ГЛАВА 17

– Ты чего такая недружелюбная? – обиженно надул губы маленький человечек, болтая ножками туда-сюда. Крохотные бубенчики, которые украшали длинные изогнутые носы его ботинок, мелодично звенели в тишине. – Разве так встречают старых друзей?

– С ума сошел? Какой ты мне друг? – рыкнула я, быстро закрывая дверь, и уперла руки в бока.

– Вот так всегда. Все людишки одинаковы, – вздохнул эльф. – Переехала в большой замок и сразу забыла дорогого Густава. И все, что нас связывало.

– Чего? – Я даже слегка опешила от такой наглости. – Ты вообще о чем?

– О том, что ты совсем зазналась, княгиня.

Густав вскочил на ножки, а потом слегка приподнялся в воздухе. Его крохотные крылышки порхали, удерживая человечка. С них сыпались легкие серебряные блестки, которые таяли в воздухе, не долетая до пола.

– Разве так друзей встречают? Где твоя вежливость, обходительность, этикет? А я, между прочим, тебе жизнь спас.

– Я тебе за это уже заплатила! – напомнила я, бросая короткий взгляд на дверь.

Это хорошо, что Бекки ушла за обедом. Но с минуты на минуту она должна была вернуться. А, значит, могла увидеть белобрысого человечка с жаждой крови и, конечно же, доложить об этом князю. А он лишит меня памяти. Этого я допустить никак не могла.

– Давай ближе к делу. Что тебе от меня нужно, Густав? – нетерпеливо спросила я.

– А накормить? Напоить? – тут же закапризничал он.

– Кровью делиться не буду!

– Точно? – вздохнул Густав и оскалился, продемонстрировав мне острые белые зубки. – А я бы не отказался от капельки крови. Она у тебя такая… необычная… с горчинкой.

– Ты уже говорил об этом. Слушай, ты прости, но мне некогда. Сегодня у нас праздник, отмечаем свадьбу. Давай ты потом в гости приедешь… месяца через три. А лучше четыре.

Там как раз Алфея вернется. Вот пусть она с этим феем и разбирается.

Я снова покосилась на дверь. Мне показалось или снаружи послышались шаги?

– Ты что, пытаешься от меня избавиться? – подозрительно сощурился фей. А потом снова плотоядно улыбнулся: – Значит, это правда…

– Что правда? – мгновенно вскинулась я.

– Слухи, которые бродят по Запределью. Что ты не настоящая жена, а так… вынужденная.

– И что дальше? – скрестила я руки на груди, давая понять, что подобные замечания меня совершенно не задевают.

– Показываться нам тебе тоже запрещено, – охотно поделился сплетнями Густав, продолжая висеть в воздухе.

«Кому это нам? – застыло на кончике языка, который я поспешно прикусила. – Ну уж нет! Я не хочу ничего знать. Происходящее меня ни коим образом не касается».

– Интересно, что будет, если князь узнает о том, что мы с тобой встречались?

Тут я даже растерялась. Но всего на мгновение. Просто до этого самого момента никто и никогда…

– Ты что, мелкий, – прорычала я, – решил меня шантажировать?

– Разве я бы посмел?

Судя по хитрым голубым глазкам, которые алчно заблестели, еще как посмел бы.

– А ты не боишься, что я тебе крылья поотрываю? – зловещим шепотом поинтересовалась я.

– Не посмеешь! Я особо ценное волшебное создание Запределья! – заявил он, но на всякий случай отлетел от меня подальше.

– А мне глубоко безразлично, какое ты там ценное волшебное существо. И я не из Запределья. Сам же сказал, что я здесь временно.

Я медленно двигалась в его сторону.

– Вижу, ты сегодня не в настроении, княгиня, – испуганно пропищал Густав. – Загляну потом!

И исчез.

Раздался легкий хлопок, и на пол посыпалось множество блесток.

– Замечательно, – пробормотала я, потирая виски, – с одной проблемой разобрались.

