ГЛАВА 14

Это действительно был мой любимый некромант.

Уставший, бледный и очень злой. Настолько, что тьма следовала за ним как тень, повторяя каждое движение. Судя по всему, Алекс тоже явился к воротам в попытке открыть их. Вокруг него некоторое время вился туман и черный дым, которые не позволяли рассмотреть что-то еще.

Алекс стоял прямо напротив, мрачно уставясь перед собой. Весь в черном и серебре, с плащом, просто наброшенным на плечи и распахнутым на груди. В вырезе рубашки мелькнул знакомый кулон с черепом с горящими глазами. Ветер трепал черные волосы, внося в них беспорядок.

Внезапно туман слегка отступил, показывая отца и Андреаса. Тоже напряженные, немного виноватые, но решительные, они что-то наперебой твердили Алексу, явно убеждали, то и дело тыча пальцами на закрытые ворота, за которыми сейчас стояла я.

Я не слышала, но прекрасно представляла, о чем они говорили.

Наверняка просили простить и подождать. Всего три месяца пролетят как один миг. Из-за этого не стоило раздувать международный скандал. Зачем разрушать хрупкий мир? И все из-за какой-то девчонки, которую случайно выдали замуж за князя Запределья. Вот пройдет три месяца, она вернется и будете жить счастливо… или же она останется с мужем, а ты найдешь себе другую.

«Предатели… все они предатели, начиная с леди Морентон! Я-то думала, она действительно скучала, осознала свои ошибки, полюбила меня такой какая я есть… а она просто притворялась».

– Алекс! – закричала я и заколотила кулаками по прозрачному толстому насту, оставляя на нем некрасивые красные потеки. – Алекс! Я здесь!

Неужели услышал? Нет, скорее почувствовал.

Он резко вскинул голову и внимательно посмотрел на ворота перед собой. А потом, отмахнувшись от Андреаса, который попытался его удержать, решительно шагнул к ним.

– Алекс! Услышь меня, Алекс!

Я снова застучала по гладкой поверхности, отбивая кулаки, хотя и понимала, что это бесполезно.

Любимый застыл, практически касаясь ворот и неотрывно глядя на меня… сквозь меня. Красивое лицо исказилось от гнева и муки, черные глаза вспыхнули от темной магии, клубы которой продолжали кружить вокруг него. Протянув руку, он коснулся ворот, и я видела, как шевелились его губы, произнося что-то.

– Алекс! Я здесь! – прокричала, задыхаясь от боли, которая разрывала сердце на части. – Алекс!

И застыла. Заклинание сыграло со мной злую шутку.

Ветер принес обрывки слов:

– Найду… способ… ты… дождись… куколка…

Поверхность вновь пошла рябью, и изображение медленно растворилось в серости неприступной скалы.

– Не-е-е-ет!

Я рухнула на колени и вновь ударила кулаками по камню, до крови разбивая костяшки. Но разве эта боль могла сравниться с той, что терзала мое сердце?

«Алекс… мой любимый Алекс… нас обманули… разлучили… ненавижу!»

Рыча от бессилия, я била и била, но с отчаянием понимала, что все бесполезно. Моих сил не хватит, чтобы открыть ворота. Алекс остался по ту сторону, а я по эту, и в ближайшие три месяца ситуацию не изменить.

Но несмотря на снедавшее сердце отчаяние, слез не было.

«Не дождутся! Я не буду плакать! Слезы ведьмы так же бесценны, как и ее кровь! И я точно не буду тратить свое богатство в ненавистном Запределье!».

Чужое присутствие я почувствовала еще до того, как услышала, как снег заскрипел под ногами. И сразу, буквально в одно мгновение поняла, кто явился за мной. Замерла, тяжело дыша и стоя на коленях с прижатым к ледяному камню лбом. Затем очень медленно поднялась, стараясь не сорваться раньше времени. Внутри все дрожало и вибрировало от отчаяния, злости и боли. Но внешне я никак это не показала.

