Глава 31

Оказавшись на улице, сразу же узнаю своего таинственного незнакомца. Нет, выглядит он совершенно не так, как я могла бы его представлять – в моем воображении он был чуть старше, строже, с резкими чертами лица и холодным взглядом.

Но неплохо развитый внутренний голос мгновенно определяет – это он.

На нем надеты черные брюки и белоснежная рубашка, рукава которой закатаны до локтей, а две верхние пуговицы расстегнуты.

Он выглядит так, словно сошёл со страниц глянцевого журнала, но при этом в нём нет ни капли показной напыщенности – только спокойная уверенность человека, который знает себе цену.

Чтобы вспомнить, где мы уже виделись, мне нешуточно приходится напрячь свою память. Пара секунд, и я уже думаю, что на катке он выглядел более официально. Но что тогда, что сейчас – безупречно.

И словно в подтверждение созревших догадок, он делает шаг в мою сторону. Высокий, широкоплечий, темноволосый парень с глазами такого удивительно темного цвета – почти гипнотического, что я с трудом разрываю зрительный контакт.

Когда он подходит, становясь до неприличия близко, мое сердце начинает отбивать барабанную дробь. Настолько активную, что впору бы удивиться. Только вот я даже этого сделать не в силах, потому что мой взгляд прикован к выразительному рельефу его предплечий.

Ощущаю себя так, будто на выставку одного экспоната попала и сама не могу понять, чем так сильно он меня привлекает.

– Ну привет, – произносит он с легкой иронией, и его голос, низкий и всё такой же глубокий, прокатывается по позвоночнику горячей волной, вызывая лёгкую дрожь.

Если бы я не вспомнила его внешне, то сейчас бы совершенно точно узнала по голосу. Черт его знает, по какой причине он отпечатался у меня на подкорке, словно выжженное клеймо.

– Добрый вечер, – мне приходится отступить на полшага назад, чтобы дистанция, нас разделяющая, перестала быть неприличной. Воздух между нами кажется излишне густым. – Мне стоит знать, как ты сумел это всё организовать?

Я киваю на здания суда, чем вызываю появление легкой ухмылки на красивом и, черт возьми, слишком молодом лице. Его губы изгибаются в полуулыбке, обнажая чуть заметную ямочку на щеке, и это делает его ещё более обезоруживающим.

– Не понимаю, о чем ты? Неужели в Мосгорсуде что-то случилось?

Сейчас, приглядевшись, я отчетливо понимаю, что разница в возрасте у нас весьма значительна.

Вот только отбитых на всю голову малолеток мне среди поклонников не хватало.

«Ирина Дмитриевна, вам мало проблем? Ради бога, езжайте домой и забудьте» – внутренний голос делает мне не слишком настойчивое предупреждение.

– А ты не в курсе?

Он качает головой.

– Приехал забрать тебя с работы, а здесь какой-то странный происходит. Расскажешь, в чем дело? – наглец даже не пытается быть убедительным, а я…

А я просто дура, раз ведусь на всё это.

Эта связь, чем бы она ни закончилась, мне не нужна.

– Не припомню, чтобы я кого-то просила забирать меня с работы. Тем более, абсолютно незнакомого для меня человека.

Я пытаюсь его обойти, но этот… слов приличных подобрать не могу, а сквернословить не хочется, перехватывает мой локоть, не позволяя сдвинуться с места.

Метнув в его сторону яростный взгляд, опускаю глаза сначала на его руку, удерживающую меня. А после – осматриваюсь. Коллеги так заняты тем, чтобы унести свои драгоценные шкурки от эпицентра возможного взрыва, что даже внимания не обратят, если меня тут решат на тот свет отправить.

Вот вам и жизнь в социуме. Чем больше людей вокруг, тем больше равнодушия.

– Отпусти и больше так никогда не делай, – я возвращаю взгляд к его глубоким глазам, которые как мне кажется, ещё сильней потемнели.

Я знаю, как выгляжу со стороны в этот момент. Лицо остается безэмоциональным, и только взгляд выразителен.

Обычно пробирает даже самых тупых и уверенных в собственной безнаказанности экземпляров.

Но с ним, видимо, что-то не так. Слегка ослабив хватку, всё равно продолжает меня удерживать.

– Мы с тобой как раз собирались знакомиться.

«Напоминает» он мне и смотрит в глаза так, что язык присыхает к небу.

– Не припомню такого.

– Заработалась значит, – жмет плечами. – Забыла.

Какого черта я, собственно, с ним пререкаюсь?

– Послушай сюда. Если ты решил, что можешь взять и так просто вторгнуться в чью-то личную жизнь, то заблуждаешься. Девочек – ровестниц будешь своей наглостью очаровывать…

С его губ срывается то ли смешок, то ли странное, ироничное цоканье.

– Ир, не начинай. Мы оба знаем, что тебе интересно узнать человека, посмевшего вторгнуться в твою личную жизнь.

Спустя пару минут мы подходим к огромному внедорожнику. Land Rover весьма эффектен, только вот я и понятия не имею, как заберусь в салон на своих каблуках и в юбке. Клиренс слишком внушителен даже для моего не миниатюрного роста, а вскарабкиваться как обезьянка – желания нет.

Сегодняшний день я точно запомню надолго. Он определенно станет одним из самых неоправданно-нелепых в моей жизни.

Всё ещё незнакомец открывает мне дверь и протягивает руку, чтобы я могла за нее придержаться.

– Если хочешь, могу подсадить, – предлагает, наклонившись ко мне так близко, что я чувствую его дыхание на своем лице.

Его беззастенчивость меня остужает.

– Обойдусь.

Проигнорировав протянутую им руку, движимая адреналином, забираюсь в салон без чьей-либо помощи.

Движения выходят чуть резче, чем следует, но я хотя бы не споткнулась и не распласталась у него на глазах. Внутри всё кипит от раздражения, но я заставляю себя сделать глубокий вдох.

– Я так и знал, что при встрече ты снова начнешь выпускать свои колючки, – произносит он с напускным сожалением, перед тем как захлопнуть пассажирскую дверь.

Наблюдая, как он обходит авто и занимает водительское кресло, я думаю лишь о том, что подобные «знаки внимания» случайными не бывают. Все, даже психи преследуют определенную цель. Извращенная, порочная, жестокая… Она есть всегда.

Верить в то, что кого-то обуяли светлые чувства по отношению ко мне, не приходится.

Мы это всё проходили с Андреем, и выхватила я так, что эмоций с лихвой на всю жизнь хватит.

– Что тебе нужно? – спрашиваю в лоб, особо не рассчитывая услышать правду.

Он выглядит так, будто я глупость озвучила.

Разворачивается всем корпусом в мою сторону и, пронзительно глядя в глаза, произносит.

– Ты нужна. Разве это не ясно? – воспользовавшись моим замешательством, добавляет. – Меня, кстати, Александр зовут.