Глава 14

Купленный тест лежал на раковине, а Светочка сидела на унитазе, боясь посмотреть на бумажку, пропитанную реагентом, и обнаружить там две полоски. У неё ещё теплилась надежда, что врач ошибся. Устал, не выспался, спутал симптомы. Они же всегда были аккуратны. Пять лет и никаких осечек. Почему сейчас? Когда у Светочки намечается карьера, когда в стране непростое время, когда население плывёт в неопределённое будущее?

Настойчивый стук в дверь прервал её стенания, заставив дёрнуться и всё-таки глянуть на продукт фармацевтики. Две полоски. Две красные, жирные полоски, перечёркивающие не только тест, но и её планы и мечты.

— Светлячооок, открывай, — проурчал Игорёк, скребясь в белое полотно. — Я весь в нетерпении…

Света вывалилась из ванны, всунула тест мужу и поплелась в постель. Её снова мутило, кружилась голова и болел желудок. Хотелось лечь, заснуть, а утром понять, что это был сон. Света так и сделала, только утром легче не стало. Вместо того, чтобы готовить завтрак, она двадцать минут обнимала белого друга, ещё столько же отмачивала опухшее лицо холодной водой. Чашка чая — всё, что желудок позволил в себя впихнуть.

До работы Светлана доехала в предобморочном состоянии. Ей было жарко, душно и одновременно бил озноб. Холодный пот стекал по вискам, волоски приподнимались под одеждой, а мурашки скакали табуном наперегонки.

— Перепила? — не удержалась от комплимента Марина Николаевна.

— Хуже, — выдавила Светлана, падая на стул.

— Отравилась? — продолжала пытать женщина.

— Ещё хуже, — мотнула головой Света, вытирая потный лоб и облизывая потрескавшиеся от сухости губы.

— Беременная? — выдвинула последнюю версию Марина, с надеждой смотря на бледно-зелёную девушку.

Света кивнула, закрыв глаза и борясь со слезами, прорывающимися наружу. Ей было страшно посмотреть начальнице в глаза, увидеть там разочарование, подтверждение её ветрености.

— Господи! Радость-то какая! Какие вы молодцы!

Марина стащила Светку со стула и принялась обнимать и поздравлять. Вот тут слёзный поток и прорвался, оставляя тёмные, влажные пятна на блузке обнимающей женщины.

— Тю. Чего это мы плачем? — непонимающе уставилась Марина.

Свету, как и слёзы, прорвало. Заикаясь и всхлипывая, она рассказала и про отношения со свекровью, и про съёмную квартирку, и про диплом, и про уплывающую из рук работу.

— А работа-то при чём? — поинтересовалась Марина Николаевна, вытирая ладонью слёзы.

— Как причём? Кому я нужна с пузом? — провыла Светка.

— Ну пузо у тебя появиться не скоро, успеем оформить и отправить в декрет. А там малыша в ясельки отправишь и выйдешь на работу. Диплом тоже не проблема защитить, тем более он у тебя практически дописан.

Марина Николаевна успокаивала Светку, гладя по спине и произнося такие нужные в данной ситуации слова. Света начала успокаиваться, вытерла слёзы, высморкалась в платок и потихоньку втянулась в работу, подбивая кассу до обеденного перерыва. От запаха жирного гуляша её чуть не вывернуло наизнанку. Единственное, что было съедобным, оказался салат, который не продержался в желудке и пятнадцати минут. Положение спас сладкий чай с лимоном и апельсин, провалившиеся в пустой живот и оставшиеся там надолго.

На следующее утро, взяв выходной, Светка побежала в районную консультацию, где столкнулась с непреодолимой проблемой. Иностранку без регистрации на учёт ставить отказались. Не помогло свидетельство о браке с москвичом, обучение в МГУ и пять лет проживания в столице.

Игорёк, вернувшись с работы пораньше, застал жену плачущей, свернувшейся калачиком на кровати. Он с детства не посещал поликлиники и не мог предположить с чем столкнётся любимая.

— Поднимайся. Пора навестить родителей, — решительно скомандовал мужчина, услышав её рассказ.

К старшим Райновым они приехали к семи, аккурат к возвращению тех с работы. Новость о внуке произвела фурор. Борис рванул за бутылочкой вина, а Ксения со звоном похоронила свои мечты о невестке из интеллигентной и состоятельной семьи. Нет. Свету она, конечно, не полюбила, но ради внука решила сменить гнев на милость.

— Значит так, — Ксения Ильинична решила сразу обозначить границы. — Вы переезжаете к нам. Временную регистрацию мы сделаем, ребёнка пропишем, а дальше видно будет.

