Глава 11
- Что, Юлия Николаевна, впечатляет? - мягко интересуется подошедший к нам с Маратом Насим.
- Да не то слово. Особенно в ночи и вместе с предстоящим заданием вообще бомбически.
- Скоро привыкните. Это по началу бодрит. А потом становится таким же обыденным, как смотаться в магазин за продуктами, - успокаивает меня он, совсем не по-дружески касаясь моей спины рукой.
Немного отступаю, четко определяя близость наших отношений, и тут же получаю снисходительную усмешку в ответ.
- Кстати о продуктах, - присоединяется к нам Михаил, опускает на землю огромный рюкзак и уточняет: - Стол завтра на Костяне. На завтрак продуктов хватит, а потом нужно пополнить запасы. Чья там очередь? - окидывает он взглядом остальных мужчин. - Возьмёте с собой Вострикову. Вам, Юлия Николаевна, будет полезно взглянуть что здесь и как.
- Спасибо, Михаил. Шопинг моя вторая страсть.
- Благодарю, Юлия Николаевна, за высокую оценку. Приятно быть на первом месте, - не упускает возможности встрять Насим, вызывая одобрительные смешки.
- Увы. На первом месте у меня работа, но… Вы знаете, как можно совместить. И имейте в виду, мне чем сложнее случай, тем интереснее, - игриво подмигиваю ему я, а парни вокруг взрываются хохотом.
Но этот упрямый красавец-баран и не думает сдавать своих позиций, он резко шагает ко мне, склоняет голову к моему лицу и с лёгкой угрозой в голосе выдает:
- Я тебя понял.
- Вас, - поправляет Насима Марат, моментально появившийся рядом.
- Вас, - соглашается с поправкой упрямец.
- Покидать лагерь Юлии Николаевне можно только с моего разрешения. Всё услышали?
- Да, - парни покорно подтверждают слова командира.
- Все готовы?
- Готовы! Да! - звучит со всех сторон, и через мгновение я отказываюсь в центре сомкнувшегося круга.
- Отлично. Время! - раздается приказ над моей головой и круг вновь рассыпается.
Всё члены отряда разбирают огромные рюкзаки, надевают на плечи, фиксируя дополнительными ремнями на груди и выстраиваются в ровную шеренгу перед командиром.
Я повторяю те же действия, с той разницей, что моя ноша в четыре раза меньше. Но даже в таких условиях мой медицинский "чемоданчик" весит столько, что я с опаской думаю, что станет с моей спиной через пару часов.
Марат проходит вдоль шеренги, останавливается передо мной, окидывает взглядом с ног до головы и сообщает:
- Вострикова за мой, Сэм следом, Андрей - замыкающий.
Ха! А Андрюха то по жизни в конце. Вместо Сэма я предпочла бы, чтобы за мной шел Михаил, но спасибо, что не Насим. А то бы моя задница полыхала всю дорогу. А так чуток подыматься и норм.
- За мной, - ещё одна команда Марата, и мы выдвигаемся.
Первые полчаса пути все очень похоже на мой первый подъем в лагерь и даже легче, потому что тропа по которой мы поднимаемся оказывается не крутой и отлично расчищенной, и утоптанной. Кустарник не такой высокий, и поэтому лунный свет помогает мне с интересом разглядывать все вокруг. Если абстрагироваться от того, зачем я здесь, то все действительно похоже на обычный туристический поход. Приключение, которое обещал организовать мне Стёпка.
На хрен ты мне не сдался! Начинаю злиться я, потому что этот лгун опять пробирается в мои мысли и портит безвозвратно портит моё почти благостное настроение.
- Стоп, - едва слышно произносит приказ Марат, но я, погруженная в свои мысли, улавливаю смысл слов слишком поздно и на полном ходу врезаюсь в командира.
Нет, не врезаюсь, потому что он блокирует меня, выставляя руку вперёд и одним пружинным движением перенаправляет по инерции вбок, где я останавливаюсь уже сама.
