Глава 18.

- Какого Рогатого здесь творится? – проносится по фойе раскатистый рык.

- Джоварг? – почему-то на уме только оправдания.

Причем это не отрицания сговора с Тёмным, затевающим козни за спиной у вервольфа.

Нет, тут другое.

У меня сейчас такое чувство, что я настоящего мужа предаю. И меня едва не поймали за изменой.

Интуитивно движусь к нему. Пока не знаю, что собираюсь сказать. Но всей поверхностью кожи ощущаю, что альфу следует успокоить.

Он в бешенстве.

И сейчас оно точно не притворное.

Янтарные глаза таким гневом полыхают, что я на полном серьезе опасаюсь драки.

Видно, демон перегнул сегодня. Слишком много было мелких пакостей.

А этот последний его поступок, когда Дисгармонд, можно сказать, зажал меня в темном углу, поставил точку.

То есть открыто посягнул на официальную супругу альфы.

Джоварг вне себя от ярости. На виске свирепо вздувается венка. А кулаки сжаты до побелевших костяшек.

- Отошел от нее! – рычит оборотень.

Он идет к нам размашистым шагом. И мне хочется зажмуриться, чтобы не видеть того, как он начнет рвать драфа на части.

Почему-то сейчас Тёмный со всей своей высшей связью с Мглой не видится мне настолько неуязвимым.

Напротив. Для меня очевидно, что Алый альфа способен, не прилагая усилий, разорвать драфа в клочья.

От этого понимания и страшно, и… странно. Я словно гордость испытываю, глядя на своего воинственно настроенного мужа. И защищенной себя чувствую.

Нелепость какая!

Ведь именно против Джоварга я и намеревалась плести интриги, сговорившись с Тёмным.

- В чем дело, альфа? – напускает Дисгармонд на себя непринужденность. – Вы, очевидно, сделали неверные выводы. Мы с лердой всего лишь обсуждали предстоящий праздник Зимы.

- Я всё и всегда делаю правильно, драф, - режут сталью слова Джоварга. – Держись подальше от моей жены.

И внушительная фигура альфы закрывает меня собой.

- Софи, мы идем наверх. Ужин закончен, - вервольф практически сдвигает меня с места, вынуждает встать к нему лицом и подает руку.

Не задумываясь, опускаю свою на изгиб его локтя.

- А-а… - верчу головой. Не то, чтобы мне было грустно уйти, не попрощавшись с Дурсинеей, но к вежливости обязывают приличия.

- Драф, передайте кузине, что София желает ей доброй ночи, - без колебаний решает Джоварг мою дилемму.

Тем самым еще раз указав Тёмному, что тому следует беспрекословно принять факт – нам пора расходиться по покоям.

По крайней мере вспомнил, что в Свете положено общаться на «Вы»

Идем к спальням.

Джоварг так чеканит шаг, будто стопами вбивает в пол мелких дисгармондчиков.

Меня так и подмывает спросить, чем он так недоволен.

Первая растерянность сошла, и теперь я осознаю, насколько необоснован гнев двуликого.

Но первой начинать разговор не буду. Перебьется!

Пускай и дальше молча пыхтит огнем из ноздрей! Так он чуть более сносный. Чем когда перевоплощается в ледяную скалу.

- Долго это будет продолжаться?? – заперев за нами дверь моей комнаты, рокочет Джоварг.

Ага, выпустил наконец наружу дым своих надуманных претензий!

- Что именно? Наш брак, сотканный из неосязаемых облаков? Так это у тебя спросить надо, - иду к трюмо и освобождаю себя от сережек, тяжестью оттягивающих уши.

«Интересно, а Дурси сейчас с таким же наслаждением реснички из век вынимает?» - зачем-то думаю при этом.

В ответ мне раздается утробный рык. А сама я оказываюсь прижатой к консоли перед зеркалом.

- Стоит тебя на минуту оставить, как ты уже флиртуешь с этим Темным мерзавцем! - разворачивает меня Джоварг к себе. – Я же четко сказал, что заигрывания с другими мужчинами под запретом!

Его дыхание опаляет. Мне ноздри жжет терпким кедром, а мысли обдает свежим флером кедрового леса.

Ненавижу. Ненавижу то, что чувствую, когда Джоварг вот так близко!

Это в конце концов неприлично. Он чужой мужчина. А я продолжаю млеть от его хриплого рыка и жаркого выдоха.

Образ паршивицы из-за Грани, которой дозволено считать Джоварга своим мужчиной, моментально приводит меня в чувства.

- Скажи это своей ненаглядной Дурсинее с лесом из самодельных ресниц! – фырчу, от безысходности присаживаясь на поверхность трюмо.

Как-то же надо увеличить расстояние между мной и этой горой мышц с алым вулканом ярости на вершине.

- Мы сейчас о твоем поведении, Софи. А с Дурси я сам разберусь. Не тебе учить меня, что и как говорить ей, - кипит в волчьей глотке раскатистый рев.

Меня будто ударили. Холодом. Наотмашь.

Я лезу не в своё дело.

Джоварг со своей любимой и без меня умеет всё выяснить.

Кто я, чтобы вмешиваться в их любовные отношения?

Всего лишь завеса. Да, я морок, скрывающий от общества бесстыдную связь альфы с дочерью Тьмы.