Волокита с регистрацией растянулась на две недели, несмотря на связи Бориса, и как только заветный вкладыш был получен, Света сразу пошла вставать на учёт.

— Срок ещё маленький, пять-шесть недель, но беременность однозначно есть, — поправила очки на переносице неприятная, сухая женщина, являющаяся гинекологом на Светкином участке. — Вот направления на анализы. Сдавайте и приходите через две недели вставать.

Сухо, лаконично и по делу. Света взяла бланки, спустилась вниз, узнала расписание процедурного кабинета и вышла на улицу. Май вступил в свои права. На газонах прорезалась травка, молодые листья прорвали почки. Природа тянулась к тёплым лучам солнца, насыщая воздух сладким запахом тополиной смолы.

Светочка неспеша шла по скверу, подставив лицо под природный ультрафиолет, и поглаживала плоский животик рукой. Толи весеннее пробуждение, толи стервозная атмосфера в поликлинике повлияли на Свету, но что-то щёлкнуло внутри и пришло внезапное понимание — она рада появлению в их жизни малыша.

Сев на скамейку, будущая мамочка предалась мечтам. Кто у неё в животике? Мальчик или девочка? Куда поставить кроватку? Какие связать пинетки? Надо обрадовать родителей. Мама с папой так хотели внуков. Последние два года интересовались при каждом телефонном звонке.

На следующий день Светочку ждали хорошие новости. Марина Николаевна отправила девушку в отдел кадров для подписания трудового договора и официального оформления. Вернувшись вечером домой, она сияла, как новогодняя ёлка и улыбалась в тридцать два зуба. Светлана Ивановна Райнова — бухгалтер автосалона Альфа. Звучит круто. Осталось приготовить ужин, дождаться мужа и отметить её рабочие успехи.

Игорю тоже было чего отмечать. Проект высотки, отправленный на конкурс, занял первое место. Денег это не прибавляло, но свои бонусы давало. Игорь стал на ступеньку ближе к должности начальника отдела. Жизнь, наконец, стала преподносить подарки Райновым, заслуженные, заработанные усердием и трудом.

На ужин приехал Денис, привезя огромный букет жёлтых роз и бутылку хорошего коньяка. Дэн не видел Светлану почти месяц с того дня на даче. Сначала он глушил боль в бухле, потом полетел в командировку договариваться о транспортировке груза с польскими бизнесменами. Ему нужно было время осознать, смериться, переболеть. Переболел, осознал, но не смерился. Слишком сильно он любил Светлану, чтобы согласиться её потерять. Его сердце давно не принадлежало ему, чтобы он мог управлять им.

Света изменилась. Похудела, осунулась, скулы стали острее, а глаза, светящиеся счастливым блеском, заняли пол лица. Она была бледна, но чертовски хороша. Пышная грудь стала ещё больше и тяжелее, через футболку обозначились рёбра, делая стан тоньше и сексуальнее. Как давно он не видел её обнажённой, как давно он не кончал вместе с ней.

— Ребят. Давайте в выходные на дачу, — предложил Дэн, вгрызаясь в окорочок Буша, запечённые до хрустящей корочки. — Я привёз презенты от польских друзей. Вам понравиться.

— Договорились, — кивнул Игорёк, посмотрев на улыбающуюся жену.

— Хорошо. Завтра заеду за вами, — хлопнул довольно в ладоши Дэн.

От свежего воздуха, пропитанного хвойным ароматом, Светочке полегчало. Токсикоз, как будто остался в Москве, дав передышку измученному организму. Светка дышала полной грудью, наслаждаясь отсутствием тошноты и постоянного недомогания. С каким удовольствием Светка вгрызалась в сочный, свиной шашлык, замаринованный с луком и лимоном. Цитрусовая кислинка в нежнейшем мясе привела Светика в восторг, заставляя мычать от гастрономического удовольствия. Ей было настолько легко и хорошо, что она решила заняться с мужем любовью после длительного перерыва, вызванного плохим самочувствием.

Игорёк рычал от счастья, тиская набухшую грудь и слизывая Светкины соки. С беременностью вкус жены стал слаще, пикантнее, притягательнее. Её хотелось лизать круглые сутки, всасывать плоть, зарываться в неё лицом. Денису хотелось того же. Стоя в коридоре, он с жадностью ловил каждый стон, каждое колыхание груди, каждый изгиб спины. Как она кричала, содрогаясь в оргазме, как сладко она кончала, закусывая губку и закатывая глаза. Как Дэну не хватало её рядом. Как сильно он был болен ей.