- Вострикова, мечтать будете, когда вернёмся. А сейчас предельная концентрация. Ясно?
- Да.
Марат одной рукой перемещает меня в прежнюю позицию.
- Переход на другую тропу, - озвучивает он точно только для меня. - Прикрываешь левой рукой, согнутой в локте лицо, правую используешь для баланса, стараешься чувствовать землю под ногами. Почва здесь более глинистая и сырая, поэтому поскользнуться очень легко. Держитесь за мной. Удачи! - последнее пожелание предназначено уже всем.
Марат разворачивается на девяносто градусов и ныряет… в кусты!
- Эй, Вострикова, не тормози! - подталкивает меня в спину Сэм. - Упустишь командира, опоздаем, нарушим срок доставки! - начинает нагнетать он, и я делаю шаг плотную зелёную неизвестность, из которой то и дело раздаются зловещие крики местной фауны.
Ну я же хотела полное погружение - вот оно…
- Марат! - мне еле удаётся окликнуть командира, потому что ветви и листва лезут прямо в лицо, а его мелькающий силуэт время от времени извещает из виду. - Я ни черта не вижу! Можно мне фонарь?
- Нет. Хотите вернуться в лагерь искусанная москитами?
- А как тогда? - недоуменно вопрошаю я.
- Слух, зрение, осязание и интуиция. Подключайте всё. И запомните, каждая остановка даже по одной минуте может сорвать всю доставку.
- Но если я подключу все это, то буду ползти как черепаха.
- Поправку на черепашье движение я уже внёс в наш сегодняшний маршрут.
- Какой вы предусмотрительный.
- Вострикова хватит трындеть! Вперёд! - прилетает недовольное от Сэма, который, видимо, выражает общую мысль о моей подготовке
Ну вперёд так вперёд!
А вот теперь у меня в голове не остаётся ни одной ненужной мысли. Всё они брошены на то, чтобы отслеживать наше перемещение.
Земля под ногами бесит неимоверно, но я следую за своим командиром!
Десять минут жести природы, которая словно ополчилась против меня, и мы внезапно выходим на тропу.
Тропу, идущую вдоль крутого обрыва с мелкой речушкой внизу.
- Все? - уточняет количество присутствующих Марат, удовлетворенно кивает и опять обращается ко мне: - У вас, насколько я помню, все в порядке с высотой, Юлия Николаевна?
- Не жалуюсь, - без лишней выпендрежности отвечаю я.
- Замечательно. Тогда пойдете так же за мной.
Марат берет меня за плечи и поворачивает чуть левее.
- Самое время вспомнить уроки физкультуры и бревно.
- Ох, ни хрена себе! - вырывается у меня, когда я замечаю, на что указывает командир - на длинное, узкое бревно, переброшенное с одного на другой край обрыва.
Он серьезно?! Быть мне лепёшкой...
Проблема ещё и в том. Что это десятиметровый переход мне нужно совершить под пристальными взглядами всего отряда.
А это только увеличит мою нервозность.
- Упростим задачу. Снимайте рюкзак, - Марат отдает мне команду и протягивает руку.
Подчиняюсь, проделывая эту небыструю процедуру.
- Правильно, командир, если свалится, то хоть набор медика останется с нами, - подаёт голос хренов замыкающий.
Этот Андрей, точно травмированный на голову.
- Но вы в этом случае его к набору не подпускайте, - бросаю я его коллегам. - При такой ярко-выраженной несдержанности, не уверена, что он останется целым в его руках. Добыть и уничтожить, верно, Андрей? - от души подъебываю его я, но не слышу привычных смешков.
Мою шутку наоборот сопровождает гробовая тишина.
Что наступила на больную мозоль? Я протягиваю рюкзак Марату и по ходу дела пробегаю по лицам мужчин.
Вот прямо массовое осуждение.
Да пошли вы в задницу! То есть ему хамить можно, а мне нет. Ну так не на ту напали!
