ГЛАВА 8

На свадебную церемонию я приготовила платье насыщенного темно-синего цвета с очаровательными рукавами-фонариками, пышной юбкой, расшитое сияющими звездами. К нему прилагалась тончайшая вуаль, которая с помощью шпилек крепилась к волосам и напоминала крохотные снежинки, красиво мерцающие при любом освещении.

Но это было до того, как меня обвинили в соблазнении жениха собственной сестры.

Теперь я собиралась действовать по-другому. Они хотели ведьму? Они ее получат.

Из дальнего угла чемодана я извлекла совсем другой наряд. Я сама не знала, зачем его взяла. Наверное, предчувствовала, что ничем хорошим поездка на родину не закончится.

Половина моих вещей хранилось в специальных круглых капсулах небольшого размера, около шести сантиметров в длину, и абсолютно прозрачных, чтобы хорошо просматривалось, что именно они содержат.

Артефакторы лет тридцать назад значительно облегчили всем жизнь, когда создали первые такие капсулы. Уменьшить и поместить в них предметы возможно с помощью специального заклинания. Конечно, каждая такая капсула стоила как золотое колечко с небольшим бриллиантом, но как же было удобно, особенно, когда в гардеробе имелось столько пышных платьев и юбок. Одежда внутри не мялась и выглядела идеально. Даже вкусно пахла розами, лавандой или другим цветком, смотря какой аромат выберешь при покупке.

Второй наряд был насыщенного черного цвета с легким синим отливом и гордым названием «Крыло ворона». Он состоял из пышной юбки из множества слоев фатина, полупрозрачной кружевной блузки, поверх которой надевался украшенный заклепками корсет. Сбоку на поясе на массивной толстой цепочке висел кулон в виде черепа. Его глаза постоянно меняли цвет от красного до желтого, потом в зеленый, голубой, синий и снова становились красными. Периодически он довольно громко клацал зубами. Выглядело это немного жутко, но эффектно. Также в комплект входили крохотная шляпка, украшенная перьями ворона, и черные туфельки с пряжками в виде черепа.

Волосы я распустила и убрала назад. Переодевшись, присела у зеркала и принялась наводить красоту. Лицо покрыла толстым слоем пудры, отчего оно приобрело мертвецки белый оттенок. С помощью магии добавила лунных бликов на скулы. Веки щедро подвела черным карандашом и растушевала темно-серыми тенями, в которые добавила немного темно-фиолетовых блесток. Благодаря такому макияжу мои глаза с черным ободком вокруг зрачков смотрелись особенно ярко и выразительно. Губы решила не красить, вместо этого с помощью пудры слегка выбелила их, сделав немного бледными. Последним штрихом стал сидящий на серебряной паутинке маленький паучок с ядовитой меткой на брюшке, которого я прицепила на шляпку. Он то терялся в волосах, то появлялся, хищно сверкая крохотными алыми глазками и раскачиваясь туда-сюда.

Встав с пуфа, я внимательно себя осмотрела, пару раз покрутилась на каблучках и только потом широко улыбнулась. Получилось просто восхитительно. Настоящая темная ведьмочка. Все как заказывали.

Схватив крохотную сумочку в виде гроба, я побрызгалась духами с щедрым добавлением феромонов и отправилась за Алексом.

Вот только его в комнате не оказалось.

– Ну и как это называется? – проворчала я, заглянув в покои и убедившись, что Алекса там нет. – Ушел развлекаться и оставил меня одну? Ладно, я тебе еще припомню.

Спустившись по лестнице, я свернула в сторону и оказалась в картинной галерее.

Честно говоря, я думала, что все заняты. Но у одного из портретов, изображавших давно почивших магов, стоял незнакомый старичок почти одного роста со мной. Его щуплая фигура была облачена в ворох светло-желтых просторных одеяний с красной вышивкой по краям, отчего он выглядел еще меньше. Кто это, я понятия не имела, разговаривать особо не жаждала, а потому собралась проскользнуть мимо.

Однако не вышло. Стоило поравняться с незнакомцем, как он повернулся ко мне и мягко произнес:

– Здравствуйте.

Его добрые светло-карие глаза окружал золотистый ободок, на голове не росло ни единого волоска, а морщинистое лицо не производило впечатления отталкивающего или злого. Неожиданно старичок понравился мне с первого взгляда.

