ГЛАВА 15. Дилан. Сейчас

После школы мы всей нашей компанией собираемся перекусить в кафетерии. Я плотнее запахиваю куртку, когда мы идем по школьной парковке. Промозглый ветер проникает под одежду. На душе тоже дикий холод и пустота, а еще какое-то необъяснимое предчувствие.

Я смотрю на друзей. Они выглядят такими безмятежными. Мора идет в обнимку с Оуэном впереди. Парень склоняется к уху девушки, та издает вопль и в шутку хватает Бакли за короткие волосы. Мы со Спенс плетемся следом, а Калеб разговаривает по телефону позади нас.

Оглядываясь на Калеба, Спенс поправляет лямку огромной сумки и тихо бормочет:

— Ты так и будешь молчать? Джонс не выглядит счастливым. Что произошло?

— Долго рассказывать, — тихо отвечаю я.

— Не хочешь, не надо, — обижается Спенс. Я так и не успеваю ответить, потому что Спенс неожиданно хватает меня за локоть и громко шепчет: — Смотри, это же твой кузен! Ты нас так и не познакомила! У него есть кто-нибудь? — тараторит она.

Я кручу головой и неожиданно встречаюсь взглядом с ним. Чувствую, как кровь отхлынула от лица, а сердце глухо стучит в ушах. Этого не может быть, но Тайлер Янг стоит посреди школьной парковки, подпирая собой капот своей тачки.

Я останавливаюсь, как и Спенс, которая держит меня под руку. Когда Калеб нас догоняет, говорю ему:

— Подождите меня, — и снова бегло смотрю на Тайлера. — Я на минуту.

Проследив за моим взглядом, Калеб мрачнеет и сдвигается белесые брови. Мора и Бакли тоже остановились, девушка машет нам, явно не понимая, почему мы отстаем.

Так. Ладно. Он здесь. Черт. И что мне делать?

Я заставляю себя проглотить комок в горле и, медленно выдыхая, направляюсь к Тайлеру. В последний момент меня посещает мысль, что Тайлер здесь вовсе не из-за меня. Ведь он может ждать кого-то из школы, скажем, другую старшеклассницу. Но его взволнованный взгляд, расширяющиеся зрачки и морщинка на лбу придают мне уверенности.

Ну, конечно, он здесь из-за меня.

В распахнутой куртке Тайлер возвышается надо мной, невозможно красивый и растерянный. Бронзовая кожа, высокий гладкий лоб, точеные скулы, тёмные брови и вьющиеся волосы делают парня очень привлекательным. Он с детства был длинным и тощим, но его широкие плечи, узкие бедра и сильные руки уже в пятнадцать наводили на меня необъяснимый трепет. Теперь его мышечная масса заметно возросла, но он не производит впечатление качка. Нет, он идеален.

— Что ты здесь делаешь? — щурюсь от ветра и не подаю вида, насколько взволнована его внезапным появлением.

Переплетаю заледеневшие пальцы и сцепляю их в замок. Не хочу, чтобы Тайлер видел, что они дрожат.

— Сам не знаю, — признается парень. Он заводит ладонь себе за шею и потирает ее.

Этого я точно не ожидала услышать.

— И что это значит? — я качаю головой и пожимаю плечами. — Я спешу… мы с друзьями...

— Я хотел увидеть тебя, — прерывают меня. — Ехать к твоему дому – не лучшая идея. — Так Тайлер намекает на моего отца. — Поэтому хотел перехватить тебя здесь.

— И давно ты здесь?

— Какое-то время. Я не знал, когда ты заканчиваешь.

Тайлер сверлит меня своими карими глазами. Покусывая губы, блуждает по моему лицу мятежным взглядом. От его слов щеки обдает жаром.

— Зачем? — говорю по возможности самым равнодушным тоном, в то время как в груди все клокочет от волнения.

— Я же сказал, хотел тебя увидеть, — повторяет он более решительно.

Я открываю рот, подбирая слова, и беспомощно мямлю в ответ:

— Послушай, то, что было тем утром… Это… — запинаюсь на каждом слове. — Мы не должны были.

