Глава 26. Развязка

Изольда

Дом Авроры мы с Гуллечкой нашли быстро. Жила она совсем неподалеку от исследовательского центра, в мрачной серой коробке. Бррр… Как люди умудряются обитать в таких скучных местах? Ну, серьезно!

Трехэтажный дом больше похож на барак. Только не деревянный, а из серого плохо отесанного камня. Унылые окна, как под копирку. Крохотные балкончики. Квартира нашей дамочки была на втором этаже.

— Что-то я сомневаюсь, чтобы тайное общество заседало в такой халупе, — сказала я, задумчиво глядя на дверь квартиры Авроры. Гулль пискнул, соглашаясь. Он зачем-то опять стал шиншилликом.

— Но мы с тобой все равно проникнем внутрь и все разведаем!

Шпилька для волос — лучшая отмычка! Через пять минут мы уже разглядывали тесную двухкомнатную квартирку. Интересной оказалась стена в спальне. Над кроватью висел огромный плакат, который напомнил мне “карту желаний”. Только вот вместо дорогих экипажей, бальных платьев и красивого мужчины с колечком в подарочной коробке там были другие картинки. И надписи еще. В самом центре — красивый золоченый трон, на котором восседал какой-то мужик, но вместо его головы была Аврорина. И подписан коллажик: “Мировое господство”. Вокруг — куча фоточек и рисуночков мужчинок. Один чистит персонажу на трончике ботинки, второй — делает маникюр. Раболепствуют, в общем.

— Ничего себе! — Гулль даже превратился в мальчика, чтобы это сказать.

— Да уж, серьезная девушка наша Аврорушка, — согласилась я, — если она планировала такую веселую вечеринку, отчего меня не позвала?

— Смотри! — фамильярчик подергал меня за рукав. — Профессор. И Оливер!

И точнехонько, в нижнем левом углу этого…хм… шедеврика довольно похоже нарисован Бертик, а рядышком — эльф. Его художница изобразила щупленьким и неприлично лопоухим, но я все равно узнала. На ребятках были наручники. И рядом надпись: “Месть!”

— Ух, как они ее зацепили, — содрогнулась я, — но теперь мы точно знаем, кто похитил пацаняток. Знать бы еще, куда она их утащила?

— Я кажется догадываюсь, — Гулленыш даже просиял от своей смышлености, — вот, справа, здание. Оно мне знакомо. Это старый тир за городом. Его закрыли два года назад и продали с аукциона.

— Кому? — заинтересовалась я.

— Не знаю, я же шиншилла а не агент по торговле недвижимостью!

— Не дерзи, маленький! — я потрепала его по голове и привычным жестом сунула ему в рот кусочек сушеного яблочка. Он, так же по привычке, его сжевал.

— Значит, идем туда. Вряд ли она просто так приклеила фото этого домика, да еще с надписью: “Наш штаб”.

Идти было далековато, поэтому я вызвала экипаж. Его еще пришлось подождать, я нервничала, что мы пропустим самое интересное. Поэтому когда мы наконец-то приехали, я побежала к строению, забыв об осторожности.

— Подожди, давай с черного хода зайдем, — предложил мой помощничек. И точно! Сегодня он куда разумнее меня. Наверное, это я от любви к своему министрику стала такая спонташечка порывистая.

Послушав Гуллика, я сменила траекторию. И правильно сделала. У парадного входа стояли две сурового вида девушки с большими палками. Явно скрывают что-то! А вот вход в подвал не охранялся.

Процокав каблучками по лестнице, ведущей вниз, я увидела глухую дверь, больше похожую на плиту. К счастью, закрывалась она на замок. А значит его можно легко отпереть, с моими-то способностями.

Я, если честно, ожидала увидеть в подвальчике связанных Бертика с Оливерушкой. Но промахнулась. В центре крошечной каморки стоял обшарпанный стол. На нем — маленький тазик, и больше никакой посуды или мебели вообще. А рядом с тазиком сидело милое существо. Кажется, морская свинка. Вот бы Гросик сейчас обрадовался! При воспоминании о моем любимке я ощутила, как в груди расходятся теплые лучики. Может, подарить ему эту зверюшку? Но симпапулька была какая-то грустная. По ее мордочке стекали слезы и капали прямо в тазик.