Поворачивалась я очень медленно, словно боялась расплескать магию, которая клубилась внутри, грозя вырваться наружу. Для мести нужен холодный разум и тонкий расчет. Нельзя совершать импульсивные поступки. Даже если очень хочется. Только контроль и чистота разума.

Но все мысли покинули мою голову, стоило увидеть своего фальшивого мужа.

Рейган Каллигар, князь Запределья. Тот, кто похитил меня, разлучил с Алексом, стоял в метрах пяти от поляны. В темной одежде, плаще с меховой опушкой и непокрытой головой. В его темных волосах, привычно собранных в косу, неожиданно ярко засверкали красные пряди, словно само пламя наложило на него отпечаток.

Но не это вывело меня из равновесия, а его глаза. Фиалковые, с издевательски насмешливым ободком вокруг радужки темно-фиолетового цвета. Без единой капли золота.

«Нейтральный маг! Все, как я и думала. Он нейтральный маг, который врал всем, врал Алфее, моим родным, всему миру. Обманщик! Интриган! Мерзавец!».

Последние крупицы самообладания, которые я старалась сохранить, испарились в одно мгновение, выпустив всю мою боль и ненависть. Я не думала – действовала. Темное пламя смертельного проклятия высшего порядка с жутким ревом сорвалось с пальцев до того, как я успела остановиться, и понеслось прямо в моего мужа.

«Кажется… кажется, я сейчас стану вдовой».

Много веков считалось, что светлые – добрые, а темные – злые. Даже во времена Раскола светлые истребляли темных именно под таким девизом. На самом деле это не соответствовало истине. Злых магов было одинаковое количество и с той, и с другой стороны. Как и добрых. С той лишь разницей, что мы, в отличие от светлых, никогда не считали себя совершенными, не строили из себя идеальных. Говорили прямо и открыто, умели посмеяться над собой и пошутить над другими. И магию воспринимали как часть жизни, а не дар богов.

Признаюсь честно, я никогда не была злой. Вредной – да, но не злой. Никогда никого не ненавидела и смерти не желала. И уж точно не собиралась убивать.

Поэтому раскаялась в содеянном практически сразу. Всего через крохотное мгновение после того, как проклятие сорвалось с пальцев и рвануло в сторону Рейгана.

– Нет! – запоздало вскрикнула, делая шаг вперед.

Время будто остановилось. А я отчетливо поняла: что бы сейчас ни сделала, как бы ни старалась – не поможет. Сделанного не воротишь.

Мир словно замедлился, и я с ужасом наблюдала, как жуткая черная субстанция устремилась к князю. Как почти добралась до него, когда он резко сменял положение тела. Сделал шаг в сторону, развернулся боком и внезапно поймал светящимися руками всю ту гадость, что я на него направила. Вот только смертельные проклятия высшего порядка голыми руками не ловят. Их вообще никакими руками не ловят! Тут даже не каждая защита может сработать!

А он поймал. Заискрился с ног до головы ярко-золотистым светом и задрожал, силясь удержать беснующееся проклятие в руках.

«Светлая магия? У нейтрального? Разве такое возможно?» – удивилась я.

Одно дело каким-то образом скрыть истинную магию, подменив цвет радужки, но подделать магию было нельзя.

«Кто он вообще такой? Что это за место такое, где магия сама на себя не похожа? Где летают снежные феи, пьющие кровь, и водится какая-то червоточина. Что еще они скрывают за своими неприступными стенами?».

Сквозь гул и рокот рычащего проклятия, которое пыталось выбраться из захвата и достать жуткими кривыми щупальцами свою цель, я расслышала мужской голос, который громко произнес слова заклинания.

Совершенно незнакомого заклинания. И слова оказались незнакомые.

Свет в руках Рейгана становился все интенсивнее. Теперь он был не только золотистым, в нем начали пробиваться оттенки всех цветов радуги. Они сменялись друг за другом, а потом его руки засияли темно-фиолетовым. Вспыхнули в последний раз и… последовал легкий хлопок. Проклятие взревело и растаяло, осыпавшись пеплом на белоснежный снег.

