Глава седьмая

Астапов

Тяжелое пасмурное небо с плотной завесой свинцовых облаков встало над городом и щедро осыпало улицы, близлежащие сопки, горы и мутную поверхность Амура мелким надоедливым дождем. Казалось, город вымер или перебрался под защиту автомобилей. Пешеходов вообще не было видно, а если кто и осмеливался выйти под холодную морось, старался быстрее поймать такси и переместиться в нужное место с надлежащим комфортом.

Астапов не принадлежал к числу таких смельчаков. У него была машина, в которой он сейчас ехал по Офицерской и постоянно поглядывал в зеркало заднего обзора. Была за ним слежка, или не было — он не мог в точности сказать. Но того самого внедорожника он точно не заметил. В любом случае, придется сделать небольшой маневр, чтобы его «Ладогу» потеряли из виду. Скоро будет поворот направо, в Оружейный переулок, а там можно прибавить скорость и нырнуть в арку, чтобы проехать на параллельную ему улицу.

Так он и сделал, после чего сразу проконтролировал движение за собой. Кажется, никого. Даже смешно стало. В каких-то шпионов стал играть, оглядываться по сторонам. Прибавил скорости, проскочил полутемную арку, вырулил на Академическую, где сразу же ослабил ногу на педали газа. Мужчина в темном от дождя плаще дождался, когда «Ладога» притормозит возле него, открыл дверь и нырнул в теплое нутро машины. Облегченно выдохнул и вытянул ноги.

— Не понимаю, зачем такие сложности с конспирацией, — подал голос Астапов, тщательно следя за дорогой. Дождевые потоки, несущие мелкий мусор по дороге, разбивались под колесами машин, выплескивались на тротуары и оставляли потеки на стенах домов, излишне близко прижавшихся к проезжей части. Улица была старой, и возводили дома не по генеральному плану, принятому гораздо позже. Вот и вышла она извилистой и неудобной для автомобильного транспорта. Одно было хорошо: Астапов прекрасно мог увидеть, кто сядет ему на хвост, если таковое случится.

— Она нужна скорее мне, чем тебе, — усмехнулся Олег-Яр. — Не хочу раньше времени вскрывать свое присутствие в городе.

— А зачем его вообще афишировать? — логично спросил Астапов. — Затаись как паук.

— Не получится, — Олег взирал на работу «дворников», разгоняющих потеки дождя с лобового стекла. — Чем хочешь меня обрадовать, Жора?

— На меня вышел Хазарин, — и Астапов вкратце рассказал о встрече с волхвом на пустынной улице. — Как ты и предполагал, назначали цену за архив. Деньги, кстати, хорошие.

— Бери, — без тени улыбки сказал Олег. — Когда еще почувствуешь себя богатым чиновником? Хазарин, кстати, неплохую схему предложил. Консультации правоведов и высших сотрудников полиции в среде аристократов хорошо оплачиваются.

— Да, это я знаю, — Астапов крепче сжал руль. — Но ведь рано или поздно Китсер или те, кто за ним стоит, поймут, что их обдурили.

— Вот тогда я и выйду на сцену, — хмыкнул Полозов. — У нас не было причин подставлять тебя. Все сделаем технично. Да и Хазарин не дурак, сразу поймет, что ты играл отвлекающую роль.

— Логичнее было бы дождаться совершеннолетия Никиты, — возразил Георгий.

— Но тогда архив у тебя выкрали бы и без всякого джентльменского соглашения. Смысла держать его в руках и упираться при этом — совершенно никакого. Останови здесь машину, я выйду. Так что действуй по плану. Соглашайся на встречу, поломайся для виду, как продажный чиновник, а потом передавай архив Хазарину.

Олег на несколько секунд задержал руку на ручке двери и посмотрел на Астапова.

— Вижу, спросить еще что-то хочешь?

— По словам патриарха, ты очень хорошо знал Валентину Назарову. Прости за нескромный вопрос: ты отец Никиты?

— Ох, Жора, — тяжело вздохнул Полозов. — На грани фола играешь. Удивительно, на основании каких фактов ты сделал такой удивительный вывод? Нет, я не отец Никиты. Единственное, что могу точно сказать: у Вали был роман с каким-то аристократом. Причем, из сильного клана. По нашим данным, старик Назаров очень не хотел этого союза. Жаль, что он не назвал фамилию папаши. Но с Валей я был в хороших дружеских отношениях.

— Значит, к Валентине его могли подвести, — кивнул Астапов.

— А вот об этом подумай на досуге, — кивнул Олег и выскочил из машины, тут же захлопнув дверь. Высохший плащ сразу покрылся мокрыми дорожками, но Яр уже скрылся в магазинчике сувениров. Астапов поехал дальше. Ему предстояло выехать на Кольцевую, пересечь пару улиц, и он с другой стороны подъедет к Департаменту. Еще раз кинув взгляд на зеркало, удовлетворенно хмыкнул. Ни одной подозрительной машины в виде «хвоста» за ним не ехало. Только сие ничего не означало. Волхвы могут и не такие пакости устраивать. Зацепят «маячок» на слежение и подслушивание, и, не тратя человеческих и материальных ресурсов, все будут знать. Куда ездил, с кем и о чем разговаривал. Астапова пробил пот. Он вспомнил, как Зинченко со смехом рассказывал о злоключениях группы слежения, когда мальчишка Назаров постоянно над ними прикалывался, сидя за четырьмя стенами особняка. Засылал обычных «жучков» с различными функциями. Еще неизвестно, что теперь пацан знает. Ребята еще те болтуны оказались. Кучу нужной информации вывалили, пока до них не дошло, что в фургоне притаилась «прослушка». Об этом недовольный Астапов и высказал майору. Решили слежку прекратить, зная, где учится Никита, куда ходит, с кем ходит. С кем — это понятно. Мальчишка старался сопровождать своих мнимых сестер, но дальше своего района почему-то нос не казал. Чего-то боялся? Или по натуре такой домосед? Странное поведение молодого Назарова иногда озадачивало Астапова. Мальчишки ведь в своем большинстве стараются расширить ареал своего пребывания, застолбить участки, где могут безопасно появляться, оценить возможности своих противников. Но кроме одной драки, в которой Никита раскидал великовозрастных долбо…, дятлов, в общем, он больше в конфликты не влезал. Лейтенант Архипов, продолжавший следить за Назаровым, доложил, что группа молодых людей под руководством некоего Сергея Чураева очень хочет еще одной встречи с обидчиком, но разговоров о каком-то жестоком наказании не идет. Разговоры странные, что-то вроде привлечения молодого волхва на свою сторону в ребячьих разборках. Георгий поручил Зинченко выяснить, какие такие разборки намечаются. Еще молодежных драк в городе не хватало. Работы и так полно без слежки за наследником рода. Для таких случаев есть участковые, в конце концов.

