Эпилог

Уважаемые читатели, прежде чем вы приступите к эпилогу, я проясню несколько моментов. Мне даже пришлось взять небольшую паузу и дать возможность всем выговориться. Да, я думала о возвращении Фрэн домой. О том, как она вернется в академию, встретится с родными, которые решат ее использовать, причинит боль Алексу и себе, видя, как он страдает. Будет пытаться учиться и поймёт, что месяц жизни потрачен зря. Вы же самые замечательные читатели и не хотите такой судьбы любимой Фрэн? Она столько пережила за эти 2 месяца, что ничего никому не должна. Даже мне. Я точно нет. Поэтому финал именно такой. И извиняться за то, что полюбила она не обязана. За это не извиняются. Не путайте любовь и похоть. Разница есть. Те, кто читает меня давно, знают - у меня нет идеальных героев. Все ошибаются. Всегда. И на ошибках надо учиться. Поверьте, ей не нужна учеба. Фрэн не обязана никому ничего доказывать. Предала ли Фрэн мечту? Просто нашла новую. Она счастлива? Да. И это самое главное. Фрэн всю жизнь была чужой, пришла пора найти свой дом. Героиня уже не та девочка, что была в начале. Люди меняются. Они не статичные куклы. У Фрэн изменились приоритеты, стремления и амбиции. Такое бывает. Стала она хуже или лучше? Она стала другой. Да, был альтернативный вариант развития событий, но он оказался слишком тяжелым и затянутым. И я отказалась от него. А теперь эпилог.

9 лет 11 месяцев и 25 дней спустя

Запределье готовилось к огромному празднику. Первая серьезная годовщина. Десять лет назад был создан Совет хранителей источника силы. Десять лет назад червоточины начали отступать, появилась вера в то, что с тьмой удастся справиться. И вот уже три года ни одного прорыва, даже самого маленького, ни одной загубленной души и зараженной земли.

Раньше казалось, что этот момент никогда не настанет, что надежды на спасение нет и не будет. Тогда, десять лет назад, все выглядело совсем другим. И я была другой.

Встав с кровати, я накинула на плечи халат и неспешно приблизилась к окну.

Часы показывали половину седьмого утра. Рейган ушел в начале шестого. Я еще спала. Он наскоро поцеловал меня и скрылся в темноте. У князя было слишком много хлопот. Стоило ему уйти, как сразу стало неуютно и холодно. Сон как-то сам собой отступил. Полежав немного в постели, я поняла, что больше не усну и пора вставать.

Сегодня столько всего следовало успеть. Понять бы, с чего начать.

Обняв себя за плечи, я смотрела на заснеженный город, который сейчас сиял множеством разноцветных огней. Его улицы еще вчера украсили яркими гирляндами и флагами, расчистили все дороги и тропинки. На главной площади маги соорудили огромную сцену для танцев и ледовый городок для детворы с горками, каруселями, снежными крепостями и катком.

Десять лет. Так много и так мало.

Жалела ли я о том, что осталась в Запределье? Никогда.

Да, сначала было сложно привыкнуть. Иногда мучили сомнения, правильно ли я поступила. Но эти мысли сразу исчезали, стоило Рейгану оказаться рядом. Его взгляд, улыбка, прикосновения, голос… я не могла прожить без мужа и дня. Он стал моим маяком, моей опорой и счастьем.

Странное заявление для ведьмы. Я всегда считала себя свободолюбивой, независимой, дерзкой и яркой. Всегда думала, что мне никто не нужен. Я же ведьма. Даже с Алексом я чувствовала свою независимость и всегда ее отстаивала.

С Рейганом мне хотелось быть мягкой, податливой, нежной и ласковой. С ним я стала другой. Нет, муж не сковал меня заботой, не ограничил движения и не запрещал мне что-то. К моим услугам было все княжество и даже больше.

Нужна лаборатория? Пожалуйста. Хоть весь этаж отдадим под твои эксперименты. Главное не взорви ничего.

Хочешь лично заниматься обучением темных магов? Мы найдем для этого лучшее помещение, создадим настоящую школу для темных. Отбор будешь вести сама. Учителей тоже наберем по твоему желанию. Казна возьмет на себя все расходы, обеспечит учеников жильем, продуктами и всем необходимым.

Решила пообщаться со всеми прирученными драконами Запределья? Хорошо, не со всеми сразу. Оргух-айл всех не примет. И, кроме того, придется рассказать о даре остальным князьям и синклиту.

Последних, кстати, сильно заинтриговали мои способности. Мне даже пришлось несколько раз продемонстрировать их и послужить посредницей между ними и драконами.