Я вернулась в гостиную и как раз вовремя. Бекки принесла обед. Правда, ей пришлось сделать три захода, чтобы расставить все блюда на низком столике. Причем действовала она как-то неловко, словно… словно раньше подобным не занималась. Впрочем, я сразу прогнала эту странную мысль. Что-то я стала слишком подозрительной.

Пообедав, я откинулась на спинку дивана и задумалась.

«Так… с князем поговорила. Надо налаживать связи дальше».

– Бекки, ты не могла бы передать вдовствующей княгине, что я хотела бы с ней поговорить? – произнесла я, наблюдая за горничной, которая быстро убирала тарелки и остатки ужина.

– Да, конечно.

Вдовствующая княгиня, в отличие от сына, не стала посылать меня, а пришла сама. Одна. Беатрис вместе с ней было. Странно, но мне почему-то показалось, что они везде ходят вместе. Мать и дочь.

– Я рада, что ты решила со мной поговорить, Франческа, – улыбнувшись, произнесла она, как только дверь на Бекки закрылась, и мы остались одни.

– А я рада, что вы приняли мое предложение, Никандра, – улыбнулась я и предложила: – Не выпьете со мной чаю?

На низком столике как раз стоял поднос с чайной парой и пузатым чайником, а в плетеной корзинке лежало ароматное печенье, посыпанное сахаром и корицей.

– Прекрасная мысль, дорогая.

Я разлила по чашкам травяной чай, чувствуя на себе взгляд свекрови, которая пристально наблюдала за каждым моим движением, и передала одну из них ей.

– Благодарю.

– Позвольте принести вам мои искренние извинения, Никандра. Я вела себя утром непозволительно, – вежливо улыбнулась я, присаживаясь напротив.

Все-таки благородное воспитание Морентонов пришлось весьма кстати. Я легко могла улыбаться и врать, глядя прямо в глаза.

– Я все прекрасно понимаю, дорогая Франческа. У тебя такой стресс, – отозвалась свекровь и улыбнусь в ответ. Так же широко и столь же неискренне.

– Это меня абсолютно не оправдывает. Вы так приветливо встретили меня здесь, готовы были помочь, а я ответила такой грубостью и неблагодарностью. Еще раз прошу простить меня.

– Все уже в прошлом. Как ты себя сейчас чувствуешь, дорогая?

– Благодарю. Уже лучше. Правда, устала немного, но ничего критичного.

Мы замолчали, продолжая посматривать друг на друга и пить чай. Словно прощупывали противника, силясь понять, кто есть кто.

– Значит, ты сестра Алфеи? – пригубив чай, протянула вдовствующая княгиня и вежливо поинтересовалась: – Ты же не против, если мы о ней поговорим?

Ответь я сейчас, что против, то ее это не остановило бы.

«Хорошо, хочет поговорить об Алфее, значит, мы о ней поговорим».

– Нет, не против, – любезно кивнула я. – Да, я действительно младшая сестра Алфеи.

– Темная, – добавила Никандра.

«И тут предрассудки. Ладно, в эту игру можно играть вдвоем».

– Ведьма, – уточнила я, чтобы между нами не осталось недомолвок, и свекровь понимала, с кем имеет дело. – Первая темная ведьма за всю историю рода Морентонов.

– Твои родные, наверное, были очень расстроены, когда проявился дар.

– Очень, – подтвердила я.

Если свекровь хотела причинить мне боль или вызвать неловкость, то зря. Я уже давно не испытывала никаких эмоций по поводу своего прошлого.

– Вы не пробовали… как-то изменить?

– Мой дар? Пробовали. Не вышло. Сама Судьба сделала меня темной. И против богини идти не стоит.

– Да, – медленно кивнула вдовствующая княгиня, бросив на меня короткий цепкий взгляд. – И сама Судьба поженила вас с Рейганом.

– Даже боги ошибаются, – вежливо ответила я.