Астапов сам консультировал лейтенанта, особо напирая на такие моменты, как личные контакты мальчика. Самое большое внимание уделять девушкам его окружения, что вызвало удивление у Архипова. Молодой сотрудник хотел было задать интересующий его вопрос, но начальник коротко пояснил: в случае такого знакомства выяснить, кем та или иная девушка является. Глубоко рыть не стоит, но основные данные должны лежать на столе Астапова в тот же день.

Увидев подъезжающую «Ладогу» начальника, шлагбаум, словно по мановению волшебной палочки, взлетел вверх. Охранник в стеклянном кубе «дежурки» отдал честь и закрыл проход. Поставив машину на индивидуальной стоянке, Астапов вошел в здание и стал подниматься наверх, но дежурный остановил его докладом:

— Господин Директор, вас дожидается важный посетитель. В вашем кабинете.

— Почему этот посетитель в моем кабинете, а не на диване в приемной? — нахмурился Георгий. — У нас уже запросто можно входить, куда не следует без разрешения?

— Он — волхв, — замялся дежурный. — Применил технику внушения, и его все пропустили. Меня морок только пять минут отпустил.

Дежурный офицер, совсем молодой лейтенант, покраснел, как красная девица, ожидая разноса. Астапов махнул рукой, понимая, что против чар Хазарина устоять могут только ребятишки барона Коломенцева, но они обитали в другом здании на Офицерской, через пару административных строений. Да и нужно ли их подключать? Хазарин появился явно не просто так. Наглый тип. Значит, подслушивающие

Страница 2

«жучки» все-таки были в его машине? Черт, хреново. Засветился Яр раньше времени.

Хазарин себя чувствовал, если и не хозяином, но вполне как полноправный член команды Астапова. Он сидел в одном из кресел, закинув ногу на ногу, и читал какой-то журнал в глянцевой обложке. Журнал был явно его, потому что Георгий на рабочем месте таких вещей не держал. «Хорошо, что хватило ума не садиться за мой стол», — мрачно подумал он, вешая свой плащ на вешалку. Не говоря ни слова, прошел мимо волхва и утвердился на своем коронном месте. Сразу пришла уверенность.

— Какой вы негостеприимный, Георгий Ефремович, — отложив чтение, ухмыльнулся Хазарин. — Ни «здравствуйте», ни «как дела». Прошли, как лайнер мимо айсберга.

— «Крушение «Британии» я тоже читал, — буркнул Астапов. — Не пойму, зачем такие аллегории.

— Георгий Ефремович, не хотелось бы недоразумений между нами, — Хазарин перекинул ногу и с удовольствием посмотрел на блестящие носки туфель. — У нас всего лишь деловые отношения, не более того. Мое появление в вашей епархии — не наглость с моей стороны, а демонстрация моих возможностей.

— Что-то вроде: не вздумай со мной играть по своим правилам? — усмехнулся Астапов. Он лихорадочно думал, что зря не взял с собой «Чекан», так и оставшийся лежать в бардачке автомобиля. Зарекался ведь носить во внутреннем кармане пиджака, ожидая любой пакости со стороны людей Китсера, к коим относился и Хазарин. А вот оплошал. Да только поможет ли пистолет в противоборстве с волхвом такого уровня?

Волхв развел руками в сторону, но на его лице Астапов не заметил ни одной эмоции. Бесстрастная маска тяжелого и опасного человека.

— Вы правильно понимаете ситуацию, — кивнул Хазарин. — Впрочем, к делу.… Какой вы даете ответ по архиву?

— Какой недальновидный поступок, господин Ломакин, — сделал попытку наехать Астапов. — Пришли разговаривать на опасную тему, забыв, в чьих стенах находитесь. А если я веду аудиовизуальную съемку? И она станет прямым доказательством вашего шантажа?

— Вы не забыли, кто я? — с иронией спросил Хазарин. — Я могу вырубить любую технику в радиусе километра гарантированно. К чему такой пассаж, Георгий Ефремович? Тем более, ничего здесь нет. Мы одни, нас никто не прослушивает. Итак?

— Я обдумал ваше предложение не только с финансовой позиции, но и со стороны морального права, — Георгий наклонился вперед, отчего его грудь уперлась в край стола. Руки лежали на поверхности, оббитой синим бархатным сукном. — Откажись я сейчас от него — я многого не потеряю, кроме выкраденного архива.

И он посмотрел в глаза Хазарина. «Знает или не знает? — мучил Георгия главный вопрос. — Имеет ли смысл заигрывать с ним?»

— Деньги должны пойти в банк «Северный», в Санкт-Петербурге, — выдвинул свое требование Астапов, решив плюнуть на свои страхи. Если Хазарин осведомлен о его встрече с Яром, то просто посмеется наглости Директора, и выложит все, что думает. Если не знает — еще лучше.

— Принимается, — слегка наклонил голову волхв. — Будет четыре транша по двадцать пять тысяч в течение недели.

— Почему не сразу всю сумму? — нахмурился Астапов. — Я узнавал стоимость элитных консультаций. И банки не препятствуют переводам до пятисот тысяч.

Хазарин засмеялся, отчего затряслось даже кресло под ним. Успокоившись через минуту, он откинулся назад и вытянул ноги. Сложил руки на животе.

— Сначала возмущались, что я попираю ваши добродетели, а теперь жадно хватаетесь за возможность разбогатеть на приличный куш. Странная метаморфоза, наталкивает на размышления. Хорошо, Георгий Ефремович. Я так понял, что архив попадет в мои руки только после перевода означенной суммы. Когда сможете передать бумаги Назарова, если деньги поступят на счет завтра?

— Я проверю поступление и свяжусь с вами, — Астапову захотелось поскорее избавиться от посетителя, заставившего его словно нырнуть в яму с нечистотами. — Думаю, послезавтра мы разойдемся окончательно. И после этого я хочу забыть о вашем существовании, хотя мне любопытно, почему вы прекратили сотрудничество с Котовыми.

Хазарин встал, любезно улыбнулся и с шутливым полупоклоном ответил:

— Всего лишь профессиональные разногласия, Георгий Ефремович. Для вас они неинтересны. Не влезайте в прошлые дела.

— Но вы могли бы сдать мне убийцу Валентины Назаровой, — набравшись наглости, произнес Астапов.

Воздух мгновенно защелкал от статического напряжения. Волосы зашевелились и затрещали. Стало невероятно жарко. Уже собиравшийся уходить Хазарин, резко повернулся к Георгию.

— Те люди уже мертвы, давно мертвы, — сказал он, блестя глазами. — Не ворошите прошлое, еще раз предупреждаю вас. Смерть женщины — печальный случай, и он был следствием упрямства одного старика, уже стоящего одной ногой в могиле. Всего доброго, Георгий Ефремович. Жду вашего звонка.

Волхв вышел, преисполненный собственного достоинства, а Георгий с грохотом опустил кулак на стол. Ни словом не обмолвился о тайной встрече его с Яром, хотя знал, прекрасно знал! И про деньги не зря же завел разговор, Степень его продажности решил проверить, гнида!

