ГЛАВА 2. Физкультура, неприятная встреча и радость

Лину никогда нельзя было назвать ярой любительницей спорта, но поддерживанием собственного тела в подтянутой форме она не пренебрегала. Лёгкий комплекс упражнений утром и вечером она старалась делать всегда. А вот записаться в тренажёрный зал или выходить по утрам на пробежку — нет, на это её силы воли не хватало. Поэтому на парах по физподготовке она всегда мысленно корила себя за лень и не выносливость.

Вот и теперь, сдавая норматив по бегу, Лина мысленно посыпала свою голову пеплом, ругая за вечную лень. Бежала, пыхтела и в тысячный раз обещала себе, что с понедельника обязательно запишется в тренажёрный зал, а беговую дорожку сделает своим самым любимым тренажёром!

Неосознанно, а может и специально, она нашла взглядом бегущего намного впереди Косарева. Спина прямая, бег лёгкий, да ещё он умудрялся перебрасываться фразами с Лёвой. Эх, ей бы так легко давались эти нормативы. Парни-то половину норматива уже пробежали, а она только третий круг бежит. И физрук, как назло, следит за всеми своим зорким соколиным взором…

Вот бы найти в себе силы, чтобы догнать Косарева и бежать позади него. Может, если бы она зарядилась его позитивом и силой духа, ей бы легче давался этот бег… А ещё, ещё Лине очень хотелось, чтобы Сергей обернулся и улыбнулся. Но чтобы эта улыбка предназначалась только ей одной. Улыбнулся той улыбкой, во время которой лучатся озорством его ясные глаза, а соблазнительные губы немного лукаво растягиваются, будто он знает что-то очень важное, но поделится этим сокровенным знанием только с самым близким человеком в мире…

Положа руку на сердце, Лина уже давно призналась самой себе, что после того дня, она так и не смогла равнодушно смотреть на Косарева. Он затронул в её душе какую-то невидимую струну. Нет, не просто затронул маленькую частичку, он завладел огромной частью её души. Вот только Лина никогда не признается в этом ни ему, ни кому-либо ещё, ведь после той её выходки Сергей ни разу не заговорил с ней просто так. Не стал выделять её среди других одногруппниц. Не улыбнулся ей своей невероятной улыбкой. Не обнял просто так, пусть даже по-дружески…

Увлечённая мыслями о своём одногруппнике, Лина пробежала нужное количество кругов. Пусть не в числе первых, но для неё никогда не было важным лидерство. Главное — самой сдавать все нормативы по физподготовке и по другим дисциплинам. Получив свою заслуженную «четвёрку», она выдохнула с облегчением и направилась в сторону раздевалки. По пути Лина ответила отказом группе девушек, которые явно обсуждали парней из группы, присоединиться к ним. Вот только Косарева в их списке любимчиков никогда не было. Несмотря на привлекательную внешность и лёгкий характер, Сергея нельзя было назвать весельчаком. В фавориты представительниц слабого пола он не стремился. И вообще отвечал на девичье внимание с лёгкой иронией, мол, не растрачивайте на меня своё обаяние зря, всё равно не покорите…

У входа в раздевалку её догнал Данилов. Нагло и резко он взял её за плечи и развернул к себе лицом. Опешившая Лина уставилась на бывшего парня широко раскрытыми глазами.

— Тебе чего? — немного грубым тоном спросила она.

— Поговорить надо.

— Ну, говори, раз надо, — холодно сказала Лина, высвобождаясь из его рук и отступая на шаг от него.

— Ангел… — начал было Иван, но Лина его резко перебила:

— Не называй меня так!

— Почему? Тебе же раньше нравилось, — искренне изумился парень, явно не понимая такой её враждебности.

— Вот именно: раньше. А теперь ты не имеешь на это никакого права, — скрещивая руки на груди, грубо возразила Хмелёва.