– Возможно. Не знаешь, почему выбор пал на тебя, Франческа? – продолжала допытываться Никандра. – Почему ты, а не твоя сестра?

– Если вы думаете, что я каким-то образом могла заставить богиню соединить меня с вашим сыном, то глубоко ошибаетесь. Я не хотела этого брака тогда и не хочу сейчас. Поверьте, стать женой Рейгана – это последнее, что мне нужно в этой жизни.

– И я должна тебе поверить? – неожиданно спросила Никандра, и ее глаза опасно сверкнули. – Мой сын – князь, молодой, красивый мужчина. Любая девушка готова на все, чтобы заполучить его.

– Я не любая. И ваш сын мне не нужен. У меня есть жених. И больше всего на свете я хочу вернуться к нему.

Она изучала меня долгие секунды, словно пыталась прочитать мысли и кивнула. Потом отставила в сторону кружку и быстро проговорила:

– Что ж, тогда я готова тебе помочь!

Наверное, вдовствующая княгиня ждала от меня радости, но не дождалась. Я не торопилась прыгать от счастья и доверять ей сразу все свои секреты. Ее предложение вполне могло быть ловушкой. Более того, я почти не сомневалась, что это и есть ловушка, только хитро замаскированная под желанием помочь. Какова мать, таков и сын. Рейган тоже обещал помочь. И чем это обернулось?

Взяв печенье из корзинки, я откусила кусочек и только потом спокойно спросила:

– С чем помочь?

– Расторгнуть ваш брак, разумеется. Или ты думаешь, что через три месяца сможешь спокойно уйти, если ваш брак не будет расторгнут?

– Ваш сын обещал мне это.

– Рейган слишком тоскует по Алфее и зол на Судьбу, чтобы мыслить здраво, – отмахнулась она. – Поэтому мы должны взять все в свои руки. Этот брак надо обязательно расторгнуть и освободить вас от оков богини.

– И что вы предлагаете?

Я была не против расторжения брака, а очень даже согласна. Только вот проблему с воротами это не решит. Их открывать ради меня никто не станет.

– Объединиться против общей проблемы, Франческа. Только так мы сможем справиться со всем, – заверила Никандра. – Я слышала о том, что Рейган запретил тебе… интересоваться Запредельем и всем, что здесь происходит.

Я кивнула. Никто не делал из этого тайны. Вон даже крылатый вымогатель с бубенчиками на ботинках знал, что уж говорить о матери князя.

– Поэтому мы с Беатрис можем сами все сделать. Поспрашивать у служителей храма, покопаться в библиотеке, изучить старинные фолианты. Где-то обязательно должна быть информация, как вам развестись.

– Хорошо.

Здесь я действительно нуждалась в помощи. Своим распоряжением Рейган связал мне руки, а из Никандры и Беатрис получатся замечательные помощницы. Видимо, они так же сильно хотели расторжения этого брака, как и я.

– Я очень рада, что мы поняли друг друга, Франческа, – довольно улыбнулась вдовствующая княгиня и, поставив чашку с недопитым чаем на краешек стола, поднялась. – Я пойду. Еще столько надо сделать перед праздником. Ты же помнишь, что мы сегодня отмечаем ваш… союз?

– Фальшивый союз, – тоже поднимаясь, напомнила я.

– Есть правила и традиции, против которых никто не пойдет. Брак князя всегда широко отмечается в Запределье. Ничего страшного за один вечер не случится. Посидишь, поулыбаешься и, выполнив свой долг, уйдешь.

Княгиня направилась на выход, и я не собиралась ее останавливать. Мне казалось, все вопросы уже решены, мы обсудили все, что должны были. Вот только… внезапно перед глазами встали воспоминания, о которых я забыла. Темнота, боль, холод и хриплый голос, который так сложно было разобрать, все сильнее погружаясь в забытье: «У меня для тебя плохая новость, Франческа… потому что если умру я, то умрешь и ты».

