Глава 36

–Как бы ни были велики силы, противостоящие тебе, самое главное – быть абсолютно к ним равнодушным. И делать своё дело. – Тех, кто упорно отказывается сдаваться, невозможно победить. Кристофер Майнфорд С какого момента моя умеренная прекрасная жизнь превратилась в ад, устроенный семейством Стрельниковых? Понимаю, что и сам кое в чём был не прав. Но всё же происходящее с каждым днём всё больше походило на абсурд. Меня, одного из самых сильных существ во многих мирах тащит… человек. Неизвестно куда и зачем, потому что он продолжает молчать. И это происходит в моём собственном доме! Каким-то образом он безошибочно знал куда идти и ни разу не столкнулся со слугами или стражами! Он всего лишь посматривал на тот самый прибор и уверенно прокладывал себе дорогу. Я понял, куда мы направляемся только когда почувствовал прохладу. Это было странно. Не чувствовать своё тело, но ощущать климатические изменения. Что за средство такое? Технический мир никогда не стоит недооценивать – это первый урок, который усвоил на Земле. И даже когда вернулся оттуда, он продолжал мне это доказывать. А я по глупости сам позволил и допустил это. Слава нёс меня в подвалы. Зачем? Всё больше странностей и всё меньше понятности. Но то, как Стрельников без последствий пережил переход, окончательно убедило меня в собственной правоте. Значит Кирин обморок при нашей первой встрече был связан с потрясением, а не физической реакцией. Сам лично я альвов не встречал. Парочку застали первые вампиры, когда пришли на Комору. Мы тогда объединились с кучкой магов, чтобы отловить их всем вместе. Слишком опасны те были. Для нашей расы так точно. Но мало кто знал, что тогдашний Верховный – Майло Юманз остался неравнодушен к арии и тайно оставил её при себе. Если точнее, то об этом не то чтобы мало кто знает – никто кроме Верховных. И то только потому, что мы передаем наши знания для приемников на кристалл, перед тем как чувствуем, что скоро уйдём за грань. Только период правления, а не всю жизнь, само собой. А когда вступаешь в наследование – тебе достаётся память предков, чтобы учиться на их ошибках. Так что я вспомнил описание Майло, который питался своей Мириной. Он описывал её кровь как нечто манящее со вкусом цитруса и шоколада. И именно такая смесь и была у меня во рту, когда кормился от Костика. Альвы! Потомки альвов! Кто бы мог подумать?! Не я. Вот уж точно не я. Мирину, кстати, всё же убили. Маги. Беременную. А Майло тогда спятил, жестоко отомстил и ушёл вслед за ней. Тогда много магов полегло. И немногим известно, что из-за этого многие из них покинули Комору, скрывшись в неизвестном направлении. А после его правления пришёл род Майнфордов и с тех пор так и не выпускает бразды власти из своих рук. Но видно злой рок подкинул мне арию, чтобы прекратить и нашу цепочку Верховных. Ведь, если они родные братья и сёстры, получается и в Эээ, то есть в Кире, есть толика крови Единого или Двуликого. И как следствие авров. Поток моих мыслей прервался на том, что меня занесли в винный погреб и положили на пол. Затем Слава начал быстро действовать. А точнее – связывать меня. Теперь ко мне стремительно начали возвращаться силы, несмотря на обездвиженное состояние. Но всё равно. Наверное, я сошёл с ума. Меня стало всё это забавлять. Из крайности в крайность. Ну умеют Стрельниковы удивлять – это точно. Начинаю к этому привыкать. Да и честно говоря, с ситуацией отчасти меня примирило то, что они хотя бы не обычные люди. Альвы когда-то были почти равны Верховному по силе. Так что, зная на кого нарвался (пусть и не проявившихся, но всё же) легче воспринимать