ГЛАВА 18. Тайлер. Два с половиной года назад

— Привет. Ещё не спишь? — прижимаю мобильник к уху.

— Как я могу спать и одновременно разговаривать с тобой? — говорит Дилан.

— А Цезарь мог, — бормочу я.

Гребаное эссе по античной истории, которое по размеру больше напоминает диссертацию, сделало мой вечер незабываемо увлекательным.

— Что нового в школе? — интересуюсь я, заваливаясь на подушку.

— Джекс сегодня хвастался, что тренировался в разговорном испанском и заставил краснеть учительницу! — смеётся Дилан. — Когда-нибудь он довыпендривается.

— Интересно, и что он такого сказал?

— Juegas con fuego, chica, — неловко произносит Дилан. — И что-то вроде: Tienes hermosos chichis, señorita Mendoza.

— Я не так силен в испанском, mamasita, — дразню ее.

На самом деле, я уловил смысл, но мне хочется услышать перевод из уст Дилан.

— Ну, — тянет она. — Короче говоря, он похвалил ее сиськи. Ничего нового.

Я смеюсь над выходкой Джекса.

— И что она?

— Оставила его после уроков.

— Не удивлюсь, если он склеит вашу училку.

Дилан хохочет.

— Ей сорок восемь, — уточняет она.

— Вот оно что. Тогда не повезло Джексу. А что у тебя?

— Ну… никто из-за меня не краснеет, — заявляет Дилан.

— Ты ошибаешься, — вылетает прежде, чем я соображаю, что говорю.

— На что это ты намекаешь? — ощетинивается Дилан.

— Да так, неважно.

Я с силой прикусываю щеку изнутри.

Ну же, смени тему, придумай что-нибудь, чертов болван!

Но в голову, как назло, ничего не приходит. Мне кажется, в последнее время я моментально тупею, стоит только увидеть или услышать Дилан Янг – девчонку, которую знаю с детства.

— Как это неважно?! Договаривай, раз начал! — требует Дилан.

Я качаю головой. Мне все труднее удается контролировать себя, общаясь с ней. И так уже несколько месяцев. Я перестал видеть в ней сестру, и, как не стараюсь запретить себе грязные мысли, ни хрена не выходит. Несмотря на то, что помню ее беззубой и с ободранными коленками. Черт, я даже знаком с запахом ее рвоты. Но ничего не помогает. Я всегда любил Дилан, но теперь испытываю к ней совсем не братские чувства.

— Ты точно хочешь это услышать? — морщусь, понимая, что снова флиртую с ней.

— Выкладывай, — заявляет Дилан.

Я вздыхаю и беру паузу. Знаю, что это плохая идея, но все равно продолжаю:

— Ты заставляешь меня краснеть, Дилан. Вот... как сейчас.

Хорошо, что она не видит моего лица, потому что оно должно быть реально красным. От этого мне как-то стрёмно. Ни одна девчонка не способна вогнать меня в краску, ни одна из них не заставляет чувствовать себя полным придурком. А Дилан способна на все и даже понятия об этом не имеет.

— Э-э-э… Ясно, — бормочет тихо и растерянно. — Нет. Подожди. Ты это серьезно?! — изумляется Дилан.

И я, на хрен, спятил, если мы говорим об этом.

У меня ровно секунда, чтобы исправить ситуацию, потому что парни не признаются в подобном своим сестрам, сводным, родным, никаким!

— Конечно, нет, — изображаю коварный смех. — Я просто прикалываюсь! Дилан, нельзя быть такой доверчивой! — и прочищаю горло.

Хоть бы она повелась. Лучше пусть считает меня придурком, чем грёбаным извращенцем.

Дилан охает.

— Господи, Тайлер! Тебя, что Джекс укусил, да?! — ее голос звучит обиженно. — Такие тупые выходки в его стиле!

Я прерывисто вздыхаю.

— Извини. Не знаю, что на меня нашло… Ну не злись, пожалуйста.

Дилан ненадолго замолкает.

— Даже не знаю. Что мне твои извинения? Ты должен загладить свою вину!

Я с облегчением выдыхаю. Она купилась.

— Я готов понести в наказание.

— Ну и супер. Заедешь завтра за мной после школы на своей тачке. Тебя никто не знает. У моих одноклассников просто челюсть отвиснет!

— И это все? Ладно. Я согласен.

— А ещё ты дашь мне покурить!

— Нет, — решительно заявляю.

— Почему?! — возражает Дилан.

— Просто нет и всё.

Она недовольно фыркает.

— Что это за ответ такой?! — и снова злится.

— Ты представляешь лицо своего отца, если он узнает об этом?!

— Но он же этого не узнает.

Какая же она упрямая!

— И все равно. Нет. Сама подумай, что хорошего в том, когда от девушки несёт, как от кубинской табачной плантации?

— Ты назвал меня девушкой? — переспрашивает Дилан.

Конечно. Ты девушка. Самая красивая в мире.

— Вообще-то я... о другом, — резко выдыхаю воздух.

Повисает пауза. И я снова начинаю чувствовать себя по-идиотски.

— Э-э-э, ладно… — поспешно говорит Дилан. — Я не стану курить. Но ты должен пообещать, что пустишь меня за руль своей тачки. Джекс не хочет меня учить, у отца не хватает терпения, а мама вечно в работе. Ты будешь меня учить. Завтра, — распоряжается она.

Я просто охреневаю от ее наглости.

— Дилан, я только два месяца, как получил права, хочешь, чтобы меня их лишили?!

— Мы поедем туда, где никого нет, — шепчет она заговорщицки.

Я качаю головой, улыбаясь во все зубы.

— Как ты это делаешь?

— Делаю что? — по голосу понятно, что она тоже улыбается.

— Вьешь из меня верёвки.

— Ох, прости, это участь всех моих братьев. Ну, кроме Джекса.

— Да уж, мне крупно повезло стать одним из них, — ворчу, изображая недовольство.

Потому что мне действительно повезло.

— Тайлер, скажи, что ты выберешь? — Дилан меняет тему. — Оказаться одному на необитаемом острове или с тем, кого ненавидишь?

Я совсем не удивлен. Это наша старая забава – задавать друг другу неожиданные и странные вопросы.

Перевожу дыхание, раздумывая над ответом.

— Эй?! — произносит Дилан. — Ты ещё тут?

— Тут. Я размышлял. Раз мне нужно будет что-то есть, возьму-ка я с собой того, кого ненавижу, — говорю я. — Каннибализм – лучше, чем голодная смерть.

— Ну, спасибо! — стонет Дилан. — Теперь я точно не усну и буду представлять, как ты обгладываешь чью-то берцовую кость!

— Да, есть истории, которые не следует рассказывать на ночь, — я говорю это слишком унылым тоном.

И Дилан не может этого не почувствовать.

— Тайлер, я знаю, с тобой случилось что-то плохое. Не сейчас. Давно. Это так? — осторожно спрашивает Дилан.

Я хмурюсь.

— Возможно.

— Ты расскажешь мне? Когда-нибудь?

— Когда-нибудь, — вру я.

— Послушай, — говорит она со вздохом, — ты не просто мой брат, ты – мой друг. И, если тебе будет грустно, просто знай, что у тебя есть человек, с которым можно всем поделиться.

— Я это знаю, Дилан. Спасибо.