– Подождите! – окликнула я, застыв у дивана и отчаянно стараясь поймать уплывающие воспоминания.

– В чем дело, Франческа? – недовольно спросила свекровь, поворачиваясь ко мне.

– Рейган… он сказал, что, если с ним что-то случится, если он… умрет, то умру и я. Что это значит? – медленно выговаривая каждое слово, я внимательно следила за реакцией вдовствующей княгини.

Хоть и являлась прекрасной актрисой и прирожденной аристократкой, но сейчас не она не сумела скрыть эмоции. На короткое мгновение я успела заметить в ее глазах страх и тревогу. Удивительно, но мне удалось невозможное – взволновать Никандру и даже слегка напугать.

– Рейган так сказал? – Она буквально выдавила из себя улыбку.

– Именно так. Если умрет он, умру и я. Так что это значит?

– Это… это древний обычай Запределья. Не уверена, что имею право о нем говорить… это все-таки тайны нашего мира… а Рейган запретил с тобой это обсуждать.

То ли она действительно не могла сказать, то ли отчаянно пыталась придумать правдоподобную ложь

– Понимаю, но дело касается лично меня. И моей жизни, – продолжила напирать я.

– Это обычай. Древний обычай. Но его давно не применяют. Когда умирал князь, то его жену… ее сжигали на погребальном костре.

Я ждала чего угодно, но уж точно не такого зверства.

– Что? – просипела, отступая на шаг назад. – Что за… дикость?

«Настоящее варварство! И они еще считают темных плохими?».

– Говорю же, обычай очень древний. Ему давно не следуют, – торопливо заверила Никандра. – Посмотри на меня. Мой муж умер пять лет назад, а я жива и стою перед тобой. Никакого костра, все хорошо. Наверное… наверное, Рейган просто хотел тебя напугать. Разумеется, никто не собирается отправлять тебя на костер, Франческа.

Слова вдовствующей княгини очень походили на правду… только… только я никак не могла отделаться от мысли, что она врет. Не знаю почему, но врет.

– Ну раз больше вопросов нет, – с фальшивым энтузиазмом произнесла она, – то я пойду.

А такое впечатление, будто сбегала от меня и моих неудобных вопросов.

– До вечера, Франческа.

– До вечера, – кивнула я, провожая ее взглядом.

Интересно, что, в конце концов, здесь происходит? Что за тайны… и готова ли я рисковать своей памятью и будущим, чтобы узнать их?

Вечером двадцать пятого числа двенадцатого месяца в замке Оргух-айл состоялось празднование свадьбы князя Рейгана Каллигара и Франчески Морентон. Торжество представляло собой самый настоящий фарс, который не имел никакого отношения к действительности. Все присутствующие знали об этом, но старательно делали вид, что не знают.

Не скажу, что я смирилась с ситуацией и сдалась, принимая решение Судьбы. Нет, просто заняла выжидательную позицию.

И свадебное платье надела.

Хотя, признаюсь честно, не хотела. Уж очень оно было… светлым. Даже хотела попросить другое, но Бекки, расправляя складки, счастливо вздохнула и заметила:

– Настоящее традиционное платье княгини.

– Традиционное? – удивилась я.

– Да, традиционные ткани, напыления и украшения. Лишь фасон шьется для каждой невесты отдельно.

Стало понятно, что отказаться не получится. Поэтому я не стала скандалить и шуметь и позволила превратить меня в настоящую жену князя. Пусть и временную.

Платье, сшитое из белого воздушного шелка, который при правильном освещении переливался всеми оттенками розового, от нежного и воздушного до яркого цвета фуксии, выглядело просто идеально. Юбка состояла из множества слоев, которые делали меня похожей на фею из сказки. Хотя я уже убедилась, что далеко не все феи милые и добрые и у них есть острые зубки. Узкий корсет был вышит серебряными нитями и покрыт специальным напылением из алмазной крошки, благодаря чему ткань сверкала и переливалась. Рукава у платья не предусматривались.