— Не должны, — соглашается парень. — Но я жалею лишь о том, что был груб, а не о том, что целовал тебя. Снова, — он смотрит с тоской и нежностью. Совсем как раньше. — Знаешь, Дилан, я думал, что сильнее, думал, что могу противостоять этому. Я должен был противостоять, чёрт возьми! Но я больше не могу прикидываться, что между нами ничего не было. И не хочу. Я скучаю, Дилан. Я очень по тебе скучаю, — говорит так убедительно, что снова разбивает мне сердце, на котором уже нет живого места.

Больше всего на свете мне хочется сказать, что я тоже скучаю. Что все, о чем я думаю с момента нашего расставания, это он. Что я не могу вступить в близость ни с одним парнем, потому что мое тело мне не подчиняется и ждет только его. Но поделиться этим – значит капитулировать и признать, что жизнь меня так ничему и не научила.

Я резко оглядываюсь на Калеба. Он стоит на том же месте и не сводит с нас хмурого взгляда. С ним тоже нужно заканчивать. После той ночи я чувствую некоторое отчуждение, и моя беседа с Тайлером точно не пойдет нам на пользу. Возможно, оно и лучшему. Мысль о том, чтобы порвать с Калебом прочно засела в моей голове, но не бросать же его таким унизительным способом. Сегодня или завтра я поговорю с ним.

Я снова поворачиваюсь к Тайлеру. Он молчит. Ждет моей реакции. Наверное, надеется, что я сейчас брошусь к нему на шею. Усмехнувшись, качаю головой, ощущая нарастающее раздражение. Кто, вообще, позволил ему заявляться сюда и говорить такие вещи?! У меня был четкий план: окончить школу, поступить в Кенай и научиться жить, не думая о Тайлере. Но он снова ворвался в мою жизнь и перевернул ее с ног на голову. И я снова позволяю ему это сделать.

Злость придает мне сил, и я шиплю:

— Нельзя ли тише?

— Он не знает о нас, — утвердительно говорит Тайлер.

— Нет никаких нас! — Я обхватываю себя руками. — И пусть все будет, как раньше, — мой голос почти не дрожит.

— Как раньше не будет никогда, как ты не поймешь?

От его слов у меня колет в груди. Это я-то не пойму? Обхохочешься.

Да он даже не представляет, через что я прошла.

— Мне пора. Я не хотела, чтобы все так вышло. Я ничего не хотела. И не захочу.

Сама удивляюсь тому, насколько твердо и уверенно говорю то, во что сама не верю.

— Ты сказала, что искала встречи со мной! — я чувствую в его словах вызов.

И он запомнил. Не знаю, что на меня нашло тем утром, но это правда. Избегая Тайлера, я всегда жду и предвкушаю наши встречи. Пусть мы точно не станем разговаривать по душам, но мне бывает достаточно лишь его мимолетного виноватого взгляда, чтобы потом продержаться еще несколько месяцев и терзать себя мыслями о том, что он мучается также, как и я. Это мое любимое занятие в последнее время.

Я медленно и осторожно шагаю назад.

— Это все уже неважно. Забудь, что я говорила.

Тайлер качает головой, шагая ко мне.

— Мы оба подняли ил со дна. Я хочу знать, какого хрена?! — настаивает он.

Воздух между нами гудит от напряжения, все плывет перед глазами, и я фокусируюсь только на лице Тайлера, на его темных зрачках, в глубине которых бушует пламя, и тону в его пронизывающем взгляде. Вот бы он всегда смотрел на меня так, как сейчас. И говорил, говорил, говорил...

— Дилан? Ты скоро?! — кричит позади Калеб.

Меня словно выдергивает из омута, я поворачиваюсь и натянуто улыбаюсь кому-то, даже не различая лиц Калеба и друзей. Затем снова смотрю на Тайлера. Он стискивает челюсть, разглядывая Калеба.

Порыв ветра охлаждает мои пылающие щеки, моментально отрезвляя.

Ну я и размазня.

Я вздыхаю, покусывая губы. Нужно заканчивать разговор. Потому что кроме ила на дне лежат подводные камни. А мне бы не хотелось, чтобы всплыло то, за что я презираю себя больше, чем Тайлера.