Не давая эмоциям завладеть им, Астапов подошел к оконному проему и прислонился пылающим лбом к холодному стеклу. Успокоился, глядя на ровную стрелу улицы, заполненную машинами. Гул множества моторов отлично глушился мощной стеной густого кустарника, ставшего этаким защитным экраном от посторонних звуков. Да и двойной стеклопакет тоже помогал в изоляции звуков. Прежний хозяин Департамента хотел использовать магические щиты, но его отговорили от затратной идеи, и он воспользовался советом пригласить городского ландшафтного дизайнера. С тех пор зеленые насаждения удачно дополняют фасад здания и служат основной цели.

Поняв, что успокоился, Георгий вернулся за свой стол, но компьютер включать не стал. Ситуация, кажется, начинала проясняться. Китсеры активно включились в игру, чтобы овладеть архивами. Но скоро патриарх рода поймет, что его просто облапошили, подсунули ничего не значащие документы. Сколько времени уйдет на то, чтобы проверить представителей всех фамилий, указанных в бумагах? Иерархов там всего двое, еще человек десять имеют ранг архимага, остальные — помельче. Иерархи, кстати, уже давно древние, если не умерли к этому времени. Отто Китсер поймет свою ошибку и еще рьянее примется обкладывать молодого Назарова. На старика-патриарха ему теперь наплевать. Но что хотел выгадать старый лис финтом с архивом? Время? Ну, его и так было предостаточно, чтобы все нужные активы перевести на имя пацана. Астапов подозревал, что Никита уже давно богатый наследник, и где-то в банковских ячейках лежат документы, подтверждающие его право на многомиллионные вклады. Не таков Анатолий Архипович, чтобы делать откровенные глупости. Значит, хочет направить по ложному следу высокородных господ? Великие Князья бросятся пристраивать своих дочерей, потеряют время, а самое главное — истинную цель. А вот когда Никита войдет в мужскую силу, к нему подведут ту, кто родит для Назаровых наследника или наследницу с закрепленными в наследственных генах мощь иерарха. Выходит, для мальчишки сейчас ищут партию?

Георгий хмыкнул от своих мыслей, не подтвержденных какими-либо фактами. Конспирологические версии можно выдвигать сколько угодно, но пока возле Никиты Назарова не штормит. Возня идет далеко за пределами его внимания. Мальчишка занят учебой, дружит с девочками (кстати, что будет, если Барышеву захочется использовать своих племянниц в целях получения заветной капли крови?). Сейчас противникам Назарова важно отсечь старика от финансов, склонить родственников к сотрудничеству, найти все банковские счета молодого наследника и заблокировать их. Лично так бы Астапов и поступил, будь он на месте Великих Князей и их приспешников. Оставшись практически голым, мальчишке ничего не останется, как принять их условия. Если только сам Никита не захочет уйти в Тайный Двор. И тогда кому-то не поздоровится, что ввязался в такую авантюру.

****

— Григорий, у меня к тебе большая просьба, — Барышев, тяжело опираясь на трость, стоял в проеме двери, но почему-то не торопился переступать порог его комнаты. — Позволишь зайти?

— Дядя Кондратий! — возмущенно воскликнул Гришка, подлетая к хозяину дома. — О чем говоришь-то! Заходи и не спрашивай!

— Учишь тебя учтивости, учишь, — шутливо проворчал мужчина, постукивая тростью по полу, — а результатов никаких. Ладно, я тут присяду, на стуле. Дверь закрой, пожалуйста. Ага. Не хочу, чтобы девочки подслушали наш разговор. У меня есть письмо к одному человеку, но я не хочу доверять его почтовой службе или посыльному из частной компании. Согласен. Может получиться быстрее, но мне важно, что оно не попадет в чужие руки. Сможешь доставить его?

— Куда? Адрес говорите, — деловито произнес Гришка.

— Этот человек живет на другом конце города, — Барышев повертел в руках трость, на лице его появилась задумчивость. — Знаешь, где старые военные склады? Там раньше еще рабочий поселок стоял, потом его снесли, построили жилой комплекс.

— А, понял. Таежный, да?

— Во-во, точно. Держи адрес и деньги. Доедешь на такси, и обратно на ней же и вернешься. Скажешь водителю, чтобы тебя дождался. Не вздумай шарахаться по району. Там еще тот контингент обитает. Древние, как кости мамонта, бараки стали прибежищем всякого отребья. Да и шпана местная шалит.

— Я же не буду там до ночи оставаться, — разумно ответил Гришка. — Передам письмо — и сразу назад.

— Вот и правильно, — кивнул Барышев. — Не ищи приключений на свою бедовую голову. За ней и так уже охоту ведут.

— Дядя Кондратий, может, я приношу вам беспокойство? — неожиданно для себя ляпнул Гришка. — Вокруг меня столько странностей, а вы, получается, стоите между мной и ими.

— Вот за такие слова я бы тебя выпорол, — чересчур спокойно ответил Барышев, но Григорий отметил, как ярко полыхнула желтым и ярко-алым аура хозяина особняка. И в глазах обида мелькнула. Пришлось закусить язык, чтобы еще не сказать что-то глупое. — А, может, точно? Скажу Богдану, пусть поучит уму-разуму…. Не беспокойся за меня и девочек. Я смогу защитить их, не прибегая к услугам твоих друзей.

Барышев при слове «друзья» слегка усмехнулся, что показывало степень его отношения к «потайникам». Или он вкладывал в него совершенно другой смысл? Не угадаешь.

— Давайте, тогда, я ногу полечу, — предложил Гришка.

— Отвези письмо, — мужчина встал. — Уже шесть часов вечера. Пока кабриолет прибудет, пока доедешь — уже темно будет. Я бы отложил до завтра свою просьбу, но письмо нужно доставить сегодня.

Гришка надел на себя теплый полушерстяной спортивный костюм, на ноги — легкие тенниски, и с письмом в руке вышел во двор, решив подождать такси на свежем воздухе. Конец сентября выдался прохладным, но ребята-стихийники из гимназии уверенно говорили, что октябрь будет теплым. Если это так — то здорово. Если честно — Гришка не хотел прихода зимы, вернее, ее предвестников с резкими ветрами, колючей и секущей лицо снежной крошкой и с утренней наледью. Вот когда снег ляжет — будет здорово. Кстати, не забыть бы просьбу Кольки Елисеева подумать насчет магических штучек во время гонки. Кое-какие идеи уже бродили в голове, но основательно засесть и смоделировать то, что задумано — не хватало времени. Неудобно как-то. Подвязался, а еще ничего не сделал.

Таксомотор домчал Гришку до нужной улицы за пятнадцать минут, но до нужного дома, как объяснил водитель, он не сможет доехать. Впереди угрюмой махиной торчал желтый асфальтоукладчик, перегородивший почти всю дорогу. Судя по всему, здесь какой день шли интенсивные дорожные работы. По обеим сторонам улицы возвышались кучи гравия и песка. Старый асфальт был разломал и собран в большой черный террикон. Редкие прохожие при свете зажегшихся фонарей ловко обходили препятствия, показывая возросшие навыки передвижения по пересеченной местности.