– Здравствуйте, – отозвалась я, останавливаясь.

– Не знал, что у четы Морентон есть еще одна дочь.

Упоминание родителей не вызвало у меня никаких эмоций. Ни раздражения, ни злости, ни досады. Ничего. Просто легкое любопытство.

– О моем существовании не принято распространятся, – ответила я. – Простите, не знаю вашего имени.

– Виттор Алайс. Я советник князя.

– А-а-а.

Мое расположение начало таять как дым. Князь мне не нравился. Особенно после вчерашнего. Я даже немного пожалела, что такой милый старичок давал советы двуличному Рейгану.

Видимо, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что Виттор Алайс слегка наклонил голову и констатировал:

– Вы расстроены.

– Разве? – улыбнулась я, всем своим видом давая понять, что какому-то князю из Запределья меня не расстроить и не запугать.

Старичок продолжил меня рассматривать с каким-то странным выражением лица. Как будто я являлась не ведьмой, а волшебной куклой на витрине, которую он как заядлый артефактор мечтал разобрать по винтикам.

– Как давно вас не было дома?

– Давно, – уклончиво проговорила я. – А что? Боитесь, что моя темная магия помешает вашему князю жениться на моей сестре?

– Ему могут помешать лишь боги.

– Ну, этого точно не случится.

– Все может быть, – покачал головой советник.

«Странный какой-то. А ведь на первый взгляд показался хорошим дядькой. Что-то интуиция начала меня подводить», – подумала я, а вслух произнесла:

– Была рада с вами познакомиться. Но мне пора.

Я попыталась его обойти и поскорее сбежать, но не получилось.

– С радостью составлю вам компанию, – заявил советник и зашагал рядом со мной.

Пришлось согласиться. Ну не бегать же от него по всему дворцу. Это выглядело бы глупо.

– Как вам Светлая империя? – вежливо поинтересовалась я.

Я уже предвидела обсуждение погоды и цен на зерно в качестве следующих тем беседы. А потом все же надеялась найти Алекса и избавиться от Виттора Алайса. Как назло, по пути не встретилось ни одного слуги, чтобы выяснить у них местоположение моего любимого некроманта.

– Весьма гостеприимна. А как вам Свободные земли?

– Еще более гостеприимны, чем империя, – хмыкнула я, продолжая озираться по сторонам в поисках слуг.

Чем сильнее мы удалялись от моих покоев, тем больше попадалось следов праздника в виде развешенных на стенах гирлянд и повсюду расставленных ваз с цветами. Издалека даже доносилась приятная музыка.

А вот слуг я так и не видела, чему несказанно удивлялась.

– И каково быть единственной ведьмой в светлой семье? – спросил советник.

– Замечательно, если держаться от этой семьи подальше.

– Жаль. С виду вы очень приятная девушка, Франческа.

Я бросила на старика короткий взгляд. Шутит или нет? Да мне в таком виде только с Алексом по кладбищам бродить.

– Спасибо.

– У вас есть жених?

А вот это был уже личный вопрос.

– Есть, – с широкой улыбкой произнесла я и довольно вздохнула, заметив в проеме знакомую фигуру темноволосого некроманта. – А вот и он. Алекс! Простите, вынуждена вас покинуть.

И, не дожидаясь ответа, я поспешила к своему жениху.

Музыка звучала все громче, слышались радостные голоса гостей, которые собрались в огромном зале, готовые стать свидетелями заключения брака между Алфеей и князем Запределья.

Услышав свое имя, Алекс обернулся, и приветливо махнул мне рукой.

– Ты очаровательно выглядишь, куколка. Хоть сейчас в храм, – сообщил он, когда я подошла ближе.

– Через полгода, – привычно отозвалась я, вручая ему руку для поцелуя.

Воспользовавшись случаем, он поверх ладони одарил меня томным взором, от которого по телу тут же побежали мурашки.

Мой жених выглядел сегодня особенно шикарно. Его черный наряд дополнял украшенный булавкой в виде черепа галстук красивого иссиня-черного оттенка, волосы были аккуратно уложены, а в ухе сверкал небольшой бриллиант.

– Ты ушел без меня.

– Разведывал обстановку и договаривался о портале. Мы ведь уезжаем сразу после церемонии?

– Да.