Потом еще раз. И еще. Драконы оказались на редкость болтливыми. А еще обидчивыми. Раньше они просто капризничали, рычали, выпускали пламя и не слушались. А теперь у них появился голос. То есть я. И им понравилось этим голосом пользоваться.

В первые месяцы это был настоящий кошмар. Каждый день в Оргух-айл прилетали один-два-три всадника и просили разобраться, почему дракон не слушается и капризничает.

Сначала это было интересно и даже весело. Каждый дракон обладал своим голосом и характером. Но потом жалоб стало слишком много, как и драконов. Некоторые являлись чуть ли не через день.

Пришлось немного поругаться и выставить рамки. Прилетать только по важным вопросам и не чаще раза в месяц.

Устала, все надоело и хочешь свободы? Отлично, мы оставляем все на Никандру и отправляемся в путешествие. Куда? Куда пожелаешь. Только ты и я. Никаких забот, слуг и обязанностей. Несколько дней свободы вдали от всего мира. Только Орх будет знать, где мы. Но только лишь потому, что именно красный дракон понесет нас на своей спине.

По приказу Рейгана в самой чаще леса нам построили небольшой деревянный домик. Набрав запаса еды и воды, мы терялись в нем на несколько дней. Иногда мы сбегали туда по пять-шесть раз в год, иногда реже.

Но я знала, что в любой момент могу зайти к мужу и уже завтра мы сбежим от всего мира и затеряемся в лесу.

При этом Рейган не превратился в подкаблучника и умел говорить мне «нет». Особенно, когда я забывалась и начинала рисковать собой. Я могла злиться, требовать, кричать, но все равно слышала твердый отказ.

— Ты не будешь так рисковать, Франческа. И это не обсуждается.

В последний раз мы поругались в прошлом году. Когда я, находясь на девятом месяце, собиралась в ежегодный поход в ковен со своими учениками. Ох, как мы ругались! Аж стены дрожали, слуги попрятались, а тишина в замке стояла такая, что, казалось, он вымер. Но Рейган меня так и не отпустил, а потом вообще пригрозил запереть в замке до самых родов.

— Ты не имеешь права мой командовать, Рейган Каллигар!

— А ты не имеешь право рисковать жизнью нашего сына.

— Дочери! — тут же парировала я.

— Мне все равно. В поход ты не отправишься. С этим отлично справится Финна.

— Но…

— Нет, Франческа. Ты остаешься в замке, и точка.

Финна действительно стала моей помощницей, правой рукой и последовательницей. Талантливая девочка за эти годы превратилась в прекрасную молодую девушку, сильную, уверенную в себе и дерзкую. А еще очень красивую. Ее голубые глаза сверкали огнем, а темные волосы падали на спину и плечи роскошной волной.

Конечно же, у нее имелись поклонники. И много. Я слышала, что наследник князя Винрада даже пробовал к ней посвататься (теперь темная в качестве жены не вызывала такого осуждения, как раньше), но получил решительный отказ.

— Рано мне замуж, — заявила Финна, когда я напрямую спросила ее о планах. — Успею еще обзавестись семьей. Впереди столько открытий. Не хочу привязывать себя.

Самое обидное, что Финна поддержала Рейгана в его запрете.

— Не стоит вам так рисковать, княгиня, — сказала она, когда узнала о нашем споре. — Мы сами справимся. А вы дома оставайтесь и готовьтесь к родам.

И мне пришлось уступить. После этого я три дня не разговаривала с мужем. Даже дверь в свои покои забаррикадировала. Потом, правда, пришлось идти мириться, ведь без него моя кровать была пустой, холодной и у меня не получалось уснуть. Я три ночи пролежала, ворочаясь и выслушивая Густава, который, конечно же, встал на сторону князя.

Густав так и остался моим фамильяром. Я уже убедилась в его верности и преданности, поэтому не собиралась ничего менять. Конечно, мы спорили, ругались, но это была скорее привычка. Он все так же пил по капле моей крови и рассказывал последние сплетни. Правда, приходил днем, оставляя ночи для Рейгана.

Многие ведьмы, зная мою историю спасения, спрашивали, как получить в фамильяры такого фея. Что для этого надо сделать? Первое время подобный вопрос ставил меня в тупик. Густав мне достался… сам по себе. И как его получить другим способом я не знала.

Пришлось спрашивать у фея.

— Тебе что, меня мало? — тут же надулся он.

— Я ведь не для себя спрашиваю. Есть и другие ведьмы. Весьма талантливые. У меня на примете есть минимум три такие.