«Он… он просто так… легко взял… взял и захлопнул проклятие высшего порядка… против которого не каждый светлый выстоит?».

Рейган спокойно отряхнул руки от остатков пепла и взглянул на меня.

– Не поранилась?

«Да он издевается!».

– Что? – ошарашенно произнесла я, все еще не в силах поверить в то, что увиденное мне не приснилось.

– У тебя кровь на лице. Ты поранилась? Надо быть осторожнее с такими штуками, они крайне опасны. Особенно в неопытных руках.

«Неопытных руках? Это он сейчас обо мне?».

Растерянность сменилась привычной злостью.

– Ты! – рявкнула я, вмиг забыв о том, что совсем недавно сожалела о своей импульсивности и несдержанности.

– Франческа, давай ты успокоишься, и мы нормально поговорим, – устало произнес он.

– Открой ворота! Тогда и поговорим! – сжимая кулаки, потребовала я.

– Это невозможно. До весны они будут закрыты.

– Открой ворота! – вновь прорычала я. – Сейчас же!

– Нет, – спокойно отозвался князь, глядя мне прямо в глаза. – Этого не будет и тебе это прекрасно известно.

– Ты выкрал меня! Сговорился с моими родителями и выкрал!

– Мне жаль.

– Жаль?! – взвизгнула я, чувствуя, как от боли и обиды внутри все будто разрывается. – Тебе жаль? Да… да как ты смеешь!

– Франческа, – все таким же до противного мягким тоном продолжил Рейган, как будто разговаривал не с взрослой ведьмой, а с глупым, несмышленым ребенком, – понимаю, ты злишься, но давай просто поговорим. Пока ты себе не навредила.

– Ч-что?

– Победить меня ты все равно не сможешь. А вот себе навредить – легко.

Нет, он точно издевался. Мало того, что обманул, выкрал, так еще назвал меня идиоткой, которая способна лишь орать и топать ногами.

– Ненавижу! – выкрикнула я, призывая магию.

Ранки на пальцах едва затянулись, поэтому первое резкое движение, и они вновь открылись, а кровь выступила на подушечках. Магия стихий, которую я призывала еще совсем недавно, отозвалась легко и быстро.

«Значит, победить не смогу?! Это мы еще посмотрим!».

Все-таки я не была стихийным магом, а потому с пустого места огонь вызвать не могла. А жаль, я бы с радостью сейчас кое-кого поджарила. Пришлось пользоваться тем, чего вокруг находилось в избытке. Нет, не снегом. До состояния воды его еще требовалось растопить, а огня-то не было.

Зато воздуха в избытке. Его я и призвала.

Ветерок, который до этого тихонько дул, едва заметно шевеля меховую опушку на теплом плаще и лаская морозом щеки, взревел так, что у меня чуть уши не заложило. Едва не выдернув с корнем крохотную березку, которая росла неподалеку, он закружил вокруг меня. Подняв хлопья снега, ледяными браслетами лег на запястья и слегка сковал их. От браслетов к ветру шли плотные полупрозрачные нити из воздуха, которые связывали меня со стихией и питались энергией. Резко взлетели не только хлопья снега, но и покрытые инеем ветки, прошлогодняя листва и даже мелкие камешки. Все это кружило вокруг меня в жутком водовороте и пока никак не касалось князя.

Он продолжал стоять на месте, не делая попыток остановить меня или хоть каким-то образом вразумить. Рейган просто ждал. Однако сквозь весь мусор, который мельтешил перед лицом, я видела его глаза, которые внимательно наблюдали за мной. Видела его взгляд и от этого злилась еще сильнее.

– Франческа, это не поможет.

А я только этого и ждала. Его слов, как сигнала к действию.

Схватившись за прозрачные нити, обмотала их вокруг пальцев, чтобы проще стало управлять ветром, а после, раскрутив их, бросила в сторону застывшего князя.