Разворачиваюсь, чтобы смело ступить на бревно, но меня тут же тормозит очередное предупреждение командира:
- Вострикова, я разрешения не давал. Ждите. Андрей, не дай, пожалуйста, Юлии Николаевне оказаться правой, - с абсолютно серьезным лицом Марат протягивает замыкающему мой рюкзак.
Да-да, ещё громче поскрипи зубами! С удовольствием съезжу с тобой в местную стоматологическую клинику. Очень интересно, что здесь и как.
- Вперёд, - следует приказ, и Андрей со своим огромным рюкзаком на спине и с моим уже надетым спереди на грудь ступает на бревно.
И оно… покачивается!
Они больные?! То есть его даже не прокопали?!
Я инстинктивно дергаюсь вперёд, но Марат хватает меня за руку.
- Смотрите и учитесь, - жёстко осаживает он мой пыл и оставляет рядом с собой.
И я как завороженная наблюдаю за осторожным переходом Андрея по бревну.
К его середине мне становится понятно, что небольшое равномерное покачивание дерева из стороны в сторону, как раз и позволяет довольно комфортно перемещаться по бревну с большим весом.
Ещё несколько напряжённых мгновений и замыкающий победно ступает на твердую землю.
Я с облегчением выдыхаю.
- Похвальное, Юлия Николаевна, переживание за свой груз, но жизнь человека всё же в приоритете, - возвращает мне мою долю сарказма Марат.
Не могу назвать это справедливым решением, но для условного сохранения равновесия сойдёт. В конце концов с каждым из своего отряда он знаком дольше, чем со мной.
- Я учту.
Марат кивает в ответ и внезапно отдает приказ к переходу все остальным.
И мне предоставляется возможность ещё четыре раза понаблюдать за совершенно разными стратегиями.
Шаг, скорость, общее положение тела. Но пока не попробуешь, не узнаешь.
- Кто, на ваш взгляд, прошел легче всех?
- Андрей.
- Почему?
- Дополнительный вес?
- Да, а ещё отсутствие видимости впереди. Взгляд не всегда удается отвести. А тут естественная преграда, чтобы не смотреть под ноги. Но у вас её не будет. Поэтому смотрите вперёд, держите равновесие и старайтесь чувствовать поверхность.
Легко сказать…
В моих туристических ботинках удобно ходить по камням, но совершенно неудобно передвигаться по такому узкому пути.
Но ведь парни смогли. Смогу и я.
Нет не смогу! Орет мой мозг, как только я ступаю на корявую поверхность высохшей коры, а взгляд мгновенно опускается вниз, оценивая приличную высоту до речки внизу.
Не смотреть вниз!
Я задираю голову повыше, перевожу взгляд на луну и темное ночное небо вокруг неё.
Опять теряюсь и бревно сразу же предательски покачивается. Ничего-ничего. Нужно просто смотреть прямо, а равновесие я держу мастерски, научилась ещё тогда, когда перешла на двенадцати сантиметровые шпильки, пытаясь привлечь своей адской женственностью внимание Верова. Иван Сергеевич не оценил мои усилия, а вот навык устойчивости остался.
Моя задумка пройти по бревну лёгким прогулочным шагом катится ко всем чертям. На третьем шаге я выбрасываю руки в стороны, чтобы помогать себе держать баланс.
Подбадривающий свист не заставляет себя ждать. Хотя может совсем и не он, но мне нравится так думать, и вторую часть пути я плетусь как черепаха, тщательно проверяя то одной, то другой подошвой ботинка, куда делаю следующий шаг.
И вот когда до конца бревна остаётся пара шагов, оно внезапно покачивается и уходит у меня из-под ног.
Взмах руками, потеря равновесия…
- Стоять! - две команды спереди и сзади, но Андрей, в отличие от Марата, который остался на той стороне, успевает раньше.
Он делает шаг ко мне, хватает за кофту и резко дергает на себя, заставляя сделать недостающие шаги.