— И наглые. Феи просто так фамильярами не становятся.

— Но я слышала, что в ковене такое не редкость, — заметила я.

— Это в ковене. Твои талантливые ведьмы туда точно не отправятся на вечное пребывание. Мы не любим покидать свои места.

— А как же ты?

— А я единственный и неповторимый! — припечатал он, надувшись от собственной важности. — Кроме того, я зимний фей. Мне совсем не весело было жить в ковене, где вечно тепло.

— Может, в ковене есть еще зимние феи? — продолжила расспрашивать я.

— Может, и есть, только твоим ведьмам для этого надо в ковен ехать и там разбираться. Пусть лучше кота себе заведут или мышь летучую. А то раскатали губы! Фея им подавай! Мы абы к кому не ходим. Даже за каплю крови.

В результате за прошедшие десять лет лишь две ведьмы получили в фамильяры фея. И для этого им пришлось очень постараться.

Густав, кстати, каждый раз сильно обижался. Он привык быть единственным и неповторимым.

Так вот, в конце концов мне пришлось признать, что Рейган оказался прав. Родила я значительно раньше срока. Если бы настояла на походе, то пришлось бы делать это прямо в лесу.

Нашей дочери так не терпелось появиться на свет, что она напугала всех. Роды начались прямо во время торжественного открытия заново построенного крыла больницы. Пришлось срочно все бросать и возвращаться в замок. Согласно многовековым традициям ребенку князя надлежало родиться именно в замке. Так что нам пришлось побегать. Но, слава богам, все прошло хорошо.

В дверь спальни тихо постучали, и на пороге появилась горничная.

— Доброе утро, княгиня, — почтительно произнесла она.

— Доброе утро, — улыбнулась я. — Приготовь мне ванну, Илза.

Бекки уже давно мне не прислуживала. Она вышла замуж за своего Келвина в первую же весну после образования Совета хранителей. Мы с Рейганом были почетными гостями на их свадьбе и протанцевали всю ночь. У нас-то свадьбы как таковой не получилось, поэтому мы веселились на чужой. Сейчас Бекки была счастливой матерью троих малышек и готовилась произвести на свет четвертого.

Вышла замуж и Селения. Шесть лет назад она стала женой целителя из соседнего княжества, с которым познакомилась во время его стажировки у нас. Сразу после свадьбы они уехали к нему. Бекки во время наших редких встреч рассказывала последние новости о сестре. Селения тоже стала матерью двух близнецов и сейчас работала заведующей отделения в лечебнице.

Не упускала я из виду и судьбу Аннабель. В день своего четырнадцатилетия девочка не стала волшебницей и не получила дара: ни темного, ни светлого. Конечно, она была немного разочарована. Но это не нам выбирать. Недавно Аннабель исполнилось девятнадцать лет. Она превратилась в красивую, стройную девушку невысокого роста с длинными волосами цвета спелой пшеницы и бездонными глазами. Ничто в ней не напоминало ту испуганную девочку с кривой челкой и обугленным зайцем в руках.

А еще у Аннабель был невероятно красивый голос. Когда она пела, весь мир будто замирал.

Я обещала ей помочь и найти хороших учителей по вокалу, если она, конечно, захочет. Пока девушка жила в своем поселке и приезжала в гости лишь пару раз в год.

Разумеется, для нее мы приготовили богатое приданое и украшения, которые Аннабель получила в прошлом году в день совершеннолетия. Оно состояло из заколки в виде цветка, усыпанного драгоценными камнями, ожерелья из натурального жемчуга, широкого золотого браслета и нескольких массивных перстней с крупными камнями.

Илза набрала в ванну горячей воды, добавила мои любимые масла и пенку. Забравшись, я легла и с наслаждением прикрыла глаза, мысленно составляя план на сегодня.

Но сначала следовало заглянуть к малышке. Эмма в последние дни вела себя неспокойно. Начали резаться верхние зубы, и она все время капризничала. Наша темноволосая дочка с отцовскими фиалковыми глазами и моим характером уже сейчас умудрялась своим криком поставить на уши весь замок. Ее обожали все, начиная от Рейгана и заканчивая слугами. Клянусь, несмотря на свой юный возраст, Эмма это прекрасно знала и умела пользоваться. А ведь ей был всего год. Страшно представить, что будет дальше.

Потом требовалось проверить подготовку главного зала. Сегодня должны прибыть все двенадцать князей с женами. Надо убедиться, что их разместят с комфортом и никаких накладок не будет.