Тот дернулся и быстро что-то сделал. Губы прошептали короткое заклинание, пальцы сделали какие-то странные пасы. И за мгновение до того, как обрушилась буря, в его руках возник огромный световой щит. Полупрозрачный, сверкающий, словно сотканный из солнечных лучей.

Я уже видела подобные у брата и отца. Но они были светлыми чародеями, им положено. А этот… нейтральный не мог создать щит! Никто не мог!

Только вот щит сверкал в руках Рейгана, не давая стихии добраться до него. Ветер, подпитанный моей злостью и силой, взревел с новой силой. Под его напором Рейган, слегка согнув колени, съехал по снегу примерно на метр, но все равно удержался.

Стиснув зубы, я позволила ему короткую передышку, ненадолго отозвала ветер. Стихия стихла на мгновение, сделав вокруг меня почетный круг.

Нет, я не собиралась сдаваться. Вместо этого вновь закрутила нити стихии вокруг рук и размахнулась, нанося новый удар. В этот раз я решила действовать по-другому. Никакой мощи, а точечный удар, в который вложила все.

Рейган молниеносно отреагировал. Световой щит исчез из его рук. Князь будто стоял и ждал моего удара, от которого ловко уклонился. А потом и вовсе поймал непокорную стихию за хвост.

Чужая магия передалась по нитям воздуха и болезненно ударила по рукам. Глухо застонав, я попыталась вернуть контроль себе. Однако у меня не получилось.

Чужое заклинание невозможно перехватить, это все знали. Тем более стихию. Но у него вышло!

Рейган, вокруг которого внезапно заклубилась темнота, медленно, с усилием накручивал воздушные нити, что бились в судорогах и сверкали короткими вспышками молний, но вырваться не могли. И эти разряды передавались и мне.

Он поймал воздух! Поймал мое заклинание и теперь забирал его.

Давление нитей на запястья увеличилось. Я попробовала затормозить каблучками о ледяную землю, но не потерпела неудачу. Рейган был слишком силен, и сейчас притягивал меня к себе. Медленно, но неотвратимо.

– Вот же пакость! – выдохнула я, резко обрывая связь со стихией.

Получилось очень неприятно. Такое ощущение, словно я рывком содрала окровавленную повязку с раны, которая не успела до конца затянуться. Вскрикнув от боли, я потеряла равновесие и с размаха шлепнулась на ледяную землю, которую обнажила из-за игры со стихией.

«Ну вот! Теперь не только руки болят, но и копчик отбила».

– Франческа, ты в порядке? – сочувственно поинтересовался Рейган, легко распыляя ветер с помощью черного облачка – непременного атрибута любой темной магии.

«То есть ей он владеет так же легко, как и светлой?».

Я знала, что нейтральные маги способны на нечто подобное. А сейчас воочию убедилась. Рейган продемонстрировал умение владеть светлой и темной магией еще тогда, в гостинице. Только вот все вокруг говорили, что нейтралы слабы и не могут использовать магию высшего порядка. Оказывается, и это была ложь. Они могли. И еще как могли!

– Не подходи! – рявкнула я, сдувая с лица светлую прядь.

После падения капюшон откинулся, и волосы теперь лезли в разные стороны, жутко мешая.

Опустив ладони на промерзшую землю, я быстро прошептала заклинание боевой магии. Одно из тех, которым меня учил Алекс. Не слишком сложное, но я рассчитывала на эффект неожиданности.

По земле прошла едва заметная дрожь, заставившая князя слегка пошатнуться. А потом вокруг него взвились вверх острые ледяные клинки.

Всего одно слово, и они бросились на врага. Но Рейган даже не вздрогнул. В одно мгновение в его руках возник сияющий кнут, которым он и взмахнул, крутнувшись на месте. Все мои сверкающие ножи разлетелись на сотни осколков, пара из которых полетела в мою сторону.