Приблизившись к перилам балкона, я слегка подалась вперед в стремлении рассмотреть собравшихся на первом этаже гостей. Все они были красивые, яркие, светлые. Лишь мы с Алексом выделялись на их фоне некрасивым черным пятном. И осознание этого даже принесло мне некоторое удовольствие.

– Через полчаса все отправятся в храм. Здесь есть специальный проход, соединяющий его и основное здание, так что мерзнуть не придется, – сообщил Алекс.

– Угу.

Я слегка нахмурилась, увидев кузин, одетых в одинаковые лиловые платья с жуткими бантами на попе. Мелькнула мысль отправить каждой небольшое проклятие невезения, но я удержалась. Рядом с ними уже стоял мрачный кузен Николас. Чуть дальше расположилось остальное семейство, которое давно уже перестало быть моим.

– Фрэн, все нормально?

– Да.

В этот момент по залу пронесся звон и на середину вышел отец, привлекая к себе всеобщее внимание.

Разговоры прекратились, перестали слышаться даже отдельные шепотки. Почти сразу затихла музыка, лишь в последний раз обиженно скрипнули выбившиеся из общей мелодии флейты и тут же смолкли. При этом тишина в зале не ощущалась какой-то неловкой или неприятной. В воздухе витало предвкушение торжественной церемонии и праздника, который последует за ней. Не будь я так зла на всех, непременно порадовалась бы.

Опираясь локтями о перила, я внимательно изучала отца. В честь праздника он надел парадный белый мундир с золотыми эполетами и алой лентой через плечо. На груди ярко сверкал орден за заслуги перед империей.

– Дорогие гости! – Его голос благодаря магическому воздействию звучал громко и четко, отражаясь от высоких стен, распространялся по всему залу. – Семья Морентон рада приветствовать вас на этом празднике. Сегодня знаменательный день не только для нашей семьи, но и для всего нашего мира. Брак Алфеи из рода Морентон и князя Запределья войдет в историю и будет вспоминаться нашими потомками. Но это будет потом. Сейчас я говорю как отец.

Он ненадолго замолчал, давая возможность всем и каждому проникнуться мгновением. А я лишь поджала губы, стараясь не выдать эмоции, которые всколыхнула его речь. Ведь знала, что дальше будет только хуже.

– Отец, который любит свою дочь и рад, что она нашла достойного спутника жизни. Князь Рейган Каллигар – один из самых достойных мужчин, которых я когда-либо встречал. Сегодня у нас праздник, и мы рады, что вы разделите его с нами. До церемонии в храме еще полчаса, а пока… – он трижды хлопнул в ладоши, и двустворчатые двери распахнулись, пропуская вперед блюда с закусками и напитками, которые вплыли на небольших круглых подносах, – предлагаю скрасить наше ожидание легкими закусками.

Речь закончилась, и в зале раздались громкие аплодисменты, которые довольно быстро стихли. Я хлопать не стала, лишь сильнее сжала перила.

«Зачем я здесь? Ради чего? Чтобы в который раз убедиться, что мое место в Свободных землях? Так я давно это знала».

Зазвучала музыка и гости, разбившись на группы, вновь принялись обсуждать последние сплетни, поглощая нарезки, небольшие мясные и фруктовые канапе и запивая их игристым вином в длинных бокалах.

– Злишься? – спросил Алекс и, накрыв ладонью мою руку, слегка сжал ее.

– Нет.

Отец о чем-то разговаривал со странным советником Виттором Алайсом. Мамы я не увидела, чему ничуть не удивилась. Она сейчас находилась там, где должна быть – рядом с дочерью, которой сегодня предстояло стать женой чужака.

Наверное, я только сейчас в полной мере осознала, что на моей свадьбе не будет всего этого. И родителей тоже не будет. Они не поедут в Свободные земли только ради того, чтобы отдать младшую дочь за одного из Вермондов…

Я даже не предполагала, что меня настолько заденет данный факт. Не думала, что станет так горько и обидно.

– Ты не умеешь врать, куколка. Злишься…

Перестав издеваться над перилами, я выпрямилась и с улыбкой взглянула на жениха.

– Это было бы глупо, Алекс. На что мне злиться? Они имеют полное право гордиться Алфеей и игнорировать меня… Сложно годиться темной дочерью.

– Не сложно. Времена Раскола давно прошли, Фрэн. И совсем не важно, кто ты: темная или светлая. Ты их дочь. А они, видимо, забыли об этом, если оставили тебя здесь одну.