— Не бойся, маленькая, — я осторожно протянула руку, попыталась погладить свинку, но она отшатнулась так, что полетела с края стола!

Гуллик кинулся вперед, чтобы подхватить крошечку. Солидарность почувствовал, не иначе!

Но зверек перекувыркнулся в воздухе и превратился в стройную, восточного вида девушку. И мой фамильярчик и глазиком моргнуть не успел, как уже держал ее за талию, крепко прижимая к себе. Вот неожиданность, ихихих!

— Кто вы? — испуганно спросила девочка.

— Мы ищем своих коллег, — просветила я ее, — по нашим расчетам, они как раз должны сидеть тут в местном плену.

— Да, это на нее похоже, — грустно подтвердила бывшая свинка.

— А вы кто, прекрасная незнакомка? — мой грызунчик покраснел почти в цвет своих волос, но девушку не выпускал.

— Я — фамильяр Авроры. Она меня тут держит, потому что не приемлет ничего дедовского и слишком традиционного. Аврора желает создать собственные правила, а старые ей не подходят. Поэтому она решила отказаться и от своего фамильяра. Меня, кстати, Лера зовут.

— Гулль, — представился мой шиншилленыш и его лицо стало на тон светлее, — давно тут сидишь?

— Очень, — кивнула Лера, — не один тазик слез уже наплакала. Чтобы на столе лужиц не было. Но я примерно представляю планировку этого здания и смогу вас провести тайными путями. Мне кажется, главное — обезвредить установку, которую она сегодня собиралась запустить. Это очень опасная штука.

— А откуда ты знаешь ее планы? — удивился Гулль.

— Аврора приходит ко мне, чтобы ими поделиться. Ей нужна аудитория. А единомышленницы и так всё знают, им рассказывать уже неинтересно. И кроме того, она верит, что я проникнусь ее идеями. Но пойдемте, нельзя терять времени! Нужно открыть вот эту дверцу, сможете?

Я критически глянула на ветхие створки, отделяющие нас от коридора. Тут даже шпилька не понадобится, хватит одного пинка. Так оно и оказалось!

Вскоре мы уже крались внутри зданьица.

— На третий этаж, — скомандовала Лерушка, и мы послушались. На лестнице случилось странное. Гуллечке вдруг стало плохо. Он скрючился, хватаясь за голову. Кажется, чуть сознание не потерял.

— Мы опоздали! — в отчаянии сказала Лера и ее красивенькое личико исказилось. — Устройство сработало. Все мужчины в городе сейчас выведены из строя. На Гулля это не так сильно подействует, как на остальных, потому что он фамильяр. Но плохо быть может.

— Мне плохо! — подтвердил мой мальчуган.

— Идти можешь? — спросила я с тревогой. Он кивнул. И правда пошел, хотя был очень бледненький. Лерунчику пришлось вести его под ручку.

Поднимаясь дальше мы услышали ровный, четкий стук каблуков. Это наверняка Аврора, она только так и должна ходить. Уже ничего не боясь, мы выбежали на этаж и увидели, как закрылась одна из дверей.

— За ней! — крикнула я. Но дверь не рванула, а осторожненько открыла, не хотела, чтобы Аврора сразу нас заметила, зашла внутрь. Увидела какую-то нишу и утянулась туда, вместе со своими малышами. Люблю делать сюрпризы. А сюрприз, между тем, ждал меня!

В помещении призывно подмигивала красивенькая установка. Лицом к ней стояла наша истинная злодеюшка. На полу лежал Бертик с пораненной головушкой. А перед ним, на коленях — изящная эльфийка, почему-то в костюме Оливера. Девочка склонилась над несчастным профессором, блестящие волосы рассыпались по плечам, падали на лицо Бертика. Но я все равно видела, чем эти двое занимаются.

— И почему это мой идеальный план не сработал? — спросила Аврора.

Интересно, она рассчитывала что-то услышать? Кто будет отвлекаться от такого поцелуя, чтобы ответить не очень дружелюбной личности?

Альберт

Я приходил в себя медленно. И приятно. И, кажется, не вполне в своем уме, либо от удара головой у меня начались галлюцинации. После обморока всегда сложно вспомнить предыдущую точку сохранения… не то, чтобы я часто отключался, но случалось пару раз в жизни.