Закрыться до конца не получилось. Один из них до крови расцарапал запястье, другой оставил кровавую полоску на щеке как раз под левым глазом. Вскрикнув, я осторожно коснулась пореза и взглянула на пальцы, которые вновь окрасились кровью.

– Франческа, я же предупреждал, что поранишься, – мягко пожурил Рейган, подходя ближе. – Позволь помочь тебе.

Магия отняла у меня слишком много сил, которых и так не было. Сначала поход по заснеженному лесу, потом попытка открыть ворота, а тут еще и бой. От усталости у меня кружилась голова и слегка подташнивало. Болели руки, спина, да и все остальное тело непривычно ныло и требовало отдыха.

Только я не могла сдаться. Просто не имела права.

«Надо сделать рывок! Последний рывок! А потом будь что будет».

Я же упоминала, что любое заклинание подчинения сложное и опасное, но сейчас повторюсь. Опасное и очень. Не только для того, кого заклинают, но и для заклинателя. Здесь нельзя ошибаться или отступать, нельзя колебаться и испытывать чувство вины. Много чего нельзя.

В Даркорийской академии темных искусств у нас устраивали практические занятия по принуждениям низшего порядка. Воздействие разрешалось минимальное, а приказы – шуточные. Из разряда дойти до конца аудитории, станцевать на столе, спеть песню или попрыгать на одной ноге. И все это происходило на глазах преподавателя, который внимательно следил за нами, помогал и не давал приказам зайти слишком далеко.

На мне тоже практиковались. Неприятное ощущение, скажу я вам, когда ты полностью перестаешь контролировать собственное тело. Все видишь, все понимаешь, но ничего сделать не можешь, находясь под чужим воздействием.

Корвин, которому посчастливилось стать заклинателем, приказал мне пройти по аудитории, изображая марионетку – куклу на веревочках. Ничего плохого, но вот это ощущение… когда ты себе не принадлежишь, я надолго запомнила. Остальные тоже. Как и то, что произносить такие заклинания не стоит. Почувствовав себя в шкуре подчиненного, мало кто решался снова пойти на это.

И в любом другом случае я бы никогда… но сейчас я была зла, очень зла, а еще и обижена.

Именно поэтому позволила Рейгану подойти ближе, изобразив отчаянье и смирение. Для этого и глаза опустила, тяжело вздохнув:

– Я так устала.

Тут самое главное не врать, чтобы не спугнуть жертву.

– Все будет хорошо, – сочувственно проговорил он, протягивая мне руку. – Понимаю, ты зла и расстроена, но мы поговорим и все решим. Я обещаю. Все не так плохо, как ты думаешь.

Голос звучал мягко, вкрадчиво и дружелюбно. А еще он был пропитан успокаивающей магией, которая горчила на губах, вызывая раздражение. Неужели думал, что не почувствую? Или решил, будто я сдалась, проиграла и никак не отреагирую?

«Ха! Ты плохо меня знаешь, дорогой супруг!».

– Хорошо, – скромно прошептала я.

Осторожно вложила в его руку свою окровавленную ладошку, медленно подняла глаза и… рывком потянула Рейгана на себя. Коснувшись свободной рукой его щеки, направила короткий импульс первого заклинания.

– Слушай меня! – пропела, глядя ему прямо в глаза и напитывая каждое слово темной магией. – Услышь меня. Запомни меня… подчинись мне.

Я видела, как тьма медленно поглощает фиолетовый пигмент в его глазах, заполняя их безликой серой мглой и пустотой, как взгляд теряет жизнь, становится бессмысленным и равнодушным.

Прогнав чувство вины, я быстро прошептала финальные слова заклинания, впервые в жизни произнесла их вслух.

Теперь его разум находился полностью в моей власти.

Мы в шутку называли это заклинание «влюбись-подчинись». Именно его я сейчас использовала. Влюбила в себя собственного навязанного мужа. Околдовала его разум, лишила воли, заставила испытывать то, чего он не хотел. Подло поступила? Да. Но он не оставил мне выбора. Раз силой не получилось его победить, я решила действовать хитростью.