Ступни приземляются на землю.
Адреналин шурует в кровь в таком количестве, что я слабо различаю речь вокруг, зато надсадные удары сердца идеально.
- Это же какой дурой надо быть, Вострикова?! Шаг за шагом! Какого хрена ты начала частить в конце?! - высказывает мне свои претензии замыкающий.
- Ну что ж, Юлия Николаевна, с первым вас переходом, - в противовес наезду Андрея, спокойно поздравляет меня Марат. - У вас минута.
Передо мной опускают мой рюкзак, и мы продолжаем наш путь.
К счастью, подобных сюрпризов по пути больше не встречается. Хотя мне хватает и рыхлой, рассыпчатой почвы под ногами и все сильнее и сильнее увеличивающегося подъёма. На исходе полутора часов я понимаю, что никаких четырех часов просто не выдержу. Ступни горят от постоянного напряжения, ноги начинают дрожать, лицо пульсирует от непривычной нагрузки, а по спине то и дело скатываются капли пота.
Объяснение командира о том, что днём из-за высокой температуры, такой переход может быть вообще нереален подтвержден.
Ну вот во что я вписалась?!
- Марат, - выдерживаю я ещё двадцать минут и сдаюсь. - Я больше не могу.
- Не понял, - он лишь слегка поворачивает ко мне лицо, но даже и не думает останавливаться. - Вы же идете.
- Да, но больше не могу.
Я останавливаюсь и будто повисаю в каком-то горящем коконе.
- Никаких остановок. За мной, - безжалостно командует он, а в мой рюкзак прилетает толчок Сэма и его же шепот.
- Ещё десять минут.
Десять. Хорошо. На десять я ещё наскребу своих сил, но потом вам меня не сдвинуть. Как мантру бурчу я себе под нос и иду, иду, иду.
- Эй!
Внезапный громкий крик заставляет отпрянуть, и я впечатываюсь все в того же Сэма. А перед нами с трёх сторон появляются воинственно настроенные мужики.
Да пофиг. Лишь бы дали посидеть.
Но посидеть мне не удаётся, потому что один из незнакомцев моментально выхватывает меня взглядом из отряда и задаёт вопрос Марату:
- Кто это?
Мне хватает моих небольших познаний в испанском, чтобы перевести его слова, а тем временем ствол его оружия, которое он держит наперевес, указывает на меня.
Марат не заставляет себя долго ждать и отвечает, но из всех слов я узнаю только "доктор".
С языком тут нужно срочно что-то делать. Вариант, что все вокруг меня будут разговаривать, а я как дурочка стоять и не понимать ни слова, мне не подходит. Нужно внести это в список приоритетных задач.
- Привал, - обращается ко всем нам командир, и я с облегчением выдыхаю.
Парни снимают свои рюкзаки, передавая их хозяевам положения. В результате я оказываюсь единственной с прежней ношей.
- Вострикова, привал в этот раз не для вас, - опережает мои действия Марат, приближаясь и подхватывая рюкзак, который я пытаюсь снять.
- Почему? - таращусь на командира во все глаза.
- Потому что для вас есть ещё одно задание.
- Выполню всё, что захотите, только если никуда не нужно будет идти, - выдвигаю я ему своё условие.
- Нужно, но я помогу.
- Понесете меня? - с ухмылкой продолжаю выделываться я, просто потому что сильно устала.
- Если понадобится, да.
- Щедрое предложение, - фыркаю, но до меня доходит, что Марату, кажется, вообще не до шуток. - Я готова, - поспешно соглашаюсь и вижу, как его отпускает.
Не уж то думал, что я совсем тупая?
- Командир, приказ? - рядом появляется Михаил.
- Я уже сказал, привал.
- Время?
- На два часа.
- Принято.
- Вперед, Вострикова, - Марат закидывает себе на плечо мой рюкзак и, как настоящий джентльмен, уступает мне дорогу.
И мы, оставив свой отряд позади, следуем за незнакомцами.