Собрав остатки гордости и здравого смысла, я вновь обретаю голос:

— Извини. Если это все, я пойду. Меня ждет мой парень.

Тайлер кивает. Его глаза еще больше темнеют.

— Ладно, — он начинает пятиться. — Ты права, Дилан. Ты совершенно права. Я говорил одно, а теперь... Сам не знаю, зачем это делаю. Мне не следовало приезжать. Пожалуйста, прости, если снова чем-то обидел. За все прости. Ты же знаешь, как я отношусь к тебе, это все не со зла, — его голос звучит печально и виновато. — Что ж... Хорошо провести время.

У меня щемит сердце, когда я смотрю на Тайлера. Он восхитителен: такой красивый, такой потерянный, такой родной. Мне стоит только руку протянуть, чтобы ощутить, как бьется его сердце. Уверена, оно так же, как и мое выскакивает из груди. Но что это изменит? Наши сердца однажды уже бились друг для друга, и к чему это привело? Мы превратились в незнакомцев.

Я отрывисто вздыхаю.

— Тебе следовало уехать в какой-нибудь колледж. Ты прав, как раньше, никогда не будет. А мне даже одним воздухом с тобой дышать невыносимо. — Требуются все мои силы, чтобы произнести это. Тайлер отшатывается от меня, словно я влепила ему пощёчину. Я тоже делаю шаг назад, бросая напоследок: — Я обещала, что больше тебя не побеспокою? По-моему, я сдержала свое слово. И ты держи. Прощай, Тайлер.

Затем поворачиваюсь и несколько раз моргаю. Холодный ветер мгновенно осушает повлажневшие глаза. Поправив лямку рюкзака, встряхиваю головой и возвращаюсь к ребятам.

Оуэн и Мора уже сели в машину Бакли, и Спенс там же переминается с ноги на ногу у открытой задней двери. Калеб в одиночестве стоит возле своего бьюика, и по его лицу понятно, что он совсем не в духе.

— Можем ехать, — говорю я нарочито бодро, кивком головы приглашая Спенсер сесть в машину Калеба.

— Они не поедут, — резко бросает он, открывая переднюю дверь со стороны пассажира.

— То есть… как?! — я непонимающе смотрю на Спенс. В ответ она лишь пожимает плечами.

— Садись в машину! — командует мне Калеб.

Я замираю, удивлённая нотками ярости в его голосе.

— Прости? — рассеянно спрашиваю.

— Я сказал, села в чёртову тачку! — добавляет еще менее сдержанно.

Его красивое лицо напоминает непроницаемую маску, а от голоса у меня идёт мороз по коже. Калеб никогда со мной так не разговаривал.

— Да что с тобой?!

— Садись, Дилан. Пожалуйста, — кажется, Калеб прилагает огромные усилия, чтобы сбавить обороты.

— А как же ребята? — неуверенно спрашиваю, оглядываясь на Спенсер.

— У них появились другие планы,

Спенс еле заметно качает головой, когда я сажусь в машину Джонса. Она словно хочет предостеречь меня. Но от чего? Я подпрыгиваю, когда Калеб с силой хлопает дверью.

Опустив голову, Калеб обходит машину спереди, садится за руль и включает заднюю передачу. Я не успеваю и глазом моргнуть, как он делает рискованный разворот, едва не задевая машину Оуэна. И спустя мгновение мы уже мчимся к выезду с парковки.

Автоматически тянусь к ремню безопасности и защелкиваю его.

— Кто это был? — спрашивает Калеб.

Я вздыхаю.

— Тайлер. Он мой... кузен.

— Кузен? — из его горла вырывается недовольный стон. — Дилан, я что, по-твоему, идиот?! Какой, к черту, кузен?! Это тот тип с вечеринки, я видел его. Я видел, как вы переглядывались! Говори, это с ним ты была в то утро, когда ушла от меня?

В его голосе звучат разочарование и злость. Взгляд прикован к дороге, а руки крепко держат руль. Я понимала, что Калебу все это не понравится, но не предполагала, что настолько.

— И что с того? — с вызовом спрашиваю я.