После я планировала встретиться с хранителями источника. Они прибыли еще вчера, но довольно поздно. Мы так и не успели поговорить. Хотелось обсудить последние изменения источника, который все еще не стал нейтральным. Прежде чем это произойдет, должны пройти годы, а уже потом думать о том, чтобы ввести в круг нейтрального мага.

Источник все еще отказывался подпускать к себе кого-то другого. Маги верховного синклита несколько раз пытались изучить его, но за эти десять лет единственное, что им удалось — пройти охранную завесу. Дальше источник их не пускал, начинал звенеть, трещать, а земля под ногами дрожала и гудела. Поэтому единственное, что им оставалось, спрашивать о состоянии источника у его хранителей.

Я сделала мысленную пометку отдельно встретиться с Бруной. В прошлую нашу встречу она призналась, что хочет отойти от дел и уступить свое место кому-то другому.

— Мы же знали, что когда-нибудь этот момент настанет, — произнесла она, когда мы пили чай в гостиной. — Источник дает нам силу, выносливость и продлевает молодость. Но у меня уже внуки пошли, а я так редко их вижу. Да и стара я стала для всего этого.

— Ты к себе слишком требовательна, — возразила я.

— Возможно, но я действительно собираюсь найти себе преемника, воспитать его, подготовить и уступить место.

Я не имела права ее уговаривать и переубеждать. Бруна и так многое сделала для Запределья.

— Остальные хранители знают?

— Да. Они приняли мое решение.

Я кивнула и задала следующий вопрос:

— Магам Верховного Синклита будешь сообщать?

— Придется, — вздохнула Бруна. — Им очень не нравится возникшая ситуация. И то, что они никак не могут на нее повлиять.

Я хотела перед праздником поговорить с ней еще раз и узнать, нужна ли ей помощь и поддержка.

Верфолд в этот раз приехал один. Беатрис осталась дома. Ей стало тяжело разъезжать. Вторая беременность давалась ей с трудом. Она мучилась отеками, головными болями и сильно уставала. Со старшим сыном Каином таких проблем не наблюдалось.

Они поженились восемь лет назад. Им пришлось несладко. Рейган не сразу принял их отношения, как и Никандра. И дело было не в том, что Верфолд являлся темным. Никто не знал, как на нем отразится источник. Вдруг начнутся проблемы со здоровьем и ментальным состоянием. Отдавать младшую сестру потенциальному сумасшедшему мой муж боялся. Но эти двое сумели доказать, что их любовь сильнее, что они способны выстоять. И я была только этому рада. Когда ты сам счастлив, то хочется, чтобы были счастливы остальные.

Плавно мысли перетекли в прошлое на десять лет назад.

Люцилла. Ее спасти не получилось. Верфолду удалось изгнать дух Амалетты, запечатав его так, чтобы она больше не смогла выбраться и навредить. Но девушка сошла с ума. Она не узнавала родных и знакомых. Совершенно безобидная Люцилла сидела в своем углу, раскачивалась из стороны в сторону и что-то тихо бормотала.

Конечно, можно было решить, что она притворяется, пытаясь избежать приговора. Но это не так. Я приходила к ней, пробовала поговорить, но Люцилла меня так и не узнала, даже внимания не обратила, продолжая сидеть в углу. Такое сложно сыграть.

Ее отца, кузину и всех остальных, кто участвовал в заговоре, арестовали и предали суду, а их имущество конфисковали в пользу короны. Казнь заменили пожизненной каторгой.

Что касается моей семьи, мы встретились весной, когда открылись ворота.

Родители, Андреас и Алфея ждали нас с той стороны и явно надеялись вернуть все назад. Забрать меня и женить Рейгана на Алфее. Увы, их планам не суждено было сбыться. Отдавать свое я не собиралась.

Рейган сам изъявил желание объясниться с Алфеей.

— Это моя вина, Фрэн, — тихо произнес он. — Это я дал твоей сестре надежду, влюбил в себя. И мне за это отвечать. Я сам с ней поговорю и все объясню.

Я не стала возражать. Тем более что мне предстояло объясниться с Алексом.

Ах, Алекс! Лучший друг, возлюбленный и жених. Как я боялась нашей встречи, как мечтала оттянуть ее, как надеялась, что он не придет весной! Но нет… он стоял рядом с Морентонами и ждал меня.

Его боль и моя вина навсегда останутся со мной. Даже через десятилетия я буду вспоминать его взгляд и слышать голос:

— Ты любишь его?

— Да.

— Ты счастлива?

— Очень.

— Я рад за тебя, — горько произнес Алекс и даже попробовал улыбнуться. А в глазах плескалась такая мука, что сердце разрывалось на части.

— Прости.

— Надеюсь, ты будешь счастлива, куколка.