— Ангелин, не начинай строить из себя обиженную и униженную девочку, — устало, будто она надоела ему своими капризами, промолвил Данилов, делая шаг к ней. — Я скучаю по тебе, — интимным шёпотом произнёс он, намереваясь прикоснуться рукой к её щеке, но Лина отшатнулась от него.

— Уже нагулялся? — с толикой презрения поинтересовалась она.

Иван замешкался, но он явно не расслышал тех негативных нот в её голосе, которые заставили бы его отступить. Глаза его лихорадочно забегали, словно он что-то выискал в пространстве перед собой.

— Похоже, что нет, — злорадно усмехнувшись, заметила Хмелёва.

— Ангел, прошу, давай будем друзьями. Мне очень не хватает нашего общения, — умоляюще прошептал парень.

— Sorry, но должна ответить отказом. Я не имею ни малейшего желания не то, чтобы общаться с тобой, но и просто лицезреть тебя в радиусе своего видения. Так что проваливай, Данилов! Вон, свободные тёлочки жаждут твоего внимания, — надменным тоном закончила Лина, кивая головой в сторону заинтересованно смотрящих на них одногруппниц.

— Ангел…

— Пошёл к чёрту со своим «Ангел»! — прошипела Хмелёва и быстро скрылась за дверью раздевалки, мысленно радуясь, что Иван не посмеет зайти следом за ней.

Привалившись спиной к стене, Лина тяжело выдохнула. К сожалению, её глупое сердце до сих пор не оправилось от предательства некогда любимого человека. А ведь Лина действительно мечтала и планировала прожить с ним всю свою жизнь. Хорошо, что он сейчас показал свою истинную сущность, а не когда было бы уже поздно. Да, больно переживать предательство, но лучше сейчас этой болью переболеть, нежели потом, прожив в браке несколько лет, растя маленького наследника…

Лина перевела дыхание, мотнула головой, прогоняя невесёлые мысли, и, быстро переодевшись, взяла свой рюкзак и поспешила на выход. Сталкиваться ещё раз с Даниловым ей вовсе не хотелось, поэтому нужно как можно быстрее покинуть стены университета. Благо физподготовка у них была последней парой.

Уже на улице, пока Лина спускалась вниз по ступенькам, до неё донёсся громкий голос Данилова, просящего подождать его. Хмелёва недовольно скривилась и прибавила шаг, забыв об осторожности и о своих высоких каблуках. Главное — успеть сбежать.

Не успела. Вернее, может быть, и успела бы, но на предпоследней ступеньке оступилась. Неуклюже взмахнув руками, она успела обвести круглыми от ужаса глазами пространство перед собой. Её тело наклонилось вправо, и Хмелёва начала падать, но вовремя подоспела помощь: кто-то сильный и большой успел поймать её в падении. Схватив за руку, этот кто-то дёрнул её на себя и прижал к крепкому телу, пахнущему никотином и мятной жвачкой.

Переведя дыхание и радуясь, что избежала боли, а может, и перелома, Лина подняла голову, в намерении поблагодарить своего спасителя. Но она даже не успела и рта открыть, как за её спиной прозвучал едкий голос Данилова:

— Что, Ангел, решила упасть прямо в объятия своему новому ухажёру на глазах у всего универа?

— А тебе что, завидно? — пробасил Самохвалов у неё над головой.

— Да нет, я уже был на твоём месте, мне хватило. Даже надоесть успело, — с чувством собственного превосходства заявил Иван.

Лина дёрнулась, как от удара, и в следующую секунду почувствовала, как напряглось тело одногруппника, подоспевшего к ней на помощь. Казалось, её спасителю эти едкие слова тоже не пришлись по вкусу. Лина добродушно улыбнулась Льву и, медленно обернувшись к Данилову, наградила его убийственным взглядом.

— Так какого чёрта ты тогда за мной бегаешь, если я тебе так уж сильно надоела? — выпалила она холодно на одном дыхании.

— Ангел… — безнадёжно вымолвил Иван, поняв, какую допустил оплошность своей вспышкой ревности. Он даже сделал нерешительный шаг в их сторону, но её ледяной взгляд заставил остановиться.