Совсем недавно я хвалилась себе, что покончила с эмоциями. Что больше не сорвусь, получив новые подтверждения их связи.

Однако фраза Джоварга хлестнула по больному. Раскрыла уродливую рану в груди.

- Конечно, - отвечаю чужим, потрескавшимся голосом. – Не мне советовать, как тебе обращаться со своей женщиной.

Снисходительность в его интонациях удручает.

Джоварг такого невысокого мнения обо мне? Думает, что я даже элементарных вещей между любящими мужчиной и женщиной осознать не в состоянии?

Размышления о них с Дурсинеей в подобном ключе разрывают мне сердце в клочья.

Дышать становится больно.

- Я всё понимаю, Джоварг. Дурсинея на особом положении, потому что у тебя к ней чувства. Что здесь может быть неясного?! – восклицаю с надрывом. – С нее и спросу нет. Тебе всё мило! Что бы эта испорченная лерда ни творила. То ли дело я, так? Ведь только я должна проявлять дамское благоразумие. Поскольку тебе ровно на то, что я при этом думаю, а тем паче испытываю.

- Нет, малышка Софи, - с неуклюже подавляемой в себе печалью произносит Джоварг, - ничего ты не понимаешь. И даже представить не можешь, моя маленькая женушка, чего мне стоит терпеть…

- Хватит! Ты уже сотню раз говорил, какая я нестерпимая, - дрожит моя губа от тщетных попыток сдержать всхлип. – Если тебе этот брак дался таким трудом, не заключал бы его. Тебя никто не принуждал, Джоварг. Так что нечего теперь сокрушаться. Жертва здесь одна лишь я!

- И в чем же твоя жертвенность выражается, маленькая обделенная Софи? – спрашивает он, сдабривая речь задевающими эпитетами.

Однако в ней нет сегодня и толики того сарказма, которым альфа привык щедро сыпать.

Он будто нарычался вдоволь. А весь гнев выветрился из его могучей груди. Испарился, оставив за собой лишь жалость.

Как же это вынести?! Ему же жаль меня!

Это кошмарнее всего, что я улавливала за Джоваргом прежде.

«Или это сочувствие вервольфа к себе самому?» - не могу угадать.

Но пусть лучше о себе печалится, чем обо мне!

А ведь сожаление и в самом деле ощущается сейчас в каждом едва уловимом жесте его. В тоскливо опущенных бровях. В ставших совсем прозрачными янтарях его души.

Вот только даже сквозь эти совсем посветлевшие радужки я не могу разглядеть дальше истинных чувств Джоварга.

Глубже он не подпускает меня достаточно близко.

И через его броню ни одна эмоция не просвечивает наружу.

Но всё-таки я не могу избавиться от чувства, что этим вечером Алый волк всё же старается что-то донести до меня.

- Я ничего не хочу тебе доказывать, Джоварг, - мотаю головой. – Хорошо, пускай я недалекая девчонка, не разбирающаяся в азах твоей взрослой жизни. Всё, оставь меня. Теперь мне уже можно быть наказанной в своей комнате? Если хочешь, можешь даже запереть. Ключ вон там, на комоде. Ты в знаменательный день нашей свадьбы так и не вспомнил отобрать его, - волевое лицо альфы перекашивается неопознанной эмоцией. И вновь я не могу прочесть ее. Так что просто добавляю. – Ты тогда слишком торопился к непревзойденной Дурсинее. Так что давай, запирай и избавь меня уже от своего утомительного присутствия!

Только мои слова возымели противоположный эффект.

Вервольф нахмурился. Его ноздри внезапно затрепыхали. И он до скрежета сжал челюсти.

Он зол? Ведет борьбу с кровожадным зверем в своей утробе?

Я туго сглотнула, глядя в глаза, искрящие звериными страстями.

По позвоночнику поплыл холодок.

Однако наперекор моим ожиданиям, тело Алого альфы, испускающее страшный жар, впечаталось в меня до бесстыдного плотно!

А утробный звук, завораживающий своей первобытной маскулинностью, заполнил жалкую воздушную прослойку меж нами.

Это жадное урчание перекатывалось от поверхности его тела к моему.

Свирепое выражение в его чертах стремительно разгладилось. В то время, как сам Джоварг, вопреки всему, принялся медленно опускаться к моим губам.

И я забыла, как дышать.

Из памяти стерлось на мгновение всё, что могло помешать этому неразумному поцелую.

Наверное, мой ум сыграл со мной эту шутку из того же сочувствия, что продемонстрировал муж минуту ранее.

Ведь я так давно мечтала об этом!

Не о том животном пыле, в котором Алый альфа украл мой первый поцелуй.

А о тихой, вдумчивой ласке двух сердец. Когда пара неспеша познает друг друга. Изучает.

Разве я так многого прошу у судьбы? Всего лишь нескольких минут обманчивого счастья.

Позволения потешить себя убогой минутой сладостного притворства.

В конце концов Джоварг мой муж. Ничего же предосудительного не случится, если я заменю свои кошмарные воспоминания о первой ласке осторожным знакомством с его твердыми, но и вместе с тем такими жаркими устами.

Они уже сейчас опаляли мой рот, ёще даже не коснувшись. Что же будет, когда они сомкнутся на моих??

Выдох встал поперек груди. Я, ведомая древней силой, раскрыла уста. И…

- Джоварг!