Глава 20
Глава 20
Аня расстроенно смотрела на сцену. Вступительная часть с выступлением профессора из Шанхайского университета, была пропущена. И ладно бы только речь, но уважаемый Мин Тао сопровождал ее роликом, автором которого была она, Аня. Ей так хотелось похвастаться перед Дэном. Прочитать в его глазах гордость за нее. Но он опоздал и ничего не увидел.
– Не переживай, Анч… Анечка, - прошептал Дэниэль, наклоняясь к уху. – Покажешь дома, на компьютере…
Аня кивнула, продолжая пристально смотреть в экран. Ее до сих пор колотил озноб, и раньше она бы теснее прижалась к Дэну, но сегодня тело словно одеревенело.
В перерыве все отправились на маленький фуршет. Дэниэль много и весело рассказывал о своей встрече с Давидом, говорил о том, как все были поражены его предложением, и вдруг замолчал на полуслове. Аня вопросительно на него взглянула. Дэниэль протянул ей бокал шампанского и посмотрел так, будто не решался спросить.
– Анют…
Она улыбнулась, теплая волна поднялась от живота к горлу, ну наконец-то, он понял, почему она так молчалива и задумчива. Сейчас он попросит прощения за опоздание, быть может, они даже найдут профессора, и Аня представит ему Дэниэля. Старенький Мин Тао частенько шутил, что мечтает побывать на ее свадьбе.
– Слушай, - Дэн придержал ее за локоть.
Аня наклонила голову набок, с полуулыбкой ожидая его слов. Взгляд Дэниэля был рассеян, он словно, никак не мог собраться с мыслями. Аня никогда не видела его таким нерешительным. А может? – ахнуло у нее в голове, и она почувствовала, как краской облило щеки. Тело бросило в жар.
Взгляд опустился на руки Дэна. Это ведь в его духе. Взять и при большом скоплении народа сделать ей предложение… Затрепетала ресницами, всем корпусом наклонилась вперед.
Однако ничего из того, что она нафантазировала, не произошло. Дэниэль сделал глоток воды, и Аня почувствовала, как накатившая волна предвкушения отступает, оставляя после себя лёгкое разочарование, смешанное с любопытством.
– Анют… - Дэниэль продолжал теребить ее за локоть. Глаза, окаймленные густыми ресницами, смотрели с настойчивостью, от которой по коже пронесся ворох мурашек. – Скажу честно, мне позарез нужны данные, которые пока есть только у Давида.
Он увидел, как расширились ее зрачки, а на лице проявилось непонимание. Приобняв Аню за талию, Дэн торопливо начал говорить:
– Не делай преждевременных выводов, хорошо? Наши работы в любом случае будут объединены. Так почему бы мне не подготовиться заранее и всё не перепроверить? Чтобы быть уверенным. Чтобы успеть исправить ошибки, если они есть. Ты же понимаешь, насколько для меня это важно?
Аня затрясла головой. Шампанское чуть не выплеснулось из бокала.
– Дэн, обсуди это с Давидом. Причем тут я? Если вы будете вместе работать, то он сам решит, когда и что тебе показать!
– Но ты же можешь мне немножко помочь? Я не прошу о многом. Я просто сверю данные. Это как подготовка к экзамену. Давид ничего не узнает.
Дэниэль улыбнулся самой своей обворожительной улыбкой.
– И дело пойдет быстрее. А ты сможешь гордиться своим мужем.
Брошенные небрежно слова, произвели на Аню именно тот эффект, который он и ожидал. Она потрясенно молчала. Только счастливо засияли глаза. Гордиться мужем? – плескался в них немой вопрос.
– Я, конечно, поторопился, и красивое предложение руки и сердца еще будет, но хотелось бы, чтобы ты уже воспринимала меня именно так. А значит, мы одна команда. Верно?
По-прежнему улыбаясь, он поймал Анину руку и прижался к ней губами.
– Ну, так что? Мы команда?
Расплылись дрожащими пятнами огни люстр, голоса слились в океанский шум, нереальность происходящего подступила со всех сторон. Покачиваясь на волнах любви, исходящей от Дэниэля, Аня никак не могла поверить, что всё это происходить с ней здесь и сейчас.
Вихрь эмоций продолжал кружить в быстром вальсе. Сколько чувств и всего-то за последние полтора часа! Недоумение по поводу его опоздания, за ним изумление и даже страх, а следом радость, которую приходится скрывать, но она так и норовит вырваться наружу и начать отплясывать джигу.
Дэн наклонился и поцеловал ее в краешек губ. Аня нахмурилась, и наваждение словно спало. Она немного отстранилась и заглянула ему в глаза: она правильно всё поняла? Дэниэль предлагает ей украсть у Давида информацию?
Загудел сверху кондиционер, разгоняя холодный воздух. От бокала с шампанским дохнуло кислятиной. Аня отставила его на столик.
– Дэн, я очень люблю тебя, но… нет. Разбирайся с Давидом сам.
Храбро посмотрела на него и поразилась. Прямо перед ней разворачивалось фантастическое зрелище. Кто-то невидимый быстро и старательно стирал с лица Дэна улыбку, счастливые искорки в глазах, мягкость черт, а взамен грубо и неопрятно лепил перекатывающиеся желваки, узкую нитку губ и морозил в могильный холод серую радужку.