– Я не одна, а с тобой. И твоя компания намного лучше моих тетушек и кузин, – проговорила я, пытаясь перевести все в шутку.

Однако Алекс не торопился поддержать ее. Прошло достаточно много времени, прежде чем он тихо сообщил:

– Я встречался с твоим отцом.

– Когда? – сощурилась я.

– Полчаса назад.

Я едва не застонала. Так вот в чем истинная причина его внезапного исчезновения! Может, он и договорился о портале и отъезде, но вовсе не это заставило Алекса встать с утра пораньше.

– Только не говори, что ты…

– Официально попросил твоей руки, – совершенно серьезно произнес Алекс.

Представить облаченного во все черное некроманта просящим руки у моего светлого отца оказалось не так просто, но я знала, что он не врет.

– И что? Тебе разрешили или взяли время подумать? – хмыкнула я.

– Дали понять, что в отличие от князя я далек от звания достойного зятя, – честно признался Алекс. – По правде говоря, мне плевать на его слова. Самое главное я поступил правильно, попросил твоей руки у отца. На этом вежливость закончилась.

– Алекс! – прыснула я, покачав головой.

В этот момент к нам подплыл один из подносов, на котором сиротливо лежали несколько канапе с вяленым мясом и ананасом, сыром, дольками яблок и пару крохотных тарталеток с творожным сыром, рыбой и соленым огурцом. Бокалы с игристым до нас так и не добрались.

– Может, не стоило оставаться и на церемонию, – пробормотала я, отмахнувшись от настойчивого подноса, который все никак не желал уплывать, буквально заставляя нас принять остатки роскоши.

– Мы вчера это обсуждали, Фрэн. Не позволяй им запугать и унизить себя. Ты сильнее, умнее и ярче всех присутствующих. И уж точно ничего и никому не обязана доказывать.

Алекс поднес мою руку к губам, развернул и нежно поцеловал в середину ладони. От этой ласки по телу моментально пробежала сладкая дрожь. Шумно вздохнув, я одарила его укоризненным взглядом и покачала головой.

– Ты играешь с огнем, Вермонд.

Подавшись вперед, Алекс обнял меня за талию и притянул к себе.

– Если только чуть-чуть.

Я знала, что на нас смотрят. Кто-то украдкой, кто-то прямо и не таясь. Однако меня это не волновало. Кому не нравилось, мог отвернуться. Играть по их правилам я не собиралась.

– Не боишься, что мой отец или брат вызовут тебя на магическую дуэль? – поинтересовалась я, немного теряясь от его голодного собственнического взгляда.

– Всегда рад размяться, – улыбнулся Алекс.

В следующее мгновение наш покой бесцеремонным образом разрушили.

– Госпожа? – К нам подошел один из слуг, одетых в парадную ливрею, с гладко прилизанными темными волосами, собранными в жидкий хвост и перевязанными смешной алой ленточкой. – Лорд Морентон желает вас видеть.

– Сейчас? – удивилась я.

Что отцу понадобилось за полчаса до начала церемонии?

– Именно, – подтвердил слуга.

В его голубых глазах я не заметила даже намека на магию, как и интереса к нашим темным персонам. Матушка всегда умела выбирать прислугу.

– Хорошо, мы идем, – быстро отозвался Алекс и взял меня под руку.

– Лорд Морентон ждет лишь госпожу, – возразил слуга, вызвав у меня легкое восхищение.

Надо же, какой смелый. Посмел возразить некроманту и не испугался. Ни единый мускул не дрогнул на лице, а в глазах отражалось все то же вежливое безразличие.

– Госпожа одна никуда не пойдет, – сухо обронил Алекс. – Либо со мной, либо никуда.

Пришла пора вмешаться. Все-таки мне хотелось расстаться с родными по-хорошему, без скандалов, взаимных претензий и обид. Пусть мы больше не увидимся, но останутся воспоминания. И они должны быть хорошими.

– Все хорошо, Алекс, – заверила я, легко освобождаясь из захвата и осторожно похлопав его по плечу. – Видимо, что-то случилось, раз папа просит о встрече именно сейчас. Не волнуйся, я ненадолго.

Алексу пришлось согласиться. Хотя я видела, насколько это ему не по душе. Он не желал отпускать меня даже к отцу, но и для возражений особых причин не нашел.