В моей голове заевшей пластинкой вертелось: “Я — Оливия”. Привиделось? Желаемое воплотилось в ложные воспоминания? Или это правда? Эта мысль промелькнула на стыке реальности и небытия, из которого я выбирался, с трудом разлепив глаза. А потом их снова пришлось закрыть, потому что так ощущения обострялись еще больше. Но такие ощущения обострять и стоит.

Когда Оливер… или все же Оливия? Коснулся, или коснулась моих губ своими, я увидел, как по …ее (?) лицу разливается ровный теплый свет. И черты становятся мягче. Тут я уж и закрыл глаза вновь. Чтобы перестать гадать.

В ушах шумело. То ли от физической травмы, то ли от любовной. Думать в этот момент не хотелось вовсе, но обрывки воспоминаний и выводы к ним сами собой врывались в мою бедную голову. Если она все это время притворялась парнем, зачем ей это? Надо будет обязательно узнать. Потом. Наверняка причины были серьезными… но главное — я все же не сумасшедший. Мне захотелось обнять ее и притянуть к себе. Но руки не желали слушаться. Я попробовал пошевелить пальцами ног, тоже не получилось. Хорошенькое дело. Поцелуи я чувствовал прекрасно, а вот свои конечности — нет. Но об этом тоже не хотелось пока размышлять. Как и вообще ни о чем. Пусть этот момент длится вечно, я не против. А вот судьба видимо — да. Потому что я услышал голос Авроры. Она недоумевала по поводу своего идеального плана.

Оливия с явным сожалением от меня оторвалась и я смог рассмотреть ее лучше. Однозначно, это девушка. Черты лица были те же, но более женственные. Фигура также изменилась, мужской костюм сидел на ней по-другому. Вероятно, до этого она находилась под воздействием маскирующего заклятья либо артефакта. Где ей удалось достать подобную редкость? Что бы это ни было, сейчас оно потеряло свою силу. Возможно от поцелуя. Или срок действия вышел. Теперь понятно, каким образом удалось отключить установку. А она, надеюсь отключена. Вон, стоит, мигает но не гудит.

Оливия медленно поднималась, Аврора уже приближалась к ней угрожающей походкой хищника. Я должен помочь ей! Нет, не Авроре, конечно же.

Я судорожно пытался обрести контроль над руками и ногами, но ничего не выходило, задракониться тоже не мог… в бешенстве, кажется, зарычал. Дамы даже не обратили на это внимания, они увлеченно рассматривали друг друга. Особенно Аврора, которая наконец сказала:

— Так вот кто смог остановить важнейшее для нашего сестринства мероприятие! Отступница! Как я сразу тебя не распознала? То, что ты не мужчина, ничуть не делает тебя лучше их!

— Какая же я отступница? — почти спокойно заметила Оливия (какое прекрасное имя, кстати, музыка просто… а еще у нее и голос изменился). — Я вашему тайному обществу присягу не давала.

— И очень зря, — с яростью ответила наш администратор, полагаю, бывший, — потому что это просто пауза. Профессор все еще под действием моих волн. Да, оно было кратким, но впечатляющим, поскольку он находился рядом с устройством. Альберт не сможет помочь. Я закончу с тобой и продолжу свою миссию.

Ведьма резко выбросила вперед правую руку и я увидел, как от ладони отделяется шар красного цвета и летит прямо в Оливию.

Оливия

Аврора определенно была опасной личностью. К тому же еще и фанатично преданной своим принципам. Что может противопоставить эльфийка опытной ведьме? А в том, что она во многих вопросах опытнее меня, я не сомневалась. Ведь год ее выпуска из университета совпадал с годом моего рождения. Да и магией ведьмы владеют намного лучше эльфов.

Аврора сформировала в ладонях красный пульсар и швырнула его в меня. Я легко увернулась — сказался опыт дворовых игр. В вышибалах мне не было равных. Ведьма швыряла все новые и новые шары, но пока результатом стали мелкие разрушения и трещины на стенах. Один из пульсаров пролетел в нескольких сантиметрах от Альберта. Пора менять тактику!

Продолжая уворачиваться от нападок разъяренной ведьмы, я постаралась найти хоть что-то, что могло стать моим оружием в этой схватке. Увы, в идеально прибранной комнате ничего полезного не было. Кроме швабры, одиноко стоящей в углу.