– Сейчас ты поможешь мне встать, – продолжая посылать импульсы через руку, что окрашивала его кожу в легкие розовые всполохи, прежде чем впитаться, прохрипела я. – Залечишь раны, поможешь восстановить резерв и откроешь ворота. Понял?

– Да.

Его голос звучал глухо и безжизненно. Глаза оставались пустыми и словно бы мертвыми. Подобные были у зомби, которых в шутку поднимал Алекс.

– Хорошо, – довольно кивнула я, убирая дрожащую руку.

В любовный приворот я вбухала остатки магии и собственных сил, поэтому подняться без посторонней помощи не могла. Я и сидела-то с трудом. Тело напоминало желе, подчинялось плохо и противно дрожало. Голова кружилась, а перед глазами все мелькало. Еще тошнило немного.

«Ну ничего, сейчас поделится силой и станет легче».

– Помоги мне подняться, – приказала я, подавая ему вторую руку.

И тут же последовал рывок вверх. Слишком сильный и резкий. Голова мотнулась, зубы щелкнули, едва не вывернув мне челюсть.

– Ты что творишь?! – возмущенно выпалила я.

Перед глазами все плыло. Мне пришлось постараться, потратив несколько секунд, чтобы прогнать разноцветную пелену и сфокусировать зрение. А когда взор прояснился, я увидела напротив злой взгляд фиалковых глаз, после чего их обладатель резко схватил меня за плечи, слегка приподнял и впился губами в мои губы.

Я бы не назвала это поцелуем. Скорее наказанием и унижением одновременно. Его губы были жесткими, злыми и болезненно-твердыми. Он не поцеловал, а просто прижался ртом к моему, словно ставил на нем печать.

Но отчего-то сердце сделало кульбит и болезненно загрохотало, ударяясь о ребра. Щеки вспыхнули от злости и стыда.

Слава богам, это унижение длилось недолго. Рейган быстро отпустил меня и отстранился. Чем я и воспользовалась, влепив ему такую пощечину, от которой едва не отнялась рука.

– Как… как ты посмел? – прошипела я, задыхаясь.

– А ты разве не этого хотела, Франческа? – огрызнулся он, демонстративно вытирая губы. Словно испачкал их в грязи.

«Вот мерзавец!».

– Нет!

Я и стояла-то с трудом. Ноги дрожали, тело качало из стороны в сторону. Сейчас я держалась исключительно на злости и упрямстве. Но и они постепенно исчезали.

– Тогда зачем использовала приворот?

– Ты…

Я задохнулась от возмущения, наконец сообразив, что означает фиолетовый цвет его глаз. Приворот не получился. Видимо, я что-то напутала, ошиблась. Или просто не хватило сил и магического резерва. То есть все было зря.

– Ты ошиблась, ведьма. На меня приворот не действует.

«То есть дело не во мне, а в нем. Проклятый князь. Как же сильно я…».

– Ненавижу! – прошипела, с отчаянием понимая, что сил больше не осталось.

Я даже ударить его больше не смогу.

– Глупая девчонка! – рявкнул он, хватая меня за локоть. – Использование приворота в Запределье карается смертной казнью!

– Так сдай меня, – ядовито улыбнулась я. – Казни. Собственными руками. Давай! Сопротивляться не буду.

Точнее не смогу.

– Ну уж нет! – отчеканил Рейган, глядя мне прямо в глаза. – Ты будешь жить. Ближайшие три месяца. И исполнишь свой долг.

– Никогда, – балансируя на краешке сознания, процедила я. – Я скорее убью тебя.

Его лицо исказилось от кривой усмешки.

Это было последним, что я увидела, прежде чем перед глазами все потемнело.

– У меня для тебя плохая новость, Франческа, – донесся до меня его приглушенный голос. – Потому что если умру я, то умрешь и ты.