Ноги по-прежнему гудят. Но без груза за спиной идти намного легче.
- Юлия Николаевна, им нужна ваша консультация и помощь. Здесь, поверьте мне, умеют быть благодарными.
- Верю, но за заведомо провальный случай я не возьмусь.
- Никто и не настаивает. Сделаете ровно столько, сколько сможете.
Ещё десять минут в пути, и мы добираемся до лагеря, который очень сильно смахивает на наш.
Тот мужик, который тыкал в меня дулом, подходит ближе и разражается длинной, ни хрена непонятной речью.
- Пойдешь одна. Сделаешь, что попросят, - кратко переводит мне командир.
- Почему без вас? - вскидываюсь я.
- Лишние глаза и уши им не к чему.
Марат передает мой рюкзак главному, который махнув рукой, приглашает следовать за собой.
Мои ноги все ещё дрожат, поэтому единственным желанием остается возможность наконец-то присесть. И мне ее предоставляют, когда мы заходим в небольшую палатку, служащую кухней.
Мой сопровождающий выкрикивает имя "Силла", и через мгновение перед нами появляется худенькая, зашуганная девушка.
Мужик бесцеремонно хватает её за подбородок. Выворачивает голову так, чтобы на лицо упал тусклый свет единственной лампы в палатке, и я вижу огромную воспаленную рану, идущую от виска к подбородку.
- Мне нужно, - говорю я по-английски в надежде, что меня поймут, но для подстраховки протягиваю обе руки к моему рюкзаку.
Мужик опускает его на землю, отступая и позволяя мне заняться своим делом.
На стол передо мной отправляется большая стерильная салфетка, антисептик, бинт и мазь. Я так же достаю из рюкзака специальный фонарь на голову, тут же надеваю его и включаю свет.
Девушка мгновенно жмурится и отступает, но спустя несколько мгновений привыкает и делает шаг назад. Я аккуратно промываю рану. Особой боли быть не должно, но из глаз девушки безостановочно текут слёзы.
Если бы я была дома и в достаточной степени владела языком, мой первый вопрос был бы - где она получила свою травму? Но ни одно из этих условий не совпадает, и мне приходится заниматься чисто механической работой.
- Ты говоришь по-испански? - интересуется по-английски сопровождающий меня мужик.
- Нет, но собираюсь учить.
- Ты в нашей стране, и могла бы позаботиться об этом заранее.
- Лучше поздно, чем никогда, верно? - криво улыбаюсь ему я.
- Всё хорошо вовремя, - осаживает меня он.
- Да. Можно мне воды, пожалуйста. Чувствую, самое время освежиться.
- Как закончишь, Силла тебе даст, - грубо отшивает он меня, отходит в сторону и начинает что-то высказывать двум занимающимся мытьём посуды женщинам.
- Ты говоришь по-английски? - шепотом интересуюсь я у девушки.
Она отрицательно машет головой.
Тогда я молниеносно достаю из рюкзака блокнот и ручку, всовываю их в руки девушки и полностью загораживаю её от нашего надсмотрщика.
Мазь, бинт, фиксация. Из-за загноения раны, я добавляю Силле антибиотики.
Вырываю из блокнота лист, как раз в тот момент, когда мужчина замечает его в руках у Силлы. И складываю на его глазах отличный конверт для лекарств.
Выпиваю свой стакан воды, желаю всего хорошего и выхожу из лагеря к Марату.
- Со всем справились?
- Если вы про лечение телесных повреждений от побоев, да. Я справилась.
- Вот и славно.
- И это все? - взрываюсь от возмущения я.
- Это стопроцентно монастырь, Юлия Николаевна, куда не следует лезть со своим уставом. Это другой мир. И чем раньше вы примите его правила, тем легче вам будет смириться с действительностью.
- С чего вы взяли, что я буду мириться с такой действительностью? - стиснув зубы, выдаю я Марату.