— Я буду ждать здесь, — сказал водитель и виновато пожал плечами. — Иначе не проехать. Тот дом, который вы ищете, находится в самом конце улицы, и к нем у нет удобных подъездов.

Гришка особо не настаивал, вылез из машины и выбрав наилучший путь, где было меньше куч щебня, направился к нужному дому. Пройдя несколько метров, он оказался на детской площадке, которую полукольцом окружала высотная десятиэтажка из крупного терракотового кирпича. Действительно, не подберешься с какой-либо другой стороны.

Оглядевшись, он заметил несколько темных фигур, столпившихся возле игрушечной деревянной избушки, построенной в манере русского народного зодчества. Судя по оживленным голосам, там были далеко не детки-дошкольники, а вполне созревшая молодежь и подростки. Стараясь не попасться на их глаза, Гришка проскочил по тротуару вглубь двора и по табличкам, прикрепленным к каждому подъезду, сориентировался, где живет адресат.

Наконец, нашел номер квартиры и нажал кнопку вызова. Красный огонек видеокамеры поморгал, а из динамика раздался сухой скрипучий голос:

— Кого по темноте носит?

— Я с письмом от Кондратия Ивановича, — вежливо ответил Гришка и обернулся. Толпа, оставшаяся за его спиной, куда-то пропала, но два человека остались торчать неподвижными столбиками. То и дело там вспыхивали красные огоньки сигарет.

— А сам чего не приехал? Мальчишку какого-то послал, — продолжал ворчать адресат.

— Не могу знать, — терпеливо произнес Григорий. — Я его племянник. Учусь здесь.

— А я только девочек его знаю, а про племянников не наслышан.

— Появился…. С недавних пор.

Повисло молчание, после которого раздался мелодичный перезвон и замок щелкнул, открывая дверь в подъезд. Консьержей здесь не было, так как дом строился для населения с небольшим достатком, могущих выплачивать кредит за купленную квартиру. Аристократы этот район обходили стороной, и все земли в северной части Албазина скупила купеческая гильдия, и она же искала строительных подрядчиков.

Дверь квартиры ему открыл щуплый старик, по годам гораздо старше Барышева. В длинных, аккуратно причесанных волосах блестели серебряные нити, хищный нос выделялся на сморщенном лице, а узкие губы сомкнулись в непроницаемую щелку. Какое-то время старик изучал Гришкину физиономию, словно выискивал черты сходства с Кондратием Ивановичем, но не нашел их, что неудивительно. О чем и заявил:

— Нет в тебе ничего барышевского. От кого тебя мать нагуляла? Ба, да еще магией от тебя за версту фонит. Волхв, что ли? Так что ты на пороге встал? Заходи, не торчи на виду всего этажа.

Обычный человек ни за что не отличит одаренного Силой из сотен, а то и тысяч людей, проходящих мимо него каждый день. А старик сразу определил истинное предназначение мальчишки. Захлопнул дверь и подтолкнул в спину застывшего в освещенном коридоре Гришку.

— Застыл чего? Иди в гостиную, присаживайся на диван. Чаем угощу.

Как же было не застыть! Вся прихожая была увешана старыми фотографиями, на которых позировали молодые бойцы и офицеры в гимнастерках, при оружии. На заднем фоне виднеются кряжи далеких гор с белоснежными шапками на вершинах; за спинами людей стоят лошади с поклажей. На некоторых снимках даже навьюченные ослы присутствуют. В объемных тюках, из которых выглядывали толстые стволы, Гришка признал горные минометы. Неплохо так вооружились бойцы!

Страница 3

Судя по всему, двадцатые или тридцатые годы. Тогда много воевали, но в основном, в Закавказье. Кто-то стоит или сидит с винтовкой в обнимку, у кого-то шашка на боку. Среди русских военных Гришка заметил несколько человек среднеазиатской внешности.

— Афганистан, — пояснил хозяин, молчаливо наблюдавший за увлеченным мальчишкой. — Тридцать второй год. Экспедиционный корпус барона Мамонтова. Я тогда сопливым лейтенантом был. Вилаяты (1) Кундуз и Тахар зачищали по просьбе законного правительства. Шибко пушту шалили, да еще с применением магии. Эх, времечко было. Дорого бы я дал, чтобы туда вернуться.

— Вам сто лет, что ли? — не на шутку удивился Гришка.

— Девяносто шесть, — проскрипел старик и мелко засмеялся. — Тебе черный чай или зеленый?

— Черный с сахаром, — потрясенно произнес мальчик.

— Сахар дома не держу, — строго произнес старик. — Лучше с медом. Он у меня цветочный, душистый. Будешь? Будешь, по глазам вижу.

— Мне велено сразу домой ехать, как письмо передам, — замялся Гришка, хотя страстно хотел узнать о таинственном долгожителе квартиры. Он уже успел просканировать его ауру, подсознательно готовясь к тому, что перед ним окажется волхв не меньше шестого ранга. Странно, по всем признакам дед владеет Силой, но аура не просматривается, плотно закрыта от внешнего просмотра.

Пока хозяин гремел на кухне чашками, мальчишка осмотрел гостиную, но кроме антикварной мебели и нескольких небольших фотографий красивой женщины в позолоченных рамках ничего не обнаружил. Жилище аскета, оставшегося в одиночестве. По энергетическим токам, пронизывающим квартиру, Гришка понял, насколько тоскливо живется этому человеку в четырех стенах. Размышления его прервало появление старика, шаркающей походкой идущего с подносом и двумя чашками дымящегося чая. Тут же и стеклянная розетка с медом присутствовала.

— Ты боишься темноты, малой? — просипел старик. — Чего задницей вертишь, как на гвоздь сел? Или Кондратий тебя за непослушание розгами драть будет?

— Меня такси ждет, — сделал еще одну попытку Гришка.

— Не ждет оно тебя, — неожиданно ответил хозяин. — Уехал водитель. Кто-то испугал его. Сдрейфил мужик. Ну, да и район у нас беспокойный. Шалят иногда ребятки. Кстати, недавно амнистия была, с колоний много народу выпустили. Кто-то в Албазине осел, кто-то дальше поехал….

— Откуда вы знаете?

— Знаю, и поболее твоего, — старик расставил на столе чашки. — Садись, вечерять будем. Расскажешь о себе. Любопытно мне, отчего у новика потенциал такой мощный, как у пятого ранга, не меньше.

— Вы тоже волхв? — вырвалось у Гришки. — Почему я не ощущаю вашу Силу?

— Потому что знаю, как скрывать свою сущность, — ухмыльнулся старик. — Пей чай-то. Как звать?

— Григорий.

— Угу, Григорий. Имя подложное. А почему — невдомек. Ладно, потом письмо почитаю, составлю свое мнение. Значит, не смог пробить мою защиту? То-то! Не все вам, молодым да ранним свои умения проявлять с дерзостью и самодовольством. Силенок еще хватает вас умыть!

Старик ухмыльнулся и сделал глоток из своей чашки. А Гришка действительно вертелся, как уж на сковородке. Очень уж загадочным оказался собеседник, и даже просьба Барышева оказаться дома как можно раньше, застряла где-то далеко на задворках совести.

