Глава 36

Стикс замолк. А она женским чутьем поняла, чего он не стал договаривать. Если бы он ошибся, то ее сейчас бы тут не было. Ведь дело не только в их чувствах друг к другу, но и в физической совместимости, которую можно было определить, только прикоснувшись, и никак иначе.

– Я рада, что ты решился, – она улыбнулась, желая его подбодрить.

Но был еще один вопрос, который не давал ей покоя. Волнуясь, она сжала ладонь элохима и заглянула в глаза:

– Но ты забыл, что я человек. Как долго мы будем вместе?

– О чем ты? – он непонимающе нахмурился.

– О старости. Ты сам знаешь, что люди живут гораздо меньше, чем вы. Ты предлагаешь мне разделить с тобой вечность, но у меня нет столько времени. Я могу дать взамен только несколько лет, а что будет потом, когда я состарюсь? Не хочу, чтобы ты смотрел, как я превращаюсь в развалину…

С минуту он разглядывал ее лицо. Так внимательно, словно хотел запомнить каждую черточку. Потом улыбнулся и притянул к себе. Уткнулся губами в ее макушку и вдохнул запах волос:

– Глупая. Так вот чего ты боишься. Не меня, не моей разрушительной силы, а того, что состаришься раньше меня.

Он тихонько рассмеялся.

Айна в ответ сердито засопела:

– Не понимаю причины твоего веселья. Это совсем не смешно. Или ты каждые двадцать лет будешь выращивать нового клона?

В ее голосе послышались ревнивые нотки. Хотя ревновать к самой себе было глупо.

– Отличная идея, но жаль, она уже не понадобится, – Стикс немного отодвинул ее от себя, взял за подбородок и мягко заставил поднять голову. – Тебе не стоит бояться старости и всех ее побочных эффектов.

Она прищурилась:

– Ты что-то сделал?

– Не я. Можно сказать, это премия от Кесаря за хорошую работу. Он сильнейший из нас и единственный, у кого есть иммунитет к моему особому дару. Он поделился той частью своей ДНК, которая отвечает за это. Так что теперь, можно сказать, в тебе есть кусочек сильнейшего элохима в этой вселенной, а заодно его здоровье и долголетие.

– Сам Кесарь?!

Для Айны это было все равно, как если бы сам господь бог поделился с ней кусочком себя.

– Да. Я слишком нужен ему, а моя жизнь и трезвый рассудок зависят от твоего состояния.

– Не понимаю…

Стикс еще раз поцеловал ее в макушку.

– На Земле нас считают всемогущими, но на самом деле мы намного слабее людей. Ты ведь уже знакома с тхейнарами? Люди называют их Псами.

Она с задержкой кивнула.

– Так вот, это наша вторая ипостась, результат химерной ДНК. У тхейнара нет разума, только хищные инстинкты, но их сдерживает наша осознанная половина – тахаэр. Только есть одно «но». Если тахаэр до определенного возраста не встретит свою ханэ, его разум начнет угасать, а верх возьмет звериная сущность тхейнара.

– Линк говорил, что тахаэр – это язык, на котором общаются ваши мужчины, – тихо заметила Айна.

– Не только. Это же слово обозначает и самих мужчин-тенганарцев. Так же, как «ханэ» означает и «женщина», и женский язык.

– Значит, говоря, что я твоя ханэ, ты имеешь в виду, что я твоя женщина?

– Да. Ты моя ханэ, Айна, мой якорь, который удерживает мое сознание и не дает ему впасть в бездну безумия. Пока ты рядом со мной – я мыслю и контролирую инстинкты тхейнара. Любой из нас убьет за свою ханэ, и неважно, кто станет жертвой: друг или брат. У проигравших одна судьба: обратиться в тхейнара.

Он сказал это так легко и обыденно, словно давно смирился и признал для себя тот факт, что отныне она неотъемлемая часть его жизни. Но самой Айне требовалось время, чтобы переварить шокирующие новости. Слишком много всего и сразу.

Она опустила глаза.

– Поэтому ты не выпускал меня из каюты на станции?

– И поэтому тоже. Не знаю, почему эволюция решила посмеяться над нами. На нашей планете такие несчастные заранее покидали города и уходили в пустыню. Но здесь, на Земле, им некуда уходить. К тому же по неизвестной причине их привлекает запах девственниц. Мы не убиваем своих собратьев, потому что любой из нас может завтра оказаться на их месте. Все, что мы можем, это позаботиться о безопасности людей.

– Ультрафиолетовые фонари и комендантский час?

– Да. И охранный контур. Это разработка наших специалистов.

Он замолк. Она тоже не торопилась что-то говорить. Слишком многое нужно было переосмыслить и принять. Но в голове назойливо зудела какая-то мысль. Что-то, не дающее покоя, тревожащее и в то же время неуловимое.