— Придурок, — тихо и с презрением вынес вердикт Самохвалов неразумному одногруппнику. Но Иван, казалось, его и не услышал вовсе или просто решил пропустить мимо ушей оскорбление, так как в ту минуту всё его внимание было сконцентрировано на Хмелёвой.

— Что за напряжённая обстановка? — равнодушным тоном поинтересовался подошедший Косарев.

Лина вздрогнула, услышав его голос так близко. Она перевела свой взор на Сергея и не смогла не улыбнуться ему в ответ. На душе у неё сразу же стало теплее от его обаятельной улыбки, от его тёплых ясных глаз…

— Лёв? — позвал друга по имени Косарев.

— Я вот Линку встретил, подумал, что ехать домой втроём будет веселей, — всё ещё продолжая сверлить Данилова убийственный взглядом, отозвался Лев. — Ты ж не против компании очаровательной девушки, Серёг?

И хотя Лину очень удивили слова Самохвалова, она обрадовалась. Если Косарев согласится, то она избежит и настырного Ивана, и, самое главное, проведёт некоторое время с Сергеем.

— Почему я должен быть против? — изобразив искреннее удивление, полюбопытствовал Косарев. — Если вы уже пообщались с Ванькой, то садитесь в машину, — проговорил он и первым направился в сторону парковки.

Лина тут же последовала за ним, напрочь игнорируя недовольный взгляд Данилова. А вот Лев остался стоять на месте, пристально глядя на Ивана.

— Ангел, ты что, сядешь в эту кастрюлю? — громко и с отвращением крикнул Данилов ей вдогонку.

Лина остановилась. Медленно обернувшись и зло усмехнувшись, она наигранно ласковым голосом произнесла:

— Тебя это не должно волновать. Радуйся, что я буду надоедать им, а не тебе, бедному-несчастному.

— Ангел!

— Засунь это своё «Ангел» в задницу и проваливай к своим новым весёлым подругам! — зло прорычала Хмелёва и повернулась к нему спиной.

Иван дёрнулся в намерении догнать её, но Самохвалов встал перед ним, наградив тяжёлым взглядом, чем породил у Данилова нервозность. Всё же исполинская фигура Льва внушала опасения за целостность зубов и других частей тела совсем не спортивного Ивана.

Лев явно хотел сказать своему оппоненту пару «ласковых» слов, но передумал. Он молча развернулся на пятках и направился вслед за другом и одногруппницей. В его голове просто не укладывалось, как можно было оскорбить девушку, с которой долгое время состоял в отношениях. Да и вообще оскорбить девушку, тем более такую утончённую и хрупкую, как Хмелёва…

— Мало передавить танком эту мразь, — зло изрёк Самохвалов, садясь на переднее пассажирское сиденье автомобиля.

— Танка в наличии нет, но могу переехать его машиной. Ты только скажи, чем он тебе ТАК насолил? — спокойно поинтересовался Сергей у друга.

— Ничем, — сквозь зубы прошипел Лев и уставился в окно.

Лина, молчаливо сидящая на заднем сиденье, в смятении прикусила нижнюю губу. Жаль, что Самохвалов стал свидетелем этой сцены. Но и в тоже время она была благодарна ему за помощь и поддержку.

Её взгляд невольно скользнул по водителю авто. Лина мысленно порадовалась, что Сергей при этом происшествии не присутствовал. Вот перед кем ей действительно было бы стыдно. Словно почувствовав на себе её взор, Косарев посмотрел в зеркало заднего вида и улыбнулся своей фирменной умопомрачительной улыбкой. Ах, эта улыбка, она способна в одно мгновение поднять настроение и вознести до небес…

— Останови возле универмага, я матери обещал, что помогу с покупками, — всё так же угрюмо сказал Лев другу.

Косарев остановил машину в надлежащем месте.