— Как же вас зовут?

— Дед Фрол я, — сипло ответил хозяин. — Вот так и зови.

— У вас уровень гораздо выше, — осмелился выдвинуть свою версию подросток. — Вы очень умело скрываете свою ауру, гасите все энергетические поля вокруг себя. Думаю, что вы — архимаг.

Дед Фрол засмеялся, отставив чашку в сторону, боясь, что выплеснет напиток себе на штаны. Потом обхватил ладонью щетинистый подбородок, потер его, хитро поглядывая на молодого гостя. Пока Гришка рассказывал свою легенду, почему он живет в Албазине в доме Барышева, он молчал, и, казалось, погрузился в свои думы, даже не слушая речь мальчика. Словно верил и не верил одновременно в то, что ему поведали.

— Ну, все верно. Был у него брат Мишка. О его смерти Кондрат рассказывал, но о тебе и словом не обмолвился, — произнес Фрол. — Вишь, какая закавыка. И вдруг появляешься ты с Силой, хлещущей через край. Разве сироту из аристократической семьи нельзя было пристроить в Императорский Кадетский Корпус? Привилегия такая существует издавна, и о ней знают все дворяне. Поведение твоих попечителей совершенно нелогично. Они посылают тебя в какую-то глухомань на границе, чтобы ты здесь обучался волхвованию. Не спорю, господин Борисов — очень грамотный и сильный архимаг, но сам выбор такого пути весьма странен.

Дед рассуждал правильно, но не раскрывать же перед ним истинную историю своей жизни! Лучше придерживаться канонической легенды, которую придумал Кондратий Иванович, и уходить от ответов на неприятные вопросы.

— Думаю, когда-нибудь дядя все расскажет, — Гришка вежливо ускользнул от дальнейших расспросов. — А еще я не понимаю, какие у вас отношения с Кондратием Ивановичем

— Я с его дедом служил, — сразу же развеял все догадки старик. — В одной роте. В те годы в каждую роту прикомандировывались по два волхва. Ведущий обязан был иметь ранг не ниже седьмого, допускался даже кандидат в архимаги. Ведомый — его помощник, но не новик. Третий или четвертый ранг. Господин Барышев служил старшим лейтенантом. Подружились мы очень, да так и по жизни прошли. Кондрат мне почти родным внуком был, потом, правда, пути разошлись. Вот только в Албазине судьба нас свела. Иногда встречаемся, разговариваем. Иванычу трудно, все время мою болтовню слушает, а сам слова не может вставить.

Старик мелко захехекал, отчего чашка в его руке задрожала. Однако странный хозяин предпочел удержать ее, чем показать свою слабость перед мальчишкой и поставить ее на стол. Гришка, озадаченный, допил свой чай и демонстративно посмотрел на антикварные часы, висящие на противоположной стене. Стрелки уже уверенно подходили к восьми часам, и как добираться до своего дома, подросток не представлял. Разве что этот скрытый волхв предложит ему переночевать. Или же заказывать новый кабриолет? Как вообще старый хрыч узнал, что такси уехало?

— Домой торопишься? — дед Фрол закивал головой. — Понятно, понятно. Спасибо за письмо. Ты еще приходи, хочу с тобой пообщаться. Загадочный ты паренек, скрываешь много чего. Даже амулета защитного на тебе нет. Ничего не боишься со своим Даром?

— Я же не стихийник, — пожал плечами мальчишка, — мне амулеты не нужны. Моя специализация — руническая магия.

— Славянская или кельтская? — живо спросил старик.

— Своя, ведическая. Я и скрипты славянские пишу. Они лучше всего адаптированы под технику, которую осваиваю.

— Ну да, правильно. Так и продолжай. Система поиска в твоих методиках — аурная?

— Да, я раскидываю «жучков» там, где есть вероятность опасности, — признался Гришка. — Система хорошо работает.

— Но она энергозатратна, — пытливо взглянул дед на молодого волхва. — Зачем тратить Силу на пустяшные забавы? На вот, возьми амулет. Простая «сигналка», но эффективная. Человека с искаженной аурой сразу высчитывает в радиусе ста метров. А у тебя будет возможность пригасить свой энергетический выплеск, и не светить шлейф перед сильным противником.

— Что значит — «искаженная» аура? — принимая подарок, поинтересовался мальчишка.

— Агрессивные намерения, в первую очередь. Злоба, ненависть — эти негативы ломают аурную структуру тела, забивают все живительные точки организма. Отсюда и сильный фон, который амулет чувствует очень хорошо.

— Вы сейчас про чакры говорили?

— Чакры, — проворчал дед Фрол. — Все бы вам, молодым, на иноземщину падкими быть. Ведическая система животворных точек уже давно разработана нашими волхвами. Неужели ничего не знаешь?

— Ну, что-то слышал про то, что тело человека распределено между какими-то царствами: золотым, медным и серебряным, — неуверенно произнес Гришка.

— Какими-то…, - снова недовольно пробурчал старик. — Это основа основ энергетической системы человека! Чакры — то же самое, только в системе восточной культуры. Как лучше звучит: Манипура или Живот?

— Живот — понятнее, а Манипура — прикольно. Это же точка в области пупка?

— То-то и оно, юноша, — буркнул Фрол, игнорируя последний вопрос. — Прикольно им. Истоки не чтите, ведуны молодые. Учить вас всему — не переучить. В славянской системе насчитывают тридцать семь энергетических центров, разделенных на три структуры, которые ты правильно назвал. Серебряное царство связано с Навью, то есть с потусторонним миром. Медное царство — это Явь, связь с настоящим миром, а Золотое царство имеет связь с Правью, с высшими силами, откуда мы, волхвы, черпаем свои ресурсы. Вот что я скажу тебе: приходи ко мне по выходным. Я тебе в голову вложу много чего интересного. Ну, если не побоишься сюда возвращаться.

— А чего мне здесь бояться? — Гришка удивленно захлопал глазами. — Разве только местная шпана наедет.

— Но ведь ты их не будешь сильно наказывать? — дед Фрол удивительно легко встал со стула, дошел до окна и посмотрел в ночную темноту двора, подсвеченную лишь фонарями на детской площадке. — У нас ребятишки простые, дворянский этикет для них — пустой звук. Могут и ножичком попугать.

— Меня уже предупреждали, — Гришка понял, что пора собираться домой, но еще надеялся на благоразумие старика. Дед Фрол, однако, не стал звонить в таксомоторную компанию, и вместо этого проводил гостя до порога и легонько подтолкнул в спину, словно торопился избавиться от него. Даже не попрощался. Просто молча захлопнул дверь и щелкнул внутренним замком.

Примечание:

1 основная административно-территориальная единица в Афганистане

Оставшись стоять перед закрытой дверью, Гришка почесал затылок. И как теперь ему поступить? Топать пешком почти через весь город ему не хотелось. Было темно, холодно и в желудке пустовато. Чай с медом хорош после активной прогулки по свежему воздуху, но как альтернатива ужину не пойдет. Темноты мальчик не боялся. С его-то способностями кого опасаться? Просто он переживал за Кондратия Ивановича, и предчувствовал нелегкий разговор по возвращению домой.

