше бы поспать лишние полчаса дал. А то из-за этой синей столовской овсянки пришлось на полчаса раньше вставать. А меня, между прочим, вчера не от голода, а от физики вашей нудной тошнило. И от этого вашего нудного Аристарха.
— Да что-то не очень-то похоже на профессора, чтобы он мучил студентку до тошноты, — усмехнулась Вероника.
— Ты, что, не заметила — он ко мне специально цепляется. Мстит, наверно, что я его квантовой физикой не восхищаюсь, как некоторые.
— Некоторые — это я, что ли? — рассмеялась Вероника. — Юль, поверь, как только ты перестанешь плавать у доски, он от тебя отвяжется. Его задача — подтянуть тебя, вот и всё.
— Кстати, Ника, хотела тебя поблагодарить за наши занятия. Не прошли твои мучения даром. Представляешь, я же вчера Аристарха сделала, — просияла Юля. — На раз решила задачу, которую он дал на засыпку.
— Ого! — Вероника вздёрнула подбородок. — Никит, видал, какие у меня выдающиеся педагогические способности.
— Не сомневался, — улыбнулся Никита и чмокнул Нику в щёчку.
До этого момента он молча наблюдал за беседой девушек, пытаясь понять, злится ли на него Вероника за коварство, проявленное в операции по нейтрализации её капризного поведения и изъятия у неё опасного предмета. К счастью, Ника не злилась. Видимо, подарок, оставленный Никитой на её столике, добросовестно сыграл отведённую ему роль.
— Здравствуйте, молодые люди, — проскрипел Валентин Семёнович, зашедший в аудиторию одновременно со звонком.
— Ух ты, Кощей снова в строю, — шепнула Вероника Никите.
На удивление, ей было радостно, что преподаватель вернулся, и будет вести свои пары сам. Нике уже поднадоела вечно рычащая на студентов профессорша Кускужакова, которая на своих лекциях установила тюремную дисциплину: шаг вправо, шаг влево — …нет, ну не расстрел, конечно, но n-ное количество часов отработки гарантировано.
— Сегодня разберём новую тему. Записывайте — создание артефактов, — Валентин Семёнович, как всегда, пристально обвёл взглядом аудиторию, чтобы проверить все ли студенты старательно конспектируют его слова.
Вероника с неохотой раскрыла тетрадь и взяла ручку в руки — рано она обрадовалась возвращению Кощея. Забыла уже, как это нудно, всю лекцию строчить конспект. Впрочем, тема оказалось такой интересной, что через несколько минут досада Ники испарилась.
— В прошлом семестре мы с вами изучали самопроизвольное возникновение артефактов, а в этом, как я вам и обещал, будем учиться создавать их.
— Вот это уже интересней. — Тимур радостно потёр руки.
— Гуйнов, кто вам позволил реплику с места? — Валентин Семёнович с размаху стукнул ладонью по учительскому столу.
От резкого звука Вероника вздрогнула.
— Никит, — шепнула она. — Всё возвращается на круги своя. Похоже, Тимур научился помалкивать только на лекциях Кускужаковой. Теперь опять будет вечная история — этот дерзит, тот стучит.
— Для создания артефактов, — продолжил профессор, — мы должны перенасытить информацией и эмоциональной энергией некий предмет неживой природы.
— Процесс почти такой же, что и при непроизвольном возникновении артефактов? — теперь уже от вопроса не удержался Егор.
— Почти, — проскрипел Валентин Семёнович. Видимо, Смирнов раздражал его меньше, поэтому вместо того чтобы провоцировать у студентов нервный тик стуканьем рукой о стол, профессор только смерил Егора предупреждающим взглядом. — Разница в том, что в нашем случае мы действуем целенаправленно.
— Начнём с самого простого артефакта — индивидуального оберега, — продолжил Валентин Семёнович. — Что, по-вашему, означает индивидуальный? Шмелёва, у вас есть варианты?
— Индивидуальный? — глупо переспросила Леночка, но быстро нашлась. — Значит, персонально мой.
По аудитории прокатился смешок, но профессора ответ студентки удовлетворил.
— Именно. Особые свойства такой оберег будет проявлять только в отношении человека, создавшего его. Для остальных предмет останется бесполезным. Такие вещи в Ведьмовском Сообществе не особо ценятся. У них очень слабая энергетика, но зато создавать их достаточно легко. Собственно, этим мы завтра на практическом занятии и займёмся. Возьмите с собой небольшую вещицу, которая ассоциируется у вас с чем-то приятным, безопасным. Желательно, чтобы это был предмет из вашего детства. В детстве человек чувствует себя защищенным. Это чувство дают ребёнку родители. Поэтому индивидуальный оберег легче всего сделать из вещицы, подаренной близкими, лучше всего отцом, ведь отец непроизвольно ассоциируется с силой и защитой. Если подберёте подходящий предмет, это очень облегчит вам работу.