— Серый, отвези Линку домой, пожалуйста, — уже спокойны голосом попросил Самохвалов, а потом обернулся к молчаливой Хмелёвой. — Лина, а ты не вздумай грустить из-за того идиота. Он потом будет ещё себе локти кусать, да будет поздно. Помяни мои слова, — обласкав её теплым взглядом, практически нежным тоном дал он наставления.

— Спасибо, Лёв, — тихо и ласково произнесла Хмелёва.

— Всегда, пожалуйста, Крошка. И обращайся, если будет надоедать, я всегда к твоим услугам, — подмигнув ей, с озорной улыбкой промолвил он.

Лина благодарно улыбнулась и кивнула, давая понять, что будет иметь в виду его слова. Лев же махнул на прощание рукой и вылез из машины.

— О чём это он? — спокойным тоном поинтересовался Косарев, выруливая на главную дорогу.

Лина пожала плечами, мол, а ей, откуда знать, что он имел в виду? Сергей нахмурился и на очередном светофоре обернулся к ней.

— Перелазь на переднее сиденье, — как можно безразличнее скомандовал он, но Лина успела заметить, как он хмурил при этом брови. Она вновь молча кивнула и быстро перелезла наперёд, пристегнула ремень безопасности и, посмотрев на внимательно следящего за ней Косарева, примирительно улыбнулась ему.

— Откуда ты знаешь, где я живу? — слюбопытствовала она.

— Я и не знаю, — возразил Сергей, не глядя на неё.

«Он даже с хмурым и задумчивым выражением лица привлекательный», — мысленно заметила Лина, откровенно разглядывая парня.

— Тогда куда ты едешь? — удивилась она.

— Прямо, — лаконично ответил Косарев.

Хмелёва в очередной раз кивнула головой, правда, скорее самой себе, нежели своему собеседнику, и в салоне машины вновь повисла тишина. Сергей продолжал ехать прямо по проспекту, а Лина безразличным взором уставилась в окно. Правда, время от времени всё же украдкой посматривала на водителя.

— Ты на меня обижаешься? — на очередном светофоре задала Лина терзающий её вопрос.

— С чего бы это? — вопросом на вопрос ответил Косарев и даже взглянул на неё. Мимолётно, но всё же.

— За тот день, — несколько мгновений в нерешительности покусав свои губы, тихо пояснила Лина.

— Нет, — без промедления и бесстрастно выпалил Сергей.

— А за сегодня?

— А что сегодня?

— Серёж, — совсем тихо протянула Лина.

Косарев вздрогнул от звучания своего имени и уставился на свою пассажирку долгим и задумчивым взглядом.

— Адрес говори, куда тебя отвезти, — жестко сказал он и медленно перевёл взгляд на дорогу, как раз для них зажегся зелёный свет.

— Можешь высадить меня, где тебе будет удобно. Я сама доберусь, — внутренне подавив бурю негодования на его холодность, пробурчала она.

— Адрес, Ангелина.

— Улица 60 лет СССР, дом 27, — покорно ответила Лина, не желая спорить и ещё больше портить настроение парню.

Нет, ей наоборот хотелось, чтобы он вновь улыбнулся той своей умопомрачительной улыбкой. Чтобы посмотрел на неё ласковым взором своих серо-голубых глаз. И — что греха таить? — ей хотелось, чтобы на прощание он поцеловал её. Хотя бы в щёчку, по-дружески, но чтобы она опять смогла почувствовать его горячее дыхание на своей коже…

Она так ушла в свои мысли, что даже не заметила, как они быстро доехали до её дома, и машина остановилась. Также она не заметила, что всё это время пристально смотрела на Сергея. Лишь когда он повернулся к ней и ответил ей тем же взглядом, она встрепенулась и виновато улыбнулась.

— Куда ты сейчас поедешь? — проглотив ком в горле, хрипло поинтересовалась Хмелёва. Не смогла она остаться равнодушной к его взгляду!

— На работу, — сухо выдал Сергей.

— А где и кем ты работаешь? — проявила истинное любопытство Лина.