Залилась мелодия вызова. Так и есть. Сам дядя Кондратий звонит. Гришка вздохнул, поднес мобильный к уху и, запинаясь, стал извиняться за свою задержку. Однако, вместо выволочки дядюшка попросил как можно быстрее выбираться с Таежного на оживленные проспекты города и не пытаться с кем-либо конфликтовать, имея в виду местную шпану. Пообещав Кондратию Ивановичу, что не будет шалить в незнакомом районе, Григорий вышел на улицу и завертел головой. На детской площадке было пусто. Зато густо горели окна высотки, освещая прилегающие к дому закоулки.

Он уже дошел до укладчика, когда амулет, подаренный дедом Фролом, неожиданно напомнил о себе неприятным покалыванием в груди. Гришка остановился, осторожно поглядывая по сторонам. Принцип его действия странный старик объяснил расплывчато: вроде бы он считывает негативную ауру человека, его враждебность к окружающим. То есть заранее сигнализирует о проблемной ситуации, которая может произойти с этим персонажем. Какого персонажа решил считать амулет, Гришка пока понять не мог, но игнорировать тревожные сигналы не стал. Замерев, он прильнул к укладчику и прислушался. Где-то невдалеке, из глубины темнеющих за дорогой густых кустов доносилось всхлипывание и женский голос, невнятно бормочущий что-то скороговоркой.

Озадачившись происходящим, подросток не знал, что делать. Выяснять причину или пройти мимо? Дядя Кондратий четко дал знать, чтобы он не вмешивался ни в какие дела, его не касающиеся. Боязно и противно от осознания того, что нуждающийся в помощи человек сейчас имеет все шансы ее получить. Если, конечно, Гришка не пройдет мимо.

Подобравшись ближе, но не раздвигая кустов, мальчишка прислушался. Женский голос не умолял, а просто дрожал от страха.

— Пожалуйста, пожалуйста, отпустите меня! Возьмите деньги, сережки, кольца….

— Да прикрой свой рот! — раздался хрипловатый мужской голос с теми неповторимыми нотками блатными нотками. — Двигай к машине, да поживее, цыпа! Сделаешь все, как просим, отпустим живой и невредимой!

Осторожно прошмыгнув между кустами, но так, чтобы оставаться незаметным, Гришка увидел в просветах небольшую замусоренную полянку и перекошенную от старости беседку, возле которой в рассеянном свете дальних фонарей мотались несколько фигур. Одна из них принадлежала женщине, прижатой к перилам парочкой теней. Именно она и умоляла отпустить ее.

Еще два человека стояли поодаль, контролируя любое движение со стороны. Гришка не был искушен в отношениях взрослых людей, но происходящее на пустыре ему категорически не понравилось. Женщину насильственно принуждали к чему-то нехорошему, да еще с угрозами. Надо помочь, но как? Применив Силу, он может привлечь внимание жителей близлежащих домов. Только кому интересно совать нос в захламленный уголок нетронутого пустыря? Явно, он не пользовался популярностью в микрорайоне. Значит, пока есть возможность, с бандитами надо расправиться здесь. Окончательно решившись, мальчишка нарочито громко зашуршал кустами и громко выкрикнул:

— Полкан! Полкан! Ты где, глупая собака? Ко мне!

— Спасите! — внезапно крикнула женщина, но ее крик захлебнулся. Кто-то зажал ей рот.

Если Гришка хотел своим появлением испугать незнакомцев, он добился иного варианта. Никто и с места не сдвинулся. А угроза собственному здоровью возросла.

— Эй, пацан, вали отсюда! — перед Гришкой выросла долговязая фигура в короткой кожаной куртке. От мужика несло перегаром и застарелым запахом плохого табака. Он покачивался, но на ногах держался крепко.

— Дядя, у меня собака убежала, — изобразил испуг Гришка. — Мне без Полкана домой нельзя. Батька прибьет. Редкая порода.

— Нет здесь собаки, — долговязый и не думал уходить, как и мальчишка, оставшийся на месте. — Ты оглох, что ли, сопляк? Дергай отсюда! А то я тебе по шее вместо батьки надаю!

Внезапно он выкинул вперед руку, словно пытаясь то ли действительно ударить, то ли схватить мальчишку своей пятерней, но амулет резко отреагировал на происходящее, затопив горячим жаром все тело. Позже, анализируя ситуацию, Гришка понял, что излишне возбужденный мужик просто пугал его видом выкидного ножа, который он держал в кулаке. Возможно, он даже и не выщелкивал лезвие. Только вот реакция молодого волхва была предсказуемой на внезапную опасность.

Можно было пенять на себя, что сразу не выставил «шильд», будучи полностью уверенным в собственной безопасности. Против уличной шпаны у него было достаточно аргументов, начиная от набора боевых искусств (что не всегда спасает профессионала от толпы), до магических плетений (а вот это был аргумент посильнее). Неожиданных нападений он ждал именно от завсегдатаев данного района, любящих трясти запоздавших граждан. Мелочь, шпана — именно от них можно выловить проблемы, выраженные сломанной челюстью или пробитой головой. Но против него стоял зрелый мужик, с отравленным алкоголем мозгом. Какие у него мысли? Поди разберись….

«Шильд» мог отразить удар ножа, если правильно распределены его зональные функции, связывающиеся воедино нужным плетением. Если тебя бьют энергетическим сгустком плазмы, но эффективно отразит атаку только то, что порождено волшбой. Против обычных приемов из области боевых искусств и при отражении удара холодным оружием нужен принцип отражения физического воздействия. Существующие магические практики настолько громоздки и усечены многочисленными запретами, что легче усвоить элементарные правила уличного боя.

Ну, если только тебя не бьют скрытым движением, когда совершенно не ждешь подлости от встречного человека, да еще старше тебя по возрасту. Здесь вариантов нет. Ты проиграешь, если на зверином уровне не поймешь, что сейчас будет больно. Или у тебя есть сигнальный амулет, что повышает шансы на спасение.

На автомате, поймав руку с выкидухой, Гришка провел резкий болевой прием, и заставил долговязого согнуться и выпустить оружие. Не беспокоясь о здоровье врага, подросток без задержки развернул его на сто восемьдесят градусов, одновременно помогая себе Силами Огня и Земли, и швырнул обмякшее тело в сторону беседки. Бросок оказался впечатляющим. Долговязый со всей дури влетел в гнилые доски сооружения, да так удачно, что беседка со стоном покосилась на один бок. Что-то хрустнуло, крыша просела, но не рухнула вниз благодаря толстым балкам, держащим всю верхнюю конструкцию.

— Охренеть! — воскликнул кто-то. — Ты чего творишь, пацан? Черена прибил, кажется! Чума, глянь-ка, жив он?