Обнаженные плечи Бекки покрыла специальным кремом, благодаря которому кожа начала слегка светиться. Мне на шею повесили колье с множеством крохотных бриллиантов. Оно было довольно тяжелым, но благодаря изящным линиям и тонкой работе не казалось громоздким и воспринималось как сверкающее кружево. В ушах висели длинные серьги в комплект к колье, кончики которых касались плеч.

Волосы Бекки слегка завила с помощью щипцов и уложила в легкую воздушную прическу. Сверху диадема с бриллиантами.

Макияж был легким и ненавязчивым, но красиво подчеркивал мои голубые глаза с черным ободком вокруг радужки, а легкий блеск делал губы чуть полнее.

Не скажу, что отражение в зеркале мне не понравилось. Это просто была не я. Такой наряд и весь антураж прекрасно подошел бы Алфее. Не мне.

Равнодушно осмотрев свой новый облик, я лишь слегка пожала плечами на вопрос Бекки, нравится ли мне. Какая разница, нравилось или нет. Все равно к правде это не имело никакого отношения.

С Рейганом мы встретились в коридоре. Облаченный в белый с золотом костюм, он равнодушно осмотрел меня с ног до головы, и в его фиолетовых глазах не отразилось ничего, кроме вежливого интереса.

– Готова? – спросил он.

Я даже испытала благодарность тому, что князь не стал сыпать комплиментами. Сейчас это выглядело бы неуместно и странно.

– А по моему виду это не заметно? – хмыкнула я и взяла его под руку.

Мы медленно двинулись по коридору. Мое платье слегка шуршало от каждого шага, нарушая тишину и слегка ослабляя повисшую между нами неловкость. Несмотря на обмен любезностями, было заметно, что мы тревожно замерли в ожидании реакции.

– Я думал, ты устроишь истерику, увидев платье, откажешься его надевать и выйдешь к гостям в неглиже, – признался Рейган

– Неглиже от ведьмы? Тебе это бы слишком дорого стоило, князь. А по поводу платья… считай это жестом доброй воли. Я уступаю тебе, ты уступаешь мне… – я многозначительно улыбнулась.

– И разрешаю устроить лабораторию в своем замке, – усмехнулся он.

– Видишь, мы уже начинаем понимать друг друга без лишних слов, – улыбнулась я.

Мы подошли к лестнице, и я отчетливо услышала звук мелодии и приглушенные голоса. Сама не ожидала, но сердце вдруг забилось быстрее, а ноги стали ватными и непослушными. Не скажу, что я ударилась в панику, но почувствовала тревогу. Как-то незаметно сбилась с шага и слегка отстала.

Чего я точно не ожидала, что Рейган остановится и повернется ко мне, закрывая лестницу и спуск, и даст мне возможность выдохнуть.

– Сегодня на праздник прибыли все одиннадцать князей с женами, – спокойно и даже равнодушно сообщил он, глядя куда-то за мою спину. – Это тоже традиция и дань уважения. Мы встречаем вместе все важные моменты нашей жизни: свадьба, рождение, похороны.

– Они же знают, что все это не по-настоящему? – спросила я.

Тревога постепенно начала отступать. Сердце медленно возвращалось к спокойному ритму, а я руки перестали трястись.

– Разумеется. У нас нет тайн друг от друга. Весной они приедут снова, – продолжил Рейган. – Кроме того, на праздник приехали все девять представителей верховного синклита.

Услышав знакомое название, я вскинула голову.

– Верховный синклит? Здесь?

Князь слегка наклонил голову и наши глаза встретились.

– Да. Все девять членов синклита здесь. Хочешь попросить у них открыть ворота?

– Это запрещено? – прищурилась я.

– Нет. Ты княгиня и имеешь полное право просить кого угодно о чем угодно. Они все равно откажут, – пожал плечами Рейган, продолжая возвышаться передо мной.