— Автомехаником.

— О!.. А можно с тобой? — неуверенно спросила она.

Косарев в удивлении приподнял одну бровь.

— Тебе неинтересно будет. Да и испачкаться можешь, — после минутного молчания сказал он.

— И всё же.

— Как хочешь, — безразлично пожав плечами, промолвил Сергей и повернул ключ зажигания.

Лина чуть не подпрыгнула на месте от радости, но смогла сдержаться в последний момент. Да, она специально напросилась с ним! И пусть она весь этот вечер просто просидит рядом с работающим и молчаливым Сергеем, но зато рядом же!

— А давай по пути на твою работу заедем в кафе и купим чего-нибудь поесть? Ты же тоже голодный? — предложила Лина.

— Чего бы тебе хотелось? — бросив на неё быстрый и заинтересованный взгляд, уточнил Косарев.

— Пиццу и пиво. Правда, тебе, наверное, нельзя пиво: ты же за рулём. Тогда давай вместо пива возьмём Pepsi?

— Согласен, — кивнул Сергей, и Лина просияла лучезарной улыбкой.

Интересно, этот их совместный вечер можно будет назвать свиданием?..

* * *

Сергей по телефону заказал две пиццы, и, пока доехали до кафе, им уже приготовили заказ и упаковали. Купив два литра охлажденного напитка и каких-то сладостей, он вернулся в автомобиль, где его ожидала Лина. Она повела носом, принюхиваясь к аромату, исходящему из коробок, и блаженно улыбнулась.

— А долго нам ещё ехать? — поинтересовалась она с робкой улыбкой.

Косарев понимающе улыбнулся в ответ.

— Минут десять — и будем на месте.

— Здорово! Не успеет сильно остыть.

Сергей кивнул в знак согласия и сконцентрировал своё внимание на дороге. Лина же уткнулась в телефон. Она написала матери, что приедет домой вечером, солгав, что поехала гулять с друзьями. Мама пожелала хорошо провести время и напомнила, что в выходные приезжают их родственники. Лина поморщилась: не любила она встречаться со своей лицемерной тёткой, которая в глаза всегда улыбалась и хвалила, а за спиной с удовольствием поливала грязью. Конечно, куда Лине до её дочурки? Та и послушная, и одевается скромно, и на парней совсем не смотрит. До свадьбы ни-ни, как говорится. А свадьба будет не раньше, чем через пять лет. А до того времени Янина, дочка тётки, будет старательно учиться и работать. Ага.

Вот Лине всегда было интересно: тётка действительно такая слепая и наивная? Да её Янина начала гулять с парнями ещё в тринадцать лет. Балуется сигаретами и не против хорошей пьянки. Но за собой же не видно…

Эх, и в этот раз, что ли, чем-то разозлить тётушку, чтобы она со своим семейством поскорей уехала обратно к себе домой?

Лина покосилась на Косарева. Нет, приглашать для этого в гости Сергея она точно не будет. Не хочется ей использовать парня в таких целях. Хотя, если тётушка узнает, что Лина водит дружбу с таким парнем, как Косарев, то её точно не один раз передёрнет от отвращения.

«Деньги всегда тянутся к деньгам», — любимая фраза тётки. И по такому же принципу она воспитывает свою дочь…

Машина остановилась перед железными воротами, покрашенными в коричневый цвет, и Хмелёва мотнула головой, желая прогнать ненужные мысли. Она вышла вслед за водителем и осмотрелась.

— А где все? — спросила удивлённо.

— Я здесь один работаю. Этот гараж принадлежал моему отчиму, — пояснил Сергей.

— А отчима не будет?

— Нет. Он умер пять лет назад. Шёл пьяный домой, видно, то ли споткнулся, то ли устал и решил отдохнуть… в общем, замерз в сугробе, — сухо ответил Косарев.

— Извини, — тихо прошептала Лина.

— Всё нормально, — с лёгкой улыбкой заверил он.