Чертов амулет продолжал разносить жар по телу, и его воздействие становилось нестерпимым. Понятно же, что опасность рядом, вот она, на расстоянии вытянутой руки. Но самое главное — женщина, наконец-то, оказалась свободной, и, не теряя ни секунды, рванула в противоположную сторону, ломая кусты. За ней никто не побежал. Незнакомцы в первое мгновение оказались шокированными прилетевшим в их сторону телом товарища, и никто не обратил внимания на то, что жертва благополучно скрылась.

Вот теперь стало по-настоящему страшно. Поняв, что ввязался не в свое дело, Гришка сглотнул сухой комок в горле. Отступив назад, быстро проанализировал обстановку. Предупреждал его дед Фрол о местном контингенте, только имел при этом что-то другое, о чем не захотел говорить Гришке.

Агрессивные черно-желтые всполохи аур раскрывали намерения местных гопников. Огнестрельного оружия у них не было, а вот энергетические токи холодного оружия ощущались очень хорошо. Две заточки, пара кастетов и нож. Причем, финка находится у самого ближнего, кто на пару шагов опережал своих дружков.

— Надо же, Черена прибил, — с нотками удивления произнес он. — Ты че наделал, баклан малолетний? Чародействовать вздумал? Ты кто такой вообще? Почему я тебя не знаю?

— К дедушке в гости приехал, — нахально ответил Гришка. Удивительно, что говоривший, правильно рассудив, что перед ним волхв, безбоязненно приблизился к нему.

— Я всех местных знаю, — Еще один шаг на сближение. Во рту тускло блеснула фикса. — Нет, тебя ни разу здесь не видел. Стоять! Куда дергаешься?

Скрипты отражения атаки холодным оружием уже были наготове, и проспать удар не получится. Мужик уже надвинулся темной горой, и во избежание лишних проблем Гришка мгновенно развернул скрипт «стена», замкнувший всех, кто здесь находился, в плотный невидимый кокон. Теперь не убегут.

— Значит, так, мелкий. Ты нас не видел, и все, что здесь было — забудешь, — в голосе прозвучала угроза. — Иначе найду и порежу на куски.

Как в подтверждении своих слов, мужик вытащил руку из кармана куртки. Точно, финка. Универсальный инструмент для лишения жизни. Держал ее мужик рукоятью вниз, пряча лезвие в рукаве. Перевернул, чтобы продемонстрировать серьезность своих намерений. Какие-то нервные здесь ребята. Чуть что — сразу за ножи хватаются. Пугать малолетку пером — позорнее ничего не придумал.

— Ты что делаешь?

Не говоря ни слова, мальчишка вытянул руку ладонью вверх и продемонстрировал всем присутствующим, как в воздухе зарождается ярко-зеленая капелька, слегка вытянутая вниз, словно гравитация неумолимо хотела притянуть ее к поверхности земли. Все уставились на эту каплю, но один здравомыслящий нашелся в плохой компании.

— Стихийник! Валим отсюда! — заорал молодой голос.

— Куда? — рыкнул главный. — Стой на месте, урод!

Не послушавшись совета, парень испуганно рванул со скоростью спринтера от друзей, но со всей дури врезался в невидимую стену. Столкновение оказалось настолько сильным, что несчастный просто рухнул навзничь, начисто потеряв ориентиры.

— Какого хрена? — в голосах остальных гопников послышалась паника.

Тем временем капля стала разрастаться, гипнотизируя стоящих перед Гришкой людей ярким свечением. Чтобы не ослепнуть, молодой волхв крепко зажмурился и подбросил каплю вверх. Взмыв над головам, она с гулким хлопком разлетелась в разные стороны брызгами зеленых трассеров, озарив пустырь нестерпимым светом, ослепляя сетчатку глаз. Кто-то завопил от страха или боли — неважно. Самое главное, Гришкино зрение не пострадало. Картина открылась еще та. Двое катались по земле, прижимая руки к лицу, а мужик с финкой оказался крепким. Он размахивал ножом, не видя перед собой ничего. Чтобы его успокоить, пришлось перехватить руку с опасным предметом и болевым приемом обезоружить. Нож отлетел в сторону, мужик получил легкий тычок пальцем под адамово яблоко с одновременным ударом стопы под сгиб колена, и с хрипом упал на спину.

— Вот так лучше, — выдохнул Гришка и на всякий случай накинул на всю братию блокиратор движения. Шевелиться не смогут, а вот языком работать — вполне.

— Дядя, — Гришка присел и похлопал главного заводилу по небритым щекам. — Давай уже, очнись. Ничего с твоими глазами не будет.

— Ты…сученыш мелкий! — прохрипел мужик. — Зарою!

— Грозить не надо, хорошо? Кто эта женщина? Вы ее хотели ограбить?

— Нет, в ресторан приглашали! — огрызнулся лежащий и взвыл от ментальной боли. Воздействуя на внутренние органы, как печень, мозг и мошонку, потайники добивались неплохих результатов на допросах. Обычный урка тоже не выдержал давления на ауру.

— Шутить на нарах будешь, козел! Может, лишить тебя мужской силы? Никогда больше на женщин не потянет. И зря на меня твой Черен с ножом прыгнул.

— Ты не шути так, — дрогнул голос противника. — Давай, по-хорошему, разбежимся.

— Замолчи, гад!

— Ох, пацан, запомнил я тебя, — обездвиженный мужик проскрипел зубами.

— Нет времени с вами возиться, — Гришка стукнул ладонью по лбу мужика, усыпляя того на некоторое время. Долго действие такого заклятия не протянется, максимум минут двадцать. Прошелся по кругу, угощая шлепками остальных нападавших. Черена трогать не стал. Тот до сих пор лежал в отключке неподвижной изломанной куклой под катком укладчика. Все ножи и кастеты собрал в одну кучу, нарисовал над ними руну «огонь» и сплавил оружие в один безобразный серебристо-грязный комок. Вот так будет лучше. А то очнутся, от злости наворотят дел.

Уже отойдя на приличное расстояние, Гришка с досадой подумал, что надо было применить плетение, отбивающее память. Дед Фрол будет его ждать его визита. Может, что интересное из своих методик предложит. А ходить сюда, крупно наследив, неразумно. Оставалась надежда, что уголовники не запомнили его лица, кроме самого матерого, с финкой. Тот стоял рядом. Память у таких людей очень крепкая и цепкая.

Выскочив с пустыря, Гришка завертел головой, словно хотел увидеть спасенную им женщину. Напрасно. Она, вероятнее всего, уже давно бежала, не оглядываясь, от опасного места. Такие приключения не оставляют никакого желания искушать судьбу. Куда угодно: на освещенный фонарями проспект, к людям, домой.

Таксомотор действительно пропал. Так что дед Фрол был прав насчет водителя. Или у того терпение лопнуло, и плюнув на дополнительный заработок, он умчался, не дождавшись клиента. Или гопники напугали? Может, вот эти как раз и вдохновили таксиста на побег? Вздохнув, Гришка вытащил из кармана телефон и по памяти набрал номер, который ему дал Олег. Новый знакомый долго не откликался, и мальчишка уже хотел сделать сброс, как в динамике раздался мужской голос:

— Слушаю вас.

