ГЛАВА 9

Алекса я нашла в храме. Он стоял у входа, сложив руки на груди и задумчиво уставясь перед собой. Меня он не увидел, а скорее почувствовал. Вскинув голову, быстро осмотрелся, нашел взглядом и заметно расслабился. Напряжение ушло, а на красивом лице привычно расцвела хитрая улыбка.

– Ты себя хорошо вел? – поинтересовалась я, подходя ближе.

– Почти как светлый, – прижав руку к груди, отчитался Алекс. – Никого не проклял, духов не вызвал, мертвых не поднял, на взгляды и шепотки твоих родственников не реагировал.

– Мои родственники плохо на тебя влияют, Алекс, – усмехнулась я и, взяв его под руку, двинулась к скамейкам для гостей. – Еще немного, и ты начнешь творить добро.

– Какие кошмарные перспективы! – притворно ужаснулся он, но тут же резко посерьезнел. – Как прошла беседа с лордом Морентоном?

– Намного лучше, чем можно было ожидать.

– Он дал согласие на наш брак?

– Он не будет препятствовать, – отозвалась я и, остановившись, заозиралась по сторонам. – Кажется, вон там есть два места.

Скамья, которую мы выбрали, располагалась ближе к выходу и предназначалась для очень дальних и не особо важных гостей. Самое то для беглой дочери и ее жениха-некроманта.

Только вот занять ее мне не позволили. Рядом с нами неожиданно материализовался советник князя. Пусть Виттор Алайс и широко улыбался, но от цепкого взгляда его светло-серых глаз с золотым ободком по телу пробежала неприятная дрожь.

– Дорогая Франческа, – произнес он, – ваше место не здесь.

Мы с Алексом застыли.

– Сестра невесты должна сидеть в первом ряду. А вам, молодой человек, подготовлено место в третьем.

– А вы, собственно, кто? – мрачно спросил Алекс, сверху вниз глядя на пожилого мужчину.

– Виттор Алайс, советник и помощник князя Каллигара, – представился он с легким поклоном.

– И какое дело князю до того, кто где сидит?

За нами наблюдали. Гости, которые проходили мимо, торопясь занять свои места, и те, кто уже устроился на скамейках. Все они жадно и с любопытством следили за нашим разговором, ловя каждое слово.

– Есть правила, молодой человек, и они должны быть неукоснительно соблюдены. Особенно в такой важный для всех нас день. День, который войдет в историю!

– Несомненно, – сухо отозвался Алекс.

– Это всего на полчаса. – Я посмотрела на жениха. – Что может случиться?

Действительно, что могло случиться с темной ведьмой на свадьбе, где полным-полно светлых родственников?

Я устроилась на самом краешке первой скамьи, практически спрятавшись за огромной вазой с нежно-розовыми пионами, украшенными золотыми лентами. На их фоне я смотрелась особенно дико. Оставалось надеяться, что все это действо не затянется. А после нас ждали экипаж, портал и любимые Свободные земли.

Церемония проходила просто прекрасно. Жених и невеста были молоды, красивы и влюблены. Когда они произносили клятвы, мама и тетушки не смогли сдержать слез умиления, то и дело прикладывали к глазам кружевные платочки. А я в это время отчаянно старалась не зевать. Всем своим ведьминским нутром чуяла, что происходящее – фальшь и игра, поэтому и умиляться никак не получалось.

Все изменилось, когда темнокожая жрица в золотых одеяниях с сияющим венцом на голове связала запястья молодых алой лентой, а потом воздела руки к потолку и громко произнесла:

– Богиня всего сущего, великая Судьба, яви нам свою волю! Переплети нити двух детей своих!

Все присутствующие, в том числе и я, затаили дыхание в ожидании, когда сверху на молодых посыплется дождь из сверкающих золотых блесток. Это означало, что Судьба благословляла и навеки соединяла нити влюбленных.

Минула секунда, вторая, третья… однако так ничего и не произошло.

По залу прокатился тревожный шепоток, а затем пол под ногами внезапно дрогнул. Обиженно заскрипели колонны, после чего раздался жуткий треск и грохот. Огромный хрустальный алтарь, возле которого стояли молодые, покрылся трещинами и развалился на части.

