= 46 =

ВИКТОРИЯ

После того, как быстро принимаем душ, осторожно выходим. Уже скорее всего никого нет. Но, если случайно застукают, может возникнуть скандал. И тогда точно дойдет до папы. А этого хотелось бы избежать.

Руслану же будто на это плевать, в коридоре переплетает наши пальцы. А я уже будто и забыла, как круто быть возле него маленькой и хрупкой.

- Мне вчера позвонил скаут с Московской команды, - рассказывает Рудников, открывая одной рукой дверь передо мной. И мы выходим в солнечный вечер.

- И что это значит? - поднимаю к нему лицо. Он тоже поворачивает голову. И вместо ответа целует со словами: «Ц, невозможно». Его губы мягко и нежно ласкают мои, и внутри зарождается неописуемый трепет, даже несмотря на то, что еще десять минут назад мы горели в объятьях друг друга. Отстраняется, снова берет мою руку.

- Я им понравился. Пока скауту. Хотят меня посмотреть. Договорились, что после сессии отравлюсь на смотр в Москву.

Останавливаюсь.

- Это что же? Тебя могут взять в самую настоящую команду?

- Да, Ведьмочка, меня могут взять, - улыбается, затем пожимает плечами, - а могут и не взять. Все зависит от меня. И того насколько им зайдет.

- Но это же такой шанс! И сразу Москва! Это прям здорово, Русь! А что будет если тебя возьмут? Ты переедешь в Москву? А как же учеба? Или ты бросишь?

Мне не нравится мысль, что он может оказаться настолько далеко от меня. Мое сердце сразу наполняется грустью. Однако рядом с ним я и мыслить трезво не могу. Ведь быть вместе мы все равно не можем.

Руслан снова улыбается.

- Для начала нужно пройти отбор, а там видно будет, - сжимает пальцами мою ладонь.

Мы останавливаемся.

- Я хочу довезти тебя. И совсем не домой, - касается мой скулы, нежно проводит пальцами по контуру, следя за своими движениями. А я не могу оторвать взгляда от его лица. Боже, как не хочу его терять, если бы кто знал. Но еще больше не хочу ему неприятностей. И почему у нас так. Это так несправедливо!

- Нельзя, - грустно улыбаюсь, - меня уже ждет папин водитель. Он теперь его каждый день за мной присылает.

- Вика, - поднимает за подбородок мое лицо, заглядывая в глаза, - я твой парень, и я справлюсь со всем. Не нужно меня защищать. И выгораживать не нужно. Я сам. Хочешь прямо сейчас поедем к твоему отцу поговорим?

- Нет, - быстрее, чем нужно реагирую, - это пока подождет. Тем более его нет в городе.

Папа его в тотчас сотрет в порошок это сто процентов. И будет гореть Московская команда пепельным воспоминанием и все его будущее. Слишком многое на кону.

- Ладно, - говорит и крепко целует в губы. А потом мы еще долго стоим обнявшись, я слушаю стук его сердца и наслаждаюсь им, вбирая этот момент.

На парковке сажусь в машину. Нужно придумать план. План, чтобы исключить себя для Руслана. Нам нужно расстояние. И здесь есть только один выход. Я попрошу папу помочь мне поехать на учебу в Англию, как Алекс. Вот, черт! Вообще не собиралась уезжать! Начинаю злиться на брата. Он как раз вчера вечером сообщил, что вернулся и я знаю, где он зависает.

- Подождите, - говорю водителю, - поехали в «Бешенный сарай».

Мы разворачиваемся и едем по указанному адресу, а я откидываюсь на спинку и закрываю глаза. Как же все неправильно! Мне так хорошо с Русланом! Я и представить не могла, что этот сероглазый парень сможет так прочно занять свое место в моем сердце.

- Алекс! – открываю дверь так, что она бьет о стену. За столом сидят Рэм и Александр, склонившись. Потому оба вздрагивают. Встречаюсь взглядом с братом. За мгновение непонимание сменяется догадкой. – Я тебя убью, Алекс!

Начинаю двигаться к нему ища предметы чтобы швырнуть.

- Вот черт, - говорит серьезно, переглянувшись с Рэмом, - она идет убивать.

-Что за хрень? - хмыкает тот неуверенно и тут же отклоняется от диванной подушки, которую неудачно пытаюсь запульнуть в Алекса.

- Лучше беги, - советует ему брат и перепрыгнув стол, который уже огибаю с другой подушкой в руке, бежит к выходу. Я за ним. Он глупец, если думает, что я его не убью!

Некоторое время мы бегаем по пустому клубу. И мной движет такая злость, что не могу остановиться. Словно мы снова в детстве, когда он был милым мальчиком и у меня отхватывал. Наконец, загоняю его или он позволяет, мне нет времени анализировать.

- Как ты мог ему рассказать! – догоняю его и луплю подушкой, но он ее ловит. – Я же тебе… а ты!

- А что? Он намочил штанишки, твой Рудников? - пристально смотрит в глаза.

- Хуже, - опускаю руку, и прислоняюсь к стене рядом, - он собирается поговорить с папой, и он вообще нисколько его не боится. И говорит, чтоб я не переживала и не лезла… Он ведь совершенно не знает о чем говорит!

- Да? Где ты его такого вообще откопала…ай! За что?

Получает от меня подушкой.

- Зачем ты ему сказал?

- И что ты думаешь?

- Что я думаю? – приподнимаю руку. - Зачем, Алекс? Я разве просила тебя?

- Убери свое оружие, - указывает на мягкий предмет в моих руках. – Так надо, малая. Пусть пацан знает…не-не. Опусти. Когда там падре великий приезжает?

- Завтра. А что?

- Надо посетить семейный ужин своим присутствием, - хмыкает.

- Придурок, из-за тебя мне придется уехать, - выдыхаю, бросив подушку и закрывая лицо ладонями. – Я не смогу позволить Руслану перечеркнуть всю жизнь.

- Куда уехать?

- Буду просить папу устроить меня на учебу в Англии. Или еще где! Подальше отсюда! Придурок! – хлопаю ладонью по его плечу. А он улыбается и толкает меня им.

- Ты там не сможешь. Там придется быть обычной девчонкой, - указательным пальцем слегка поддевает мой нос. Смотрю на него максимально укоризненно.

- Ты накосячил, Алекс, это не твои тупые игры! Я тебя не просила лезть! – отталкиваюсь от стены. – Ты не представляешь, что сделал! Больше не подходи ко мне! Никогда!

- Ты за время моего отсутствия стала та-акой ворчуньей, - замечает брат. Показываю ему средний палец, прежде чем выйти из помещения.