- 27 Кирилл -

Когда узнаю, что Ангелина как-то пробралась на территорию, разворачиваю машину и возвращаюсь домой.

Какого, блядь, хера? Куда смотрит охрана?!

Злость клокочет так, что едва проезжаю ворота, как бросаю тачку. Ко мне спешит один из парней - Паша.

- Кирилл Дмитриевич, там к вам гостья.

Хватаю его за грудки, встряхиваю.

- Вы там совсем окосели, черти полосатые?! - рычу, пока еще сдерживаясь. - Или протокол для вас бумажка, которой подтереться?!

Парень бледнеет, дергается.

- Так начальник сказал, что она в списках, - блеет как безмозглая овца. Отпихиваю идиота и едва не бегом иду к дому.

И уже возле дверей мелькает подозрение - а мог ли Михаил забыть вычеркнуть ее из них? Да ну нет же. Или??

Открываю дверь и охереваю. Эта дрянь и правда заявилась. А ведь я до последнего думал, что это какая-то путаница.

- Ты что здесь делаешь?! - рявкаю на Ангелину. Та даже не дергается, зато Влада мгновенно напрягается.

Мажу по ней взглядом - чисто на инстинктах, чтобы убедиться, что порядок. Следом замечаю мелкого пацана рядом с незваной гостьей.

- О, Кирюша, - елейным тоном протягивает дрянь. - Неужели не рад мне?

Ну, надо же, какая красивая игра. И ведь раньше я покупался на подобное. Не считывал то, что пряталось за этим фасадом.

- Ты как прошла через охрану? - спрашиваю и снова смотрю на мальчишку. - И это…

- Да, милый, твой наследник. Так что, готов, наконец, поговорить, или так и будешь рычать на меня?

Пиздец, какой расклад тут. Ну, куда ветер дует, и так понятно. Вопрос, почему она раньше не заявилась. Зачем столько выжидала? Снова смотрю на пацаненка, и что-то в его отрешенном выражении лица режет глаза. Что-то здесь не так. И тот разговор, который у нас сейчас состоится с этой дрянью, точно не для детских ушей.

Подхожу к Владе, ловлю ее взгляд. Знаю, что у нас с ней сейчас все ой как непросто. Я еще только ищу, как подобраться к ней, но что-то подсказывает - она не откажется помочь.

- Влада, посиди, пожалуйста, с…

Оборачиваюсь к бывшей, а та насмешливо фыркает:

- Ваня. Его зовут Иван.

- Побудь, пожалуйста, с Иваном, пока мы с Линой обсудим кое-что.

- Нет, Кирюша, сначала мы кое-что обсудим прямо здесь. И если я решу, то останусь и позволю этой забрать моего сына.

Мне стоит немалых трудов снова сдержаться - не ради этой стервы, нет. Во-первых, я не хочу пугать Владу. Во-вторых - мелкого. Чей он там ребенок - еще предстоит разобраться. Но в любом случае не стоит его нервировать.

- Например? Полагаю, ты пришла торговаться? Что в этот раз? Деньги?

Лина широко улыбается. Дрянь. Какая же она сучливая дрянь. Почему мне потребовалось столько времени, чтобы это понять?

- Ты всегда был сообразительным, Кирюш.

- Ладно, - рублю, заканчивая балаган. - Обсудим в кабинете.

Только после этого Лина отпускает сына, а тот как-то потерянно вздыхает, поднимает на нее взгляд. У меня было нормальное детство - отец, как надо. Мать тоже. И я каким-то внутренним чутьем сразу считываю, насколько фонит от мелкого странной обреченностью. Дети в его возрасте веселы и беззаботны. Иногда капризны, крикливы. Но они не смотрят на мать вот так.

- Вань, пойдем со мной? - тихо говорит Влада. И как же я ей безумно благодарен в этот момент.

Тот медленно переводит на нее взгляд. Снова смотрит на мать с затаенным ожиданием, но она легко отбрасывает его маленькую ладошку, словно он - ненужная вещь.

И если выяснится, что он и правда мой сын, что все это время она обращалась с ним вот так…

Сжимаю кулаки, пытаясь удержать остатки контроля. Вижу, как корежит Владу, и иррациональное удовлетворение от того, что наши эмоции совпадают, разливается в груди.