– Стикс… – она подняла на него взгляд, полный тревожного ожидания. – Ты сказал, что я – твоя премия за хорошую работу?

– Да.

– А за что… за что Кесарь тебя наградил?

Губы элохима дрогнули в полуулыбке:

– Разве не догадалась? Меня призвали на Землю, чтобы вычислить и уничтожить ядро Сопротивления.

– База! – дернулась Айна, и ее взгляд наполнился паникой. – Ты… Ты их убил?

– Тише, ты еще слишком слаба.

Стикс попытался прижать ее к себе, но она уперлась ладонями ему в плечи.

– Скажи, ты их убил?

– Только тех, кто заслуживал смерти.

Захлебнувшись дыханием, Айна закрыла глаза. Перед внутренним взором возникла картина: Норд, стоящий на коленях с посеревшим лицом, искаженным болью и паникой.

Он не просто умер. Он высох и постарел, а потом превратился в прах с ужасающей скоростью, в считаные секунды. Стикс отнял его жизнь так легко и непринужденно, будто сорвал с ветки спелое яблоко.

– А остальные? – прошептала она, прижимая руку к груди и боясь услышать ответ. – Что с остальными людьми? Там ведь были и женщины…

– Их будущее от меня не зависит. Сейчас они все ждут суда, который определит тяжесть их преступлений.

– Что это значит?

Он посмотрел на нее с пониманием.

– Ты знаешь ответ не хуже меня. Закон един для всех. Виновных в терроризме и гибели мирного населения ждет…

– …смертная казнь… – закончила она еле слышно.

И сердце болезненно сжалось: Филипп…

Насколько глубоко он увяз? Есть ли кровь у него на руках, или ему удастся отделаться легким испугом?

Несмотря на все, что им пришлось пережить, несмотря на все, что между ними случилось, она по-прежнему беспокоилась за него. Ведь он столько лет был ее другом. Столько лет поддерживал и помогал. Это невозможно забыть и перечеркнуть просто так, даже если есть причина его ненавидеть.

– Фил…

Ее ищущий взгляд уперся в глаза элохима. В нем было столько мольбы, столько надежды и тревожного ожидания, что Стикс не смог ей сказать. Понял: она не поймет, не простит. Никогда. Друзья для нее – святое. Даже такие друзья. Кто-то уже отнял ее семью. В ответ она возненавидела всех элохимов. Если сейчас он отнимет друзей, то навсегда потеряет ее.

Он притянул ее к себе, ломая легкое сопротивление, и крепко прижал.

Мысленно проклиная себя за слабость, шепнул:

– С ним все будет в порядке.

– Спасибо, – с благодарностью выдохнула она.

И сама нашла его губы.

Когда-нибудь он все ей расскажет. О Филе, об аресте Сэма и других ребят из Ермена. О том, что у них никогда не будет детей, потому что мертворожденный не может дать жизнь.

Когда-нибудь, но не сейчас.

Он не может снова ее потерять, не тогда, когда наконец-то обрел.

Она – единственное, что держит его в этом мире. И если ради ее спасения придется уничтожить эту гнилую планетку со всем ее населением – он сделает это, не задумываясь ни на миг.

***

Он перенес ее в свою каюту. Но она была еще слишком слаба и уснула прямо у него на руках.

Впрочем, Стикс знал: с каждым днем время ее бодрствования будет увеличиваться, пока наконец не достигнет максимума, привычного для него самого. Теперь она больше ханэ, чем землянка. Ведь отныне в ее генетическом коде находятся экзоны самого Кесаря.

Слабо улыбнувшись, Стикс провел ладонью по щеке спящей Айны.

Как давно он мечтал об этом?

Прикоснуться к ней наяву. Ощутить нежность и шелковистость ее кожи. Почувствовать тепло живого тела и наслаждаться им бесконечно.

Вернувшись мыслями назад, он вспомнил, как она умирала у него на руках. Уже во второй раз. Будто первого было еще недостаточно, и сама судьба задалась целью свести его с ума.

Вспомнил, как подхватил с земли ее хрупкое тело. Она казалась такой легкой, такой маленькой у него на руках. Повзрослевшая, похудевшая с их последней встречи.

Он не должен был ее отпускать. Но отпустил. И не только ради задания – ради нее самой.

Чтобы она наконец осознала: кто друг, а кто враг – и выбрала сторону.

Он думал, что все хорошо просчитал: верные фарги присмотрят за ней, а наниты защитят от опасных ранений.

И едва не потерял из-за собственной самоуверенности. Что ж, это было хорошим уроком.