– Но я могу попросить…

– Да. Я же сказал. Проси, разговаривай. Возможно, они убедят тебя в бесполезности затеи.

Комментировать его замечание я не стала, а задала следующий вопрос:

– Кто еще будет из гостей?

Надо же знать, что мне грозит. Собираясь на праздник, я как-то не подготовилась.

– Высшая знать княжества. Не переживай, ты не обязана всех запоминать и заучить имена. Все понимают, что это… временно.

– Тогда не будем заставлять наших гостей ждать, – улыбнулась я и вновь взяла мужа под руку. – Чем быстрее этот фарс закончится, тем быстрее я вернусь к себе в комнату.

Мы чинно и благородно спустились по лестнице на первый этаж. Музыка на мгновение стихла, а затем заиграла быстрее. Мелодии я не знала, но она очень походила на торжественный марш. Именно под него мы и двинулись вперед в огромный зал, в котором собрались гости.

Пора было увидеть жителям Запределья временную жену князя Рейгана.

* * *

Рейган

Он был уверен, что девчонка не справится. Что в какой-то момент выдержка даст сбой, Франческа вспылит и сделает что-то неправильное. Проклянет кого-нибудь или, может, всех разом, взорвется и натворит бед прямо на балу на глазах князей, верховного синклита и других почетных гостей.

– Ты недооцениваешь свою жену, Рейган, – заметил советник, удобно расположившись напротив своего князя. Совещание закончилось десять минут назад, но Виттор Алайс не торопился уходить. Встревоженным и обеспокоенным он не выглядел, даже наоборот. – Она намного сильнее, чем ты думаешь.

– А еще импульсивнее, – мрачно отозвался Рейган, поднимаясь со своего кресла. – Она сначала делает, а потом думает. Неразумная, глупая девчонка. Она едва не погубила себя, отправившись пешком к воротам. Червоточина открылась у самых границ. Лишь чудом ее… не заметили. Представляешь, что случилось бы, напади они на ее след?

– Но этого не произошло.

– И непонятно, что Франческа еще может натворить за эти месяцы. Нет, было большой ошибкой привозить ее сюда.

– Ты же понимаешь, что у нас не оставалось выбора. На кону стояло слишком много, – возразил Алайс. – А девочку можно понять. Для нее был такой шок проснуться за воротами и узнать, что придется провести здесь три месяца. Кто угодно повел бы себя импульсивно.

– Дело не в импульсивности, – раздраженно покачал головой Рейган. Застыв у огромного окна, он скрестил руки на груди и наблюдал, как долина медленно погружается в сумрак, а в крохотных домах начинают вспыхивать огни. – Я бы простил истерику, битье посуды и слезы, но она околдовала стражей, спрыгнула со второго этажа, украла лошадь и рванула через лес, сама не зная куда. Алфея никогда бы так не поступила, – со вздохом добавил он.

– Но Алфеи здесь нет, – мягко напомнил советник. – Богиня выбрала тебе в жены другую сестру древнего светлого рода Морентонов.

– Темную ведьму, – мрачно хмыкнул Рейган, поворачиваясь. Его плечи были напряжены, а между бровей залегла складка. – Сколько столетий в Запределье не было темных ведьм?

– Были и есть, – тут же возразил Алайс. – И тебе это известно. Они просто… предпочитают одиночество и тишину. Особенно сейчас, когда стало так неспокойно и люди обвинили темных во всех бедах.

– Это была ошибка, за которую мы уже поплатились, – ответил Рейган. – Вины темных нет. Но я все равно им не доверяю. Знаешь, что потребовала моя жена? Устроить в замке лабораторию. Ее личную лабораторию, представляешь?

Но вместо того, чтобы возмутиться, советник одобрительно кивнул, поглаживая гладкий подбородок.

– А ведь это неплохая идея. Так будет больше шансов, что Франческа не начнет шататься по замку и долине. А еще она не узнает то, что знать ей не нужно.