Громко вскрикнув, Алфея отскочила в сторону. Один из хрустальных булыжников едва не отдавил ей ногу. Алая нить, которая связывала запястья молодых, от натяжения лопнула. В следующее мгновение на полу между ними образовалась трещина. Некрасивая, рваная, черная. Она стремительно поползла вниз, спустилась с постамента, уничтожив по пути пару больших ваз с цветами.

Раскрошив мрамор на ступеньках, трещина добралась до первого ряда гостей и тут же резко свернула направо и двинулась вдоль скамейки.

Родители, тетушки, дядя – все с криками и ругательствами вскакивали со своих мест в попытке хоть немного удалиться от трещины, которая все ползла и ползла дальше.

«Нет… нет-нет-нет», – мысленно взмолилась я, уже зная, что последует дальше.

Я бы с радостью сбежала куда-нибудь, но не могла, оказавшись зажатой между стеной, скамейкой и огромной вазой с цветами. Единственное, что мне оставалось – это просто стоять и наблюдать за тем, как трещина целенаправленно двигается в мою сторону.

Наконец она оказалась совсем рядом. Острый край коснулся носка моих туфель и… разрушения остановились. Больше не слышался треск и грохот, в храме воцарилась тишина, которая нарушалась лишь громким частым дыханием застывших от ужаса гостей.

Все, абсолютно все уставились на ту, кто стала причиной разрушений.

– Ведьма! – испуганно выдохнула тетя Маринет, жена дяди Отиса, младшего брата отца, и ее шепот невероятно громко прозвучал в оглушительной тишине храма.

– Ведьма! – вскакивая со своего места, закричала тетя Розалина и ткнула в меня пальцем. – Это все она! Она!

Никто ей не возразил и не осадил, даже мои родители. Похожи, и они так думали. В каждом обращенном на меня взгляде плескалось столько ненависти и презрения, что я невольно содрогнулась и тут же активировала всю защиту, на которую была способна. Если кто-то думал, что сможет меня поймать и наказать, то он жестоко ошибался.

В следующее мгновение храм наполнился жуткими стонами, ахами и леденящими кровь криками. Со всех сторон, прямо из стен, пола и потолка начали выползать полупрозрачные призраки. Они таращили безумные глаза, тянули руки со скрюченными пальцами и выглядели совершенно несимпатично. Несколько особенно впечатлительных дам даже грохнулись в обморок. Кого-то успел поймать муж или ближайший родственник, а одна просто мешком свалилась под ноги остальных гостей. Правда, почти сразу очнулась и завизжала.

– Отошли от нее! – раздался холодный голос Алекса. – Немедленно!

«Алекс! Мой любимый некромант!» – с благодарностью подумала я.

Рядом с ним уже начали собираться пришедшие на зов души. Они кружили вокруг некроманта, жалобно стонали и пытались дотронуться до своего хозяина. Зрелище получилось немного жутким. Даже для меня. Я не раз видела призраков, но никогда в таком количестве. И никогда призвавший их некромант не выглядел настолько злым. Его зрачки стали такими черными, что, казалось, еще немного, и из них хлынет тьма, заполонив все вокруг.

В следующее мгновение произошло нечто совсем неожиданное. Храм озарила яркая вспышка, как будто солнце разом ударило во все окна. От неожиданности я крепко зажмурилась и заслонила глаза рукой. Уверена, все гости и родственники поступили так же. Впрочем, это не особо помогло. Перед глазами продолжали вспыхивать яркие огни, вызывая слезы.

Светопреставление длилось секунды три, не больше. Еще секунд десять ушло на то, чтобы прийти в себя. Когда я, наконец, открыла глаза, призраков больше не было.

– Похоже, вы забыли, где находитесь.

В абсолютной тишине голос несостоявшегося мужа (конечно же, не моего) прозвучал особенно громко и внушительно.

Обернувшись, я встретилась с необычными фиалковыми зрачками, на фоне которых желтый ободок казался как никогда ярким. В глазах князя мелькнуло что-то настолько проникновенное, от чего я тут же отвернулась.

И заметила Алфею.

Один взгляд, и мое сердце оборвалось. На сестру сейчас было больно смотреть. Бледная, осунувшаяся, с полными непролитых слез голубыми глазами. А сколько в них было укора! Алфея ведь действительно считала, что это я все устроила. И никакие мои слова, никакие оправдания не помогли бы. Я разрушила счастье сестры… я превратила ее самый счастливый день в самый худший. Вольно или невольно. И этот груз вины тяжелой ношей лег на плечи.