своё поражение. Слава тем временем обмотал меня какой-то очень тонкой проволокой и сел напротив. Достал блокнот, странное перо и начал что-то рисовать, поглядывая на свой прибор. Проходили секунды и минуты, когда, наконец, почувствовал, как тело заболело, и накатила слабость. Чёртова слабость! Я дёрнулся, чтобы разорвать то, чем меня опутал брат Эээ, но тут же ощутил, как меня бьёт током. Слабо. Не так как в квартире у Киры. – Это предупреждение, – тихо проговорил Слава. – Не рыпайся. Бесполезно. Или как любит выражаться Димка – «сопротивление невозможно». Последние два слова он произнёс со странным акцентом. – Что ты хочешь? – спросил уставшим голосом. – Я же и так обещал помощь. – Ты не так много и обещал, – хмыкнул русый мужчина. – Да и встань на моё место и перестань задавать глупые вопросы. Мы сейчас находимся где? Мне нужна информация. Про Комору, мироустройство, кто ты такой, кто твои враги, где была Кира, когда исчезла. Твои догадки – куда она могла пойти? И не вздумай юлить. Я и так всё узнаю. А вот твоё здоровье может и не пережить, если меня не устроят ответы. Я хмыкнул. – Знаешь, Слава, – начал, но он перебил меня. – Меня зовут Ярослав. – Ярослав, – я кивнул, без труда переходя на другое имя. – Советую тебе развязать меня, извиниться, потом зайти в любую камеру в подземелье и сидеть там, в ожидании моего решения по поводу твоего поведения. Одно говорю точно мне нетрудно простить то, что было на Земле. Там у вас есть оправдания и мотивы – защита сестры. Но тут я хозяин и ты нарушаешь условия нашего сотрудничества. – Ты уверен? – ухмыльнулся мужчина и нажал на кнопку, которую держал в руках. По моему телу прошёлся новый заряд. Больше чем предыдущий. Вот же. Неожиданно за дверью раздались шаги, а Слава кинул быстрый взгляд на свой прибор и выдохнул с облегчением. Не знаю чему он радовался, так как дверь распахнулась, а на пороге нарисовались двое стражей, с удивлением рассматривая меня и сидящего напротив Стрельникова. – О, мальчики! – широко улыбнулся Ярослав, вставая с единственного стула. – А у нас тут жёсткое порево намечается в лучших традициях Кристофера Майнфорда. Ещё и вы пришли. Всё как он любит. Чего?! В моей голове всплыло слово «порево». Тот парнишка, Гоша, думал о нём, когда вспоминал о современных девушках земли. И как-то то, что сказал Слава… оскорбительно, хоть вряд ли смысл дойдёт до этих людишек. Наконец оценив ситуацию, они с криками ринулись к Стрельникову, выхватывая мечи, но не прошло и трёх минут как уже лежали без сознания на полу рядом со мной. А сам Ярослав деловито их рассматривал, прежде чем, присмотревшись к одному из них ближе, начал раздевать его. Надеюсь не ради того самого жёсткого порева. Даже видеть этого не хочу. Но, слава Единому, Слава лишь переоделся в его одежду. Она была немного тесновата ему в груди, но не настолько, чтобы привлечь внимание к тому, что что-то не так. Затем мужчина направился ко мне: – Тебе повезло, что существуют другие способы добыть информацию, иначе пришлось бы тебя пытать. А твои крики привлекли бы ещё людей, – он растягивал слова, явно стараясь разозлить меня. – Ненавижу тот день, когда связался с вашей семейкой, – это было последним, что я сказал, перед тем как брат Эээ засунул в мой рот кляп. – Поверь, это взаимно, – усмехнулся Слава, ничуть не смущённый или обиженный. – Если не дурак сам должен понимать, что мы к тебе чувствуем и насколько сильно тебе верим. С клятвой или без. Потом достал ещё один прибор и из своей необъятной сумки и подошёл ко мне. На этот раз вместо того чтобы одеревенеть, просто почувствовал, как погружаюсь во тьму.