Они с Ваней уходят в гостиную, а Лина даже не смотрит в сторону мальчишки. Будто ей вообще плевать.

- Что, думаешь, не твой? - нагло ухмыляется она.

- В кабинет! - цежу, понимая, что еще немного, и все. Завеса упадет, и тогда ей будет пиздец. Я не трогаю женщин, но, кажется, в этот раз сделаю исключение.

Ангелина царственной походкой от бедра следует в нужную сторону. Естественно, она здесь хорошо ориентируется. После того как она свалила, я так и не решился сменить дом. Черт знает, почему. Сначала болел нашим прошлым. Потом было как-то не до этого. А после - привык. Стало все равно.

- Итак, сколько пацану?

- Чуть больше трех, - уверенно заявляет она. - Ванька родился раньше срока, - поспешно добавляет Лина. - Если сомневаешься, то вот, - достает из сумки листок бумаги. - Тест на отцовство.

Смотрю на нее, медленно забираю якобы доказательство. Впрочем, я таких с десяток нашлепаю. Мысленно помечаю название клиники.

- Как?

Бывшая ухмыляется.

- Считаешь, это сложно, Кирюш? Когда есть деньги, возможно все. Ты ведь сам так говорил когда-то. Думаешь, твой материал так сложно добыть?

В голове начинают крутиться шестеренки.

- И кто?

- Так я тебе и сказала, - фыркает сука. - Сам проверяй своих ребяток. Ну, и сегодня я сюда попала, сам понимаешь, не просто так.

Тварь. Ладно. С этим проебом я еще разберусь.

- Зачем? Почему сейчас?

Она недовольно морщится.

- Я не собиралась тебе вообще Ваньку показывать. Когда поняла, что беременна, было уже поздно. Мосты сожжены, - пожимает она плечами. - Думала, рожу для себя.

- И твой новый хахаль нормально это воспринял?

Я же помню, как она быстро нашла себе нового мужика. Резануло это тогда. И сильно.

- Это неважно, - отводит взгляд Лина. - Но Ваня - он… У него что-то не так. Врачи особо ничего не говорят. А мне некогда с ним нянчиться.

Пиздец, блядь. Просто ебаный пиздец. С ребенком что-то не так, а этой суке тупо некогда!

- И ты поняла это только сейчас? - говорю тихо, но внутри клокочет так, что в ушах шумит, а перед глазами алым полыхает.

Лина равнодушно жмет плечами.

- Слушай, я с токсикозом полгода лежала, потом на родах чуть не сдохла, три года я ним нянькалась. Твоя очередь. Ты папаша все-таки.

- А через три, что, снова твоя вахта?!

Этот ее цинизм поражает. Я, конечно, всякого повидал. Но чтобы женщина вот так относилась к ребенку…

- Посмотрим, - усмехается она. - Ну, или ты можешь выкупить права на Ванечку.

Вот тут меня окончательно кроет - подлетаю к этой дряни, встряхиваю как куклу так, что у нее зубы клацают.

- Ты совсем охерела? Ты, блядь, вообще, в своем уме? Пацана продать решила?!

- А если и так, то что? Ты кто такой, чтобы меня осуждать?! А?! Где ты был, когда мне нужна была помощь, и я осталась одна? Где?!

- Ты…

- А я скажу где - сидел! - визжит она, пытается отбиваться. Но куда там - силы у нас неравные. - Ты обещал, что все будет в порядке, и подставил меня!

- Это была всего пара недель! - ору в ответ. - Всего пара! А ты успела лечь под другого!

- Потому что мне было страшно, ясно? Потому что я не хотела оказаться за решеткой, как и ты! Потому что мне угрожали!

Отпускаю ее, брезгливо кривясь. Я отлично знаю, что и как тогда произошло. И не было там никакого криминала в ее сторону. Парни, которые присматривали за ней, все поминутно отслеживали. Просто Ангелина испугалась, что лишится кормушки, а когда один из моих вроде как партнеров подкатил к ней яйца и пообещал красивую жизнь, она рванула со всех ног.