– Хорошо. Я буду ждать тебя здесь.

– Не стоит. Я подойду сразу к храму. Там и встретимся. Хорошо?

– Ладно, – нехотя кивнул он.

Я подалась вперед и поцеловала любимого некроманта в щеку, не забыв послать ему ободряющую улыбку.

– Надеюсь, ты не станешь безобразничать, пока меня не будет? – усмехнулась я.

Тревога медленно ушла из его серых глаз, сменившись лукавыми огоньками.

– Ничего не обещаю, куколка. Ты главное не задерживайся, – довольно улыбнулся он.

– Я постараюсь.

Для того чтобы встретится с отцом, мне пришлось спуститься по боковой лестнице на первый этаж и проследовать за слугой мимо всех гостей и родственников, которые там собрались. Если до этого момента они усердно делали вид, будто не замечают меня, то теперь не получалось.

Стоило мне оказаться в зале, как почти сразу образовался небольшой коридор, дающий мне возможность пройти. Все вокруг словно боялись, что я коснусь их и испачкаю своей темнотой. Конечно, неприятное сравнение, но оно подходило как нельзя кстати.

Я чувствовала на себе чужие взгляды. Давно уже на меня не глазели так: с любопытством, насмешкой, отвращением и даже с презрением. Пусть времена Раскола давно миновали, темные и светлые маги жили в мире и согласии (точнее, в нейтралитете), для высшей аристократии светлых мы все равно являлись отбросами.

И теперь, шагая по импровизированному коридору с гордо поднятой головой и ровной спиной, я чувствовала на себе их склизкие взгляды. Слышала шепот, в котором звучало не только мое имя и имя моих родных, но и Алекса. В самом конце пути я даже уловила имя князя. Как раз когда проходила мимо тетушки Розалин, рядом с которой стоял ее сын Филипп. Похоже, они обсуждали мои попытки соблазнить жениха Алфеи.

Я не стала смотреть на них. Даже головы не повернула. Пусть и была темной, но я пока еще оставалась Морентон. А Морентоны никогда не обращали внимания на сплетни и оскорбления. Мы отвечали позже и сразу били наотмашь.

Когда я поравнялась с тетушкой, громко клацнули челюсти у черепа, который висел у меня на талии. Он и раньше клацал, но сейчас вышло особенно громко и выразительно. Тетушка ойкнула, потом с громким аханьем картинно схватилась за сердце (я не видела, но вполне себе представляла эту картину), а после собиралась изобразить обморок, но передумала. Ограничилась злобным шипением мне в спину:

– Ведьма…

«Именно так. Я ведьма и не забывайте об этом, когда будете в следующий раз что-то шипеть в мою сторону!» – мысленно усмехнулась я.

Этот крохотный, совершенно незначительный эпизод поднял мне настроение.

Наконец позади остался зал, за ним небольшой коридор, в котором тоже прогуливались гости, но рангом пониже. Миновав его, мы еще пару раз свернули. Пришлось сильно постараться, чтобы запомнить дорогу. Имелся шанс, что отсюда я буду уходить самостоятельно, без сопровождения.

Остановившись у темно-коричневой дубовой двери, на которой при помощи магии был изображен сверкающий герб светлого семейства, слуга осторожно постучал и громко сообщил:

– Госпожа Франческа Морентон.

Госпожа, не леди… когда я сбежала из дома, меня лишили титула.

– Входите, – раздался приглушенный голос отца, и тяжелая дубовая дверь распахнулась сама собой.

Меня не требовалось приглашать дважды. Подхватив фатиновую юбку, я нацепила на лицо улыбку и решительно шагнула внутрь.

– Ты меня звал? – спросила я, попав в небольшую комнату, которая, скорее всего, служила отцу временным кабинетом.

Здесь располагался массивный стол, на котором аккуратной стопочкой лежали бумаги. Будучи педантом и аккуратистом, папа стремился поддерживать порядок всегда и во всем, из-за чего очень сильно страдали его секретари. Стабильно, два-три раза в год, они менялись, не выдержав нагрузки и высоких требований. Кроме стола, в комнате стоял большой диван, обитый темно-зеленым бархатом, а рядом с ним – низкий столик на четырех резных ножках, на котором красовались графин со спиртным янтарного цвета и два низких стакана.

