= 44 =

РУСЛАН

Игрокам во время сессии, разрешается немного халявить, но я не привык. Если есть возможности не тянуть, сразу решаю проблему и прощаюсь с ней.

Поэтому с трудом, но сдаю экзамен. Потому что учить его было то еще удовольствие.

Вика не выходит из моей головы.

Чертовски меня запутала. Ни одного сопротивления. Ни одного запрета. Но какого тогда черта прервала все в одно мгновение, словно ничего и не было? А меня тянет как долбанного наркошу. Получил вчера микродозу и все мысли заполнены ей.

Видимо все же не подхожу по социальному статусу. Не дорос до принцессы. Другого объяснения не вижу. Перьяков неважно какое дерьмо. Он – сын банкира. Тыл хорошо устроен. И она с ним. Бабки побеждают всё. Где-то глубоко внутри коробит, но на деле, как и было, я не стесняюсь того, кто я есть.

До тренировки херова туча времени. Успеваю съездить на пару заказов. И все равно остается почти два часа до тренировки, но мне не привыкать приходить раньше. Я даже люблю свои одиночные тренировки. Могу сосредоточиться.

Особенно сейчас, ага. Бля-ядь. Как ее выбить из своей головы?

Выхожу из раздевалки и застываю. Оглядываюсь. Но это точно она. И она одна. Артемьева сидит на полу, практически в позе лотоса у стены. Она в больших розовых наушниках и спиной ко мне. Перед ней тетрадка, а в руке карандаш. Голое колено двигается, должно быть, в такт мелодии в наушниках. На ней черные спортивные шортики, и сверху укороченная олимпийка, волосы собраны наверх в пучок.

Замираю на некоторое мгновение просто любуясь. Ее нога останавливается, и она резко оборачивается. Снимает беспроводные наушники. Ее олимпийка расстегнута и спортивный топик телесного цвета плотно обтягивающий ее грудь и доходящий до талии выводит меня из состояния «человек разумный», потому что ее тело — это дело рук самой Афродиты. Сглатываю, пытаясь найти ее глаза. Но она их прячет от меня. Ее взгляд где угодно.

- У вас уже тренировка? – смотрит на часы и хмурит брови.

- Еще нет, - говорю, а сам с жадностью рассматриваю ее лицо. Каждую черточку. Потому что она прекрасна. – Можно? – киваю на место рядом с ней.

Ее взгляд теперь встречается с моим. Это жидкое золото сжигает изнутри на хрен. Пусть это будет дольше. Слегка пожимает плечами, кивнув. Сажусь рядом, оставляя мяч около себя.

- Тебя можно поздравить?

- Я -капитан, - мелькает быстрая и довольная улыбка. Она вновь опускает ресницы в тетрадь. В ней нарисованы три треугольника и в каждом какие-то точки.

- Кто бы сомневался, - хмыкаю

- Но как видишь никто не пришел на тренировку, - обводит зал взглядом.

- Ты зашла с ноги. В спорте такое не цениться, - говорю. Она поджимает губы и кивает.

- Ничего. Скоро все будут проситься назад, - уверенно заявляет.

– А Ксюша и Майя, тоже не пришли?

- Я их отпустила. Мне нужно было подумать.

- И как? Мир будет завоеван?

- Еще бы, - фыркает. Смеюсь. Мне так тепло рядом с ней. И как бы я не злился, сейчас будто все это испарилось. Чувствую ее нежный едва уловимый аромат и хочу как можно дольше быть здесь. С ней.

- Я часто прихожу перед тренировкой заниматься сам, ну ты в курсе, да? Не против?

- Мы не будем здесь тренироваться, - отводит взгляд, - я договорилась, тренировки будут в нашем кампусе с завтрашнего дня.

- Подальше от меня?

Выдыхает. Поправляет выбившуюся прядь за ухо. Затем поднимает тетрадь с пола, а я накрываю ее ладонь своей и теперь она смотрит мне в глаза, заставляя мое сердце разгонять кровь в два раза быстрее.

- Не уходи, Ведьмочка, - прошу. И она послушно остается сидеть, мягко освобождая свою руку и касается моей щеки. Прикрываю глаза, просто наслаждаясь мягкостью и нежностью ее кожи. Ведет по щеке и запускает руку в волосы, а я замираю. До мурашек.

Открываю глаза и тону в золоте, потому что у нее прямой взгляд.

- Я не встречаюсь с Кириллом, - признается неожиданно тихо. – Не хочу, чтобы ты думал, что я с ним.

Удивленно вскидываю брови, испытывая одновременно изумление и облегчение. Что она говорит? Тогда к чему все это? Почему?

- Что же случилось с нами, Ведьмочка? - также как она спрашиваю тихо, вглядываясь в микровыражения на лице. Косметика хорошо скрывает, но мне заметна ее усталость и потухший взгляд. - Я тебя как-то разочаровал?

Вскидывает глаза, а затем привычно касается моего лба своим и качает головой.

- Просто, - говорит, - нам не по пути. Вот и всё, Рудников.

А потом ее губы, против ее слов, нежно касаются моих губ, и я с легкостью поддаюсь на это соблазнение. Касаюсь ее голой спины на уровне талии и углубляю поцелуй. Ее легкий выдох, заставляет меня воспламениться и забыть о том, где мы. Моя рука поднимается ныряю через резинку топа и касаюсь чувствительной вершинки. Сжимаю и мну, мне этого так чертовски мало… Вика чувственно издает легкий стон, от которого напрягаюсь всем телом. Терзаю ее губы жёстче. Яростнее. Мне хочется получить все ответы. Потому что до одурения хочу ее. Хочу не просто целовать. Хочу ее всю себе обратно в свою жизнь.