- Сколько? - спрашиваю, понимая, что этот вопрос я закрою одним единственным способом.

- Десять миллионов, - совершенно иным голосом отвечает она. Снова становится деловой акулой, которая и мать родную продаст.

Черт, ну как же я этого не увидел?

- Вначале тест ДНК. Своей бумажкой можешь подтереться.

Она криво ухмыляется.

- Не надейся, Кирюш. Будь хоть один шанс, что он был бы не твой, я бы не рыпнулась. Но Ваня… Он порой даже смотрит, как ты, - она передергивает плечами, будто ей противно от собственного ребенка.

Ну, говорю же - тварь.

- Пошла вон. С тобой свяжутся, когда я получу результаты.

Она разворачивается, но у самых дверей тормозит.

- А знаешь, я даже польщена, что ты нашел замену мне, а не Соньке Тарской, по которой сох так долго.

Устало смотрю на нее. Наш разговор настолько вымотал меня, как не выматывали даже долгие напряженные переговоры со сложными партнерами. Опять двадцать пять. С чего она вбила себе в башку эту тупую мысль? Да, работал я на Тарского долго. Нормальный был мужик, пока не зарвался. Именно он помог мне тогда выйти из СИЗО.

Разошлись мы с ним во мнениях, и я ушел от него в свободное плавание. А дочь его… Она росла у меня на глазах, и относился я к ней, в общем-то, как к сестренке младшей. Но Лина в какой-то момент вбила себе в голову что-то другое. Черт знает, почему.

- И где только нашел такую дешевую подделку, - добивает меня между тем эта стерва. Если бы не видел, что она провоцирует намеренно, возможно, впервые сделал бы исключение и ударил женщину - мать моего сына. Но за Владу я…

- Вон.

Ангелина надменно ухмыляется и, наконец, сваливает.

Блядь, ну что за мать из нее? Просто ушла, оставив ребенка непонятно с кем. Ладно, я точно знаю, что Влада не обидит малыша. Но ей-то откуда знать?

Хотя чего ждать от кукушки, которая его как скот только что продала?

Прежде чем пойти в гостиную к своим, беру паузу, чтобы успокоиться. Подхожу к окну и наблюдаю, как охрана выпускает Ангелину. И только тут ловлю себя на том, что подсознательно уже назвал своим не только Ваню, но и Владу.

У меня детей не было, и, прямо скажем, я не особо о них задумывался. Но, кажется, даже с ребенком я понимаю, что делать больше, чем с Владой.

После всех моих косяков мне разгребать и разгребать. Но когда я боялся трудных задачек?

Еще несколько минут уходит на то, чтобы отдать распоряжение насчет анализа, а затем недвусмысленно даю понять Климову, что его ждет серьезный разговор.

Когда открываю дверь в гостиную, застаю интересную картину - Влада на диване. Мальчишка засунул у нее на коленях, как котенок. И так это все кажется правильно и естественно, что в грудине тянуть начинает.

Может, вот оно - то, о чем толковал когда-то Михаил?

Влада настороженно смотрит, и я отчетливо вижу - у нее миллион вопросов. Но она ждет. А я просто залипаю на нее. Просто кайфую, что сейчас она не убегает, пусть и вынужденно. И возможно, подпустит меня чуть ближе.

Мне же совсем немного надо, малыш. Всего на расстоянии руки. Потом я все сделаю как надо, уж поверь.

- Кто это был? - Влада все же сдается первой. А я отлично считываю, что у нее не просто любопытство в голосе, но и что-то женское, когда они полагают, что на их территорию покушаются.

Вряд ли она даже себе отдает в этом отчет. Но для меня это надежда.

- Это долгая история, - вздыхаю, проходя вглубь комнаты, присаживаюсь рядом с Владой, отчего она тут же напрягается, хотя я держу дистанцию и стараюсь не давить. - И не очень красивая. Уверена, что хочешь знать?

- А ты расскажешь правду? - парирует она, а взгляд при этом такой цепкий и настороженный.

Вот теперь мне придется выбрать, посвящать ли ее в некоторые подробности, о которых предпочитаю не помнить даже я?