Лина кивнула и, взяв коробки с пиццей и свой рюкзак, последовала за ним в гараж. Над ямой стояла какая-то тёмная иномарка. Видимо, именно эту машину Сергею и предстояло ремонтировать. Они прошли дальше к противоположной стене гаража, где стоял старенький диван, небольшой столик, с краю которого ютилась лампа и пачка с влажными салфетками. На стуле, стоящем рядом, висели вещи –рабочая роба.

Пока она с интересом продолжала рассматривать всё вокруг, Сергей сгрузил на диван свой рюкзак, ветровку и пакет с напитком и сладостями. Потом подошёл к стулу и без стеснения сперва стянул с себя кофту с длинным рукавом, а потом и джинсы.

— Ты что делаешь? — ошарашенно глядя на него во все глаза, выпалила Ангелина.

— А на что похоже? Переодеваюсь, конечно же, — с кривой усмешкой ответил Косарев.

— А предупредить не мог? Я бы отвернулась!

— Я не из стеснительных. К тому же ты меня голым уже видела, — невозмутимо напомнил он.

— Мог бы и после обеда переодеться, — недовольно пробурчала Лина, раскрывая коробку с пиццей.

— А вдруг заляпаю одежду пока буду есть? — задорным голосом предположил Сергей.

— Не думала, что ты такой хрюша, — оторвав свой взгляд от рассматривания коробки пиццы и посмотрев на улыбчивого парня, сказала Лина.

Как назло, Косарев не спешил надевать рабочую футболку, держал ту в руках, демонстрируя идеальный торс. Лина невольно засмотрелась на его красивое тело, а Сергей, казалось, только этого и добивался, так как его улыбка стала ещё шире и самодовольней. Тихо хмыкнув, он нарочито медленно натянул футболку и, как ни в чём не бывало прошёл к дивану и присел. Достав напиток, он разлил его по пластиковым стаканам и кивком головы предложил Лине сесть рядом с ним.

Хмелёва тяжело вздохнула, бросила грустный взгляд на одиноко стоящий стул и заняла место рядом с парнем. Приняв из его рук стакан, она сразу же сделала большой глоток. Ей стало очень и очень волнительно находиться наедине с Сергеем в закрытом помещении. А вот сам виновник бешеного ритма её сердца преспокойненько приступил к поглощению первого куска пиццы.

— М-м-м, вкусно! — прожевав, вынес он свой вердикт. — А ты чего не ешь?

— Выбираю, какой кусок аппетитнее, — машинально проговорила Лина, в задумчивости хмуря брови.

— А, ну выбирай, выбирай…

Некоторое время они ели в молчании, только громкая музыка, которую, отвлёкшись от трапезы, включил Косарев, разряжала обстановку. Где-то на середине их маленького пиршества Лина завела дежурный разговор об учёбе, Косарев поддержал его, но без особого энтузиазма. Он предпочёл быстро завершить обед и приняться за работу.

Лина, доев очередной кусок пиццы, вытерла руки влажными салфетками и, удостоверившись, что парень не обращает на неё никакого внимания, с ногами забралась на диван и, удобно усевшись, достала из своего рюкзачка блокнот и простой карандаш. Прикусив его кончик, она задумалась. Хотя, по правде говоря, в голове у неё все мысли разбежались. Она и сама не заметила, что пристально следит за Сергеем, ловит каждое его движение, каждое выражение лица. Опомнилась она только, когда на листе уже был наполовину нанесён набросок: парень, стоящий возле иномарки и упирающийся руками в её капот.

Хмелёва редко рисовала. Хоть она и ходила в детстве в художественную школу, и преподаватели хвалили её, но это занятие ей мало интересовало. Она вспоминала о живописи лишь когда нужно было успокоить нервы, отгородиться от рутины внешнего мира и погрузиться в мир написания какой-нибудь несложной картины. В основном, ей нравилось изображать на холсте природу, а людей. Но в данный момент душа требовала запечатлеть на бумаге Косарева таким, каким она видела его в эти минуты…

— Что ты делаешь? — вырвал её из фантазий бархатный голос Сергея.