— Это я, — стараясь не тараторить, ответил Гришка. — Узнали?

— Конечно, узнал, — невозмутимо ответил Олег. — По какому поводу звоните?

— Я застрял в Таежном. Можете меня забрать? До дома слишком далеко, а у меня в кармане ни копейки, — подчиняясь правилам непонятной игры, с такой же невозмутимостью пояснил Гришка.

— Как я вас найду?

— На углу Соляной и Западной улиц.

— Хорошо. Я буду через полчаса, — ответил Олег и сбросил вызов.

****

В теплом нутре машины ни о чем не думалось. Хотелось откинуться на спинку кресла и упереться затылком в мягкий подголовник и слушать тихую музыку, мурлыкавшую из динамиков. Но требовательный голос Олега нарушил идиллию. Мужчина потребовал объяснений, каким образом Григорий оказался в этом районе, имевшем нехорошую славу среди горожан. Пришлось мальчику все рассказать, не утаивая стычку с опасными типами и дальнейший разговор с крайне опасным типом. Олег выслушал историю, не проронив ни звука, и только потом спросил, сдерживая ругательство:

— Ты в порядке? Не ранен?

— В этот раз повезло, — поежился Гришка. Несмотря на благополучный исход, его только сейчас стало трясти. Адреналиновый откат настиг с большим опозданием. Страх накатил внезапно и нарисовал картины произошедшего события с другим исходом. Противостояние подростка с бандитской мразью должно было закончиться по-другому. Счастливый случай, точнее, амулет деда Фрола помог ему вовремя среагировать на удар ножа. Запоздай он на секунду — и все….

Странно все, очень странно. Почему ему не пришло в голову разослать своих «жучков» вдоль всей дороги? Они бы враз высчитали опасность, количество враждебных аур, их намерения.

Страница 1

И тогда Гришка просто прошел бы мимо, не отвлекаясь на экстрим. Как будто бес попутал. Амулет — именно он направлял его действия, отключив разум. Кто воздействовал на его мысли и поступки? Дед или амулет, или все сразу?

Но ведь тогда женщина могла серьезно пострадать

Впредь надо защиту ставить, только потом разговор заводить.

— Говоришь, задержал тебя за чаем, выпроводил за дверь, не дав деньги на обратную дорогу?

— Ну, да. Я же отдал все деньги таксисту, чтобы он ждал меня, — виновато шмыгнул носом Гришка. — Дурак, понимаю. Но ведь за все было оплачено. И за ожидание, и за обратную дорогу.

— Странный дед, очень странный. Не вижу никакой логики в его поведении. Или он тебя просчитал и решил проверить твои способности, или из ума выжил, — Олег прибавил газу, обгоняя громыхающий пустым кузовом грузовик. — Значит, он служил в Туркестане и ходил в рейды по Афганистану? Волхв не ниже седьмого ранга? Интересно, надо бы по нему информацию нарыть.

— Я думаю, что он — архимаг, не ниже, — задумчиво ответил Гришка. — Умело прячет свои способности. Я даже не смог вначале разглядеть его сущность, пока он сам не раскрылся.

— А как это выглядит? — полюбопытствовал Олег. — Ну, я имею в виду, как вы распознаете между собой уровни? Всегда хотел узнать об этом.

— Ничего загадочного, — улыбнулся подросток. — Все зависит от интенсивности излучаемой энергии ауры и ее свечения. Чем выше ранг — тем мощнее выброс энергии. Если смотреть через магическое зрение, то это похоже на кометные хвосты или протуберанцы Солнца. Архимаги просто полыхают такими выхлопами. Вон, у господина Борисова очень интересная аура, так он ее старается гасить до минимума. А дед Фрол вообще умудрился закрыться от меня. Я-то думал, что к обыкновенному человеку иду, даже не прятался.

— Интересный дедок, скользкий, — хмыкнул Олег, сворачивая в хорошо освещенный проулок. Гришка понял, что они скоро подъедут к особняку. Пошли знакомые улицы. — Может, он иерарх, только опальный? С чего бы ему жить в каком-то затрапезном рабочем квартале в обычной квартирке? Прячется от кого-нибудь. И твой дядя, Барышев этот…. Тоже какое-то непонятное поведение. Срочное письмо, друг его деда…. Так, Никита…. Тьфу, ты же у нас Григорий! — Полозов словно случайно обмолвился, но посмотрел на реакцию мальчика. Тот сидел спокойно, только голову повернул и с ожиданием уставился на Олега. — Если Кондратий Иванович снова тебя отправит по известному адресу — звони мне. Я должен знать все твои передвижения вдали от дома. Поверь, все, что происходит вокруг тебя — не может нравиться ни Патриарху рода, ни мне. Слишком серьезные ставки на твое будущее, хотя ты и не осознаешь этого в силу своих лет.

«Рено» мягко остановился неподалеку от входной калитки в особняк, но Олег не торопился отпускать Гришку.

— Я дал слово Патриарху защищать тебя — и я сдержу его, — сказал он на прощание. — Но и ты не геройствуй почем зря. Как, говоришь, звали того прыткого урку?

— Черен. Остальные вообще не называли друг друга по имени, — Гришка открыл дверь и вылез наружу. — Спасибо, дядя Олег, что подвезли. Кстати, вы что-нибудь знаете о гонках на южном берегу Амура? Там скоро соревнования «рейсеров» будут.

— Наслышан, — усмехнулся Полозов. — Детишки аристократов с ума сходят. А тебе зачем? Хочешь участвовать? Машину-то водить умеешь?

— Нет, — смутился Гришка.

— Научить?

— А можно? — обрадовался мальчишка.

— Эх, пацан, — вздохнул Олег. — Конечно, можно. Ты мне звонок сделай, хорошо? Через недельку. Обсудим этот вопрос. А для чего спрашивал про гонки? Кто-то знакомый участвует, нужна помощь?

— Да помочь я и сам могу, — Гришка смутился, не зная, выдавать свои секреты или лучше промолчать. Решил сказать. — Там гонки необычные. Разрешается применение магии. Вот меня и попросили. Можете прикрыть меня на всякий случай? Вдруг кому-то вздумается меня нейтрализовать. Я пообещал помочь одному человеку, а отказываться — стремно.

— Хорошо, прикрою, — поморщился потайник. — Только вот не нравится мне такая инициатива. Ладно, для того я здесь и торчу столько лет, чтобы помогать. Ладно, иди домой. Дяде не говори, что случилось. Просто скажи, что все в порядке, доехал нормально.

Полозов дождался, когда Гришка закроет за собой калитку, и только после этого стронул машину с места. Оставлять произошедшее с мальчиком он просто так не собирался. Любой, кто обидит Никиту, пожалеет, что на свет родился. Особенно уголовная мразь, которую и в землю вогнать не жалко. Надо утром Астапову позвонить и выяснить, кто такой Черен, кто его подельники на свободе, где живут. Для Директора Департамента полиции с прошлым опытом сыскаря такие данные не представят труда, наверное.