Как бы там ни было, никто не давал ему права, так со мной говорить. Я не его собственность, по сути, он мне никто.

— Отвечай мне?! — требует Калеб. И, кажется, он совсем не разделяет мою точку зрения.

За какие-то секунды машина разгоняется до сумасшедшей скорости, двигатель сердито урчит под капотом. За окном в бешеном ритме мелькают здания, деревья и автомобили. Мне становится не по себе.

— Калеб, останови машину и не ори! Я не стану разговаривать с тобой в таком тоне!

Парень словно не слышит меня. Машина продолжает набирать скорость, и мы идем на обгон, вопреки всем правилам.

— Серьезно?! — вспыхивает он, на секунду скользнув по мне обжигающим взглядом. — Тебя и такой Калеб не устраивает?! Может, ты просто не любишь меня?!

«Да», — хочется ответить ему. Но вместо этого я спрашиваю:

— С чего ты все это взял?!

Сердце колотится в груди и замирает всякий раз, когда Калеб совершает маневр. Сейчас точно не время для того, чтобы сообщать ему правду.

— Что у тебя с ним?! — орет парень.

— Ничего! — кричу в ответ.

— Не ври мне! Меня достали твои тупые отговорки! — он и не думает сбавлять скорость. — Я ждал, Дилан, ждал, сколько ты просила! И даже в этот вечер, когда ты завела меня, а потом пошла на попятный, я ничего не сказал тебе. Мы уснули вместе, а потом ты ушла. Где ты была, черт возьми?!

— Я же говорила… Я просто гуляла, мне не спалось! — машинально повторяю заученную фразу.

Мы мчимся по встречной, Калеб обгоняет несколько машин и резко выруливает в свою полосу. Сзади нам кто-то сигналит, но Калебу будто наплевать.

— Из-за чего?! Не понимаю, я... что, настолько противен тебе?! — зло морщится он.

Я не выдерживаю и фыркаю.

— Так все дело в сексе?! В нем, да?!

— Дело не только в сексе, детка! — парирует Калеб. — Я хочу, чтобы ты уяснила раз и навсегда: я не позволю делать из меня дурака! Поэтому говори мне правду!

Я судорожно выдыхаю.

— Какую правду?! Тайлер… Он просто… Он приемный сын моих дяди и тети! Вот и все!

— Зачем он приехал сегодня?! — в его голосе холодная сталь.

— Почему я должна отчитываться?!

Теряя остатки терпения, крепко сжимаю челюсть. Гнев закипает у меня внутри.

— Потому что ты моя девушка, Дилан! Моя! Слышишь?! — взрывается Калеб.

Он снова идет на обгон, а я с ужасом наблюдаю, как по встречной полосе на нас несется автобус. Водитель светит фарами и оглушительно сигналит.

— Перестраивайся! Мы разобьёмся! — кричу во все горло.

Мне кажется, что это конец. Я зажмуриваюсь, хватаюсь за голову и считаю свои последние секунды. Одна, вторая, третья… Ничего не происходит. Приоткрыв глаза, делаю вздох и вижу, что мы едем в своей полосе. Сзади нам снова сигналят.

— Ты этого добивалась?! Хотела увидеть меня таким?! Да?! — Калеб просто в бешенстве.

А я так напугана, что даже ответить ничего не могу. Адреналин зашкаливает, сердце выпрыгивает из груди.

— Так и будешь молчать?! Тогда я спрошу у него, — со злостью произносит Калеб, бросая взгляд в зеркало заднего вида, и резко бьет по газам, выруливая на обочину.

Всем телом подаюсь вперёд, от удара о панель меня удерживает ремень безопасности. Калеб зачем-то выходит из машины, а я продолжаю сидеть, как прикованная, вжав голову в плечи.

Что это было?

Парень, который всегда был милым и держал эмоции под контролем просто слетел с катушек из-за... ревности? Где тот Калеб, которого я знала?

Я резко вздрагиваю, когда справа от меня распахивается дверь. Первая мысль: Калеб хочет вытащить меня из салона и бросить на дороге. Но, подняв голову, я вижу перед собой совсем не Калеба.

— Ты в порядке?! — спрашивает Тайлер, нависая надо мной.