– Никому не позволю превращать храм богини Судьбы в побоище! – придерживая под локоть бледную невесту, резко произнес Рейган.

– Князь верно говорит, – шагнул вперед его советник.

Его глаза словно горели огнем, быстро осматривая притихшую толпу. Но на мне его взгляд остановился дольше обычного. Тонкие губы скривились в понимающей улыбке, и все внутри меня перевернулось от неясной тревоги и страха.

– Дорогие гости, слуги проводят вас в зал, где вы сможете отдохнуть и подождать, пока мы наведем здесь порядок.

Естественно, присутствующим хотелось и не хотелось одновременно. Как уходить, когда начиналось самое интересное?

По залу вновь пронесся недовольный ропот, который очень быстро затих, когда вперед выступили стражи. И, судя по одежде, к свите отца они не имели отношения. Они являлись стражами Запределья и подчинялись лишь князю и его советнику.

– Даже не мечтайте. Я останусь здесь и никуда не уйду, – заявил Алекс, направляясь в мою сторону.

Стража бросила лишь один взгляд на советника. Тот едва заметно кивнул, и останавливать некроманта никто не стал.

В этот момент оживились родители и мой брат Андреас.

– Девочка моя, – всхлипнув, прошептала мама и рванула к бледной как снег Алфее, которая лишь чудом удерживалась на ногах.

Сорванное венчание сильно ударило по сестре.

Тем временем, продолжая роптать и громко шептаться, бросая на меня косые взгляды, гости и дорогие родственники потянулись к выходу. Осколки стекла громко хрустели под их ногами, напоминая о катастрофе, отголоски которой еще витали в воздухе.

Прошло минуты три прежде, чем зал покинули последние гости. Тетушка Розмари до последнего старалась задержаться, но стража плотно закрыла двери прямо перед ее носом, отрезая нас от всего мира. Теперь в храме остались лишь жених, невеста, наши родители, Андреас, советник, я и мой любимый некромант.

Брат вместе с мамой помог Алфее добраться до ближайшей скамьи и опуститься на нее. Сестра обхватила себя руками и жалобно всхлипнула. В никем не нарушенной тишине ее всхлип прозвучал чрезвычайно тоскливо.

– Ты как? – спросил Алекс и, взяв меня за руку, переплел наши пальцы.

Я на мгновение прикрыла глаза и прижалась к нему боком. Честно говоря, хотелось всем телом, а потом еще уткнуться носом в шею и вдохнуть аромат его туалетной воды, но понимала, как неуместно это будет смотреться.

– Нормально, – шепнула я.

И на мой голос неожиданно отреагировали все присутствующие. Рейган вздрогнул и поджал губы, скрестив руки на груди. Горестно всхлипнула мама и прижала платок к губам. Нахмурился отец. А Алфея подняла на меня глаза и чуть слышно прохрипела:

– За что, Франческа? За что? Что я такого тебе сделала?

Лучше бы она на меня кричала! Истерила, топала ногами, швыряла букетами, хрустальными шарами и осколками хрустального алтаря. Что угодно, но не этот укор, не эти слезы на глазах и боль, которая разрывала сердце на части.

– Алфея…

Протянув руку, я хотела шагнуть к сестре, но была весьма грубо прервана.

– Хватит, Франческа, ты и так столько бед натворила! – резко произнес отец, вставая между нами.

– Но я ничего не делала!

– Правда? – хмыкнул Андреас, презрительно скривив губы. – А кто тогда? Может, твой некромант?

– Алекс здесь не при чем! – поспешно воскликнула я.

Не хватало еще, чтобы его во всем обвинили!

– Куколка, я сам в состоянии постоять за себя, – хмыкнул Алекс и бережно обнял меня за плечи. – Если у тебя есть вопросы, Морентон, задавай их лично мне. Не вмешивай в это Фрэн.

– У меня много вопросов, Вермонд. Но все знают, как лживы и изворотливы темные.

– А вы все такие светлые и чистенькие! – оскалился Алекс. – Обвинили во всем Фрэн, даже не разобравшись.

– Мы пытаемся разобраться, – подал голос Рейган, который продолжал стоять чуть в стороне, скрестив руки на груди. – Пока вариантов не так много. Кто еще мог вызвать гнев богини?