И в то же время Стикс испытывал что-то сродни благодарности к тому парню, чья жизнь оборвалась в его руках. Ведь если бы не те выстрелы, он, Стикс, возможно, так никогда бы и не рискнул прикоснуться к любимой женщине.

Все это время, с самой первой встречи в Ермене, он безумно хотел и безумно боялся дотронуться до нее. Боялся, что малейшее прикосновение запустит необратимый процесс. Увядание.

Он стал ненавидеть свой дар так сильно, как никогда прежде. Ощущал его как проклятье или уродство, которого все сторонятся. И если раньше страх окружающих вызывал у него лишь презрение, то теперь он сам себя презирал.

По ночам, когда девушка спала, он приходил к ней в каюту. Часами стоял и смотрел на нее. И ненавидел себя.

Но в тот момент, держа на руках ее тело, внезапно решился.

Будь что будет.

Она все равно умрет.

Если он ошибся, и она не его ханэ – то он просто с ней попрощается и забудет, как сон. Задание Кесаря выполнено, его больше ничто не держит на этой унылой планетке. Он покинет ее, перевернет последнюю страницу своей осознанной жизни и навсегда сгинет в просторах космоса.

Но если это она… Он сможет ее исцелить! Найдет способ, даже если для этого придется перевернуть всю Вселенную.

Его тхейнар неистово бился внутри, требуя воли. Но тахаэр – разумная часть сознания – не спешил отступать.

Он не отреагировал, когда опустился подъемный модуль. Только прижал безвольное тело Айны к груди и, затаив дыхание, прикоснулся к ее губам поцелуем.

Она почти не дышала. Он целовал холодные, безучастные губы. Неистово, жадно, не надеясь получить ответ и в то же время не в силах остановить это безумие.

Сквозь пелену отчаяния в его сознание ворвался взволнованный голос Райна:

– Лорд Хассель! Поспешите, пока ее разум еще можно спасти! Модуль прибыл, все ждут только вас.

Эти слова заставили его замереть, а затем осознать: Айна все еще у него на руках. Она не рассыпалась кучкой праха, как это происходит со всеми другими. Да, ее сердце уже не бьется, но в его власти это исправить!

– Живо! – прошипел он, запрыгивая в модуль и прижимая к себе бесценную ношу. А потом активировал связь со станцией: – Морантан, у нас жертвы. Подготовь все для ускоренного клонирования человеческого тела и матрицу для слепка памяти.

– Прошу прощения, Лорд. Вы уверены? Последний опыт по вживлению памяти провалился. Нам так и не удалось…

«Он не провалился, – прозвучал в голове бесстрастный голос Шентара. Глава разведки все это время координировал действия фаргов на Базе. – Филиппу Бенноту были известны вещи, которых он не мог знать. Точнее, внедренная память осела в его подсознании и проявлялась только под действием особых раздражителей. Но если воспользоваться той же методикой…»

– Я тебя понял, – прошептал Стикс, чувствуя, как модуль отрывается от земли. – Морантан, готовь матрицу. Мы клонируем тело Айны и сделаем глубинный слепок ее сознания. Это должно сработать.

И ведь сработало.

Сейчас, глядя на Айну, крепко спящую в его постели, он это четко осознавал. С той первой минуты, как эта девушка появилась в его жизни, она уже принадлежала ему. Его разум должен был сгореть за месяц, но ее присутствие остановило этот процесс. А тхейнар, который позволил ей ударить себя? Но он был слишком слеп, чтобы признать очевидные факты, и едва не потерял ее. Дважды.

Теперь у нее новое тело без изъянов. Тело, не умеющее стареть. Практически вечное по человеческим меркам. Но прежняя личность. Со всеми привычками, слабостями, достоинствами, чувствами и памятью.

Теперь он обязан Кесарю даже больше, чем прежде. Вмешательство правителя, покорившего себе обитаемый космос, сделало Айну такой же неуязвимой, как и другие элохимы. А иммунитет к увяданию сделал равной самому Стиксу. Теперь ее ждет очень долгая жизнь, без болезней и старости.

Очень долгая жизнь рядом с ним. А он постарается сделать ее счастливой.

– Лорд Хассель, – прозвучал с потолка ровный голос Линка, – поступило новое задание от Кесаря.

– Куда на этот раз?

– Звездная система Сифея, пятый квадрант. Желаете ознакомиться подробнее?

– Ближний свет, – хмыкнул Стикс. Вот и все, его дела на Земле официально закончены, пора собираться в путь. – Отправь информацию на мой ксанар и приступай к программированию курса.

Он наклонился, легко коснулся губами лба девушки и прислушался к себе. Тхейнар молчал. Он был слишком занят, чтобы пытаться разорвать узы рассудка: он наслаждался ароматом своей ханэ.