Лина встрепенулась, машинально прижала блокнот к груди, подняла взгляд на присевшего перед ней на корточки парня и посмотрела на него взором напуганного зайчонка.

— Ничего, — натянув на лицо беззаботную улыбку, как можно спокойнее солгала Хмелёва.

— Тогда почему прижимаешь блокнот к себе, как самую дорогую ценность во вселенной? — наклонив голову к правому плечу, спросил Сергей, внимательно глядя ей в глаза.

— Потому что безумно люблю этот блокнот! — авторитетно заявила Лина и упрямо задрала подбородок вверх.

Косарев криво усмехнулся, но и эта его улыбка показалась ей умопомрачительной. Как завороженная, она посмотрела сначала на его губы, а потом медленно, словно совсем не хотела отводить свой взгляд от них, посмотрела в лучащиеся светом и добротой глаза.

— И что в нём такого необычного? За что ты его так любишь?

— За то, что он мой! — помешкав несколько секунд, нашлась с ответом Лина.

— Ты всё так сильно любишь, что принадлежит тебе? — всё с тем же озорством в голосе поинтересовался Косарев.

— Да, — уже не так уверенно отозвалась Лина.

В её взгляде появилась настороженность, что ещё больше позабавило Сергея. Он прикусил губу, заставляя себя промолчать, хотя на кончике языка уже вертелось колкое замечание насчёт её бывшего парня. Но обижать Лину в его намерения не входило.

— Значит, твоему имуществу очень повезло, — подвёл он их диалога.

— Да, — гордо подтвердила Лина, внутренне успокаиваясь от того, что парень не стал дразнить её или подшучивать.

Но в следующее мгновение она поняла, что расслабилась рано: Сергей аккуратно взял её за ноги и опустил их вниз с дивана. Как только её ступни коснулись пола, Лина напряглась всем телом. Если что, она его ногой ударит, но свой незавершённый рисунок не покажет!

Сергей же примирительно улыбнулся, сложил свои руки на её коленях и положил на них подбородок. В таком положении он теперь смотрел на неё исподлобья, но взгляд вовсе не был отталкивающим, а оставался притягательно тёплым.

— Ангелина, зачем ты поехала со мной? — с ласковыми нотками в голосе спросил он.

— Нельзя было? — любуясь чертами его лица, вопросом на вопрос ответила Хмелёва.

— Можно. Просто удивительно. Мы с тобой особо никогда не общались, так что дружными одногруппниками нас трудно назвать.

У Лины создалось впечатление, что ему доставляло удовольствие ставить её в неловкое положение своими вопросами. Решил поглумиться над нею? Но в его глазах ни на долю секунды не промелькнуло ничего плохого, только солнечная теплота отражалась в них.

Она долго и задумчиво смотрела на него, прежде чем мягко улыбнуться и, взъерошив ему волосы, произнести:

— Просто. Просто рядом с тобой мне уютно и тепло.

Сергей одарил её лучезарно улыбкой, той, от которой у Лины всегда перехватывало дыхание и учащалось сердцебиение. Но она постаралась держать марку и не показывать, насколько была без ума от этой улыбки. И, казалось, у неё получилось: Косарев ничего не заподозрил. Он оперся руками о диван по обе стороны от бёдер Лины и, немного приподнявшись, поцеловал её в лоб, как любимую и несмышлёную младшую сестрёнку.

— Мне нравится твоя искренность, Ангелина, — отстранившись от неё всего на несколько сантиметров, тихо сказал он.

Лина потерялась в озорных искорках его серо-голубых глаз. Она никогда и подумать не могла, что глаза могут излучать такое уютное и осязаемое тепло. И этим теплом хочется полностью укутаться и остаться в нём навсегда.

«Неужели я начинаю влюбляться в него?» — мысленно изумилась Лина, заворожено глядя на него…