- Не знаю. Надеялся, что вы умнее, чем показались мне на первый взгляд, - абсолютно спокойным голосом хамит он мне в ответ.
- Простите, что разочаровала, - я фыркаю ему в лицо, игнорирую его руку протянутую за моим рюкзаком и закидываю его на плечо.
- Ничего страшного. Вам, Юлия Николаевна, видимо нужны эти жизненные уроки. Получайте свои шишки. Пока вы не ставите под угрозу безопасность отряда, я могу позволить вам их набивать. У вас есть какие-то конкретные соображения по возмутившей вас ситуации?
- Да, - даже не думаю смущаться я. - Я видела, что вы знакомы с этими людьми. Они зависят от вас. Значит, у вас есть на них определенное влияние. И вы можете им воспользоваться.
- С чего вы взяли, что мы можем на них влиять? Мы зависим от них в той же степени, что и они от нас, - оборачивается ко мне Марат, на секунду приостанавливаясь.
- Ну как же? Вы сказали, что они умеют быть благодарными. Это же личное одолжение, верно?
- Ха, у вас хороший слух и память, Юлия Николаевна.
- Угу, схватываю на лету.
- Только не то, что надо.
- Что мне надо, я пока ещё решаю сама.
- Скажите честно, причина вашего здесь появления - это то, что Рудов развел вас на слабо?
- С чего вы взяли?
- Ни для кого не секрет, что вас выбрал он сам. А с вашей жизненной позицией, Юлия Николаевна, вами очень легко манипулировать. Вы попались в его ловушку?
- Нет. Наоборот, он помог мне.
- Шутите?
- Вы же приняли меня в отряд.
- Рудову не отказывают.
- Считаете, что он саботирует свой собственный бизнес?
- Нет. На Егора это точно не похоже.
- Но вы, Марат, умело перевели тему. Я хочу знать, на какую благодарность я могу рассчитывать за оказанную помощь.
- Деньги.
- Не интересуют.
- А что вас интересует, Юлия Николаевна? - тормозит он, разворачивается и нависает надо мной так, что мне приходится полностью откинуть голову назад.
- Возможность отвезти девушку в больницу и нормально её обследовать, - без запинки выдаю я.
- Зачем? - голос Марата становится тише, и это здорово напрягает.
- Я должна убедиться, что у нее нет сотрясения и вообще…
- Что вообще?
- Оказать ей максимальную поддержку.
- Юль, ты реально дура? Или просто проверяешь моё терпение?
- Ого… Как-то оно у вас быстро закончилось, - поражаюсь я его молниеносному переключению.
- Ещё нет, но твоя наивность очень способствует.
- Знаете, Марат, моя наивность помогает мне делать такие вещи, от которых многие отказываются сразу же. А я делаю. Да, приложив больше усилий. Да, в чем-то рискуя. Да, не надеясь на удачу. Но я беру и делаю. И если есть, хоть один шанс. Я не отступаю.
Кажется, командир становится ещё больше и заполняет собой все пространство вокруг.
- Я посмотрю, что можно сделать, Юлия Николаевна, - неожиданно он говорит так, как будто мгновение назад, все было прекрасно и замечательно.
Это что за херня? Он меня проверяет?
Весь обратный путь до места, где отряд расположился на привал, я гоняю тревожные мысли.
Нет, я не дура и знаю, что все очень сложно, но это не значит, что надо закрывать глаза на откровенную несправедливость и делать вид, что ничего не происходит.
- Хэй! Ну что, Гонсалес заценил нашего доктора? - встречает нас Костя, попивая, какой-то дымящийся напиток из жестяной кружки.
- Ещё как, - делится впечатлением Марат. - Юлия Николаевна произвела неизгладимое впечатление.
- Плохо, - мрачно констатирует Михаил.
- Ничего, у меня ещё будет шанс подправить это впечатление, - с усмешкой выдаю я и ловлю на себе взгляды, явно говорящие, что с головой у меня точно не в порядке.
Да плевать! Ненавижу козлов, распускающих руки!