– Может, твоя ложь! – огрызнулась я.

– Какая ложь? – процедил отец. – Франческа, что ты опять там придумала? Ни перед чем не остановишься, чтобы выгородить себя.

«Так я и знала! Они никогда мне не поверят!».

– Я предлагаю успокоиться, – вмешался советник, вскинув руки в примирительном жесте. – Есть способ все выяснить без криков, обид и подозрений. Способ, который никогда и ни у кого не вызовет сомнений.

– Неужели? И что это за способ? – не поверил Алекс.

– Спросим богиню Судьбы, – отозвался Виттор Алайс. – Уж она-то сообщит нам о причинах произошедшего.

«Судьба? Серьезно? Вызвать саму богиню Судьбы? Будто это так просто и она откликается на любой зов. Ха!».

Судя по молчанию присутствующих, они тоже считали предложенный вариант не совсем удачным, а потому трудновыполнимым. Впрочем, градус напряжения заметно снизился. Мы больше не торопились вцепиться друг в друга, обвинив во всех неприятностях. Даже Алфея перестала беззвучно рыдать.

– Вы думаете, она откликнется? – прошептала сестра, размазывая слезы по щекам.

В ее голосе звучало столько надежды! Я внезапно осознала, что готова пробовать все что угодно, лишь бы помочь Алфее. Если для ее успокоения требовалось вызвать богиню, я была согласна. Пусть для этого даже пришлось бы станцевать или поделиться своей бесценной девственной кровью.

– Я уверен, что у нас все получится! – бодро воскликнул советник, потирая руки. – Предлагаю не откладывать и начать прямо сейчас.

– Может, все-таки обсудим? – неожиданно вмешался Рейган.

По тому, как мрачно взирал на своего советника, я сделала вывод, что его предложение князю не понравилось. Интересно почему? Неужто боялся, что всплывут на поверхность все его тайны? Тогда это все меняло.

– А я думаю, что обсуждать тут нечего. – Я решительно шагнула вперед. – Раз меня обвинили во всех неприятностях, то я просто обязана доказать обратное. Что нужно сделать?

Виттор Алайс довольно улыбнулся. И я поймала себя на мысли, что именно такой реакции он от меня и ждал. По спине пробежали неприятные мурашки. Интуиция буквально вопила: «Беги, спасайся! Тебя здесь ждут одни неприятности!», однако было уже поздно.

– Ничего особенного. Надо лишь подойти к алтарю… кхм, к его остаткам и приложить ладонь, взывая к Судьбе.

Звучало совсем не страшно и довольно просто.

– Действительно, ничего особенного, – пробормотала я, направляясь к алтарю.

– Но, думаю, этого будет мало, – внезапно добавил советник, сокрушенно покачав головой. – И богиня может не отозваться.

– Что еще? – буркнул Алекс, теребя перстень с черепом. – Может, ей стоит принести жертву?

– Придержи язык, Вермонд, – огрызнулся Андреас. – Не забывайся. Тут тебе не Свободные земли, а Светлая империя.

– А ты мне не указывай, Морентон, – не остался в долгу некромант, накаляя обстановку.

– Давайте не будем спорить, – вновь вклинился советник. – Вопрос в другом. Уважаемая Франческа высказала недоверие по отношению к князю, – все взгляды вновь обратились на мою темную персону, – поэтому, думаю, чтобы ни у кого не возникло сомнений в его честности…

Внимание присутствующих переместилось к Рейгану. Тот продолжал стоять в стороне от всех, так и не сменив позу. И, судя по мрачному выражению лица, участвовать в затее своего советника не собирался.

– Нет, – не дожидаясь предложения, припечатал он. – Мне нечего доказывать.

– Боишься, что я права в своих подозрениях? – хмыкнула я.

Алекс сдержанно кашлянул, явно пытаясь замаскировать смех. В серых глазах мелькнуло явное одобрение.

Взгляд фиалковых глаз переместился на меня и будто стал на пару градусов холоднее.

– Не боюсь. И мне глубоко безразличны твои подозрения, уважаемая почти свояченица.

– Ну, конечно. Кто бы сомневался! Очень удобная позиция.

И тут голос подала всеми забытая Алфея.

– Рейган, пожалуйста, пусть все это скорее закончится, – прошептала она, комкая в руках мамин платок. – Я не могу так… не могу и не хочу.