Аня облизала губы и огляделась. Все присутствующие были заняты разговорами, на них с Дэниэлем никто не смотрел. Она моргнула: уж не почудилось ли ей?
– Ок, - произнес Дэн, но таким тоном, что Ане показалось, будто под ней треснуло стекло, и она провалилась в аквариум с ледяной крошкой. – Я тебя понял. Что ж, я справлюсь сам. Я не имел права просить тебя о помощи.
Дэниэль, как солдат развернулся и начал пробираться сквозь людей. Аня качнулась, чтобы окликнуть его или пойти следом, но будто споткнулась о безразличную застывшую спину. А еще через мгновение рядом с Дэном оказалась какая-то блондинка, и он, не обращая никакого внимания на Аню, вступил в беседу.
Аня прислонилась к холодной колонне. Оставалось только бессильно наблюдать, как она опять всё испортила.
***
– Это ты ее подучила?! – брызгал слюной Сергей.
Лена с холодным выражением лица откинулась на спинку стула и сложила на груди руки. Сергей пригласил ее в кафе на нетерпящий отлагательств разговор. И по его напряженного тону, Лена почему-то решила, что дело касается Ани. Шевельнулась в душе призрачная надежда, что он заметил в Дэниэле то же, что и она.
Но выясняется, что как всегда, в голове у Сергея лишь забота о собственном комфорте. Точнее, страх этот комфорт потерять.
Ей и в голову не могло прийти, что бывший муж поедет в пансионат, да еще и столкнется с Бертой. Он ведь так старательно избегал этого места. И вот сейчас он сидит напротив и шипит, как раскаленный утюг, снова делая ее виноватой в том, чего и не было.
– Я никого ничему не учила, Сережа. И если бы ты чаще Берту навещал, то, возможно, для тебя не стало бы шоком, что мать тебя помнит.
Сергей сжал в ладонях бокал с коньяком. Его огненный дружок, который в последнее время всё чаще и чаще играл роль спасателя, доктора, психолога и друга. Выпятив вперед челюсть, отвернулся в окно. Лена спокойно ждала, когда можно будет уйти. Если разговор не о том, как образумить Аню, он ей не интересен.
– И что же теперь делать? – спросил Сергей.
Лена удивленно смерила его взглядом. Спесь куда-то подевалась, а в голосе зазвучали жалобные нотки.
– Если ты намекаешь на то, что я снова заберу твою матушку и буду о ней заботиться, мой ответ – нет.
Сергей поежился и вздохнул, и по его виноватому виду Лена поняла, что он всерьез рассчитывал на такой исход. Она не выдержала и рассмеялась. Облокотившись о стол, наклонилась ближе.
– Нет, ты что? Ты, правда, решил, что это снова ляжет на мои плечи?
Сергей засопел и молча опрокинул в себя содержимое бокала. Лена изумленно приоткрыла рот: лихо! Когда-то вообще не мог пить. Значит, и нездоровый цвет лица, и набрякшие под глазами мешки – это не неудачное освещение? Конечно, остатки былой привлекательности еще сохранялись, но если пойдет такими темпами, то он может плохо кончить.
– В общем, решай сам, Сережа. Я Берте никто. Официально ты ее опекун, так что…
Показывая, что разговор окончен, Лена отодвинула стул и встала. Сергей тоже вскочил и засуетился.
– Лен, Лен, подожди… Но, если я заберу ее…
Лена заметила, что он по-прежнему говорит о матери в третьем лице.
–… если заберу, то это ж надо ее в ее квартиру везти. В знакомую обстановку. А там Аня.
Посчитав это убедительным аргументом, Сергей с вызовом уставился на Лену. Лена опустила глаза, тщательно разгладила на столе салфетку: «Аня… там Аня и Дэниэль, вот в чем ужас…»
Вслух же приторно-медовым голосом сказала:
– Сереж… А ты отдай свое гнездышко любимой единственной дочери. А сам переезжай к Берте. Так тебе будет сподручнее заботиться о матушке. Да и ей спокойнее.
Сергей выпучил глаза, будто увидел привидение. Еле сдержался, чтобы не нагрубить. Это ведь не просто дружеский совет. Это яд гремучей кобры. И когда Лена успела стать такой? Открыто смеется над ним и намекает на его эгоизм и нежелание что-то менять.
Раздражение поползло едкой горечью. Зачем она снова пытается выставить его ужасным сыном и отцом? Мстит за Аню? Не может простить, что он встал на сторону дочери? Но кто мешал ей сделать то же самое? Просто она привыкла, что Аня принадлежит единолично ей, вот и злится, кусает в самые нежные места.
И вдруг озарило. Сергей чуть не расхохотался в голос. Да Лена же просто мстит им с Аней за то, что у них есть любовь! Сама ничего не смогла сохранить, видать, упустила своего докторишку, и теперь не может видеть ничьего счастья.
Так было, и когда он ушел к Нине, так продолжается и сейчас. И ладно бы только ему прилетало, а то ведь и дочь родную не щадит.
Он снисходительно улыбнулся, качнул головой.
– Не думаю, что Аня на это согласится.
– Зато твой разлюбезный Дэниэль будет в восторге. Заодно исправишь ошибку Нины – поделишься ее квадратными метрами с наследником. Будь великодушен, Сережа. Дэн оценит. Поверь.
Лена развернулась и быстро пошла к выходу.