– Я предупредил ее и рассказал о заклинании забвения.

Рейган вернулся к столу и уселся в кресло.

– И как она это восприняла? – спросил советник.

– Сложно сказать. Я вообще не понимаю, что в голове у этой девчонки. Она то пытается убить меня, то хочет заключить соглашение.

– Я смотрю, Франческа тебя заинтересовала, – улыбнулся Алайс, внимательно глядя на своего князя.

Тот едва заметно вздрогнул и отмахнулся.

– Пока здесь, она находится под моей защитой, я несу за нее ответственность. Я обещал ее родителям, что как только ворота откроются, их дочь вернется в целости и сохранности. А за свои слова я отвечаю. И тебе это известно.

– Ты не думал о том, что, возможно, нет никакой ошибки, и Судьба неслучайно соединила вас? – осторожно поинтересовался советник.

– Это невозможно, – отрезал Рейган. – У меня есть Алфея, из нее получится прекрасная княгиня. А у девчонки роман с некромантом. Мы слишком разные, Алайс. И я этому рад.

– Как скажешь, – кивнул он, решив не продолжать разговор.

По крайней мере, пока. Но придет время, и они вернутся к нему. Когда эти два упрямца оба будут готовы к тому, чтобы понять и принять правду. Судьба никогда ничего не делала просто так. И, возможно, она не зря выбрала в жены единственному свободному князю темную ведьму.

– Не переживай, я думаю праздник в честь вашей свадьбы пройдет прекрасно, – произнес советник.

– Мне бы твою уверенность, – вздохнул князь, уставясь в пространство перед собой. – Вряд ли у нас получится. Всем слугам дан приказ молчать, помощников скрыли, все передвижения отменили, мне пришлось запереть Орха в подземелье. Но три месяца – слишком долгий срок. Франческа получит свою лабораторию, но просидит ли она в ней столько времени? Сомневаюсь. Девчонка намерена открыть ворота раньше.

– На все воля богов.

Рейган лишь кивнул.

Боги… как оказалось, полагаться лишь на их волю сложно и опасно.

Если бы мог, он отменил бы этот бал и праздник.

Как только они прошли за ворота, Рейган отправил новость о своей свадьбе и навязанной жене другим князьям, сообщил правду верховному синклиту. Он не сомневался, что ему позволят не устраивать праздник, но вышло по-другому.

«Есть правила и традиции, – сообщил в своем письме старший из князей, Валианс, – которые никто из нас не смеет нарушать. Судьба не зря выбрала эту девушку тебе в жены. Вдруг это не ошибка, Рейган? Вдруг она и есть… та, которую мы ждали? Не совершай поступков, о которых потом будешь жалеть. Праздник состоится, и мы все явимся отдать дань традициям».

«Та… или не та?».

Нет, не та. Просто не могла быть той, что предсказала Судьба год назад. Не эта дерзкая ведьма, которая своими поступками вызывала лишь злость и раздражение. Его жена должна быть кроткой, послушной, доброй и нежной. Она должна хранить его дом, согревать постель, рожать детей. Она должна быть его надежным тылом и опорой. Она должна быть Алфеей!

Франческа ни за что и никогда не станет сидеть в четырех стенах и покорно ждать мужа. О нет, она сама ринется в бой и не спросит разрешения. Сделает так, как считает нужным и не послушает совета.

Не жена – наказание!

Следом пришло короткое сообщение от верховного синклита. Они тоже настаивали на соблюдении всех традиций. И пойти против всех Рейган не смог.

Первое легкое потрясение он испытал, когда Франческа вышла в коридор.

Удивительно, но ей шло традиционное свадебное платье княгини. Пусть его шили для Алфеи, но ведьма смотрелась в нем ничуть не хуже. Возможно, даже лучше.

