Глава 39

Мать Соколова смотрела на меня взглядом хищной птицы в ожидании ответа.

- Д-да, правильно, - пролепетала я, поправляя салфетку на коленях.

- Расскажите мне о своей семье, Ульяна, - попросила она. - Кто ваши родители?

- Ну, мои родители замечательные люди, - начала я, чувствуя себя так, будто я снова в школе стою у доски, совершенно не зная урока. - Мой папа учитель истории и обществознания, а мама медсестра.

- Ясно, - выдохнула она, наклонив голову, как будто пытаясь увидеть меня насквозь. - Полагаю, без недвижимости в Москве?

- Недвижимость - это больше ваш конёк, - отбрила ее я. Может, я и боюсь ее, но вести себя как хамка не позволю.

- Мама, - вмешалась Ева, - Надо было заранее сказать Ульяне, чтобы она и выписку с банковского счета прихватила! Ты бы заодно и ее кредитную историю проверила. Это невежливо такими вещами интересоваться! Лучше бы поинтересовалась, чем сама Ульяна занимается.

Губы Лидии Антоновны сжались в тонкую нитку.

- Прошу прощения за мое любопытство, так а вы чем вы занимаетесь, дорогая?

- Я - специалист по связям с общественностью, - сказала я, благодарная за спасательный круг от Евы.

- Достойно, - признала Лидия Антоновна холодно.

- Спасибо, - выдавила я, надеясь, что моя улыбка не слишком похожа на гримасу.

Закуски едва унесли со стола, когда Стас вернулся на свое место. Он привычно по-хозяйски положил руку мне на талию, и я сразу почувствовала себя немного спокойнее.

- Извини, - пробормотал он, его дыхание щекотало мое ухо.

- Опять решал вопросы всемирного масштаба? - поддразнила я, радуясь его возвращению.

- Что-то типа того, - хмыкнул он, подав сигнал официанту принести первое блюдо.

Еда была симфонией вкусов - обжаренные гребешки с пюре из цветной капусты, трюфели и зелень. Это было так художественно оформлено, что я чувствовала вину, наколов вилкой все это великолепие.

Ужин проходил легко и непринужденно. Оказалось, что семья Соколова куда проще и душевнее, чем представлялось мне в начале. Блюда сменяли друг друга, одно вкуснее другого.

После ужина официанты убрали посуду, и свет в зале стал приглушенным. Мягкое свечение превращало зал в какое-то почти мистическое место. Тишина повисла в воздухе, когда ведущий вечера вышел на сцену.

- Приветствую вас, дорогие гости, спасибо, что пришли сегодня, - тепло произнес он. - Ваша поддержка - основа нашего общего успеха.

Он начал представлять лоты аукциона.

Один за другим на экранах появлялись невероятные предметы: спортивные сувениры с автографами, экзотические круизы, сверкающие ювелирные украшения. Зал наполнился восторженным шёпотом.

- Трехнедельное путешествие по Средиземному морю! - объявил ведущий. - Торги начинаются прямо сейчас!

Зал взорвался. Номерки взлетают вверх, цифры растут, адреналин зашкаливает.

- Ты когда-нибудь был в круизе? - шепнула я Стасу, наблюдая, как бриллиантовое колье уходит за баснословную сумму больше похожую на чей-то номер телефона.

- Пару раз, - негромко ответил он, не отрывая глаз от сцены.

- Да, такие вот развлечения у миллионеров, - протянула я, стараясь не показывать свою зависть.

Состояния разбрасывались, как конфетти, и это напомнило мне как далека я была от этого всего.

Когда последний лот - винтажный набор вин - был продан, на экране высветилась общая сумма: тридцать три с половиной миллиона рублей.

- Круто, правда? - задумчиво произнес Стас. - Весь этот антураж - ради хорошего дела.

- Наверное, - усмехнулась я.

Я невольно задумалась: в какой мир я попала? Мир, где деньги решает все? Сделав глоток шампанского, я почувствовала, как пузырьки щекочут горло.

Аплодисменты все еще звенели в ушах, когда я попросила меня извинить и вышла из-за стола. Мне отчаянно хотелось спрятаться от этого всего, запереться в кабинке туалета, глубоко вздохнуть и попытаться поймать ускользающую реальность.

- Так что-то рановато уходишь, Ульяна? - личная помощница Соколова, Вероника, появилась словно из ниоткуда. Тон у нее был притворно приторным. От этой сучки хорошего не жди…

- И тебе привет, Ника, - натянуто улыбнулась я.

- Да уж… Стас у нас всегда отличался… своеобразным вкусом, - её горячее дыхание неприятно обожгло мое ухо. - Только знай, милая - ты надолго с ним не задержишься. Он всё равно приползет обратно ко мне. Он всегда возвращается.

Я отстранилась. Её слова обожгли меня словно хлыст.

- Спасибо за напутствие, - процедила я с сарказмом и унеслась прочь.

Влетев в туалет, я заперлась в первой попавшейся кабинке. Я пыталась унять сердцебиение. И тут дверь открылась, и я услышала голоса.

- Ты видела лохушку, которую притащил с собой Соколов? - первый голос звенел едва скрытой завистью.

- Это просто жесть, - отозвался второй, с язвительным смешком. - Такую колхозницу надо было еще поискать.

- Я была о нем лучшего мнения…

- С фига ли? Ему пофигу, кого трахать. Помнишь его бывшую, которая типа модель? А на деле шлюха голимая.

- Раньше он таким не был. Ну ладно, может у него просто временный сдвиг по фазе.

Их смех весело отскакивал от стен. Я сглотнула подступивший к горлу комок. Похоже здесь каждая вторая, когда-то была с моим мужчиной… Это просто унизительно. Внутри все похолодело - не от ревности, а от осознания, что я одна из многих.

- Пойдем, мы должны показать ему, кого он теряет. Тем более на фоне его нынешней - это несложно, - сказала одна из них, и их голоса затихли.

Я стояла там и ощущала себя пустым местом. Я выждала, пока дверь в туалет не захлопнулась, прежде чем выйти из своего укрытия.

Я посмотрела на себя в зеркало. Не время лить слезы из-за завистливых речей каких-то куриц.

Я расправила плечи и вышла обратно в зал. Моя единственная защита - натянутая улыбка и железное чувство собственного достоинства. Этого должно было хватить…