Пара шагов, я увернулась от нового шара и, схватив швабру, кинулась на Аврору. Не дав времени ей опомниться, я ринулась в нападение, орудуя шваброй, словно рапирой. Я кружила вокруг ведьмы, пытаясь ткнуть в бок и дезориентировать. От неожиданности, ведьма отступила на пару шагов назад, но потом все же сконцентрировалась и выпустила в меня огромный по своей мощи пульсар.

Я легко отпрыгнула, а вот переливающийся красным и золотым шар упал туда, где я стояла еще секунду назад. И попал прямиком в установку! Послышался звон разбивающегося стекла и металлические детали весело покатились по каменному полу.

Аврора взвыла от ярости. Еще бы! Ее многолетний труд был разрушен в одно мгновение. Да не кем-нибудь, а девушкой, потенциальной союзницей!

— Да кто ты вообще такая? — взвизгнула Аврора. — Пробралась обманом в мою лабораторию, наврала о себе три короба!

Странно, ведьма не помнила, что сама эти “три короба” обо мне и придумала! А злодейка продолжала, как обычно, сама себе отвечая за собеседника.

— Ну, конечно! Решила отказаться от своей прекрасной женской сущности и попасть в мужской мир на равных. А я тебе еще доверяла самые важные поручения!

Даже не удивительно, что педантичная Аврора уборку считала более первостепенной задачей, чем изобретение какого-то там телепорта. Скорее всего, вообще самоцелью.

— И ведь такой план был! Я его в мельчайших деталях проработала и схему нарисовала, — голос ведьмы стал зловеще тихим, а в руке загорелся новый пульсар, черный — мы хотели дестабилизировать мужской мир и захватить власть. Но в первую очередь мы должны будем устроить чистки, чтобы избавиться от таких, как ты — женщин, выбравших не ту сторону!

Свет в комнате словно померк, а темнота в руках Авроры все разрасталась. Она казалась мне чем-то смутно знакомым. Черная дыра? Вот прямо здесь, у ведьмы в ладонях? Кажется, она тоже много работала на стыке науки и магии.

Но восхититься я не успела — черный сгусток антиматерии становился более плотным, в его середине появилось углубление, в которое словно в вакуумный поглотитель пыли стали затягиваться осколки рассыпавшейся установки. Мои волосы взметнулись и потянулись в сторону все увеличивающегося шара. Аврора же стояла прекрасная и недвижимая, наблюдая, как новорожденный космический монстр начинает сворачивать пространство вокруг и поглощать материю.

— Красиво придумала, но, ихихих, непрактично, — раздался насмешливый голос совсем рядом.

Под ногами рыжей тенью метнулась шиншилла, отвлекая на себя внимание Авроры.

— Терпеть не могу всяких грызунов! От вас один только мусор и шерсть кругом!

Аврора направила свое космомагическое творение в сторону малыша Гулля и попыталась поймать его, чтобы навсегда упокоить во всепоглощающей темноте.

— Нельзя обижать фамильяров! — крикнула Изольда и со звоном разбила бутылку шампанского об голову Авроры.

Брызги игристого разлетелись по комнате. Гулль упал без чувств, и к нему тут же метнулась еще какая-то зверушка. Аврора осела на пол, недоуменно моргая. Шар в ее руках встрепенулся, по его поверхности мелкой сеткой расползлись серебристые молнии. Черная дыра стала нестабильной без магической подпитки своей создательницы и, ослепив нас яркой вспышкой, исчезла, напоследок засосав в свое алчное нутро Аврору, возможно, отправив в один из параллельных миров.

— Жалко, такое игристое пропало, — Изольда с грустью посмотрела на осколки бутылки, — зато теперь у нас тут ни одного разбитого сердца. Хотя мальчиком тебе тоже ничего так было.

Паралич, сковавший тело Альберта, начал понемногу отпускать его. Я помогла своему дракону сесть. У противоположной стены подле поверженного Гулля суетилась какая-то малышка, которая еще секунду назад была морской свинкой. Кажется, у этих двоих тоже будет все хорошо.

— Оливия, значит, — сказал Альберт и притянул меня к себе.