И князь сдался.

– Хорошо, – нехотя согласился он.

– Замечательно, просто чудесно, – радостно потер ручки советник, первым поднимаясь на постамент.

Как он не разбил нос, споткнувшись об огромную трещину, я так и не поняла. За ним последовали мы: я с правой стороны, а Рейган с левой. Каждый наш шаг сопровождался хрустом стекла и мелких камушков, которые во множестве валялись на полу.

– И что дальше? – поинтересовался князь, когда мы застыли перед Виттором Алайсом.

– Все очень просто. Приложите ладони к алтарю.

Пожав плечами и подобрав подол своего черного платья, я наклонилась и спокойно выполнила просьбу. Камень оказался прохладным и гладким на ощупь. На мое прикосновение он никак не отреагировал. Честно говоря, я с затаенным дыханием ждала какой-нибудь пакости. Судя по пронзительному взгляду, Рейган думал о том же.

Наклонившись к остаткам алтаря со своей стороны, он повторил мой жест. И снова ничего.

Мы переглянулись и повернулись к советнику.

– Поклянитесь перед обликом богини Судьбы в ее храме, что не имеете отношения к тому, что произошло здесь сегодня.

– Клянусь, – одновременно произнесли мы и снова обменялись недовольными взглядами.

Осколки алтаря под нашими ладонями слегка нагрелись и загудели. Судя по напряженному лицу князя, он почувствовал то же самое, но ничего не сказал.

– Богиня принимает вашу клятву! – торжественно возвестил советник.

У себя на лавке радостно захлопала в ладоши мама и обрадованно воскликнула:

– Ну я же говорила!

Правда, ее аплодисменты почти сразу затихли, и в храме вновь воцарилась тишина.

– Это все? – выпрямляясь, поинтересовалась я. – Больше нет сомнений в том, что этот кошмар устроила не я?

– Я бы так не сказал, – стряхивая крохотные песчинки с ладоней, отозвался Рейган. – Сомнения есть. Если не ты, то кто тогда?

– Предлагаю узнать у богини, – выдал Виттор. – Поэтому мы продолжим. Прикладывайте ладони.

– Опять? – вздохнула я, но снова склонилась над обломками.

– Да-да, опять. Готовы?

Князь закатил глаза, но послушался.

– Великая богиня! Судьба! Покажи нам, своим неразумным чадам, что стало причиной твоего гнева? Что заставило тебя проявить немилость к влюбленным? Яви нам силу свою и милость, – громко и четко проговорил советник, поднимая голову к потолку, а потом посмотрел на нас. – Согласны вы принять дар богини Судьбы и услышать ее ответ? Принять его, каким бы сложным он ни оказался?

– Да, – пожала я плечами, поскольку действительно хотела узнать правду и снять с себя, наконец, все подозрения.

Повернув голову, я в поисках поддержки посмотрела на Алекса. И он не подвел. С широкой улыбкой подмигнул мне, вновь вселяя уверенность в том, что я все делаю правильно.

– А ты, Рейган Каллигар, князь Запределья?

Тот с сомнением покосился на советника, меж бровей залегла некрасивая складка, а скулы чуть заострились, выдавая эмоции. Впрочем, длилось это недолго. Князь довольно быстро сдался и кивнул:

– Да.

– Они согласны, богиня! Огласи нам свою волю!

Сначала ничего не происходило. Осколки алтаря оставались все такими же холодными, не ощущалось никакой вибрации. А потом… потом мое запястье будто огнем обожгло. Ахнув, я вскочила на ноги, сжала руку и обиженно зашипела.

С противоположной стороны поднялся Рейган, который тоже сжимал свое запястье. Совсем, как я.

Подтянув рукав кружевной блузки, я принялась рассматривать руку в попытке понять, что произошло. На коже медленно проступал витиеватый золотой рисунок, в котором я с ужасом узнавала… брачную вязь.

– Эт-то что? – просипела я.

В следующее мгновение с небес на нас с князем обрушился золотой поток. По-другому количество ярких блесток, которые впитывались в кожу, волосы и одежду, заставляя их слегка светиться, я бы не назвала.

Богиня Судьбы не просто благословила нас, а буквально искупала в своей благодати. Чтобы ни у кого не возникло сомнений, что к всеобщему ужасу и шоку великая богиня только что нас поженила!