Отец стоял у большого окна, убрав руки за спину, и любовался на заснеженный парк. На мое появление он никак не отреагировал, продолжая стоять ко мне спиной и молчать.

Что ж, в эту игру можно было играть вдвоем. Я тоже молчала. Вот только терпеливо ждать и трястись от страха не собиралась. Пожала плечами и направилась к шкафу. Возле него, напевая под нос незатейливую мелодию, принялась изучать старинные фолианты. Один из них даже взяла в руки.

– Так это правда? – наконец подал голос отец.

Я как раз начала листать трактат известного историка Ортескью о причинах Раскола и факторах усугубления ситуации.

– Что именно? – поинтересовалась я, не отрываясь от книги.

Ничего нового я в ней не нашла, но отца хотелось немного позлить.

Он продолжал стоять у окна в той же пользе, только теперь повернулся ко мне лицом.

– Ты и Вермонд.

– Я и Алекс, – быстро поправила я, давая понять, что мне все равно, какая у некроманта фамилия.

Книгу пришлось закрыть. Поставив ее на полку, я повернулась к отцу.

– Вермонд, Франческа, он Вермонд. – Отец посмотрел мне прямо в глаза. – Ты специально это устроила? Чтобы позлить меня?

Предположение оказалось настолько неожиданным, что я даже на пару мгновений онемела. Слава богам, растерянность длилась недолго. Моргнув, я уставилась на отца, как будто пыталась понять, шутит он или нет. А потом рассмеялась. Громко и очень едко.

– Франческа, – тихим, дрожащим от скрытой ярости голосом процедил отец. Ему явно не понравилась моя выходка.

– Ты и в самом деле считаешь, что Алекс здесь тебе назло? Серьезно? – Отсмеявшись, я картинно смахнула слезу с ресниц. – Возможно, тебе сложно понять и поверить, но мой мир давно уже не крутится вокруг семейства Морентон.

– Ты Морентон.

– Больше четырех лет я Дейл. Фрэн Дейл. И меня это вполне устраивает. Так что Алекс здесь не потому, что мне хочется утереть вам всем нос. Он мой жених. И я не шутила, когда это говорила.

– Не боишься пожалеть потом?

– Я уже жалею. Но лишь о том, что поддалась на уговоры Алфеи и приехала сюда. Но не переживай, сразу после церемонии мы с Алексом уедем. И никакой темный не будет омрачать ваш светлый праздник, – едко закончила я.

Отец молча выслушал мою речь и только потом произнес:

– Я не узнаю тебя. Ты стала другой, Франческа.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы проглотить ком, в одно мгновение подступивший к горлу, и вздохнуть. Я ведь тоже помнила отца совсем другим. Он любил меня, баловал, выслушивал и даже играл со мной. Ровно до моего четырнадцатилетия. Черный ободок вокруг радужки не сделал меня изгоем в семье, он просто что-то сломал между нами. И это что-то не вернулось тогда и не вернется сейчас.

– Ты давно уже не знаешь меня… папа, поэтому неудивительно, что ты не можешь меня понять и принять то, какой я стала.

Отец едва заметно кивнул и отошел к столу. Сев в кресло, он взял документы, которые лежали с краю, бегло их изучил и только потом сообщил:

– Вермонд попросил твоей руки.

– Знаю. Ты решил отказать? Имеешь полное право. Только знай, что это ничего не изменит. Ни мне, ни Алексу не требуется твое благословение. Это просто дань традиции. Через полгода я закончу академию и выйду замуж за Алекса Вермонда, хочешь ты этого или нет, – решительно заявила я, до боли сжимая кулаки.

Как будто в подтверждение моих слов снова клацнул зубами череп. Только сделал он это не так грозно и не так страшно, как в случае с тетушкой.

– Это твое окончательное решение? – продолжая изучать бумаги, спросил отец.

– Да.

– Хорошо. Можешь быть свободна.

«Он не ответил ни «да», ни «нет». Что ж, вполне ожидаемая реакция».

Развернувшись, я быстро направилась прочь из кабинета, дверь которого распахнулась самостоятельно, позволяя мне уйти. Лишь у самого выхода я остановилась и оглянулась. Возможно, это был последний раз, когда мы вот так общались друг с другом.

– Прощай, отец, – сказала я и шагнула вперед, оставив его и прошлое позади.