Знакомое прозвище будто ударило под дых, принося за собой новую волну боли.

— Алекс…

Мне так хотелось обнять его, встряхнуть, ударить... но я понимала, что так будет только хуже. Никаких прикосновений. И я стояла, до боли впиваясь ногтями в ладони.

— Я хочу, чтобы ты знала. Если ты… ты захочешь сбежать… если роль княгини тебе надоест, то я буду ждать тебя, Фрэн, — тихо произнес он.

Но мы оба понимали, что этого никогда не произойдет.

— Спасибо, — грустно улыбнулась я. — За все спасибо.

Подавшись вперед, некромант взял меня за руку и прижался к ней губами.

— Прощай, куколка.

— Прощай…

Больше мы не виделись. У меня почти не имелось шансов узнать о том, как сложилась его судьба. Свободные земли находились слишком далеко от границы Запределья. Я знала, что Алекс все еще не женат. Но у него вроде как появилась невеста. Никой информации о девушке не было, кроме того, что она светлая чародейка. Весьма неожиданный выбор. В любом случае, я была рада за Алекса и надеялась, что он обретет счастье.

Алфея меня не простила. Ни тогда, ни сейчас. Восемь лет назад она вышла за светлого лорда, родила ему двух дочерей и была вполне счастлива. Так говорила мама. Но мы больше не общались.

С родителями у нас установились странные отношения. Они приезжали к воротам на каждое открытие и просили о встрече. Спрашивали, как у меня дела, искренне радовались рождению Эммы. А еще периодически пытались побольше разузнать о Запределье и даже уговаривали пустить их за ворота.

Разумеется, никто им этого не разрешил.

Запределье продолжало оставаться закрытой страной, которая надежно хранила свои тайны от всего остального мира. И это было правильно.

Это уникальное место. Неповторимое, волшебное. Порой мне казалось, что не хватит всей жизни, чтобы узнать его полностью, открыть все его тайны. Но я старалась. Каждый день старалась.

Тихо щелкнул замок, но я даже не двинулась, отлично зная, кто посмел нарушить мой покой.

— У меня нет времени, — не открывая глаз, заявила я.

— Даже на любимого супруга?

— Особенно на тебя.

— Не будь злюкой, Фрэн.

Послышался шорох снимаемой одежды.

— Я ведьма, Рейган Каллигар, мне априори надо быть злюкой.

— Ты моя княгиня, — отозвался он.

За одеждой последовала обувь. Пришлось открыть глаза и взглянуть на мужа, который уже почти полностью разделся.

— Рейган, у меня совершенно нет времени! Дорога каждая секунда, — повторила я, попытавшись добавить в голос побольше возмущения. Но не получилось. Мы виделись совсем недавно, а я уже жутко соскучилась.

— Мы быстро.

Я скептически хмыкнула.

— Серьезно?

Рейган задумался и широко улыбнулся:

— Ты права, быстро не получится.

И забрался в ванну. Мне пришлось подтянуть ноги к себе, чтобы он их не раздавил.

— Я соскучился и замерз. На улице опять морозы.

— Надо было одеваться теплее, — проворчала я, когда его руки потянулись ко мне.

Я даже и не думала сопротивляться, закрывая глаза и открывая шею для горячих поцелуев.

— М-м-м, ты так вкусно пахнешь, — прошептал Рейган, нежно проведя пальцами по моей коже, подхватывая мыльную пену и лаская самые чувствительные места.

— Ты теперь тоже будешь так пахнуть, — хихикнула я.

А дальше следовали поцелуи — короткие, рваные, болезненные, больше похожие на укус, прикосновения рук, которые воспринимались горячее воды, хриплый шепот и тихий стон.

Разомкнуть объятия казалось немыслимым, да и не хотелось. Отдавшись приятным ощущениям, я позволила мужу притянуть меня еще ближе. Его руки на моих бедрах направляли меня, давая прочувствовать всю силу его возбуждения.

Плавное скольжение и судорожный вздох. Первая волна наслаждения пронзила с ног до головы, заставляя прогнуться в спине и задрожать. Но это было лишь начало.

Вода плескалась вокруг нас, переливаясь через край и оставляя на мраморе лужи и потеки. Глаза в глаза. Кусая губы. Цепляясь друг за друга и с трудом дыша. В едином ритме сердец и тел. Вершины наслаждения мы тоже достигли вместе, сотрясаясь всем телом.

— Я люблю тебя.

Это признание я готова была слышать по сто раз каждый день. И оно никогда не надоест.

— А я люблю тебя, — прошептала я в ответ.