— А можно использовать подарок бабушки? — спросила Леночка. — У меня есть заговорённый ею камешек. Он уже обладает некоторыми особыми свойствами. Из него наверно сделать оберег — проще некуда.
— Нет, — резко ответил Валентин Семёнович.
— Но бабушка тоже ассоциируется у меня с безопасностью, — расстроено возразила Лена.
— Да причём тут бабушка, — с досадой проскрипел профессор. — Дело не в этом. Вещь, которую вы собираетесь использовать на завтрашнем практическом занятии, должна быть чистой, я бы даже сказал, стерильной в плане магии. Нельзя воздействовать цифробуквенной методикой на предмет, который до этого уже был подвергнут подобному воздействию. Результат в таком случае очень сложно предсказать, и он точно будет не таким, как вы ожидаете.
Валентин Семёнович снял внезапно запотевшее пенсне и начал тщательно и методично протирать его салфеткой. Пауза была нужна ему, чтобы сосредоточиться и успокоиться. Вопрос студентки вывел его из себя неспроста. Ему ли не знать, как сложно рассчитать эффект от наложения цифробуквенных методик. Он так долго готовился, так тщательно взвешивал, так скурпулёзно анализировал все детали, прежде чем решиться на подобное. Профессор был уверен, что спровоцированный им ажиотаж и истерия вокруг Большого Бубна, перенасытят этот магический предмет информацией и метальной энергией и сделают ещё более сильным артефактом, управлять которым можно будет безо всякого ключа. Но профессор жестоко просчитался. Артефакт, наоборот, стал ещё более защищён. Теперь, чтобы воспользоваться Бубном, нужны два ключа. А это значит, что теперь им с мистером Твином нужны две девушки.
Когда поверхность линз, тщательно отполированная салфеткой, засияла кристальной чистотой, Валентин Семёнович почувствовал, что приём с пенсне сработал. Профессор смог сосредоточиться и спокойно продолжить лекцию.
— Поговорим о методах. Существует множество способов насытить предмет индивидуальной ментальной энергией. Самый простой — это воздействие словом. Молитва, мантра, заклинание, называйте, как хотите, но повторённое многократно вслух желание имеет большую силу. Другой метод — сосредоточение эмоций. Вообразите, как этот предмет мог бы спасти вам жизнь. Подойдите к заданию, как вы молодые любите говорить, креативно. Смоделируйте мысленно такую ситуацию. Прочувствуйте, проживите её…
Профессор остановился на полуслове и раздражённо спросил:
— Шмелёва, почему вы всё время тяните руку? Вам что-то не понятно?
— Валентин Семёнович, а вдруг у меня с первого раза не получится? Или ещё хуже получится что-то не то.
— Ага, вместо оберега — «вредонос», — загоготал Тимур.
— Гуйнов, — проскрипел Валентин Семёнович, не забыв садануть по столу ладонью. — Вы у нас самый умный, я вижу. Ответьте тогда Шмелёвой, что в таком случае делать.
— Ну, я не знаю… — от неожиданности стушевался Тимур. — Сжечь?
— Про нейтрализацию артефактов мы поговорим на следующей лекции. Существует несколько способов. Физически уничтожить магический предмет, в огне например, как предложил Гуйнов, не самый лучший. Но иногда применяется. Ещё вопросы есть?
Профессор просканировал аудиторию въедливым взглядом и, убедившись, что желающих нарушить ход лекции больше не было, продолжил занятие.
— Никит, слушай, — шепнула Вероника, — а ты куда мою божью коровку дел? Я тут подумала, из неё бы получился отличный оберег.
— Ника, ты опять за своё, — нахмурился Никита.
— Нет, правда. Понимаешь, она как раз у меня ассоциируется с чем-то хорошим. И с детством связана. Очень подходит для завтрашнего практического занятия.
— Даже слышать не хочу, — отрезал Никита.
— Ну, Никит, — жалобно протянула Вероника. — Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста. У меня никакого другого предмета, связанного с детством нет.
— Ника, подумай, вот получится у тебя не оберег, а, как сказал Тимур, «вредонос», что тогда? А тогда Кощей твою брошку нейтрализует. Сожжёт, например. А этого допустить нельзя, потому что брошка, как-никак улика, вещественное доказательство.
Аргумент, безусловно, был веский. Веронике совершенно не хотелось, чтобы её милую божью коровку кто-то жёг, но, тем не менее, сдаваться просто так Ника не собиралась — она решила, что вернётся к этому разговору позже.