На ее губах снова играла насмешливая многозначительная улыбка, вызывающая глухое раздражение. Словно волчица, которая безуспешно пыталась притвориться овечкой. И эта игра неожиданно разбудила азарт в крови, желание вывести ведьму из себя, продемонстрировать всем, кто она на самом деле.

Эта непокорность в глазах, которую она отчаянно старалась спрятать за показательной кротостью – на Рейгана никто и никогда так не смотрел. Он привык, что здесь в Запределье к нему относились с уважением и почтением. Что придворные дамы и подруги Беатрис то и дело бросают на него заинтересованные взгляды, мечтая занять место рядом с ним на троне.

Даже Алфея… она взирала на него с восторгом и такой нежностью, что сейчас от чувства вины щемило сердце.

Во взгляде Франчески не было ни капли покорности, ни грамма интереса и ни крупицы восторга! Дай ей волю, она бы сломала ему шею, прокляла бы посмертно, потом попросила бы своего дружка некроманта возродить его бренное тело и прокляла бы снова.

Другая… другая на ее месте стремилась бы извлечь выгоду. Жена князя таинственного Запределья – это такой шанс! Знала бы Франческа всю правду… ей ведь даже не требовалось соблазнять его, всего лишь выждать пару месяцев! Она могла бы стать реальной княгиней, стать частью его мира. Но Франческу это не интересовало. Дерзкая, яркая… она хотела свободы и любви, которую Рейган не мог ей дать.

Выдержка не подвела. Ему удалось сдержать эмоции и выдать равнодушно:

– Готова?

И снова эта яркая усмешка, рождающая целый калейдоскоп эмоций от раздражения до предвкушения.

– А по моему виду это не заметно?

Конечно, заметно. Она выглядела готовой к бою, готовой отстаивать свои границы и идти до конца.

И снова это неуместное сравнение с Алфеей. Она бы не смогла… слишком хрупкая, нежная, чувствительная и спокойная. Словно легкий ветерок, который мог легко запутаться и потеряться в кронах высокого дерева. Франческа же больше походила на ураган. Она бы с корнем вырвала все на своем пути, не позволив никому и ничему нарушить ее пространство и встать на пути ее желаний.

Рейган не хотел признаваться в этом даже себе, но из этой темной получилась бы прекрасная княгиня – сильная, стойкая, дерзкая и уверенная. Та, которая не предаст любимого.

Вот только любила она сероглазого некроманта. А Рейган… князь никогда не довольствовался ролью второго. И не будет.

Три месяца… всего три месяца. И они получат то, чего так отчаянно оба желали.

Ее рука, которая лежала на его локте, слегка дрожала. Наверное, это единственное, что выдавало ее чувства. По лицу ничего невозможно было понять: вежливая улыбка, гордо вскинутый подбородок той, которая из-за невысокого роста всегда вынуждена была казаться выше, и спокойный взгляд голубых глаз с черным ободком, который больше не воспринимался чем-то неправильным.

Рейган сам не ожидал, когда с губ вдруг сорвалось тихое и уверенное:

– Я буду рядом.

В глубине голубых глаз мелькнуло удивление, которое быстро сменилось понимающей насмешкой.

– Боишься, что я прокляну кого-нибудь?

На фоне громкого марша Запределья, который разносился по замку, Рейган едва разобрал ее слова.

– И это тоже, – не стал отрицать он.

– Не переживай, я сегодня не в том настроении.

На этом стоило остановиться, но почему-то не получилось.

– Для проклятия нужно какое-то специальное настроение?

– Правильный настрой нужен всегда и для всего, – ответила Франческа и, бросив на него цепкий взгляд, неожиданно кивнула: – Спасибо.

– За что?

– За старания меня отвлечь и успокоить. Не переживай, я правда не настроена сегодня кого-то проклинать.

Рейган никак это не прокомментировал. Они уже подошли к главному залу и остановились у огромных дверей. Слуги замерли в ожидании приказа.

Короткий кивок, и двери медленно раскрылись.

Пришла пора отыграть свои роли.